Я так устал, всё тело ломит от боли. Командир приказал стоять насмерть, но все что я могу это лежать и молиться. Господи вот бы это все прекратилось. Рядом со мной лежит мой товарищ, мы познакомились на учениях пять месяцев назад и он не раз спасал меня. Но сейчас он лежит, а из его глазниц вытекает кровь, глаза вылетели из его головы когда он прикрыл меня своим телом, рядом с нами обрушилось чье то заклинание. Господи, я умру здесь, в этой грязной окопе. Никакие доспехи не помогут от этого шквала заклинаний.

Нас отправили в четвертый отряд особо вооруженной пехотной группы, выдали тканевую форму и стальные доспехи, но какой от них прок если я даже голову не могу поднять, иначе меня сразу убьют.

По началу все было нормально мы штурмовали поселение за поселением в первых рядах, в моей руке винтовка, а на ее конце острый штык. Все что я должен делать это стрелять, чтобы пуля попала в тело врага. Винтовка заряжена капсулой с простейшим заклинанием взрыва, которое выбивает стальную пулю. Я нажимаю на язычок и винтовка делает свое дело, а если начнется рукопашный бой я проткну своего врага острым штыком, идеальное оружие.

Нас разбудили посреди ночи, мы осели в одной из деревушек, жители которой выделили нам небольшой домик куда мы еле как все помещались, командир поднял нас и велел занять свои позиции. Я и Федор успели лишь добежать до первой окопы, как в нас начали палить. Сейчас солнце уже взошло, а они все продолжают стрелять и обстреливать нас. Нас отправили на убой, кто то слил информацию о том где мы находимся и с нами решили расправиться, иначе они не заявились бы в такой подходящий момент. Наши враги не знают пощады.

От деревушки не осталось и намека, видимо мы их сильно разозлили, они снесли буквально всё под чистую. Командира я уже давно не слышал, он лежит примерно в десяти метрах от меня с разорванным ртом. Пуля влетела в него пока он стоял боком и прошила ему рот, выбила ему все зубы и оторвала язык. В ушах звенит, глаза засыпаны песком, некоторые мои товарищи так и не успели выбежать из избы, в них моментально прилетел фаербол. Поле боя пахнет жареным мясом, обугленные трупы лежат среди обломков.

Мне было всего семнадцать когда меня отправили служить. По началу я не был в составе особо вооруженной пехотной группы, год я служил в штабе писарем, еще полтора я отслужил в тылу. Я не умею сражаться на мечах и плохо обращаюсь с маной, я даже тело свое усилить не могу дольше чем на пять минут, но зато я был отличным охотником и стрелял из лука, в конце концов начальство решило собрать меня и таких как я и выдать нам винтовки. В отряде нас всего двадцать, но по силе мы равны сотни мечникам, а то и больше, а всё благодаря винтовке. Но сейчас в нас самих палят из такой же, или не из такой же, я не знаю, я безумно устал, я уже несколько месяцев сплю лишь по несколько часов в день.

Огонь прекратился. Господи как же я рад, я слышу шаги, сколько их? Я не знаю, это с той стороны окопы, я слышу их, мои глаза засыпаны землей и частями внутренностей, но уши мои все слышат.

– Слушай, а клевая этот пулемет все таки штука, – Послышался голос.

– Я перестал стрелять только из-за того что кончились капсулы, – Ответил ему другой.

– Как думаешь, после такого хоть кто нибудь выжил?

– Не думаю, хотя тот все еще дышит, ты смотри, это же их командир.

– Что ты смотришь? Приказано было всех их переубивать.

– Да у него весь рот разорван, он бедолага даже сказать нам ничего не может, только смотрит. Ему не долго осталось, пускай помучается перед смертью.

– А эти? Вроде я в них отправил свой фаербол, один точно готовый.

Черт, не дыши, не шевелись, не дергайся, они смотрят прямо на меня. Пожалуйста не шевелись.

– Смотри, он дернулся.

– Да не может быть.

– Да нет, смотри, пальцем дернул.

– Где?

Они подходят, меня убьют, все кончено.

– Ладно, мы десять ящиков капсул потратили, еще одной не жалко.

Нет, нет, пожалуйста, нет, я не хочу умирать, я не хочу умирать, я не хочу умирать, я не хочу умирать, я не хочу умирать, я не хочу умирать, я не хочу умирать, я не хочу умирать, я не хочу умирать, я не хочу умирать.

Я открыл глаза, песок посыпался и мои веки приклеились из-за свернувшейся крови на лице. Я увидел пушку, он направил ее на меня, я знал что со мной будет как только он выстрелит, я всегда знал. Мне страшно.

