Сирша не двигалась, ее глаза щипало от соленых тихих слез. Все, чего ей сейчас хотелось, — спрятаться или убежать как можно дальше, покинуть остров, рассказать обо всем отцу. Быть может, он что-то предпримет? Но что? Она обняла себя и сжалась настолько, насколько это было возможно. Ее голова пульсировала, а тело тряслось и отказывалось слушаться.

Все казалось совершенно нереальным, никогда до сегодняшнего дня она не могла представить себе, что Генри, которого она когда-то знала, изменится настолько. Казалось, это совершенно другой человек, никак не связанный с ней в прошлом. Человек настолько пугающий, что все ее тело переполнял животный страх от одного его смеха, от холодной и жестокой магии, направленной на Марию. Знал ли отец о темной стороне Генри? Быть может, и знал, но всячески старался от этого всех уберечь.

Кто-то прошел мимо, не замечая Кикки и Сиршу, и тут же сбежал вниз с криком:

— Позовите врача! Здесь раненый!

Спустя пару минут он вернулся в сопровождении Розет. Они быстро поднялись на второй этаж. Зеваки, заприметившие суету, начали стягиваться в гостиную, строя теории о том, что случилось.

Магия, окутывающая Сиршу с Кикки, постепенно угасала. И когда она окончательно спала, часть зевак переключилась на них. Сирше все происходящее казалось кошмаром, а Кикки, сидящий с пустым взглядом, так и бормотал, словно успокаивая самого себя:

— Все это сон, скоро все закончится.

— Розет! — крикнул кто-то. — Тут еще двое!

Какое-то время слышалось только гудение перешёптывающихся людей, но затем раздались шаги на лестнице — сквозь толпу любопытных прорывалась Розет.

— Разойдитесь, кому говорю! — Ее взгляд был серьезным и сосредоточенным, дающим понять — произошло что-то серьезное.

Она присела перед Кикки и Сиршей.

— Кикки, ты меня слышишь?

Четкого ответа от него не было, лишь бессвязное бормотание. Два шлепка по его щекам последовали один за другим. Его взгляд прояснился.

— Кристиан, что произошло?

— Я думал, нас убьют… Мария… Она тоже там была. Где Мария?

Он многозначительно посмотрел на Розет и застыл. Розет смотрела на него глазами полными слез.

— Нет, это не может быть правдой, — прошептал он и взглядом обратился к окружающим их людям, — верно же?

Розет молчала.

— Почему? За что? Почему это вообще произошло…

— Кристиан… нам важно знать, что произошло, — перебила его Розет.

Кикки замолчал, а Розет легонько хлопнула по плечу Сиршу. Та вздрогнула.

— Сможешь сказать, кто это был?

Сирша помолчала, уставившись в дальнюю часть комнаты, а затем опустила голову, тяжелые слезы упали из глаз:

— Не могу поверить в это.

— Я понимаю, Сирша, но прошу, сосредоточься, — мягко давила Розет.

— Мой брат. Генри.

Сказав это, она поставила точку в своих сомнениях. Это точно был Генри.

— Ясно. Ты знаешь, куда они с Найджелом могли отправиться? Ты можешь связаться с братом?

— Не имею понятия. Нет, я не могу с ним связаться.

— Хорошо… Они были в сговоре или, может быть, до этого как-то контактировали?

— Не знаю.

— Вы с Найджелом прибыли на остров вместе, может ли быть такое, что вы были замешаны во всем с самого начала?

— Что…

— Что вы имеете в виду, Розет? — возмутился Кикки.

— Ты, Кикки, кстати говоря, тоже достаточно много времени проводил с ними.

— Это беспочвенные обвинения!

Он оживился из-за несправедливости.

— Ты прав, но и ничего не знать вы тоже не можете. Понимаешь?

— Розет, я даю слово семьи Айхан, что расскажу вам все, только для начала надо найти Найджела и чем быстрее, тем лучше.

— Разве это сейчас важно?

— Вы не представляете насколько.

— Так вы все же что-то знаете.

— Как и сказал, я готов все рассказать, но сначала разберемся с основной проблемой.

