– Доброе утро, – прозвучал в избе Лили голос Сириуса.

– Давно в этом доме не было слышно чужого голоса, – поднялась Лили с кровати и села у ее края, – Что было дальше? – голос Лили был наполнен тревогой, а глаза наполнены надеждой.

– Сложно сказать определенно, но, – Сириус сделал небольшую паузу, подбирая слова, – относительно того, что было, прогрессия положительна.

Прошло пару дней с того момента, как Лили без сил упала без сознания, полностью истощив собственные силы, она смогла прийти в себя только сейчас, и то не до конца. До момента, когда она сможет вернуть всю потраченную ману, пройдет не меньше недели. Но даже сейчас ей было по силам вернуться к своей работе, чем она и собиралась заняться после того, как все уладится, но присутствие ее давнего наставника и учителя отбросило эти мысли из ее головы, и она решила в кои-то веки позволить себе расслабиться.

– Сколько лет прошло, я думала голубь ошибся и перепутал вас с кем то другим, я и не надеялась увидеть вас в ближайшее время, – слова Лили звучали спокойно и, казалось, радостно.

Сириус понятия не имел сколько эта женщина провела времени в одиночестве, хоть и явно меньше его.

– Приношу свои извинения, что прибыл столь поспешно, но обстоятельства были удручающими, – Сириус подал Лили чашку бодрящего напитка из высушенных листьев, добавив в него ложку пчелиного меда, – Спасибо что помогла, сам бы я не разобрался с ним.

– Спасибо, – поблагодарила она его за его заботу, отхлебнув из чашки, – Мм! Что это за зелье? – Голос Лили звучал удивленно, ведь до этого все зелья и лекарства, что она пила, не отличались вкусом, когда как это было столь приятным и ароматным, что она на мгновение забыла, что была полностью истощена.

– Сушеные листья чайного дерева, – ответил ей Сириус, – На востоке люди часто пьют этот казалось бы суп из листьев, для себя я заметил что он довольно хорошо бодрит, – Он позволил себе присесть на стуле рядом с кроватью, на которой сидела Лили и пронаблюдать за ее состоянием.

Сколько Сириус помнил Лили, она всегда была сильной, даже когда была еще ребенком. Она с детства умела общаться с духами, такими существами, которые были практически везде, где было хоть немного плесени, паутины и маны. Особенно старые, заброшенные дома, лакомое место для заселения туда какого нибудь маленького духа грязи или кучки пыли. И в доме Лили были такие, собирали со всей избы пыль в горстку, выносили из печи сажу и прогоняли жучков. По этому в доме вечно занятой колдуньи всегда было чисто. Вон как раз один из них, прятался всю ночь под ковром в прихожей, вылез и тут же начал заниматься своими маленькими делами.

Обычно, маги стараются изгнать всех духов из своих жилищ, те, якобы, мешают работе и загрязняют собой ману, что отчасти правда, но эффект порой столь незначительный, что обращать на них внимание просто нет смысла, а пользы они приносят много. Некоторых духов можно обучить и они будут по команде приносить тебе нужный инструмент, особенно полезно когда не хватает рук, а в обычное от их работы время они спят, спрятавшись в щели между половицами или между книг на полке или, что кстати полезно, ибо так они прогоняют книжных червей из колдовских рукописей и гримуаров, которые часто приходят в негодность, если не следить за ними.

Считается, что в редких случаях особо развитый дух мог превратиться в домового, прогнать всех остальных духов и все хозяйство держать на себе, взамен питаясь остатками пищи хозяина. Но это лишь теория, никто так не углублялся в изучение домовых духов и уж тем более никто не уверен в существовании домового, просто в какой то момент кто-то мог обнаружить у себя в доме наведенный кем-то порядок, вымытую посуду и растопленную печь, взамен на съеденные на столе крошки оставшегося с завтрака хлеба или поеденную похлебку.

В лесу, в котором жила Лили, тоже было полно духов. Достоверно нельзя быть уверенным в содержании их досуга, но они также следят за порядком в лесу, предотвращают пожары и иногда откликаются заблудшим путникам, помогая вывести их из лесной чащи. Но не все духи так добры и полезны, бывают такое, что пойдешь в лес по грибы или набрать хвороста, а лесная тропа то и дело теряется, деревья, будто живя своей жизнью, двигаются сами по себе, ненароком сбрасывая людей в болотную трясину, или медведи повстречается там, где они обычно не водятся. Это все их проказы и забавы, люди духам не хозяева. Ступая во владения леса и не соблюдая его правила, можно навлечь на себя их гнев, который порой, может лишить тебя жизни.

