– Получается, ты целый день щеголяла по городу без них!

Клянусь Господом Цензуры, я в действительности не увидел этого отчетливо!

–…

Перед моими глазами проплывал вовсе не прошедший вечер, не то видение, подобное картине, а лишь белый потолок.

…Сон, да…

– Тц…

Я был немного не в настроении.

Обычно у меня не бывает плохого настроения сразу же после пробуждения, но сегодня меня кое-что волновало. Я не могу сказать, что я плохо спал или же не выспался, просто из-за этого сна и только, моё сердце разволновалось.

Жух-жух…

Всё мое тело вздрогнуло и я, сразу же схватив свой телефон, мельком взглянул на него.

Это был будильник.

–… Хааах…

Мой, натянутый, как струна, дух внезапно отпустило, и налетело желание помочиться. В наступившем душевном спокойствии, я также почувствовал некую досаду… вот черт!

Я ощущаю досаду, что за... а?!

Глубоко вздохнув, я похлопал руками по своим щекам, чтобы взбодриться. У меня очень долгое время не было снов и моя психика чувствовала себя подавленно… но главным тут было то, что мне неожиданно приснилась эта ядовитая женщина…

Мне следует сказать, что она производит на людей очень глубокое и слишком сильное впечатление, а потому в итоге никто не в силах выкинуть её из головы.

Вот почему так много людей любит её… она, как магнит, притягивающий к себе всех окружающих

– Братик?..

Син Ран, сонно посмотрев на меня, протёрла свои глаза. Воротник её пижамы скатился с плеча, обнажая значительную часть её белоснежной кожи.

– Ничего не случилось, мне просто приснился сон. Ты можешь продолжать спать.

С улыбкой пояснив этот момент, я погладил её по голове. В это же время Син Ран сразу же картинно сожмурилалсь от удовольствия, прямо как кошка. Хорошо укрыв её одеялом, я взял с собой сменную одежду и вышел из комнаты.

Воскресенье, 5:45 утра. Закончив умываться, я аккуратно оделся и спустился вниз, одев черный костюм, но не завязав галстука.

Матушка уже ждала меня в гостиной.

– Йоу, Юн Чен, а ты встал действительно рано, м? Я тут подумывала сходить разбудить тебя через минутку.

– Ну… в конце концов, я ведь обещал тебе помочь в воскресенье, так что я не мог проспать.

Совершенно верно, так как сегодня я обещал помочь, я и поставил будильник, чтобы подняться спозаранку. Просто мне тогда показалось, что это могла быть СМС-ка от той ядовитой женщины… именно поэтому я и вздрогнул от испуга.

– Раз так, то пошли. Сегодня, возможно, ты будешь очень занят, так что, Юн Чен, психически подготовься к этому.

– М-н…

Рассеянно ответив ей, я сразу же направился вместе с матушкой к месту своей сегодняшней работы.

Добравшись до пункта назначения, меня до дрожи напугало то, что такой большой зал морга, неожиданно, был битком набит людьми… это поистине зловещая сцена.

У всех этих людей были истощенные лица. Большая их часть была роднёй покойников, которые провожали в мир иной своих родственников, находясь у гроба всю ночь напролет – из-за всего этого они сильно пали духом.

Сплошная чернота прозвищ, будто бы материализованная субстанция отрицательных чувств. Увидев всё это, я получил мощный удар.

Я быстро надел очки, которые купил вчера, и, наконец, почувствовал себя немного лучше. (П.П. по поводу очков, раз они вновь упомянуты. Автор уточнил названием, что это солнцезащитные очки с затемнёнными стеклами, не корректирующие зрения.)

Пока матушка дома, она ведёт себя естественно, так же она очень любит повеселиться, но как только она приходит на работу, то перевоплощается в человека, от всей фигуры которой веет почтительностью и благовеением.

Очень даже соответствуя прозвищу [Бальзамировщик].

Попрощавшись со мной, матушка пошла к своему рабочему месту, я же последовал за старшим братом Чжаном в служебное помещение. (П.П.: dage (старший брат) - мужчина явно старше и выше по званию, не самое формальное обращение, но и не "братан", что-то типа "старины".)