В этот момент в гостиную зашел Бизанц. Твердым шагом он подошел к Розет.

За ним следом словно тень шла Бриджит.

— Прошу прояснить сложившуюся ситуацию.

— Убит один из сотрудников, — прокатились волной перешёптывания, — на втором этаже, напротив комнаты Найджела Корхонена.

— Кто убитый?

— Мария Дауэрер, — ответила Розет.

— Ясно, — недовольно свел брови Бизанц. — Что еще известно?

— Нашли свидетелей.

— Что-то важное сказали?

— Только имя — Генри Лайонел. И все.

— Ясно.

Казалось, после слов Розет его лицо приобрело некоторую бледноватость, серость. Переведя взгляд с собравшихся зевак на Кикки с Сиршей, он развернулся и сказал:

— Оставь их, им явно нужен отдых. А нам, как требует в таких случаях протокол, стоит как можно быстрее сообщить об инциденте Контербеху, так что прошу вас, Розет, пройти со мной.

— Хорошо.

— Бриджит, позаботься об этих двух.

— Хорошо.

Бриджит пронаблюдала за тем, как Бизанц и Розет покинули коридор, гулким шагом спустившись по лестнице. Молча она зашла в одну из комнат, забрала с кроватей два одеяла и вернулась к Сирше с Кикки. Накинув одно из одеял на Сиршу, она присела около них, отдавая второй плед Кикки.

— Вставайте, вам не стоит тут находиться.

Они кивнули. Первой поднялась Сирша, закрывая пледом свое заплаканное лицо.

— Следуйте за мной!

До этого, не обращавшая внимание на окружение, Сирша, огляделась. Людей было удивительно много. Каждый взгляд ощущался тяжелым камнем, падающий на душу. Среди толпы стояла Элоди. Она смотрела, словно спрашивая: что ж вы натворили? Дальше у стены стояли Акила и Жизель и даже не смотрели на них.

— Идите в кабинет Бизанца, я следую за вами.

Пропуская Сиршу и Кикки вперед, Бриджит вышла следом за ними из комнаты.

В кабинете было тихо, никакой суеты и лишних звуков.

— Располагайтесь, — сказала она, достав бутылку и разлив ее содержимое по бокалам, — и угощайтесь.

— Разве нам разрешено пить сейчас? — усаживаясь в кресло сказал Кикки.

— Не переживай, сейчас можно.

Сирша осталась стоять в дверях. Заметив это, Бриджит подошла к ней.

— Вам нечего бояться, здесь вас никто не тронет и не посмеет необоснованно обвинить.

— Дело не в этом.

— А в чем тогда?

— Мне просто сложно собраться с мыслями.

— Я понимаю. — Бриджит привела Сиршу к креслу и усадила с силой. — Присядь, выпей, расслабься, а уже потом, если захочешь, расскажешь, кто это был.

— Я уже отвечала на этот вопрос.

— Знаю, но Розет сейчас здесь нет, а информацию мне необходимо получить.

— Понимаю.

— Так что, расскажешь?

— В тот момент там был Генри Лайонел — мой брат, но я не знаю ни его целей, ни мотивов. Связаться с ним так же не могу и мне бы не хотелось продолжать.

Сирше стало плохо от собственных слов, но это была правда, с этим фактом она ничего не могла поделать.

— Хорошо, поняла тебя. Что начет тебя, Кристиан? Что ты видел?

— Я точно могу сказать, что это был маг.

— Может ли быть такое, что вы сейчас покрываете Найджела?

— В теории такое возможно, но я не думаю, что Сирша не стала бы врать насчет Генри.

— Почему?

— Потому что вся наша семья считала, что больше его не увидит, мы считали его мертвым, — прошептала Сирша.

— Это печально. — сочувствующе произнесла Бриджит. — Есть что-то еще, что я должна знать?

Кикки выпил залпом содержимое стакана.

— Угроза нависла в первую очередь не над людьми, а над харами.

— Мы предполагали это. – Бриджит помолчала и продолжила: — Может ли Найджел быть в заговоре с Генри?

— Нет, определенно нет. — Сирша взяла в руки стакан и покрутила его. — Он не из тех людей, кто причиняет боль.

