В темноте он был один. Тьма отдавала болотным оттенком, который, казалось, на ощупь был похож на дымку. Осмотревшись вокруг, он увидел фонарь; казалось, жизненно важно было к нему подойти. Он ступал по мягкому плато, и с каждым шагом сапоги погружались в пучину все сильнее и сильнее. Подходя к фонарю, воздух начал резать пронзительный крик, его издавали группа странных мотыльков, кружащихся вокруг света. Каждый раз, пытаясь подлететь к нему, они обжигались, от чего издавали краткий, но громкий визг. Сотни мотыльков кричали в агонии. Подойдя ближе, он смог разглядеть их получше: тело мотылька было размером с большой палец, крылья его были настолько черными, что на фоне окружающей темноты, без света фонаря, их было прекрасно видно, а вместо обычной мотыльковой головы была человеческая.

Сердце забилось с новой силой; его ногу что-то удерживало. Обратив на нее свое внимание, при свете фонаря он увидел человеческий труп. Это было не мягкое плато, а груда тел, которые равномерным слоем находились на полу. За ногу его схватила распухшая гноящаяся рука, личинки с человеческими лицами проедали в плоти дыры, потянув его вниз. Что-то тяжелое обхватило его тело и сдавливало, погружаясь все ниже, и наконец его голова погрузилась под воду. Его начали душить, но вода не заливалась в глотку; ему было страшно. Он попытался зажмуриться и открыть глаза, как вдруг все пропало. Была лишь темнота и приглушенные женские стоны, которые пробивались сквозь полотно мягкой ткани. Он осознал, что лежал на спине, и на его теле сидело что-то небольшое и теплое.

– Прекратите! – послышался приглушенный голос. – Зачем вы это делаете? – продолжал Михалыч.

– Иди и сделай мне пожрать, – послышался девичий голос.

Тут же подушка слетела с его лица, и он увидел прекрасное чудо. Девушка, которая несколько дней подряд спала мертвым сном, вдруг очнулась и первым делом начала его будить, чтобы потребовать... еду?

Возмутительно! Я её вытащил из подземелья, спас от чудища, отвёл в медпункт и уложил спать, а она, как очнулась, так сразу и душить. Я возмущён, – думал про себя Михалыч.

– Ты оглох?! – высокие нотки вновь разрезали тишину комнаты.

Глаза его чуть ли не выпали из орбит. Так она ещё и хамка.

– Девушка... – не успел Михалыч сказать и слова, как перьевая подушка разбилась о его лицо, раскидав наполнитель по комнате.

– Я хочу есть! – милое личико девушки переменилось, бровки нахмурились, а взгляд стал звериным.

– Деву... – не успел он вскочить, как боль раненой в ноге перебила его. – Так, стой! Я дам тебе еды, только не порти мебель! – отодвинулся он в угол комнаты, когда девушка занесла за голову пустой канделябр, чтобы швырнуть его в Михалыча. – Только вот я сказал, что дам тебе еды, но у меня за душой ни гроша, – опустился он на корточки.

– Хмпф.

– Я сейчас в немного затруднительном положении. Я не знаю, стоит ли мне рассчитывать на какие-либо выплаты в связи с несчастным случаем на работе, а денег у меня попросту нет. Если бы у меня было хоть что-то ценное, я бы мог обменять это на еду, но ничего подобного у меня нет, – окончательно забился он в угол.

Она вроде бы перестала злиться, но теперь просто сидит и смотрит на меня. Мне это не нравится. Нужно скорее отобрать у неё АЙ.

– На, иди и обменяй это на еду, – завернулась она обратно в тонкое одеяло.

Да что ж такое, что она мне кинулала? Обратив взгляд на пол, я увидел… кристалл? Но не такой, каким его добывают в шахте, а более чистый! На полу лежал чистейший мана-кристалл без примесей. За такой кристалл смело можно требовать золото, и откуда у этой девчонки такой кристалл?

– Откуда ты его взяла? – растерянно спросил Михалыч.

– Ты совсем не понимаешь языка? – подпрыгнула она с кровати.

Ничего хорошего она сейчас не сделает. Он выбежал из комнаты и закрыл дверь. За тонкими стенами было прекрасно слышно всю брань хрупкой девушки. К счастью, никого из соседей рядом не было, все куда-то разошлись. А куда, кстати?

Михалыч вышел из дома, он всё так же легонько поскрипывал от редких порывов ветра.

– Ха-ха, смотрите, что это с ним? Ха-ха, – издалека крикнул какой-то мальчишка.

