Полыхающая безбрежность простиралась на все обозримое и необозримое, вперед и назад во все стороны. Что же там дальше? За огнем? Откуда-то ей это было ведомо — огонь. Один единственный потухший клочок земли — прямо под ней. Шаг в право, шаг влево — обожжется.

Почему огонь такой сильный? Почему ей совершенно не жарко?

Кто-то смотрел на нее пронзительно и внимательно. Знакомый силуэт, скрытый полыхающим огнем, издевательски усмехался, разводил руками: мол, гляди, это все мы, вместе мы способны разрушить весь мир и соткать его заново. Сделать все правильно. Не правда ли, это великолепно?

Он протянул руку, приглашая пройти сквозь огонь. Его руку охватило пламя, но не обожгло — идти безопасно, но почему-то так не хотелось. Пересиливая себя, она потянулась вперед. Пламя охватило ее, пронзая болью…

Над головой проступил знакомый деревянный потолок. Она в комнате за несколько тысяч километров от дома. Но и здесь было спокойно, по-свойски тихо, уютно. Поднявшись на локти, она с трудом села, откинулась на подушки. За обледенелым окном пушистыми хлопьями медленно падал снег, ярко контрастируя с ночной мглой. Неразборчивые голоса за дверью что-то бормотали. Сирша разобрала только что-то о своем стабильно тяжелом состоянии.

Они врут! Разумеется врут, либо переоценивают! Этот термин — стабильно тяжелое состояние — всегда казался ей забавным. Как может быть тяжелое состояние стабильным? По ее мнению, оно могло быть только нестабильным. А она совершенно не чувствовала себя совсем уж плохо. Как же ей не повезло сегодня.

Интересно, что все же пошло не так? Что это был за гул? Сколько времени прошло?

Сирша достала руки из-под одеяла. Правая была перемотана бинтами. Она попыталась сжать пальцы. Это отозвалось болью во всем теле, будто бы знакомой, как в том сне. Что бы этот сон не значил, ей было ясно лишь одно — кто-то точно в нем был. Кто-то очень знакомый и незнакомый одновременно. Она сжалась, скрутилась в клубок, из глаз хлынули слезы — от обиды и непонимания, что будет дальше. Голоса за дверью замолкли. Скрипнув дверью, кто-то зашел в комнату.

— О, Агростия! Ты очнулась! — обеспокоенно выпалила Мария. — Как твое самочувствие?

— Могло быть хуже, — с грустной усмешкой ответила ей Сирша.

— Тебе очень повезло. — Мария суетливо присела на край кровати. — Тебя нашел Найджел и принес сюда. Мы сначала подумали, что он мог сделать что-то непотребное, забрали тебя, а он все твердил, что тебе нужна помощь. — Она нервно бормотала себе под нос, спешно пересказывая события прошедших часов.

— Подожди, помедленней, — перебила ее Сирша.

— Да, прости. — Мария опомнилась. — В общем, мисс Розет наложила мазь и забинтовала, скоро она придет сменить повязку.

— Хорошо.

Они обе погрузились в свои мысли, обдумывая последние события, а затем тишину нарушила Мария:

— Что там все же произошло?

— Не знаю, было похоже на выход магии из-под контроля.

— Это весьма странно.

— Знаю, — кивнула Сирша. — Ну, в любом случае, сейчас мое здоровье совершенно точно в безопасности.

— Это точно.

— Мария, а где сейчас Найджел?

— Ушел вместе с Элоди за твоими вещами. Слышала бы ты, как она возмущалась.

— Представляю. Все же это нарушило ее планы.

— Она сможет им последовать, когда поможет нам. Хочешь поесть?

— Нет, совершенно нет желания.

— Это все из-за стресса, но есть все же нужно. Я принесу, что осталось от ужина.

— Хорошо. — У Сирши не было сил возражать Марии, которая уже встала и вышла за дверь.

Она слышала, как Мария сбегает вниз, слышала голос Кикки и еще нескольких людей, грохот посуды, торопливые шаги по лестнице и деревянному полу и снова скрип двери.

— Так, я нашла немного куриного бульона, думаю, это самое подходящее.

— Спасибо большое. — Сирша было потянула перебинтованную руку к тарелке и уже после осознала свою беспомощность.