— Это точно?

— Да.

Не успела Бриджит задать следующий вопрос, как в дверь постучали.

— Что ж, мне пора идти. До выяснения всех обстоятельств и для вашей же безопасности — вы двое под домашним арестом.

— Чего? Это получается, что…

— Да, вы не сможете покинуть пределы корпуса, Кристиан, а также отстранены от работы. Отдыхайте.

Она вышла, хлопнув дверью.

— Вот ведь, — растерялся Кикки. — И что нам теперь делать? Мы связаны по рукам и ногам.

— Это ради нашей безопасности.

— А мне кажется, что они подозревают нас в убийстве Марии. Хотя я бы сам с трудом поверил нам.

Он замолчал, и в комнате повисла тяжёлая пауза. Они наконец ощутили тяжесть утраты. Мария, с её тёплой улыбкой и готовностью прийти на помощь в любой момент, теперь была лишь воспоминанием.

— Даже если и так, все равно безопаснее будет оставаться здесь.

— Это верно, но нам еще нужно как-то Нила найти.

— Оставим все, как есть, военные должны разбираться с этим, а не мы.

— Что? Да, что ты несешь? — Он подскочил, будто ошпаренный. — Нил доверился нам, мы не можем его подвести!

— Изначально он хотел, чтобы мы бежали, скрывшись под его магией!

Она крутила кольцо, одно из тех, которые вчера им подарил Найджел. Ее слова, казалось, поразили Кикки до глубины души, и он молча сел обратно.

«Почему именно она? Почему не кто‑то другой?» — пронеслось в голове у Сирши.

Даже если они бы могли что‑то сделать, то наверняка кто‑то из них погиб бы вслед за Марией.

Мысль об этом сковывала страхом, парализовала волю.

Сирша подняла глаза на Кикки.

— Я не могу просто сидеть здесь, — прошептала она. — Мария не заслужила такой смерти. И Нил не заслуживает того, чтобы мы его бросили.

В любом из вариантов: бежать, помогать или все рассказать — времени у них не то, чтобы было много.

Кристиан достал из кармана компас и внимательно на него посмотрел. Стрелка не двинулась. Он развернул его в другую сторону. Стрелка все так же стояла.

— Вот ведь.

— Что такое?

— Не работает!

Сирша глянула на компас и мягко улыбнулась — точно такой же был у ее дедушки.

— Значит, магии нет.

— Да знаю!

— Либо мы слишком далеко от ее источника.

— Это очень вероятно, но выйти отсюда мы не можем.

— И не нужно. Подождем немного и все расскажем. А ведь я ехала сюда в поисках брата и все.

— Получается ты, так же, как и я, сюда ехала не ради работы, а для личных целей.

— Ага, а получила ожоги, отсутствие на рабочем месте несколько месяцев и добрую порцию стресса.

Кикки кивнул.

— Кстати, как твоя рука?

— Все замечательно, только шрамы остались.

— Жаль, что с тобой такое произошло.

— А мне вот ни капли, эти шрамы подтверждение того, что Генри все еще жив и находится тут, в Хако.

— Ты уверена? Это не может быть кто-то похожий на него?

— Это совершенно точно был он! И где бы он ни был — я найду его, а вместе с ним и Нила.

— И как ты собираешься это сделать?

— Как уже сказала — мы расскажем все Бриджит.

— Так. А дальше, что, о великий стратег? Будешь рассчитывать на поддержку?

— Именно.

— А у нас есть другие варианты?

— Хочешь попробовать сбежать? — Она махнула рукой. — Вперед!

— Знаешь, после побега мне не вернут титул. Могут даже с концами прогнать из семьи. Так что я, пожалуй, поддержу твой вариант.

— Замечательно.

Кикки рассмеялся. Это не был смех радости. Скорее это был истеричный смех отчаяния, который приходит к людям лишь тогда, когда другого выхода уже не видно.

Он открыл бутылку, оставленную на столе, и долил себе ее содержимое в стакан.

— Что ж, нас, конечно, могут принять за психов, но хотя бы наша совесть будет чиста.

Сирша подняла свой стакан.

Они ударили бокалы друг об друга и выпили их до дна.