А ведь и точно, из-за всего, что только что произошло, Михалыч не успел даже обратить внимание на свой внешний вид. К мокрой из-за дырявой крыши одежде прилипли перья с пухом, на голове гнездо, а сам он был отёкший, как алкаш, на потеху местной детворе. А в руках — кристалл, который стоит золото.

Хорошо продать его получится только если заморочиться с покупателем, но мне надо действовать быстро, иначе домой я уже не вернусь. Ой, как тут всё не просто... Но сначала надо привести себя в порядок.

Спустя время по улице шёл человек в помятой мокрой робе с заспанным лицом. Торговая площадь — дорогое удовольствие, не для таких, как Михалыч. На площади расстилалось бесчисленное количество торговых лавок: кто-то продавал продукты, кто-то ювелирные украшения, а кто-то броню и оружие. Их покупатели были одеты, хоть и в деревенские, но в красивые глаженные наряды. Бывший шахтёр тут явно выделялся, а когда он вошёл в ювелирную лавку, то и вовсе привлёк к себе взгляды.

За прозрачными витринами из прочного Дунгардарского стекла красовалась магическая бижутерия и украшения, подготовленные к экспорту.

– Здравствуйте, – скрывая стресс, поприветствовал продавца Михалыч.

– Шахтёр? С какой целью пожаловал? – ответил ему дворф, владелец лавки.

– Я думаю, у меня есть то, что вам приглянется, – пошуршал по карманам Михалыч. – Гляньте, – протянул он кристалл ювелиру.

– Ну, давай посмотрю, – сказал дворф, надел свой монокуляр и стал рассматривать прозрачный камушек.

Толпа зевак с интересом наблюдала, что же забыл здесь, на вид, какой-то бездомный. Напряжение в воздухе нарастало, когда ювелир, мастер в своём деле, тративший на оценку минимум времени, вдруг, с ошарашенным выражением лица, пытался найти изъян на протяжении десятка минут.

– Ты, блять, где это нашёл? – прошептал он, схватив Михалыча за шиворот и поднеся голову к его уху. – Ты хоть представляешь, сколько такие стоят? Скажи честно, где ты это взял, и я куплю его у тебя за десять золотых, – продолжал он с диким взглядом.

Михалыч почувствовал, как его сердце забилось быстрее. Сказать ли ему правду? Нет, это слишком опасно. Если он узнает, что кристалл дал мне та девушка, спокойно уйти не получится. Но если я смогу солгать, возможно, смогу убедить его.

– Я... – запинался Михалыч. – Я нашёл его в шахте.

– Где?! – ремесленник подпрыгнул со стула, его взгляд стал звериным. Капельки пота стекали по лбу старого дворфа.

– Я нашёл его глубоко внизу, в пещере, открывшейся после обвала, – бесстыдно врал Михалыч.

Вот черт, надеюсь, он отстанет после этого...

– Чёрт, так ты из тех, кто выжил после обвала? Я знаю, что рабочие группы ещё не спускались на нижние этажи, – дворф приостыл, но глаза его сияли.

– Давай заключим сделку, – продолжал дворф. – Я покупаю у тебя этот кристалл за 20 золотых и найму группу шахтёров, а ты проведёшь их до того места. Ты согласен?

Двадцать золотых!!! Да я же могу на эти деньги уехать из этого места и купить себе дом. Черт, блять, я не хочу снова туда спускаться.

– Извините... как я к вам могу...

– Логан, зови меня Логан.

– Да... меня самого зовут Михалыч, тут такое дело... В общем, новая пещера крайне опасна, там водятся страшные монстры...

Михалыч почувствовал, как его горло сжимается от страха. Монстры... они могут разорвать меня на части. Но если я откажусь, я потеряю огромные деньги. Что мне делать?

– Это не проблема, я найму для тебя опытных авантюристов, – Логан сказал как отрезал.

– Но это сложное задание, и я обычный шахтёр...

Сомнения Михалыча усиливались. Я не герой, я всего лишь шахтёр. Но эти золотые...

– Тогда давай так, ты регистрируешься в гильдии авантюристов, и я напрямую даю заказ на твоё имя. Я сейчас плачу тебе за кристалл 10 золотых и ещё 10 за выполнение моего заказа, идёт?

Михалыч ощутил, как жадность и страх борются в его душе. Деньги... они могут дать мне свободу. Но цена... цена слишком высока.

Ещё немного подумав, он отбросил сомнения и принял окончательное решение.

– Идет, я согласен, – сказал Михалыч, прерывая свой внутренний конфликт.

