- Цинь Яй, тащи сюда свою задницу! - в это время раздался крик с улицы.

Выражение лица Цинь Яя стало ледяным: «Продолжаете запугивать? Это уже слишком. В таком случае не обвиняйте меня в безжалостности!» Распахнув дверь, он медленно вышел наружу. Точёное тело Цинь Яя излучало властность, больше свойственную старейшинам. Он равнодушно посмотрел на Цинь Юньчэна и двоих юношей, сопровождавших сына главы.

- Цинь Юньчэн, зачем ты пришёл сюда? - безразлично спросил Цинь Яй.

- Отброс! Кто позволил тебе называть меня по имени? Не видишь разницы между большим и малым[1], не знаешь отличий между высшим и низшим[2]? Неужели никто не учил тебя правилам приличия? - горделиво вскрикнул Цинь Юньчэн.

- Молодой господин, вы забыли? - сразу же подключился Цинь Фэйян, сопровождающий сына главы, - мать этого ничтожества родила его от какого-то дикаря и бросила сразу после рождения. Как кто-то мог его обучать? Ха-ха!

Когда Цинь Яй услышал эти слова, в его глазах вспыхнула ледяная жестокость. Подобно свирепому хищнику, выбравшему свою добычу, он медленно, шаг за шагом, начал приближаться к Цинь Фэйяну.

Цинь Фэйян внезапно, без всякой причины, испытал чувство страха. Неосознанно он сделал пару шагов назад и лишь после этого очнулся и отругал себя. Мальчишка перед ним являлся обычным ничтожеством, так чего он так испугался? Подумав об этом, Цинь Фэйян успокоился и с насмешкой посмотрел на Цинь Яя.

Приблизившись к Цинь Фэйяну, Цинь Яй тяжело вздохнул, поднял правую руку и совершенно неожиданно резко опустил её.

Чрезвычайно громкий звук шлепка от пощёчины разлетелся по всему двору. Жалостно взвизгнув, Цинь Фэйян рухнул на землю.

Собравшиеся вокруг другие члены семьи Цинь, что пришли посмотреть занимательное представление, были потрясены. На несколько мгновений воцарилась полная тишина, которая после взорвалась многочисленными голосами.

Он на самом деле посмел ударить! Этот отброс действительно осмелился ударить!

- Мои глаза, что я увидел?

- Цинь Яй ударил? Это пощёчина была довольно звонкой!

- Он - покойник! Второй молодой господин точно не отпустит его.

Цинь Фэйян лежал на земле. Его щека опухла, а лицо стало похоже на свиное рыло. Сплюнув полный рот крови, он обнаружил, что так же лишился нескольких зубов, которые теперь отчётливо белели в небольшой кровавой луже рядом с ним.

Это выглядело настолько жестоко и прискорбно, что наблюдающая за происходящим толпа ощутила некий холодок, пробежавший по их спинам.

Лицо Цинь Фэйяна сначала покраснело, потом побледнело. Его глаза загорелись яростью. Бесконечный стыд и неудержимая ненависть полностью поглотили остатки его разума, сохранив лишь убийственное намерение.

- Цинь Яй, я порву тебя! - взревел Цинь Фэйян и бросился к Цинь Яю, словно злой демон. Его кулаки покрылись молочно-белым сиянием.

- Это Истинная энергия! - вскрикнул кто-то из толпы.

Стоявший в стороне Цинь Юньчэн не стал останавливать Цинь Фэйяна. Изначально сын главы собирался просто унизить Цинь Яя, но действия этого ничтожества ужасно разозлили его. Так или иначе, Цинь Фэйян являлся его человеком. А всем известно: прежде чем избить собаку, следует узнать, кто её хозяин.

К тому же, ему не давал покоя вопрос: почему он не сумел отреагировать на удар Цинь Яя? Ведь он являлся воином девятого уровня Человеческого царства. Возможно он был слишком небрежен?

Наблюдая за помешательством Цинь Фэйяна, Цинь Яй оставался всё таким же безразличным. В его глазах движения этого парня выглядели слишком медленными и хаотичными, с огромным количеством недостатков и слабостей, что было весьма предсказуемо и… уязвимо.

Цинь Яй просто не мог не почувствовать презрение. В своей прошлой жизни он достаточно тесно общался с самыми могущественными мастерами боевых искусств. И пусть тогда он являлся лишь алхимиком, те взаимоотношения помогли ему получить более высокое понимание боевых искусств, что не шло ни в какое сравнение со знаниями обычных людей.

Ловко уклонившись в сторону, он избежал кулака Цинь Фэйяна. В тоже время Цинь Яй сжал кулак и втянул живот, активируя свою Истинную энергию и заставив её забурлить. Он нанёс всего лишь один, но довольно жёсткий, удар.