У нее, конечно, оставалась вторая рука, но удобнее все же когда их две.

— Все же не настолько плохо, как я думаю?

Мария тут же поставила тарелку на тумбочку, а сама снова села на кровать.

— Знаешь, Розет говорит, что функции руки полностью сохранятся при правильном лечении, но, вероятно, останутся шрамы.

— Шрамы не так страшны, как возможность лишиться одной руки…

— Я уверена, все будет хорошо! Кто знает, может, лечение Розет окажется настолько эффективным, что даже шрамов не останется! — воскликнула Мария. — А сейчас давай я тебя покормлю.

Сирша качнула головой. В душе она тепло улыбалась — забота Марии согревала, словно мягкий плед в холодный вечер. Было приятно ощущать, что кто-то так искренне переживает и старается помочь. Сил возражать не нашлось, и Сирша, поддавшись этой теплой волне, без особого желания проглотила первую ложку супа. Ложка за ложкой — и вот тарелка уже опустела.

В коридоре послышались шаги и голоса, а затем в комнату зашли Элоди и Найджел. Последний был одет все так же по-простому, но на сей раз гладко выбрит, а в глазах читалось беспокойство.

Сирша невольно задумалась: не удивительно, что он взволнован — ведь именно он буквально спас ей жизнь. Тепло благодарности вновь разлилось по сердцу: как же ей повезло, что он оказался рядом в нужный момент! Но тут же в голове возник назойливый вопрос: что Найджел делал в том месте? Выглядело так, словно что-то искал, но что? Что ценного можно искать на этом острове?

Найджел медленно оглядел комнату, словно проверяя все ли на месте, и осторожно присел на край кровати рядом с Марией. Его поза выдавала внутреннее напряжение — спина оставалась прямой, а пальцы нервно сжимали край одеяла.

Элоди, стоявшая чуть поодаль, держала в руках пальто и сумочку. Ее лицо сохраняло бесстрастное выражение, но Сирша отчетливо чувствовала: гостья не рада происходящему. Каждый жест Элоди — легкое постукивание каблуком, нетерпеливое перебирание ремешка сумочки, мимолетный взгляд на дверь — казался напускным, лишенным искренности. В ее поведении читалось одно желание: как можно быстрее покинуть эту комнату. Это невольно всколыхнуло в Сирше раздражение — слишком сильно контрастировала холодная сдержанность Элоди с той тревогой, что читалась в глазах Найджела и заботой Марии.

— Я оставлю твои вещи тут и пойду, — сказала Элоди, сложила вещи на ближайший стул и тут же ушла.

Найджел достал из своего кармана платок и развернул его. На белоснежной ткани лежали два кусочка металла серебристого цвета.

— Насколько мне известно — это ваши кольца… Все, что от них осталось, — произнес он, глядя на обугленные кусочки с некоторой грустью. — Мне жаль.

— Нил, вы мне помогли, какая разница, что стало с кольцами?

— Мне казалось, что они важны для вас...

— Это так. — Сирша подняла руку, указывая на свою беспомощность. — Единственное, что меня беспокоит, справится ли Элоди одна?

— Придется поискать тебе временную замену, — подала голос Мария, — но не беспокойся, думаю, это никого не затруднит.

— Чем конкретно вы занимаетесь? — заинтересованно проронил Найджел.

— На нас скинули сбор трав, их высадку и уход. — Сирша слегка задумалась. — Но основная работа заключается в изучении магических кристаллов, а что?

— Именно в камнях и заключается проблема, туда нужен опытный маг, — обеспокоенно уточнила Мария.

— Позвольте мне выдвинуть свою кандидатуру, — заявил Нил.

— Вы… разве вы маг?

Сирша, которая знала заранее о его тайне, неумело удивилась.

— Еще какой! — Выпалил Найджел. — Таких, наверное, и на свете то больше нет!

— Докажите. — Обычно доброжелательная Мария, превратилась в сузившего глаза пса, выслеживающего добычу. — Я не видела у вас ни документов, подтверждающих это, ни реальных действий.

— На слово вы мне, разумеется, не поверите. — Он встал в середину комнаты и вытянул руку ладонью вверх. — Что ж, я и не рассчитывал.

