Глава 125.

– Вы слишком далеко зашли, – возмущённый барон Хиллейс поднял голову. Вне всяких сомнений, только что сказанные слова были для него оскорбительны. – Пока ещё ничего не было подтверждено. За исключением того, что принцесса Психея и есть Глориэль…

– Вот именно. Что ещё необходимо проверять? Любой может подтвердить, что дар нашей принцессы настоящий.

– …

– Лепесток? Я разыскиваю его, так что не нуди. Да и не имеет значения, есть он у меня или нет. Для возвращения Силькисия того, что есть, хватит. Мы просто зря тратим время.

Берндия повёл за собой Психею, говоря, что они опаздывают и нужно поторопиться.

Психея пересеклась взглядом с бароном Хиллейс, после чего отвернулась и сказала: «хорошо».

В его зелёных глазах снова промелькнули угрызения совести, но для девушки они были больше похожи на крокодиловы слёзы.

Психея мгновенно поняла, почему герцог так ненавидел Хиллейс.

Лицемер, – она больше не хотела видеть барона, поэтому быстро зашагала.

В этот момент раздался жёсткий голос:

– Надгробие первой Силькисия.

Берндия остановился и уставился на барона Хиллейс.

Психея развернулась вполоборота, так на него и не взглянув.

Барон изрёк в их сторону голосом, эмоции в котором сплелись в неразборчивый клубок:

– Лепестки Силькисия находятся на надгробии первой Силькисия.

– Надгробии первой Силькисия? Что ты имеешь в виду?

Известно, что надгробия первой императрицы, первой Силькисия, не существует.

Поэтому Берндия яростно переспросил с лицом, так и говорящим, что сказанное было несусветной чушью, пусть он и слышал об этом ранее от Психеи.

Барон Хиллейс, не заметивший игры Берндии, сказал, как бы укоряя:

– Разве я не говорил, что вы не поверите?

– Верно, – Берндия искривил губы, словно насмехаясь над бароном.

Затем, не желая и дальше растягивать их противостояние, они с Психеей вошли в большой зал заседаний.

*****

Как и ожидалось, встреча без главного героя так и не началась.

Психея и Берндия сели на свои места, извинившись и сказав, что опоздали из-за возникших дел.

После чего стали выслушивать, как собравшиеся аристократы бурно обсуждали первоначальную цель конференции: «Какой титул и территорию следует дать принцессе, внёсшей свой вклад?».

– Как насчёт южного Винато?

– Эти земли велики, но не имеют высокой плодородности, разве нет? Я бы предпочёл, чтобы ей даровали Айсен…

– Разве Айсен не самые бесполезные земли континента? Более того…

Поскольку фамилией Психеи была «Силькисия», большинство из них говорили, что ей место на юге, а не на востоке или севере.

Логан Силькисия, представитель южной аристократии, лишь молчал, скромно потупив взгляд.

Император также наблюдал за происходящим с безучастным лицом и в дискуссию не вмешивался.

Начать хотя бы с того, что он даже не слушал их должным образом.

Пока в какой-то момент не выразил недовольство:

– В чём смысл всего этого? Разве принцесса не заявила прямо, что ей не нужно ничего, кроме Силькисия? – император повернул голову в сторону, разомкнул алые губы и сухо спросил. – Уже стало ясно, что принцесса в самом деле дочь Реас. Что думаешь, герцог?

– Несмотря на превосходные военные заслуги, этого мало, чтобы убедиться в её квалификации вести род, – гладко ответил Логан, словно тренировавший свою речь в этом перерыве. – Итак, если Ваше Величество даст своё дозволение, я приму её в качестве временного вассала и обучу. В будущем, если она покажет блестящий результат, можно уже будет передать должность главы Силькисия.

Какой ещё вассал? – в душе Берндия рассмеялся. – Вот знал, что так выйдет. Не только не вернёт Силькисия, но и достойного титула дать не собирается, сделав её лишь временным вассалом.

– Верно. Как насчёт такого? Если принцессе необходимо герцогство Силькисия, такой метод имеет наибольший приоритет, – обращённые к Психее глаза императора пронзительно сверкнули. Как у дикого зверя, следящего за движениями своей добычи.

Психея собралась было ответить, но тот, кто доселе молчал, перебил её безо всякого предупреждения:

– При всём уважении, Ваше Величество, я сомневаюсь, что этот метод будет соответствовать сказанному ранее герцогом Эвергрин.

Им был Эрик, сидевший среди тех, кто поддерживал императора.

Он слегка опустил глаза, встретив ледяные взгляды императора и Логана.

– Разве не из-за первого откровения зашла речь о титуле принцессы Глориэль?

Так и было.

Психее дали шанс проявить себя и получить титул, чтобы она не соответствовала определению «потерявшей свет славы» из первого откровения.

Но если не даровать ей титул даже при том, что она внесла вклад…

«Смысл исчезает. Это ведь откровение, связанное с императором. Всё ли будет в порядке?» – вот о чём спрашивал Эрик.

– Так и есть. Однако… – вяло ответил император и резко покосился набок, подперев подбородок, – я слышал другую интерпретацию откровения.

– Что значит «другую интерпретацию»? – Эрик, естественно, уже слышал об этом от Берндии, но спросил так, будто совершенно не ведал.

– Говорят, принцесса Глориэль может оказаться человеком из второго откровения.

– …! – лица дворян переменились, едва зашла речь о втором.