– Вот и договорились, – сказал Логан, вытянув руку для рукопожатия. – Через неделю я соберу для тебя группу авантюристов вкупе с шахтерами и подам заказ в гильдию. Расчитываю на наше сотрудничество.

Михалыч протянул руку, и они крепко пожали руки. Логан расплатился за кристалл десятью золотыми и они распрощались.

Михалыч повернулся к выходу, чувствуя тяжесть золотых в кармане. Черт, надеюсь, она расскажет, откуда взяла кристалл. Я не хочу сорвать сделку на десять золотых. Ладно, даже если всё пойдет не так, у меня будет неделя, чтобы что-то сделать... Вдруг он внезапно остановился.

– Это... Логан.

– Да?

– Ты бы... не мог разменять мне золотой? Я просто собираюсь сейчас за продуктами.

– …Аха-ха-ха, – через пару секунд молчания засмеялся Логан. – Ладно, черт, ты меня рассмешил. – Потянулся он за мешочком серебряных монет.

– Спасибо.

Провожаемый взглядом Логана, Михалыч вышел на улицу. Лица прохожих застыли в удивлении, а затем все опустили взгляд и побрели по своим делам. Черт, надеюсь, она расскажет, откуда взяла кристалл. Я не хочу сорвать сделку на десять золотых. Ладно, даже если всё пойдет не так, у меня будет неделя что-то сделать. – Задумался Михалыч. – Да и опасно вот так ходить с такими деньгами, особенно когда теперь все знают, что у меня приличная сумма.

Надо закупиться и подумать, как быть дальше. – Побрел он по торговой площади.

– Один кусок ветчины, пожалуйста, – подойдя к мясной лавке, сказал Михалыч.

– Мм? Один серебряник, – протянул мясник огромный кусок ветчины, который достал из охладительного механизма.

Может, и мне такой же купить? Как раз закупаюсь. Хотя нет, потом.

Пройдя по рынку и набрав авоську еды, он поковылял домой.

– Ну наконец-то, – набросилась на продукты девочка, как только Михалыч открыл дверь.

– Я накупил тут всяких вкусностей, давай есть?

Словно о стенку горох, девочка его даже не слушала. Выхватив из рук авоську и разорвав сеточку на кровати, она стала всухомятку заталкивать в себя хлеб с мясом.

Михалыч наблюдал удивительную сцену. Маленькая и на вид хрупкая девочка поглощала двухдневный запас продуктов за несколько минут, будто её желудок был в разы больше её тела. Смотря на это, живот Михалыча разболелся от голода. Так дело не пойдет, если она продолжит в таком же темпе, то и мне ничего не достанется, подумал он про себя и присоединился к ней.

Запив всё молоком, она рухнула на кровать пузом кверху, тяжело переводя дыхание. Это выглядело еще более умилительно и странно. Тот факт, что в ней еды больше, чем она весит, наводил страх и благоговейный трепет.

– Скажи хотя бы, как тебя зовут, – нарушил тишину Михалыч.

– Юно, просто Юно.

– Юно, значит... ладно.

– Что?

– Да нет, ничего... – внезапно подступивший к горлу ком прервал Михалыча.

ГЭЭЭЭЭЭЭЭЭГ -- ударная волна от отрыжки растрепала волосы Юно, глаза её округлились от удивления.

– И... ГЭГ... извини, я не контролирую это.

– Ахахахаха, – упала она на спину, – ничего себе ты даешь, мужик.

– Я не мужик, я Миха...

– Миша, да? Я знаю, – уставилась Юно ему в лицо. – Как круто ты умеешь, – расплылась она в улыбке.

— У меня это с детства, раньше я часто болел, а как начал рыгать, мне стало лучше. Ничего крутого в этом нет.

— Ты так круто раскидал тогда своей маной мои иллюзии, что я даже удивилась.

— Что? Какие иллюзии?

— Ну, когда я решила проверить твои намерения. — Лицо девочки из милого переменилось в зловещее.

— Вот как… — опустил он взгляд на пол.

— Чего приуныл? — склонила она голову на бок, словно собака, пытающаяся разглядеть эмоции хозяина. — Ты и вправду убил их всех своими собственными руками.

— Зачем?.. — только одно он смог выдать.

— Я просто хотела посмотреть, сможешь ли ты это сделать. — На лице появилась улыбка, — и ты справился.

Молчание. Не могу поверить, что она это сделала забавы ради.

— Я никогда раньше не видела, чтобы кто-то так же мог пользоваться своей маной, — продолжала она.

О чём она говорит? Какая ещё мана? У меня её отродясь не было.