Несовершеннолетние дети, как я, вообще не должны работать в помещениях для гражданских панихид, однако из-за моей матушки и вдобавок из-за её чрезмерной занятости, мне позволили стать внештатным работником.

Иногда я приходил сюда, учась ещё в средней школе, и каждый раз, когда матушка сверхурочно работала в гримёрном отделении, я просто бесцельно блуждал по коридорам, а потому и был знаком с работниками морга.

Фактически, такое ведь не может считаться эксплуатацией детского труда, да?…

В прошлые мои "визиты помощи" я занимался работой секретаря, в основном отвечая за оповещение членов семьи, чтобы те забрали труп, так же отвечал на прощальные звонки родных и близких, ну и так далее.

Однако сегодня было так много работы, что мне пришлось помогать мастерам в крематории.

Обычно сюда не допускаются молодые люди – в основном здесь работают мастера, которым уже больше сорока лет, так что сегодняшний случай считается исключением.

Так как похороны здесь заканчиваются, преимущественно, до полудня, то первая половина дня является самой загруженной.

Непрерывно работая, мы, таким образом, сможем сделать перерыв во второй половине дня.

Сняв солнцезащитные очки, я почувствовал слабый укол в глаза, так как пламя печи для них было слишком ярким.

Мастер Ву закурил сигарету и, чувствуя некоторую усталость, присел, сбрасывая пепел в мешочек. Во время работы мастера курили, поэтому дышать там было практически нечем – временами это было очень сложно вытерпеть.

– Фьюх… молодой Ан, ты же устал, можешь пойти отдохнуть какое-то время. Я обязан тебе за сегодняшнюю помощь… иначе бы мои старые кости Гуцзиду, вероятно, уже бы давно развалились.

– Да ничего, тогда я пойду, повидаюсь с матушкой.

– Ну, иди.

У некоторых кремационных мастеров были каменные лица, а взгляд был слегка суров – при такой работе у них нет возможности улыбнуться.

Кстати говоря, у меня такое же безэмоциональное лицо, да и я нечасто улыбаюсь либо шучу.

Видимо, я вполне подхожу для такой работы…

Разминая свои затекшие руки, я покинул крематорий.

Кстати, я не видел никаких прозвищ у мертвых тел… не потому ли, что трупы не считаются людьми?

Выйдя на улицу, я увидел знакомую фигуру, которая смотрела на общественное кладбище, расположенное прямо за моргом.

–…

Что эта скотина здесь делает… Хоть я и правда хотел её проигнорировать, но моя интуиция подсказывала мне, что если я пойду на такое, это будет чревато катастрофой. Поэтому я громко крикнул ей.

– Эй!

Она не ответила на мой крик… она не услышала меня? Либо упрекает…

Я немного поразмыслил, а затем снова крикнул, но теперь я прокричал ее имя.

– Лиан Бин!

И правда, в этот раз она обернулась, а затем, улыбнувшись, подошла ко мне и поприветствовала.

– Ара, разве это не мой дорогой возлюбленный? Какое же совпадение, м?

– В ..опу такие совпадения… ты прям злой дух, не желающий меня отпускать, хах.

Нечему удивляться, потому что при вчерашнем прощание она сказала: «Увидимся завтра». Так она с самого начала рассчитывала сегодня увидеть меня?

Увидев Ши Лиан Бин, я опять-таки вспомнил вчерашнее свидание, а также ту сцену во время нашего прощания – моё поведение вновь стало чудаковатым.

– Сегодня Чен Юн по-настоящему солидно выглядит~~ одеть такой официальный костюм, ох?

– Ха…

Этот официальный костюм, в котором я сейчас, можно считать ошибкой. Просто до этого я всегда занимался лишь приёмными работами, а сегодня мне поручили работу в крематории. Этот костюм был очень неуместен и на нем осталось немало запахов.

– Хватит дурачиться, Лиан Бин. Возвращайся, это не то место, где тебе стоит находиться.

– И в самом деле безразличный. Я ведь покинула родной дом специально ради того, чтобы увидеть тебя…

– Но мы же только вчера видели друг друга, а?

– Хе-хе-хе-хе~~ не должны ли любовники липнуть друг к другу каждый день?