Изба Лили находилась в самом сердце леса, куда не пробраться без сопровождения духа. Из-за ее врожденного дара она могла позволить себе жить бок о бок с ними, не боясь за свою сохранность, ведь за ней горой стоял целый лес со всеми его обитателями, которые по одному ее зову были готовы прийти на помощь.

– Ты ведь получала мои письма? – Сириус спросил Лили, когда она допила.

– Да, но я не думала что вы прибудете так скоро, путь из Дунгаргара да здешних мест займет по меньшей мере три месяца, – Лили на секунду притихла, по ее лицу было видно, что она хотела о чем то спросить Сириуса, – Мастер, – набравшись смелости, спросила Лили, – Надолго-ли вы решили остаться у меня, и где вы в таком случае будете жить? – ее глаза сверкали надеждой, Лили очень хотела, чтобы ее учитель задержался у нее на подольше.

– Не знаю, – задумчиво ей ответил Сириус, – Я планировал завершить свой рутинный обход континента к тридцатому дню декабря этого года и вернуться в свою башню, по пути навестив еще пару своих учеников, но по пути к Тувке я сначала встретил пожар, а потом и то дитя.

– Что вы собираетесь делать с ним?

– Пронаблюдаю, – ответил Сириус, – Брать его с собой или попытаться отдать кому, пока он не восстановится, плохая затея, – взглянул он на Лили, – Так что, есть ли тебе что рассказать, по поводу моего письма?

– Вы, – Лили неуверенно заговорила, – Вы снова спрашивали в своем письме, не появлялся ли в округе пришлый придурковатый мужчина, чье владение любым видом оружия сравним с вашим умением в магии. Я уверена, не найти на свете человека, по силе равным вам, и спустя столько лет поисков, вы до сих пор не оставляете надежды найти его? – Лили в непонимании смотрела Сириусу в глаза, – Кто он? Он ваш друг? Скажите мне хотя бы его имя.

– Имя говоришь, – задумчиво опустил голову Сириус, – Все знали его как Гладиатор, но мне известно имя Гарон. Не знаю, стоит ли сейчас это имя хоть чего то, столько времени прошло, – по его взгляду было видно, что Сириус впал в свои мысли, – Редким пьяницей был да и балбес тот еще, ману не чувствовал да и ее в нем не было совсем, – глаза Сириуса широко раскрылись, вспоминая подробности, – Но мужик он хороший, сколько раз меня спасал и об отряде нашем заботился, – глядя в пустоту закончил он, – Он хоть и скрытный, но его жизнь так потрепала. Если бы ты увидела его, сразу бы поняла что это он. У него глаза добрые, что то в нем изменилось с тех пор как мы его встретили, с той поры даже в самых отчаянных ситуациях он никогда не давал слабины.

– Может быть, – Лили тихонько сказала, – Столько времени прошло, долгая жизнь доступна лишь с помощью маны, вам конечно виднее, но может он умер давно?

– Да хрен там, – сжались его перевязанные кулаки, – Даже если земля замерзнет и поглотится маной, эта скотина все равно найдет как выжить.

…

Позавтракав Сириус и Лили покинули дом, до пробуждения ребенка должно было пройти еще несколько дней и им было что обсудить.

– Этого ребенка я нашел в сгоревшей от страшного пожара деревне, – начал Сириус, – Что тут случилось?

– Пожар начался резко и распространился по лесу в считанные минуты, – Лили провела над прудом рукой и в отражении на воде им открылся вид на окрестности с высоты птичьего полета.

– Где то над нами сейчас летает твой голубь? – подметил Сириус, – Очень впечатляюще, я и подумать не мог что они могут взлететь так высоко.

– Да, спасибо, – расплылась в улыбке Лили, – Юджин сообщил мне о пожаре, когда он уже сжигал западный лес. Это произошло буквально сутки назад, всё что я могла сделать это послать Юджина осмотреть деревни и помочь выжившим, но он никого не смог найти, – Лили оглядкой посмотрела в сторону своей избы, – Я думала в живых не осталось.