Кто-то сразу смекнул, почему именно Психея может оказаться героиней второго откровения, а кто-то не понял и значительное время спустя.

Среди них сторонник прежней, а после и нынешней Силькисия, заикаясь, обратился к Логану:

– Тогда, может, не стоит?

Гниение корня означает крах семьи.

Учитывая содержание откровения, он сомневался, что стоит принимать принцессу Глориэль в качестве временного вассала. Но герцог лишь улыбнулся, словно призывая, что всё будет хорошо.

– Вот почему нужно уделить тщательное внимание её обучению, – произнёс Логан с видом доброжелательного главы семьи. – Если опрометчиво передать Силькисия, могут произойти крупные неприятности, поэтому я временно сделаю тебя своим вассалом и посмотрю, по силам ли тебе вести семью.

Возражений не было.

Тем, кто поддерживал Психею, а также тем, кто поддерживал нынешнюю Силькисия, стало трудно утверждать, к какому откровению она относилась.

Кроме одного человека. Берндии.

– Вы в самом деле собираетесь передать герцогство принцессе Глориэль? – спросил он с непочтительной прямотой.

Логан нахмурился:

– Что Вы хотите этим сказать?

– Насколько я знаю, наследником Силькисия является молодой господин Изар. Вы в самом деле намереваетесь передать наследство неофициальному временному вассалу?

– Это дело Силькисия. Не думаю, что это надлежащая тема для обсуждения на этом собрании.

– Если Вы действительно собираетесь передать его принцессе Глориэль, не стоит ли объявить двух преемников, либо вовсе сделать место вакантным?

– Вы сейчас намереваетесь вмешиваться во внутренние дела Силькисия?

– Мне просто любопытно, – Берндия убрал руки с груди, закинул ногу на ногу и положил сцепленные в замок ладони на колено.

Он наклонил голову, будто бы спрашивал, потому что в самом деле не понимал.

– Разве Вы, герцог, не сказали сами? Что с радостью вверите ей Силькисия, если она окажется «настоящей Глориэль»…

– Поэтому я и сказал, что приму её в качестве временного вассала. После того как она докажет свою способность стать преемником рода…

– Уж не знаю, чему может обучить человек с деквалификацией.

{
"type": "bulletList",
"content": [
{
"type": "listItem",
"content": [
{
"type": "paragraph",
"content": [
{
"type": "text",
"marks": [
{
"type": "italic"
}
],
"text": "\u0414\u0435\u043a\u0432\u0430\u043b\u0438\u0444\u0438\u043a\u0430\u0446\u0438\u044f \u2013 \u0443\u0442\u0440\u0430\u0442\u0430 \u043a\u0432\u0430\u043b\u0438\u0444\u0438\u043a\u0430\u0446\u0438\u0438, \u043f\u0440\u043e\u0444\u0435\u0441\u0441\u0438\u043e\u043d\u0430\u043b\u044c\u043d\u044b\u0445 \u0437\u043d\u0430\u043d\u0438\u0439 \u0438 \u043e\u043f\u044b\u0442\u0430."
}
]
}
]
}
]
}

Логану потребовалось какое-то время, чтобы среагировать на неожиданное замечание, ибо на лице Берндии было совершенно небрежное выражение. Не под стать человеку, прибегнувшему к личным нападкам.

– …Что?

Конференц-зал погрузился в холод, словно вступив в суровую зиму.

Берндию это нисколько не заботило, и он продолжил с тем же сарказмом:

– Не хотел обсуждать это здесь, но… я уже сыт по горло, – Берндия подал сигнал кивком головы.

Затем принц подмигнул рыцарям, охранявшим вход в конференц-зал. И после этой молчаливой церемонии они немедленно покинули зал заседаний.

Дворяне зашумели на неожиданные действия.

Логан в искреннем недоумении уставился на Берндию, не понимая его поступка.

Однако Берндия лишь расслабленно улыбнулся, так и не раскрыв рта.

Сколько же времени успело пройти?

– П-почему вы это делаете?! Прошу, отпустите! – послышался шум, будто кого-то насильно тащили внутрь.

Глаза всех собравшихся обратились к дверям конференц-зала.

В тот же миг они распахнулись.

– Отпустите меня… Ох! – человек, которого сюда приволокли, под натиском взглядов, подобных дождю из стрел, поспешно закрыл рот.

Это была Мелисса, горничная Лилиан.

Берндия стёр с лица всякое выражение и медленно поднялся со своего места.

Он отвёл взгляд от Мелиссы, обвёл глазами аудиторию и твёрдо провозгласил:

– Именем Лестира я обвиняю Силькисия в попытке сокрытия дела Реас.

Зал застыл от слов, брошенных, будто бомба.

Логан, на которого указали, широко распахнул глаза.

Удивлённая Лилиан судорожно вцепилась в подлокотники и переводила дрожащий взгляд с горничной на Берндию и обратно.

– Что ты имеешь в виду? – император с холодным выражением лица поднялся со своего трона.

Я был рад, что удалось избавиться от всего, имевшего дело к инциденту Реас, но сокрытие?

– Буквально, – ответил Берндия. – В Силькисия пытались изготовить поддельное ожерелье Кейтан, дабы скрыть правду о деле Реас.

– Дальше буду рассказывать я, – всеобщее внимание приковала к себе Психея, также вставшая со своего места.

Она изящно достала письмо, что держала у груди, и выложила его на всеобщее обозрение.

– Вот доказательство того, что Лилиан Силькисия пыталась создать копию ожерелья Кейтан.