– Такое делают только глупые парочки, я не хочу стать таким же болваном.

Я сморщил свой нос, все время ища предлог, чтобы избавиться от неё… но вдруг чей-то голос издалека позвал меня.

– Юн Чен?

– Я здесь.

Матушка подошла и посмотрела на меня с Ши Лиан Бин каким-то непривычным взглядом – все её лицо было в каком-то раздумье.

– Э-эм… она…

– Ая-яй, так это и в самом деле… А я-то все время думала, наследник какого рода был настолько благородным, что смог завоевать благосклонность такой красавицы… так в результате этим счастливчиком оказался глуповатенький сын моей семьи? (П.П.: В Китае стараются обходить стороной тематику разводов, и, соответственно, связанных с нею тем не родных детей, повторных браков и пр. Соответственно, Ан Юэ грамотно, под видом официального обращения, подобрала слова, прямо не назвав Ан Юна своим родным сыном, но сделав намёк, что именно так оно и есть.  Дополню, что это обращение же Юн Чена к ней "Матушка"(в оригинале - почтенная мать) таким образом не будет подозрительно, а наоборот, станет дополнять её образ как приверженицу традиционного стиля речи, который она использует здесь и далее. Похоже, китайский язык был создан чтобы обманывать. Ну и сколько в морге несовершеннолетних работников, чтобы сложно было отгадать? Все остальные явно за 30.)

Ха? Матушка уже знакома с Ши Лиан Бин?

– Эй, матушка, ты её знаешь?

Без колебаний спросил я.

– Ааааа, недалече я обратила внимание на её одну одинёшеньку, оглядывающуюся по сторонам в главном зале. Я тотчас же подошла к ней, чтобы расспросить. Она сказала, что явилась посетить своего возлюбленного… Никогда бы и не подумала, что в итоге она ищет именно тебя…

– Ааа…

В конце концов, эта скотина и в правду пришла сюда, чтобы увидеть меня? Я на 80% уверен, что именно Сюэ Ли нашла место, где я нахожусь.

– Так эта старшая сестренка была матушкой Юн Чена, м? Вы тоже здесь работаете? Я заново представлюсь, меня зовут Ши Лиан Бин и я возлюбленная Юн Чена.

Ши Лиан Бин променяла свой режим ядовитого языка, в котором она общалась со мной, на очень ласковое и улыбающееся лицо, и проговорила слово «матушка» очень сладким голоском.

– М-м, меня зовут Ан Юэ и я мать Юн Чена, также я работаю здесь мастером обрядов погребения. (П.П. Употребленный здесь и далее термин матери традиционен и всё так же не говорит однозначно о прямом кровном родстве, его можно перевести больше как "жена отца" или "вступившая в брак женщина старшего поколения", название же её должности отличается от прозвища, но, видимо, означает примерно то же самое - визажист для мертвецов.)

– Мастер обрядов погребения…

Ши Лиан Бин на мгновенье остолбенела.

– Достопочтенная мать!

Затем она, волнуясь, внезапно крепко обхватила обе руки матушки, показывая всем своим видом почтительность.

– Аииииии?..

Матушка также не знала, как поступить. У неё даже искривились брови, когда она посмотрела на меня с выражением «что же делать?».

Что случилось с этой скотиной? Она вдруг засияла, с почтительностью глядя на матушку, почти как фанатка, которая, долго мечтая, всё-таки смогла встретиться со своей звездой.

– Ваша профессия такая великая! Я всегда хотела, чтобы у меня была такая мать!

Ах, понятно.

Ши Лиан Бин же некрофилка, в то время как матушка была тем, кто наносит макияж на трупы. Наносить макияж на труп = делать труп еще красивее… таким образом, в ее глазах профессия мастера обряда погребения, очевидно, была авторитетной.

– Ая-яй? У меня уже есть две очаровательные дочки… но, если ты и в правду хочешь стать моей дочерью, то ты могла бы выйти за наследника моей семьи~? (П.П. Использованный здесь термин дочери может трактоваться и как молодая девушка, падчерица, воспитанница. Тоесть всё так же не указывает напрямую о кровном родстве... У нас же вышел из употребления термин "доня", осталось только донимать.)