— Мне надо обдумать всё, — Михалыч поднялся на ноги и вышел из комнаты. Юна лишь глядела ему вслед.

Выходя из дома, он увидел женщину с рыжими волосами. Во рту у неё была самокрутка, она щёлкнула пальцами и прикурила её от пальца, над которым появился небольшой огонёк. Закурив, она подняла взгляд на Михалыча, который нервно зашагал прочь.

Он прошёл мимо переулков, в которых сидели бедняки, перебиравшие свои пожитки, не обращая на прохожих никакого внимания. Он брёл дальше, солнце пересекло зенит, и тени птиц, летавших над городом, рыскали по тропинкам сухих улиц. На улицах иногда можно было увидеть облачённых в чёрное богослужителей, группы солдат, прибывших с фронта, ведомых лёгкими деньгами в открывшейся авантюре. Через толпы народа, погружённого в свои мысли, Михалыч с поникшим взглядом лёгонько похрамывал, лишь звон монет в его холщевом мешочке отдавался в его голове звонким эхом. Так он и пришёл, осознанно или нет, к знакомой харчевне, из которой его на днях пинком вышвырнули.

Скрежет двери прошёлся по почти полному залу, за стойкой стоял владелец. После обвала множество шахтёров ушли в бессрочный отпуск, пропивая почти всё своё свободное время.

Гул заведения потихоньку заглушал мысли в голове Михалыча, который уже собирался сесть за своё обычное место в углу харчевни, когда заметил, что оно уже было занято кем-то. Высокий худощавый парнишка потягивал кружку пива в гордом одиночестве. Его одежда была цвета хаки, а на ногах — длинные сапоги до колен. Он уже встречал таких, расхаживающих группами солдат на улицах Новера, но этот был не совсем похож на остальных, глаза его были широко открыты и смотрели куда то глубоко в деревянный пол. Михалыч уже собрался сесть за другой стол, как вдруг в заведение завалилась толпа военных в форме, у одного из них на голове красовался офицерский картуз.

— Будьте так любезны, хозяин этого захудалого заведения, угостить нас, скромных служителей Родины, парой стопок хорошей выпивки? Ведь мы, знаете ли, по долгу службы тут оказались, — произнёс офицер, слегка покачиваясь и с наигранной вежливостью в голосе, но с явной издёвкой в глазах.

— Да, присаживайтесь, — ответил владелец, понимая, что отказ не вариант.

Через пару минут к их столу уже спешила молоденькая официантка с парой пинт светлого нефильтрованного в каждой руке. Выпивавшие до этого в родной обстановке старые шахтёры косо поглядывали на новоприбывших, создавая напряжение в воздухе.

— Эй, красавица, давай-ка выпьем вместе, — сказал солдат, схватив официантку за руку.

— Пустите, — попыталась она вырваться.

— Да брось, не расстраивай нашего офицера, мы сегодня празднуем.

— Слышь, урод, руки свои не распускай, — крикнул один из шахтёров в их сторону.

— Ты, хрыч, — обратился офицер к рабочему, — заткнись и не мешай нам веселиться. Мы — солдаты, мы выше вас, низший класс!

— Высший класс? — усмехнулся рабочий, сжимая кулаки. — Вы, похоже, забыли, что именно мы, шахтёры, добываем вам магические кристаллы, чтобы вы могли греться в своих штабах и вытирать жопу мощными артефактами. Без нас вы тут просто никто!

— Ты меня достал, — закричал офицер, опрокинув стол и достал из кобуры на поясе какой-то артефакт. — Это называется пушка, — наставил он оружие на рабочего, — и если ты сейчас же не потеряешься в страхе, я снесу ею твою пустую башку.

— Пошёл ты нахер, козёл, — прорычал рабочий, и в следующую секунду между ними завязалась драка. Рабочий схватил офицера, снеся с его головы картуз, и попытался повалить, рядом стоящие солдаты набросились на рабочего со спины и уронили его. Тот схватился за офицера и свалился вместе с ним. Михалыч и другие шахтёры смотрели на происходящее, когда хозяин уже потянулся к своему магическому посоху, чтобы попытаться разнять дебоширов, как вдруг прогремел выстрел, и яркая вспышка разнесла внутренности поваленного рабочего по залу.

В моменте все притихли и раскрыли свои глаза от удивления и шока. Из-под мёртвого тела шахтёра, не ожидая такого исхода, выполз офицер, подбирая упавший картуз и сев на пол.

— Вы что сделали, уроды? — успел выдавить из себя хозяин харчевни, как из угла послышался пронзительный крик.