Когда я очнулся я увидел закат. Алый закат, я лежал на холодной земле, а вокруг была тишина. Только поднявшись на ноги я понял, что лежу не на холодной земле, а на горе трупов. Я не помню что произошло, я помню только щелчок, он успел спустить курок, но это я стою сейчас на ногах, а он лежит в холодной земле и гниет.

Я похоронил своих товарищей, тела их были изуродованы вражеской магией. В братской могиле лежит 18 тел. Командир выжил, он у нас крепкий мужик, хоть и стал нем. Лишь тело одного я не смог найти, Тайлера, это его ненастоящее имя, он получил эту кличку когда приготовил мыло из жира одного из убитых.

Хотя и прошло всего пару неделек весны, но я не знаю почему, хотя крови на моем лице больше нет, но глаза мои все еще что то держит, пока я не усну, мои глаза не закроются. Я слишком устал от того дерьма. Мой отряд был расформирован из-за смерти почти всех солдат кроме меня, а меня самого отправили домой, но я не могу больше спокойно спать. Когда пять месяцев находишься в аду, тебе приходится спать в любое свободное время и высыпаться за несколько часов, но сейчас, когда вокруг мир, почему же я не могу спокойно спать? Я чувствую что мне здесь больше нет места.

Я получил письмо от центральной церкви, они набирали опытных ветеранов для сопровождения в недавно открывшееся опасное подземелье, платили солидно, но деньги меня не сильно интересовали. Я потерял покой пол года назад, когда меня отправили на фронт и я не нашел его у себя на родине. Может я найду его в каком-нибудь другом месте?

После нескольких дней в пути корабль наконец-то приплыл. Время было ближе к вечеру Маленький город Новер, промышляющий добычей и обработкой драгоценных и магических камней, а также производством мощных артефактов. Город был красив и необычен, а правил им барон Лифак, человек полный и с простоватым лицом. Он лично встречал гостей в порту.

Спустившись с корабля, на землю ступило черное духовенство, их было порядка сорока, затем вышли и мы солдаты, молодые и не очень.

– Где же епископ Сижский? – осведомился барон Лифак, приподняв бровь.

– Его преосвященство будет сопровождать нас на следующем корабле вместе со своей братией, мы прибыли раньше чтобы встретить его, – ответствовал один из чернорясцев, склоняясь в почтительном поклоне.

– Что-ж, а вы, я так понимаю, исследовательская группа? Вы не очень похожи на ученых. – сказал барон.

– Прости, отче, но мы – скромные послушники Божьи, и одежда наша не есть мерило наших знаний и умений, – уткнув свой взгляд в пол, тихо ответил монах.

– А эти.. войны? во что они одеты? – барон разглядывал однообразно одетых солдат в униформе цвета хаки.

– Солдаты – это воинство Господне, они будут охранять нас в пути, несмотря на их причудливую одежду, каждый из них стоит десятка ваших рыцарей – ответил монах.

Барон Лифак коротко кивнул и направился к пристани, чтобы встретить епископа. Монахи и солдаты последовали за ним, сохраняя дистанцию и тишину. Когда они достигли пристани, барон встал на краю, внимательно следя за прибытием корабля.

Между тем, монахи и солдаты заняли свои места, образуя стройные ряды. Монахи молились про себя, прося у Господа сил и мудрости для предстоящего путешествия. Солдаты же проверяли свое оружие и снаряжение, готовясь к возможным опасностям.

Наконец, корабль приблизился к пристани. Барон Лифак шагнул вперед, чтобы поприветствовать епископа, а монахи и солдаты склонили головы в почтении.

– Ваше преосвященство, – сказал барон, – мы рады видеть вас и благодарны за ваше прибытие.

– Благослови вас Господь, барон Лифак, – ответил епископ, – мы придем к вам на помощь в трудные времена.

Епископ был молод, но внушал благоговение. За ним следовали трое учеников. Один из них был воином с мечом за спиной, другой – магом с посохом, на вершине которого мерцал синий камень. Третий носил железную маску и держал длинную алебарду. Все они носили на груди чёрный крест, излучая мощную силу.

От них исходила невероятно давящая аура, только от одного их вида меня начало подташнивать. Не только епископ, но и его спутники невероятно сильные и опасные люди, зачем им вообще понадобилась для исследования подземелья такого рода сила, как армия, если каждый из них так силен?

– А это охрана ваша, владыка? – с выступающим на лбу потом спросил барон.

– Не вполне, – спокойно ответил епископ. – Это мои ученики. Страшны они видом, но в походе в подземелье они участвовать не будут, – он бросил на воинов взгляд, словно отвечая на их молчаливый вопрос.