С диким криком тело Цинь Фэйяна взлетело в воздух, словно воздушный змей с оборванной верёвкой[3]. Разбрызгивая по округе кровь, он отлетел почти на десять метров и камнем рухнул на землю, выплёвывая кровавую пену изо рта.

Один удар и полное подавление!

Невероятная сцена потрясла всех присутствующих. Теперь они, в чьих сознаниях глубоко укоренился образ Цинь Яя, как обычного ничтожества, пребывали в огромнейшем шоке.

- …б твою мать! Это *** сон и я ещё не проснулся?[4]

- Как бы то ни было, Цинь Фэйян находится на шестом уровне Человеческого царства. Так что с ним случилось? Этот мальчишка точно отброс?

- Неужели этот желторотик скрывался всё время?

- Скрывался? Бред! Кто станет терпеть издевательства над собой более десяти лет только ради того, чтобы утаить своё невысокое культивирование? Кроме того, разве глава и другие не заметили бы этого?

- Тогда получается, он - больше не ничтожество!

В этот день Цинь Яй так сильно удивил всех, что многие задавались вопросом: не сон ли это?

Кто-то подошёл к находящемуся без сознания Цинь Фэйяну и присел на корточки, чтобы проверить его состояние.

- Лёгкие повреждены, четыре ребра сломаны и, самое главное, меридианы уничтожены! - после паузы глубоким голосом произнёс он.

Меридианы уничтожены!

Собравшаяся толпа тяжело выдохнула так синхронно, что по округе разнеслось шипение. Это было слишком жестоко! Для мастера боевых искусств это ничем не отличалось от смерти!

- То, что я не убил его, показывает мою терпимость и привязанность к семье, - всё с тем же безразличным видом произнёс Цинь Яй.

Но это только заставило людей ощутить леденящий холод в своих сердцах.

- Цинь Яй, ты ищешь смерти! - надменно заговорил Цинь Юньчэн, собирая свою Истинную энергию в ладонях. Он был готов нанести удар в любое время, - похоже, ты достиг четвёртого уровня Человеческого царства.

- Что, ты тоже хочешь попробовать? - по-прежнему монотонно отозвался Цинь Яй.

Увидев совершенно беспечное выражение лица Цинь Яя, Цинь Юньчэн почему-то почувствовал себя немного неуверенно. «Что происходит? Он всего лишь на четвёртом уровне Человеческого царства, а я - воин девятого уровня Человеческого царства!» - попытался подбодрить себя он.

- Ха! Ты просто пытаешься выглядеть загадочным! - презрительно фыркнул Цинь Юньчэн, найдя для себя объяснение, - я хочу посмотреть: какой силой ты обладаешь!

С этими словами он поднял ладони, собирая в них всю свою Истинную энергию, и уже был готов атаковать.

- Прекратить! - раздался гневный крик.

С порывом сильного ветра Цинь Юйсян возникла перед Цинь Яем, заслонив его своим телом.

Сила шестого уровня Сокровенного царства внезапно активировалась. Гнетущее давление заполнило округу, словно наводнение. Это заставило лицо Цинь Юньчэна побледнеть, а собранная им Истинная энергия мгновенно рассеялась.

- Цинь Юньчэн, ты сын главы семьи, но ты так издеваешься над младшими. Где твоё лицо?[5] - Цинь Юйсян свирепо смотрела на Цинь Юньчэна, словно тигрица, защищающая своего детёныша.

Это было слишком угнетающе. Цинь Юньчэн не имел ни единой возможности противостоять Цинь Юйсян, что ужасно напугало его: «Это и есть мощь Сокровенного царства?»

Воины Человеческого царства используют Истинную энергию, накопленную в их меридианах, в следствии чего получают силу, превосходящую обычных людей. В то время как воины Сокровенного царства открывают в своём теле резервуар для Истинной энергии, отчего их сила по меньшей мере в десять раз превосходит боевых мастеров Человеческого царства.

- Шестая старейшина, умерь свой гнев, - прозвучал весьма властный голос, следом за которым последовал тяжёлый звук шагов.

С высоко поднятой головой и важным видом один единственный человек приближался к собравшейся толпе. Этим человеком являлся никто иной, как глава семьи Цинь, Цинь Хай!

- Приветствую главу семьи, - Цинь Юйсян отозвала свою Истинную энергию и сложила руки в соответствующем жесте[6].

- Непокорный сын, немедленно извинись перед шестой старейшиной и Цинь Яем, - Цинь Хай улыбнулся Цинь Яю, едва поравнялся с ним, и сразу же отругал Цинь Юньчэна.