В его руке образовался сверкающий шарик, словно бриллиант он переливался всеми цветами радуги, а потом так же резко, как загорелся, — потух. В руке у него образовался кристалл, излучающий тепло — очень похожий на те, как показалось Сирше, которые она вместе с Элоди изучали в теплице.

— Он далеко не совершенен, но думаю это приближенно к тому, что вы ищите.

— Вы сильны, — спокойно сказала Сирша, пока Мария отходила от изумления.

— А то! Говорю же, таких магов, как я, скорей всего больше нет.

Мария задумалась, давая понять, что не доверят обычному проходимцу. Но сейчас ей нужно было принять хоть какое-то решение.

— Хорошо. Если вы пообещаете не доставлять неприятностей, то нам с вами завтра следует зайти к сэру Бизанцу.

— Клянусь своей честью, что не подведу вас!

— Отлично, одной проблемой меньше. — Она потерла переносицу. — Найджел, вам есть, где остаться?

— Не сказал бы, но я вполне способен найти ночлег.

— Если вы собираетесь работать у нас, то было бы гораздо лучше если бы вы жили здесь.

— А можно?

— Разумеется! — Она скрестила руки на груди. — Думаю, в конце крыла должны быть незанятые комнаты.

— Буду премного благодарен даже койке в общей комнате.

— Найдется и получше. — Мария встала с кровати. — Пойдемте. Сирша, если мисс Розет придет раньше меня, скажи, что я скоро вернусь.

— Хорошо.

— Пожалуйста, отдыхайте, мисс.

— Я не могу не отдыхать, — болезненно усмехнулась Сирша.

Двое вышли за дверь и двинулись в дальнюю часть коридора, вплоть до последних дверей. Там Мария открыла одну из них.

Из комнаты пахнуло сыростью, пылью и чем-то подозрительно кислым.

— Как и сказала, свободная комната есть… правда состояние у нее не очень, — морщась, сказала она.

— Ничего страшного. Не полевая палатка — уже хорошо.

— Вы жили в полевой палатке?

— Поверьте, не только в ней.

— Оу, — прокашлялась Мария, — что ж, подойдите завтра утром в общую гостиную, если у вас есть какие-то документы, — она оглядела Найджела, у которого с собой из вещей было лишь теплое пальто и необычный, похожий на старинный костюм с прямыми светлого цвета брюками и пиджаком, сильно смахивающим на фрак, — пожалуйста, подготовьте их.

— Знак рекогниции подойдет?

— Вы военный?

— Когда-то был, сейчас обычный странник.

— Хорошо… А не могли бы вы назвать мне свою фамилию?

— Разумеется, — улыбнулся Нил. — Корханен.

— Отлично! — Мария взмахнула руками, приглашая его пройти в комнату. — Располагайтесь, и до завтра.

— Благодарю, мисс Дауэрер.

Мария поморщилась от такой вычурности и, убедившись, что новый житель запер дверь, пошла обратно, одновременно с этим ругая себя: как она могла принять на работу того, у кого даже нормальных документов нет. Но нужно отдать ему должное, похоже, он не соврал насчет своих магических способностей. Уж больно ей запал в душу его фокус с появлением кристалла.

Вернувшись в комнату, она застала Розет, снимающую окровавленную повязку с руки Сирши. Все пузыри ей аккуратно вскрыли и наложили свежие повязки, пропитанные антисептической мазью. Одну из использованных Розет уже скинула на пол.

— Не сильно болит?

— Вроде болит, а вроде и нет, — задумчиво ответила Сирша. — Больно при касании.

— Ничего страшного, — мягко успокоила Розет, — ты большая молодец, догадалась на улицу выйти, помощь позвать, да еще и руки в снег сунула.

— Думаю, так бы каждый сделал!

— Поверь мне, это не так. — Она сделала аккуратный бантик на повязке. — Вот и все, в следующий раз встретимся уже днем. Доброй ночи. — Она собрала свою сумку и удалилась.

Дождавшись, когда хлопнет дверь в гостиной, Мария переоделась в свою сорочку.

— Может, и тебя переодеть?

— Я бы не отказалась.

И неудивительно, ее любимая рубашка цвета льна была испачкана. Она бы скорее ее выбросила, чем попыталась бы отстирать.

— Вставай, мне будет сложно тебя переодеть, если будешь сидеть в кровати.