– Этот ребенок.. его огонь мне напоминает магию драконов, – покачал головой Сириус.

– Мастер, – с волнением посмотрела на него Лили, – Вы уверены в этом? Драконы были истреблены тысячи лет назад, вся информация о них засекречена церковью.

– Я воочию видел их магию, – взгляд Сириуса наполнился ужасом, – столь разрушительной силой не обладал никто. Будучи юнцом я состоял в отряде героя, провозгласившего истребить весь драконий вид.

Лили могла лишь благоговейно слушать, не в силах перебить.

– Драконы практически бессмертны, находясь в бесконечном цикле смерти и перерождения. Нашей задачей было истребить их всех и не дать им переродиться, в успешности нашего подвига я был уверен до вчерашнего дня.

– Но как же?.. – тихо спросила Лили, – Как же вы смогли пережить их всех? Даже магия не позволит телу жить тысячи лет, главная мечта всех магов было обретение вечной жизни, неужели вы смогли?

– Я не смог, – присел Сириус на лежавшее на берегу бревно, – Оно само меня нашло.

– Я вся во внимании, – улыбчиво присела рядом с ним Лили.

– Ты мне лучше вот что скажи, – развеял ее ожидания Сириус, – До пожара ты видела или может быть голубь твой видел рыцарей империи?

Грудь Лили поднялась от тяжелого вздоха и тут же опустилась на выдохе, когда она встала.

– Недавно, с пару дней как назад, в округе Юджин заметил группу то ли наемников, то ли рыцарей, – ответила Лили, – вроде как в их отряде был один из послушников церкви.

– Вот как.. – задумчиво сказал Сириус, – присмотри за пока за ребенком, каждый час его ожоги надо мазать вот этой мазью, – Сириус вытащил из-за пазухи небольшую стеклянную баночку белой мази и протянул ее Лили, – А я пока что схожу до деревни и подумаю что с ней и пожаром делать.

После он начал читать заклинание, вокруг него образовался поток ветра и Сириус через секунду исчез.

– Охх.. – устало вздохнула Лили, – Всегда он так.. Даст какую-то рутинную работу и убежит.

Сириус материализовался прямо перед повозкой, плащ его немного порвался при перемещении, от чего Сириус закатил глаза.

– Мдаа, – вышло у него на выдохе, – Не стоит так беспардонно использовать перемещение прямо в центре леса, иначе в следующий раз на месте плаща окажусь я.

Деревья, чья крона густым покровом затмевала солнечный свет, стонали от ветра, Сириус осмотрел свою повозку и был немного озадачен увиденным. Его друг и помощник Симон, что был надежно закреплен к повозке, дабы тот не сбежал, каким то образом улизнул, сломав упряжку.

– Я этому поганцу хвост откручу и рога прилеплю, – грозился полушепотом Сириус.

Но недолго он негодовал, из-за кустов послышался знакомый ишачий визг. Пройдя несколько метров от повозки по дорожке из поваленных колосьев пшеницы, Сириус обомлел.

– Ты зачем на лань залез? Ёбырь межвидовой! – закричал Сириус, увидев Симона.

Симон от испуга дернул задними ногами и рухнул на спину как испуганный козленок, лань же от такого рванула в чащу леса.

…

Мое имя Сириус Дельфор Эль.. Нет, не так.. Просто Сириус, без рода.. Из ниоткуда. Сейчас я нахожусь на западе Империи Бе.. Бе-ри.. Берия вроде? Нет, уже нет. Как же там было?.. Кли.. Кли-мен? В общем у деревушки на реке Тува. У меня очень специфическое ремесло: я не рисую круги на пергаменте, не разговариваю с духами, не кую мечи и я не купец. Для понимания, я буду называть себя волшебником, но я не тот волшебник, что закрылся в своей башне и познает таинства колдовского мастерства, или тот, который для затеи, на королевский бал созвал на обозах осиротевших детей. Заставил всю столицу дивиться его праздной жестокости. А как императора уважил, так распродал всех, поодиночке.