– Но с такими учениками любая тварь побоится подступиться, – с облегчением заметил барон.

– Увы, – с улыбкой ответил епископ, – их сила так велика, что если они выпустят её в пещерах, обрушение сводов будет неизбежным.

Барон, кивнув, предложил епископу и его спутникам пройти в его дом, чтобы обсудить предстоящие дела. Нам же было велено отнести свое снаряжение в выделенное жилье и ожидать дальнейших указаний.

Когда мы закончили солнце уже зашло за горизонт и тьма потихоньку поглощала город. Я расположился в гостинице и на рассвете решил пройтись по городу и осмотреться.

Что же это за люди, которые прибыли с епископом? – Думал я лежа в своей постели, – Да и сам епископ, он будто прочитал мои мысли и ответил глядя на меня... Надеюсь я с ним больше не встречусь.

Через день, гуляя по торговой площади и осматривая ближайшие лавки, с целью отовариться каким нибудь интересным артефактом, я забрел в ремесленный район, он граничил с продуктовым рынком так что на улице можно было встретить женщин с полными корзинами продуктов. Мой взгляд привлекла толпа, собравшаяся около ювелирной мастерской.

– Наверное украл что то и пытается продать это.

– Забавный мужик, у него роба вся грязная, будто он валялся в грязи в ней. – слышалось из толпы.

Потом мужчина вышел из лавки и толпа потихоньку разошлась. Меня привлекли товары из этой мастерской и я решил заглянуть и расспросить кто это был.

– День добрый, – обратился я к дворфу, что стоял за прилавком.

– Авантюрист? Нет, солдат, с какой целью пожаловал? – ответил ему дворф.

– Увидел толпу около вашей лавки и решил заглянуть. Я давно хотел себе какой нибудь артефакт. – рассматривая витрину сказал я.

– Мм, понятно. Ну, что тебя интересует? Перстни, кольца, амулеты? А у тебя вообще денег хватит?

– Вы же не просто украшения делаете? Я только что вернулся с войны и приехал сюда на исследование подземелья. – перевел я взгляд на дворфа, игнорируя его вопросы.

– Что то взгляд у тебя какой то ненормальный, – проговорил тихонько дворф – Ладно, понял тебя, – он пропал за своим прилавком и через несколько секунд достал несколько экземпляров. – Ты каким оружием пользуешься?

– Ну.. я стрелок, – немного замешкавшись ответил ему я.

– Лучник значит? а в ближнем бою? – взгляд дворфа сузился, – в пещерах особо из лука не постреляешь, если придется схватиться с тварью в узком проходе, луком ты от нее не отобьешься.

– Тогда я хотел бы что бы я мог ответить каким нибудь заклинанием.

– Ну как знаешь, – развел дворф руками, – вот несколько колец с заклинаниями отталкивания, земляного щита, каменной пули..

– А что за каменная пуля? – перебил я его.

– Ну, парнишка, ты вообще знаком с заклинанием или тебе все объяснить?

– Да, пожалуйста.

– Камень в кольце содержит ману, которая тратится при использовании заклинания и восстанавливается со временем. Есть варианты на 10, 20 и 30 выстрелов, но, ты вообще уверен? Тебе ведь для ближнего боя надо, разве нет?

– Меня все устраивает, объясните как им пользоваться?

– Вливаешь немного своей маны в кольцо и заклинание активируется, на конце твоего пальца материализуется каменная пуля, а потом ты корректируешь скорость вращения и скорость выстрела силой мысли. Вот, смотри, – дворф надел на указательный палец кольцо и вытянул руку, – Кольцо так же подстраивается под габариты своего носителя, сейчас я направлю немного своей маны в кольцо, – Через секунду кристалл в кольце засветился и на кончике пальца образовалась пуля, которая начала крутиться вокруг пальца, – Так же заклинание можно и отменить, перестав вливать ману в кольцо до завершения заклинания, если заклинание уже сформировано, его нельзя будет отменить, – кристалл на кольце перестал светиться и каменная пуля растворилась в воздухе.

– А сколько восстанавливаются заряды кристалла?

– Зависит от плотности маны в воздухе и силы заклинания, у этого экземпляра на 30 зарядов порядка получаса на поверхности и 10 минут в области с большим количеством маны, так что особо не постреляешь, – дворф снял кольцо с пальца и оно приняло стандартный размер, – Ну так что, берешь?

– Да, меня всё устраивает.

– 1 золотой и 50 серебренников.

– У меня только крупным номиналом, – положил я два золотых на прилавок.