— Хорошо!

Мария помогла ей вылезти из-под тяжелого одеяла, после чего встать. В вертикальном положении руки казались тяжелыми словно два булыжника, ноги подкашивались, а тело тянуло вниз.

Пока Сирша еле стояла на ногах, Мария, словно мастер переодеваний, осторожно стянула с нее рубашку, сложила снятую одежду на стул и накинула на Сиршу легкую сорочку такого же белоснежного цвета, как и у нее. Потом расстегнула пуговицы юбки и вместе с остатками одежды потянула вниз, на пол.

— Перешагни.

Сирша послушно выполнила указания.

— Ты так легко с этим справилась, — удивилась она.

— А как еще, когда у тебя двое детей.

Сирша недоумевающе на нее посмотрела.

— Подожди-подожди, хочешь сказать, что ты где-то там оставила детей?!

— Потише! Одних я их не оставляла, они с нянями.

Сирша молча села на кровать, не переставая удивляться.

— Тебя это настолько поразило? Я же уже упоминала о них.

— Ну, да, — тихо ответила Сирша, — но, честно сказать, ты не похожа на мать.

— А на жену-то хоть похожа?

— Если бы ты не сказала, то я и не подумала бы. А почему ты вдруг решила все оставить и приехать сюда?

Опешив от вопроса, Мария мягко присела на кровать, а ее глаза, секунду назад мерцавшие беспокойством, потухли.

— Не по своей воле. Ты же знаешь, что приезжаю я сюда не впервые?

Сирша кивнула.

— Платят тут хорошо, за каждую экспедицию выходит годовое жалование придворного мага, а работаешь всего месяца три, не считая времени на путь до острова.

— Это мне известно, но это же… — Сирша замялась, не зная, как лучше задать вопрос, — не основная причина?

— И правда, — Мария перешла на шепот, — я развестись хочу. Устала от вечной тирании, ты бы знала какими уговорами мне дается каждая поездка…

Сирша не ответила, лишь слегка кивнула, давая знак продолжить.

— Детей он не трогает, да и забота о них сейчас лежит на нянях, так что за них я не переживаю. После этой поездки денег хватит на все задуманное, и я смогу спокойно развестись. Понятное дело, что никто из моей семьи этого не одобрит, да и в обществе тоже будут осуждать, но мнение большинства можно скрасить деньгами. — Тут она подняла глаза на Сиршу. — Ведь так?

— Я… я не знаю, но думаю…

— Не нужно, — Мария второпях перебила Сиршу, — я не жду поддержки, все хорошо. Но пообещай, что твое мнение обо мне не изменится.

— Обещаю, не изменится!

— Вот и хорошо. — Мария улеглась в кровать, перед этим потушив свет. — Постарайся не ворочаться, пока будешь спать.

— Хорошо, доброй ночи, Мария.

— И тебе.

Через какое-то время Мария отвернулась лицом к стене и легонько захрапела, нарушая тишину комнаты и ход мыслей Сирши, которой все не спалось.

Скорей всего, по ее собственным соображениям, сейчас организм переживал сильнейший стресс, а самым лучшим лекарством была бы какая-нибудь успокаивающая настойка.

Поэтому сжав волю и боль в кулак, она встала с кровати. Накинула на плечи пальто, еще раз глянула на свою перебинтованную руку, оценивая, нужно ли ей лишний раз напрягаться, приняла решение, что нужно, сделала пару шагов и толкнула деревянную дверь, которая тяжело и протяжно скрипнула. Оглянувшись на Марию и убедившись, что та спит, Сирша вышла в коридор, прикрыв за собой дверь. В коридоре было все так же, как и в первый день, и холодно, от чего противные мурашки бежали по рукам, пока она спускалась в гостиную. Сейчас ее первостепенной задачей было открыть кухонный шкаф и достать из него небольшую скляночку с настойкой из пассифлоры.

Как только она присела на корточки и приоткрыла дверцу, послышались шаги. Сначала они были слышны в коридоре, затем на лестнице, а после уже и в гостиной. Тем, кому не спалось так же, как и ей, оказался не кто иной, как Найджел.

Он застыл, едва спустившись с лестницы.

— Тоже не спится? — решил он первым нарушать молчание.

— Что-то вроде того. Что насчет вас?