Из всех тех тварей живущих, жестоких или убогих, из тех кто несёт на себе имя рода, у кого на голове корона, кто спит на голой земле, кто несет в руке меч или бросается маной, словно игрушкой, никто из них не знает, чего стоил этот мир, каких жертв. Все давно позабыли то время. То время, когда и я мог звать себя обычным волшебником. Спустя столько лет, я уже даже не вспомню имя той Империи, у которой я сейчас нахожусь. Я уже позабыл, зачем я сюда приехал? А, дракон, мне надо найти его и убить. Такая ведь у нас была задача? Мы ведь все должны были убить его и избавить мир от его тирании, это было предрешено.. Но мы проиграли, заплатили жизнями. А из-за моей слабости я все еще жив.

Не так давно, ну как.. для меня это было словно неделю назад, а кто то за это время успел отлипнуть от титьки, вырасти и обзавестись внуками. Так.. Снова, к чему я это? Ах, да, Спустя тысячи лет изучения теории маны, не так давно я понял, что в ту битву выжил ни я один, по остаткам белого шума, я высчитал несостыковку. Из того количества высшего вещества, что после смерти дракона рассеялось и стало основой нового мира, не хватало еще две таких же долей, что поглотил я из той битвы. Где то по этому миру ходят под другими именами мои товарищи. Мой друг Гарон, герой Фридрих, фехтовальщица Гера и наш целитель Адриан. В том огне, что умирали мои товарищи, Гарон своей проворностью смог избежать участи остальных, я был высоко в небе и не мог разглядеть итоги битвы. Но расчеты не врут! Когда раздался взрыв, Гарон смог выжить! А вместе с ним и еще один.

Сегодня 14 Июля 2965 года со смерти Бога Дракона. Мир, что держался почти три тысячи лет, скоро пошатнется под давлением той страшной силы, что уничтожило половину мира в ту ночь. Что же это за сила? Откуда пришел дракон и где он сейчас? Три тысячи лет я искал ответ и мне кажется, что я его вот-вот найду.

…

Сириус погасил галоп Симона, он довез Сириуса на своей спине до самой деревни, из которой они вчера поспешно бежали. За ночь почти ничего не изменилось, еще не все тлеющие угли успели окончательн погаснуть, а в воздухе все так же стоял неприятный запах гари.

Сириус спустился с Симона и отошел к тропке, вдоль которой простирались черные остатки домов. Ножки Симона тряслись от усталости и страха, хвоста у него не было, да и сам он своим видом напоминал больше животное которым пугали детей чтобы те не ходили ночью в лес, чем на обычного ослика. Черная шерстка, небольшое тельце, два длинных уха, а между ними длинные рога. В качестве наказания Сириус изменил его облик, он так часто использовал магию на своем ослином друге, что перестал видеть границы.

Полностью разрушенную деревню наполнял запах горелого мяса.

Скоро духи облюбуют это место и заполонят его как черви скотный могильник мыслил волшебник. После того как сюда словно на пир слетятся духи, эту землю можно хоронить на картах: черные смоли, вырывающиеся из сухой земли, ядовитые газы, разлетающиеся по округе как потоп, и самое страшное – ожившие мертвецы.

Сириус начал водить рукой в воздухе, словно что то искал в нем. Вдруг из тонкой ниточки, образовавшейся как будто из ниоткуда, развернулась дыра, Сириус просунул в нее руку и достал из нее посох. Посох Йюнг-Тирс сверкал, Сириус уже давно преодолел уровень мастерства чтобы справляться с заклинаниями и без своего посоха, но он ему нравился до безумства, поэтому хоть и редко, но он все же позволял себе достать его и любуясь им, сделать дело.

– Ты же понимаешь что ты ему не по силам? – Окликнул его Симон, – Ты это к чему? – Сириус взглянул на него из-за плеча,

– В прошлый раз посох еле выдержал твою мощь, я почти уверен, таким темпом тебе недолго осталось им любоваться.

– Все мы в конечном итоге умрем, древко моего посоха рассыпится в крошку и напитает землю, самоцвет потускнеет и станет пищей гор, а наши тела станут пищей растений.

– Говори за себя, – прервал его Симон, – уж кому-кому, а мне светит более благородная участь.

– Ты после смерти даже цветочку приятно не сделаешь, просто растворишься в мане.

– Я благородный скакун, – снова зазнался Симон, – моя сила после смерти послужит другому мастеру, быть может гораздо более честному.

– Ишак! – криком заткнул его Сириус, – Ты отвлекаешь.