– Хе-хе-хе-хе, между мной и Юн Ченом это уже заранее утвержденный факт.

– Ая-яй~ вот оно как?

– Да, Чен Юн уже пробежался по мне глазами и снаружи и по исподнему… стыдно…

Да пошла ты со своим стыдом!

– Видимо, сын нашей семьи должен понести ответственность за этот поступок.

О нет! Матушка весьма заинтересовалась этой сучкой!

Что за шутки! Ши Лиан Бин выйдет за меня замуж?! А?! Ха?!

Боюсь, что наша свадебная церемония станет эпической пьесой в жанре саспенс, демонстрирующей убийство молодого мужа. (П.П. Саспенс - неопределенность, тревога. Сочетается с жанрами "триллер" и "ужасы".)

– Ой, подожди!..

– Можно ли спросить, нужно ли еще работать Юн Чену~~?

– А, послеобеденная работа будет намного спокойнее, поэтому больше нет необходимости в помощи. Тогда я больше не буду беспокоить вас в ваших молодежных взаимоотношениях. Юн Чен, ты обязан очень хорошо развлечь Лиан Бин, сопровождая её.

– Но что делать с мастером Ву…

– Будь спокоен, я все передам, так что, Юн Чен, тебе не о чем беспокоиться. Итак, первым делом нужно пожаловать награду за сегодняшний труд. Возьми эти деньги и поразвлекайся с Лиан Бин.

Полученные деньги оказались очень большой суммой, но я не испытал от этого какой-либо радости.

Маааааатушка!

Ты закапываешь живьем в землю своего сына!

Ты предлагаешь мне остаться наедине с Ши Лиан Бин, с этой роковой звездой, – это прямо как самому себе искать погибели!

Вдобавок, сегодня третий день нашего спора, кто знает, что сегодня произойдет! Она ведь может меня прикончить без лишних прикрас!

Когда это случится, Ваш дорогой сын, возможно, войдет в это многочисленное скопление трупов!

Со страхом в сердце я следовал по пятам за Ши Лиан Бин. Но я даже и не думал, что она пожелает прогуляться по кладбищу.

– Чен Юн, это место… оно реально классное.

– Эх… только ты так думаешь.

– Хе-хе-хе-хе~~ возможно, всё именно так... или совсем не так.

Она ещё и рассмеялась!

От вида этого улыбающегося лица у меня волосы дыбом стали!

Этот смех не был похож на нормальный, это скорее чарующий голос демоницы, доносящийся из глубин неисчерпаемого ада – он заставляет людей панически напрячься.

В моих мыслях внезапно появилась ужасающая догадка, которая не могла быть отброшена…

Эти люди, неужели, она их убила?

Верно, Ши Лиан Бин – смертоносный маньяк, который любит трупы, поэтому, чтобы удовлетворить свои собственные желания, весьма вероятно, она произвела большое количество мёртвых тел!

Внезапные многочисленные похороны, большинство жертв было убито, к тому же эта улыбка…

Чем больше я об этом думал, тем больше я начинал ощущать, что Ши Лиан Бин может быть смертоносным маньяком.

С трудом открыв рот, я спросил.

– Эти люди… ты их убила?

–… Ты и правда так думаешь, Чен Юн?

Она все ещё улыбалась.

От этой улыбки у меня заболело сердце.

– Так, в конце концов, это правда!

– И что, если это так? А что, если не так?

Черт!

Стиснув зубы, я подошел к Ши Лиан Бин, намереваясь схватить её за плечо.

Как вдруг произошла аномалия!

В моём поле зрения вдруг начали появляться чёрные статусы… они покрывали всю землю!

Моё сердце и веки безумно дёргались, со лба потек холодный пот, а по спине пробежали мурашки – чувство опасности небывалых размеров! И оно повышается!

Убегать! Нужно немедленно убегать! Иначе смерть!

Настоящая смерть!

Эти, плотно прилегающие к земле, статусы начали мало-помалу подниматься… и тогда стали видны эти зловещие прозвища.

[Зомби]

[███]

Затем из-под могилы показалась рука.

Она ознаменовала момент, когда моя привычная повседневность была окончательно разгромлена.