Глава 117.

Поняв, что она имела в виду, Изар поморщился ещё больше.

Лишённые света чёрные глаза сузились до тонких линий.

Он долгое время молча смотрел на Психею, пока наконец не разомкнул пересохшие и потрескавшиеся уста.

Но единственным, что с них слетело, был свист воздуха.

После тщательных усилий свистящий ветер наконец приобрёл форму голоса:

– Я ненавижу тебя. Я ужасно тебя ненавижу.

– И? – этот факт ей был прекрасно известен, а потому ничем не шокировал. – И что мне с этим делать?

– …Мне, – после долгого молчания Изар произнёс это дрожащим голосом.

Его лицо было полно боли, как у человека, что силился сказать что-то тяжёлое.

– Даже так я не могу тебя убить… Изначально всё было твоим, но что я могу сделать…

– Принцесса.

Она сосредоточилась на противостоянии Изару, так что не заметила, как кто-то пришёл.

Психея повернула голову на третий голос.

Напряжённое и резкое, словно высеченное из камня, выражение её лица немного расслабилось.

– Граф Руан.

Взгляд Эрика скользнул с покрасневшей шеи Психеи на руку Изара, которую она сжимала, а после на другую руку, которую принцесса топтала своим каблуком.

На мгновение на лице Эрика промелькнуло удивление, но тот быстро его стёр на случай, если кто увидит.

– Вас ищет герцог, так что, думаю, Вам стоит сходить к нему.

– Да, – Психея, толком не расслышавшая недавние слова Изара, снова к нему повернулась.

После чего склонилась и тихо шепнула:

– Если в самом деле хочешь меня убить, сражайся мечом. Тогда, думаю, я смогу проводить тебя без каких-либо угрызений совести.

Услышал он или же нет, выражение лица Изара не изменилось.

Не в настроении оказать милость и повторить те же слова, Психея ослабила руку и ногу.

Его руки сломаны так, что без лечения не подвигаешь, поэтому, даже если он развернётся спиной, атаковать не сможет.

И вот так Психея ушла.

*****

Она в спешке прикрыла шею с отпечатком ладони платком и отправилась к Берндии.

Но тот сказал, что не звал.

Граф, Вы солгали, чтобы держать Изара подальше от меня?

Берндия, запоздало увидевший платок, был озадачен:

– Почему Вы пришли в таком виде?

– Насекомое укусило, – сказала она, поскольку не хотела, чтобы семейная вражда Силькисия переросла во вражду между Лестиром и рыцарями Икаша.

Берндия понял её ложь, прищурился, но продолжил без дальнейших расспросов:

– Кстати, Вы встретились с Руаном? Он искал Вас, принцесса. Вроде бы что-то срочное.

Не знаю, зачем ему было оправдываться герцогом, когда именно у него было дело.

Ну что ж, будь так, я могла бы до сих пор выяснять отношения с Изаром, – Психея поблагодарила его за сказанное и покинула кабинет.

После чего встретила Эрика, сновавшего перед её комнатой.

Эрик зашёл вместе с ней и с бесстрастным лицом доложил о сделанном:

– Отвёл Изара в лазарет.

Несмотря на разницу в статусе графа и будущего герцога, они были близкими друзьями, потому без колебаний звали друг друга по имени.

Психее вдруг стало его жаль.

Как неприятно, должно быть, иметь дело с Изаром, Лилиан и мной при том, что он так сильно ненавидит Силькисия.

И так она озвучила слова, над которыми думала уже давно:

– Тяжело Вам пришлось. Как только вернусь в столицу, Вам больше не придётся играть роль моего помощника.

– …Хотите сказать, я Вам больше не нужен? – в мгновение ока глаза Эрика похолодели.

– Как можно. Однако должность моего помощника будет мешать Вашей деятельности в столице, потому не стесняйтесь действовать так, как Вам заблагорассудится.

Эрик посмотрел на неё, после чего слегка опустил голову.

Затем, рыча, будто дикий зверь, пробормотал:

– Поэтому для меня… – тыквенные глаза потемнели от глубоких эмоций. Шока, отчаяния и чего-то ещё.

Покачав головой, он свирепо огрызнулся:

– Что мне сделать, чтобы стать нужным Вам человеком?

– Что?

– Найти слабость принцессы Лилиан? Или рискнуть жизнью и найти утерянный тогда знак?

– Что Вы такое… – в тот же миг, как она увидела его глаза, Психея невольно отпрянула.