– Ты пойди найди кого нибудь, кто стерпит тебя дольше меня, – Сириус прикрыл глаза и взял посох в обе руки.

Лишенная жизни почва поросла травой под ногами волшебника, заклинание начало действовать. Сириус сам его придумал, как и многие другие, вообще почти весь его арсенал состоял из созданных им заклинаний. Так как именно он понимал суть их действия, он мог пользоваться ими без слов, одним только желанием менять их результат, силу и способ действия. С сожженным лесом он справился быстро, деревья поросли новыми почками, земля вернула плодородный вид, а сожженные трупы превратились в прах, и лишь редкие поросшие мхом каменные печи напоминали о сгоревшей деревушке.

Волшебник не сразу покинул восстановленную бойней землю. Почему? Что тут произошло и как с этим связан тот ребенок? Эти вопросы мучили его еще на подъезде к пожару. Все ответы, казалось, были скрыты в ребенке, которого он подобрал. Сириус никогда не имел дело со столь юными детьми, его учениками были уже взрослые, а порой и даже пожилые.

Недолго поразмыслив над всем в его голове возникла мысль. А что будет, если он вновь возьмется за обучение? В голове эта идея пронеслась словно ветер.

– Скачи к Лили, – скомандовал Сириус ослику, запрыгнув ему на спину.

Окраина леса приняла вновь прибывших с распростертыми объятиями. Колючие кусты и корни расходились, прокладывая дорогу в глубь, а кроны деревьев словно указывали куда идти.

– Вы уже закончили? – Лили стирала в пруду окровавленные бинты.

– Почему ты позволила пожару разбушеваться? – резко спросил ее Сириус.

Лили бросила тряпки в таз с чистыми после стирки вещами и молча выпрямилась во весь рост, – А вы думаете я не пыталась? – холодный взгляд обратился к фигуре Сириуса, – Этот ребенок не так прост, мастер.

– Я понимаю о чему ты, – проронил Сириус.

– В ту ночь мимо Тувки проходила вереница имперских рыцарей, Юджин сразу мне об этом доложил и я начала за ними присматривать. Луна ушла в полное затмение и с высоты было едва видно что происходит в деревне. Начался шум, как вдруг, словно взрыв, горящее облако в мгновение охватило пламенем сначала деревню, а потом лес. Всего за несколько секунд в огне оказалось все на расстоянии в милю. Если тому причина ребенок, то я очень не хочу чтобы он находился у меня дома.

– Я собираюсь взяться за его обучение, – во взгляде Сириуса читалась печаль. Разумнее было закончить с ребенком еще в деревне и прекратить пожар, но он не мог так поступить с дитем.

Лили лишь молча подняла тазик с земли и быстрым шагом вернулась в дом. Мысленно она понимала действия Сириуса, но не могла смириться с ужасающей из ниоткуда взявшейся силы. Оставалось лишь ждать, пока ребенок очнется.

Шли дни, за это время Сириус успел во всю оценить прелести оседлой жизни в глухом дремучем лесу. От скуки и быта его отвлекало лишь наблюдение за восстановлением ребенка. Каждый раз осматривая Сириус кривил в удивлении лицо и интенсивно чиркал какие то каракули у себя в книжечке. Лили же, пока не занималась бытом, который в большей степени лежал на маленьких духах, зависала над своим рабочим столом в письме и чтении.

– Хорошее место ты выбрала, – оглядывая темную полянку сквозь побитые округлые стеклышки проговорил Сириус,

– Я прибрала это место к рукам подальше от глаз людских, не каждый крестьянин будет рад соседке, которая у себя в доме держит спящую бомбу.

– Да прекрати ты, – протянул Сириус, – пока я рядом беде не бывать.

– А когда вы снова уедете, что, возьмете его с собой?

– Я планировал пожить у тебя пока он не сможет нормально управлять магией ну и.. – Сириус взглянул на обгоревшее тело, которое потихоньку стало обрастать заживленной кожей, тонкой и неэластичной, – пока в общем не хочу я никуда с ним ехать. Вот как придет в себя тогда и решим.

– А вдруг он не проснется, – Лили положила голову на руку, сгорбившись над столом, – Снова пропадете на несколько лет?

– Не знаю, – Сириус засунул руку за пазуху и вытащил курительную трубку.

Через две недели ребенок проснулся.