– Да что ж вы меня на серебро то всё размениваете, подожди немного, мне нужно сходить к сейфу, – дворф повернулся спиной к прилавку и пошел в мастерскую.

– Мы? – спросил его я.

– Да, только что до тебя приходил паренек, продал мне кристалл и разменял золотой на мелочь, – Сказал дворф, остановившись в дверном проеме.

– А что за парень?

– Один из выживших после обвала шахты три дня назад, принес мне просто великолепный кристалл.

– Стоп, три дня назад случился обвал? – Воскликнул я.

– Ну да, а что? – Дворф повернулся ко мне с вопросительным взглядом.

– Да нет, все в порядке, – ответил ему я, он рассчитал меня и я довольный вышел из лавки с новоприобретенной вещицей.

Три дня назад? Но церковь знала об это как минимум за неделю, странно это всё.. – Думал про себя я, идя по улицам.

Спустя некоторое время я пришел к таверне, изрядно проголодавшись за день я заглянул внутрь. Это была таверна при гильдии авантюристов, там ели и пили солдаты и наемники, некоторые из которых прибыли сюда днем ранее по тем же причинам что и я.

– Курочку с пюре, пожалуйста, – обратился я к официантке и та пошла на кухню передать мой заказ.

Рядом со мной сидел какой то сумасшедший с котелком на голове, на вид шахтер, а перед ним было несколько опустошенных стаканов виски.

– Ты местный? – обратился я к нему.

– Что? Ты это мне, сосунок? – оторвался он от выпивки и ответил мне, – Ты что то хотел?

– Я хочу узнать про обвал в шахте, ты ведь в курсе что там произошло?

– Да, я с Михалычем позавчера оттуда выбрался, а что? – сумасшедший посмотрел на меня.

– О! А кто такой Михалыч? – Поинтересовался я, когда официантка принесла мой заказ.

– Хочешь узнать поподробнее, купи мне бутылку виски, – Расплылся он в улыбке.

– Эх, ладно, извините! – обратился я к официантке, – бутылку виски пожалуйста для этого алкаша, я оплачу. – Официантка кивнула и принесла бутылку. – Ты доволен? Теперь рассказывай.

– Хе-хе, – прижимая бутылку к груди, захихикал сумасшедший, – Он такой же шахтер что и я, каждый вечер выпивает в харчевне в конце улицы, ты можешь его там найти.

– И всё? Это всё что ты можешь мне сказать?

– Ну, тебе лучше лично у него всё узнать, разве нет? – Вытащил он пробку из бутылки и присосался к ней как новорожденный к груди матери.

– Ладно, – Я оплатил счет и пошел расстроенный столь бессмысленной тратой к той самой харчевне.

Я не сразу нашел нужное место, ибо у входа не было даже вывески. Вдруг из здания на углу улицы вышли пару пьяных шахтеров, тогда я заглянул внутрь.

Это и прям была в самом прямом смысле харчевня, кроме дешевой выпивки и простых закусок тут ничего не подавали. Я осмотрел зал но того, кого искал не нашел, заказал пинту пива и уселся в углу в ожидании, погрузившись в свои мысли, потихоньку пьянея от вкусной выпивки.

От мыслей меня отвлек хлопок двери, в харчевню зашли знакомые солдаты, что выпивали в гильдейской таверне.

– Эй, красавица, давай-ка выпей с нами.

– Слышь, урод, руки свои не распускай.

Что, да будет драка? – подумал я про себя.

– Это называется пушка, и если ты сейчас же не потеряешься в страхе, я снесу ею твою пустую башку.

Пушка? Что!? – Лоб намок от пота, сердце забилось сильнее, пиво в стакане начало выплескиваться от затрясшихся рук. В голове начали мелькать образы, мертвые тела, горящий дом, пустые глазницы.

– Как думаешь, после такого хоть кто нибудь выжил?

– Что ты смотришь? Приказано было всех их переубивать.

– Пошёл ты нахер, козел.

– Смотри, он дернулся.

Нет, нет, я не хочу.. Не надо, пожалуйста.

В тот момент, когда раздался выстрел, все вокруг как будто исчезло. Мир померк, звук ушел в тень, и перед глазами стали всплывать картины, от которых я бежал все это время. Поле битвы, дымящиеся тела, взрывы, кровь. Я видел это снова, снова и снова. Звуки битвы накатывали волнами, усиливаясь с каждым мгновением, и я почувствовал, как что-то внутри меня сломалось. Пальцы сжались в кулаки, а сердце колотилось в груди, как бешеный молот.

Всё, что было передо мной — это враги. И мне нужно их убить. Всё, что я делаю — правильно. И я не должен останавливаться.

– Вы что сделали, уроды?..