В ярко-жёлтых очах бурлило желание быть признанным и нужным человеком вместе с чувством, близким к одержимости.

– Прошу, скажите мне, – он, обнаживший эмоции сильнее, нежели когда-либо ещё, говорил с нажимом. – Что я должен сделать, чтобы получить право служить Вам, принцесса?

– Право служить?

– Почему Вы, принцесса, не пытаетесь мною распоряжаться?

Среди всех, кому я служил, не было ни единой души, хоть сколько-нибудь похожей на принцессу Глориэль.

У неё была власть распоряжаться мной.

И вместе с тем обоснование, которое не поставит под вопрос это право распоряжаться.

Также я сам показал достаточные умения, чтобы справиться со всеми поручениями.

И тем не менее она лишь пыталась обращаться со мной по-человечески и отказывалась использовать.

Мне это не нравилось. Выглядело слишком фальшиво.

Я желал разрушить этот спектакль и подкрепить всё её отвратительной сутью.

Надеялся однажды посмеяться над ней, сказав, что она, в конце концов, точно такая же.

Но почему?!

– Неужели Вы настолько мне не доверяете?

Психея, не ведавшая извращённого склада ума Эрика, была ошарашена.

Почему он злится? – она тупо уставилась на него и приоткрыла рот:

– Не понимаю, что Вы имеете в виду. Почему я должна распоряжаться Вами, граф? При чём здесь ненадёжность?

Эрик поджал губы. Он склонил голову по диагонали, избегая взгляда Психеи.

Мужчина не верил в привязанность.

В детстве у него не было хороших отношений с семьёй, а после предательства Изара, которому он доверял, Эрик больше никому не мог открыть своё сердце.

Однако он не мог жить без каких-либо отношений, поэтому, когда ему являлись люди, в нём нуждавшиеся, Эрик давал им желаемое и получал плату.

Буквальный обмен, ничем не отличавшийся от бартера.

Но не Глориэль Силькисия.

Женщина перед ним.

Почему?.. Я ведь определённо то, что ей нужно, – Эрик мог сказать с уверенностью.

Помимо возвращения Силькисия, ей был нужен он сам.

Так же, как у Берндии был Излет, Глориэль нуждалась в достойном помощнике.

Но почему?

Почему она не использует меня?

Это было странное чувство.

Он говорил, что она избирает лишь трудные тропы и, если воспользуется им, сможет легко заполучить желаемое.

– Однако должность моего помощника будет мешать Вашей деятельности в столице, потому не стесняйтесь действовать так, как Вам заблагорассудится.

Эрик был сбит с толку, впервые встретив такого человека, как Психея.

Мужчине хотелось крикнуть, что он позаботится о деле, а потому не нужно уделять ему внимание, надо просто использовать.

Я хочу быть тем, кто ей нужен.

Надеюсь, я нужен ей.

Надеюсь, она будет распоряжаться мной сколь угодно и без оглядки на чувства.

Это было схоже с желанием покорить непреодолимую гору.

Что, если бы противником, с которым он боролся за место заместителя командира Икаша, был не Изар, а она?

Он ненавидел себя за подобные мысли, потому отмахнулся от её убеждений, как от вопиющей лжи.

Но пришла пора признать.

Принцесса Глориэль не была человеком, что будет использовать его так, как самому Эрику было нужно.

Итак, чтобы вынудить принцессу использовать его должным образом…

– …! – в миг, когда его мысли достигли этой точки, Эрик понял.

Не то чтобы Глориэль не знала, как пользоваться людьми.

Знала даже слишком хорошо.

Он вскинул голову. Яркие жёлтые глаза, горящие странным пламенем, выхватили сидевшую напротив принцессу.

Психея была озадачена действиями мужчины.

Так странно и вместе с тем забавно.

Потому что это обстоятельство не было поступком из строгого расчёта.

– Ха… – впервые за долгое время он уныло улыбнулся.

Грубой незамутнённой улыбкой, раскрывавшей его эмоции такими, какие они были на самом деле.

Несколько раз потерев лицо ладонями, он откинулся на спинку сиденья и закрыл лицо руками. Мужчина отбросил формальность, которую до сих пор притворно соблюдал.

Затем, что-то осознав, испустил не то вздох, не то стон:

– А…

Вот почему герцог Лестир влюбился в эту женщину.

И я сам…

– Граф? – услышав её сладкий голос, Эрик стиснул зубы.

Размышляя, как поступить с чувствами, которые ему никогда не донести, мужчина открыл рот, дабы обойтись так, как привык обходиться всю свою жизнь.