- Отец, Цинь Яй серьёзно ранил члена своей семьи и уничтожил меридианы Цинь Фэйяна. Я собирался схватить его и наказать в соответствии с семейными правилами, - без давления Цинь Юйсян Цинь Юньчэн облегчённо выдохнул и заговорил с насмешкой.

- Правда? - услышав это, Цинь Хай в удивлении поднял брови, - Цинь Яй, надо полагать, ты виновен? - с благородством поинтересовался он.

Цинь Яй презрительно улыбнулся: что отец, что сын - птицы одного полёта. Ни один из них не являлся порядочным человеком.

- Вы можете осуждать людей, не спрашивая причину. Глава семьи заслуживает своего положения и обладает огромной властью, - слова Цинь Яя прозвучали равнодушно, но в них явно чувствовалась насмешка.

Окружающие были ошеломлены. Некоторые из них стали втихаря себя щипать, чтобы убедиться, что не спят, другие просто покрылись холодным потом. Этот Цинь Яй, должно быть, имел огромное мужество, чтобы осмелиться так разговаривать с главой семьи.

- Ха-ха, молодые люди довольно легко поддаются гневу! - рассмеялся Цинь Хай, но от Цинь Яя не ускользнул отблеск жестокости, промелькнувший во взгляде главы.

- Глава, Сяо Яй не способен культивировать. Как он мог серьёзно ранить Цинь Фэйяна? - попыталась защититься Цинь Юйсян.

- О, оказывается, шестая старейшина не знает, что Цинь Яй не является отбросом, как мы все привыкли его называть. Одолеть Цинь Фэйяна, воина шестого уровня Человеческого царства, с одного удара - даже я в восхищении, - неожиданно, Цинь Юньчэн кардинально изменил своё отношение.

- Что?! - в один голос воскликнули Цинь Юйсян и Цинь Хай.

Услышав такие слова, они оба были несколько удивлены и сразу стали исследовать уровень культивирования Цинь Яя.

- Четвёртый уровень Человеческого царства! - также одновременно выдохнули они с удивлением.

Сила обоих находилась на уровне Сокровенного царства, потому им не составило никакого труда сразу же определить уровень совершенствования Цинь Яя. Разница заключалась в том, что Цинь Хай погрузился в размышления, но не знал, о чём и подумать.

- Сяо Яй, ты прорвался на четвёртый уровень Человеческого царства! Это здорово! Кто теперь посмеет назвать тебя ничтожеством? - Цинь Юйсян откровенно обрадовалась.

- Хорошо, Цинь Яй, расскажи мне, что произошло, - доброжелательно заговорил Цинь Хай, полностью изменив своё прежнее отношение.

Мельком взглянув на него, Цинь Яй пересказал всю последовательность событий.

- Омерзительно, это слишком гадко, - со злостью процедила сквозь зубы Цинь Юйсян и с отвращением посмотрела на Цинь Фэйяна, лежащего на земле неподалёку.

- Поскольку Цинь Фэйян сам спровоцировал Цинь Яя, он сам и несёт ответственность за случившееся. Цинь Яй не виновен, - после недолгого раздумья заключил Цинь Хай.

- Отец, нельзя это оставить просто так! - возмутился Цинь Юньчэн. Он хотел сказать что-то ещё, но был прерван главой.

- Я принял решение. Вопрос закрыт, - авторитетно заявил Цинь Хай.

- Да, - Цинь Юньчэн непримиримо взглянул на Цинь Яя, махнул рукавами и ушёл.

_________________________________________

[1] «Большой и малый» социальный статус.

[2] «Высшие и низшее» положение в семейной иерархии.

[3] Подскажите незнающему человеку: воздушного змея держат за нить или за верёвку? Просто иероглиф 線 можно перевести и так, и так. А я воздушного змея видела только на картинках и TV.

[4] Довольно интересная цензура у китайцев. Так первое высказывание фразы прописано полностью. А вот прилагательное, относящееся к слову «сон», в оригинале заменено «***». Поэтому будем сами (каждый в мере своей испорченности) додумывать, что же за слово там скрыто.

[5] Для тех, кто не в курсе: в китайской культуре слово «лицо» также имеет значение «честь/достоинство» и характеризует социальный статус и положение в обществе.

[6] 拱手 (гуншоу) - складывать руки (в знак приветствия, просьбы, почтения): левая кисть охватывает правый кулак перед грудью. Далее этот термин будет переводится как «сложить руки в приветственном жесте», но при условии, что слово «приветствие» не станет повторяться. Для избежания повторного употребления одного и того же слова (что может раздражать и резать глаза) будет использована фраза «сложить руки в соответствующем жесте», как в данном случае.