Дни продолжались своим чередом. Антар тренировал Хатаке вечерами, за чем наблюдали белый котяра и пару домашних. До сих пор всю правду, о вернувшейся памяти, понимал только напарник Эндиона. В доме периодически исчезали по делам Элли и информатор. Никто из стражей, кажется, вообще не допускал и мысли, в которой они смирятся и продолжат жить... как есть. Как есть, без части своей души, что осталась в их товарищах, не друзьях.

Осталась в тех ужинах, на которые для обсуждения планов старались не зависимо от обстоятельств присутствовать все лично. Пыхтели над приготовлением стола, подавали сахар к чаю и только Эндион периодически пропускал всеобщие сборы и опаздывал.

Сейчас этого нет. И здорово, если они не запрутся в личных комнатах чтобы мусорить на славу тараканам.

Часть сердца осталась в прошлом, всегда шумном, доме. Оказывается, то, что раздражало педантичного информатора, коробило его душу только потому, что это было его. Просто его частью. Когда Кент используя все стихии непременно с шумом и торжеством бился против Кейт с ее извечными топорами.

Информатор мог бы увидеть их тени сражающиеся на лужайке. Под конец извалявшиеся в месиве грязи. Обязательно грязью и пахнувшие. Потом похлопывающие по плечам друг друга с улыбкой оставляли кучу грязных пятен в гостинной, коридоре. Вплоть до ванной.

Еще толику души унесли инновации кепа. У него, как хорошего капитана никогда не было повода держать все в стальных рукавицах, вечно над чем-то думать или срочно исправлять. Он мог бы днями лежать под деревом на холме. И иногда ворча на счет легкости своей жизни он бывало подхватывал молодежные инновации и тащил всех на тимбилдинг, тащил в магазины обновить гардероб, чтобы вливать в изменившиеся тенденции времени бессмертную компанию. Чтобы вы понимали, каждый из них мог найти по два-три дела и еще пару причин для неоспоримых отговорок, но информатору потому и кажется, что он лидер, потому что такие встречи, никто из их команды вообще никогда еще не смог пропустить. А показателем качества служил Эндион, как шутил Антар.

Как будто они перестали говорить. Да, человек в соседней комнате, но раньше Элли и подумать не могла, что ей может быть так одиноко. Ее улыбка больше не могла достигнуть сердца домочадцев. Вот изобретательница Анн точно улыбнулась бы ей в ответ. Обнала бы просто так и закружила, всего лишь любуясь взглядом Элли. Сейчас этого нет и пустота превратила их в соседей.

Когда нет даже смысла сказать "привет, как дела". И отвечать - незачем.

Какой-то закоулок в душе безраздельно занимали ужасные стороны в характере каждого. Уживаться в одном доме порой - даже большом - бывает очень сложно даже двум людям. Об этом точно знали Эндион и Джек и, быть может поэтому, жили и вовсе в одной комнате. Но не отнять и тех моментов, когда абсолютно добродушная Элли, за душ по утрам, потом ходила с улыбкой до обеда. Из вечных привычек ее почти бессмертного, ушастого народа она ничего гадкого никогда не говорила. Просто растения в супе причины ее бедствия иногда вызывали понос, колики, портились и становились кучкой сгнившего говна уже на языке жертвы, уже после проглатывающего движения.

Отчего так происходило Элли не понимала, но догадывалась. Однако же, все равно бесполезно пыталась быть еще добрее и лучше.

Чему не соответствовал оборотень Гарик. Чаще вонючий после бешеного выгула и иногда, только когда восходила полная луна он метил дом... И прикатывал те части, чтобы ни у кого кроме него нюх не мог уловить столь явный запах. Он порой сильно загонялся на этот счет и его тянуло к волчьим повадкам. Просто накрыть нос лапой посреди обеда, просто от накатившего. Что замечал Эндион и закидывая руку за плечо предлагал тому попробовать вечером угнаться за его ветром. Ради этих вечеров, вечно стеснительный Гарик, на самом деле был пока единственным, кто мог вынудить Эндиона прибыть к ужину точно в срок и ни минутой позже уже предвкушая вечер.

Сейчас же они как-то обособились. Все чаще смотрели в пол. В глазах поселилось тревожное ободрение: "все не так плохо, могло быть хуже, все еще получится может быть". Дом отныне холоден и мрачен. Чувство какого-то уюта, радости жизни исчезло. Только мысли: "надо что-то сделать, не забывать отдыхать, этого недостаточно" уже давно живут в душе у каждого. У каждого... только Эндиону плевать, и Джеку. Вот уж кто никогда ни чему не смущался и... раньше выкидывал и до смешного глупые казусы, раньше было кучу смущающих случаев и его и других, раньше, опять же раньше, раньше. Все это было раньше.

А сейчас он выглядит так просто. Он, кажется, неуловимо изменился и когда его глаза налились жизнью перед отправкой к Какаши. Вернулся он задумчивым и еще долго потом с холма смотрел на их дом. Ни Элли, ни Антару, ни даже специализирующемуся на этом информатору не удалось выведать причину. Джек только посмотрел на него и подумал... Что он тоже хотел бы привести Какаши в их дом в гости. И познакомить. Но не просто... а со всей командой.