— То же самое. — Он прошел в гостиную. — В той комнате, куда меня поселили, очень дурно пахнет, сыро, да к тому же холодно.

— Поучается не то же самое.

— Получается, что так. — Найджел дошел до Сирши и присел рядом. — А вы почему не спите?

— Не могу уснуть, похоже, из-за стресса.

— И зачем же вы спустились?

— Тут, в шкафу, есть настойка на основе пассифлоры, она успокаивает.

— Но достать вы ее не успели? — Он внимательно оглядел ее.

— Вы поразительно внимательны.

— Можно сказать, что я тоже своего рода ученый. — Он как-то зловеще улыбнулся, а затем продолжил: — Давайте я вам достану настойку, а вы разрешите мне ее попробовать, может, хоть она заставит меня уснуть в том кошмаре.

— Хорошо. Договорились.

Найджел с небольшим усилием открыл одну из дверец шкафа.

— Вот та, зеленая, — указывая на округлую бутылочку, сказала Сирша.

— Понял, сейчас достану.

Стояла та бутылка в самой дальней части шкафа, отчего Найджелу пришлось с головой в него залезть. Схватив заветный сосуд, он было потянулся назад, но, не рассчитав глубину шкафа, при подъёме ударился головой о верхнюю полку, издав звук похожий на «ауч» вперемешку с незнакомым Сирше словом.

— Вам не сильно больно? — обеспокоенно наклонилась она к нему.

— Пустяки. — Откуда-то все из того же шкафа он достал два бокала. — Скажите — столько налить.

— Лейте. Я скажу, когда будет достаточно.

— Хорошо. — Нил начал выкручивать деревянную пробку из бутылки. — Знаете… Возможно, вам не комфортно об этом говорить сейчас, но не могли бы вы рассказать, как получили ожог?

— Ничего противозаконного, обычная ошибка в расчетах при создании магического камня.

— Вы их раньше не создавали?

— Создавала, но в этот раз хотела создать копию кристаллов, которые греют теплицу. — Она замолчала и уставилась на руки Найджела. — Мне показалось, что вы создали подобный. Расскажите, что это был за кристалл и, если я права — в чем секрет?

— Не совсем уверен в правильности своих методов, к тому же я не стремился создать то, что вы описали, скорей всего получилось просто нечто похожее. — Он еще поднадавил, и пробка с легкостью вышла из бутылки. — А насчет секрета… Давайте я расскажу вам об это чуть позже. Когда у вас выходные?

— Я заинтересована, а насчет выходных: думаю, ближайшую неделю точно не занята, — сказала она, наблюдая за тем, как жидкость наполняет первый бокал до половины. — Этого хватит.

— Хорошо. — Он остановился и налил себе столько же. — Вы знаете легенду о том, откуда пришли хары?

— Кикки что-то рассказывал об этом, — задумчиво ответила она, отпивая из бокала. — Их проклял бог, после чего изгнал сюда.

— Нет никаких других историй? — Он залпом выпил настойку. — Всесильная Агростия, что за гадость!

— А чего вы ожидали от неохлаждённой спиртовой настойки на травах? — Сделав небольшой глоток и лишь слегка поморщившись, она посмотрела на скукоженное от горечи лицо Найджела. — Насчет вашего вопроса — в книге, которую я сейчас читаю, в одном из стихов упоминалось, что их сплавляли в шлюпках, так же в этом стихе упоминалось о неизвестном человеке…

— Этого достаточно! — поспешил перебить ее Найджел и с наигранной обеспокоенностью спросил: — Я точно от этого не умру?

Сирша на мгновение замерла, а взгляд растерянно скользнул по лицу Найджела — пытаясь понять, что именно в ее словах заставило его так резко прервать повествование. Ее губы чуть приоткрылись, ей хотелось возразить или хотя бы спросить, почему он не дал ей закончить, но вместо этого ответила на его вопрос:

— Максимум уснете без задних ног на пару часов.

— Благодарю, что успокоили.

— Не за что. Спасибо, что составили компанию. — Она встала и сделала наигранный реверанс, после чего села обратно. — Я хотела вас спросить.

— Что же?

— Вы что-то искали тогда?

— Когда?

— Тогда, когда вы нашли меня.

— Понял. Можно сказать, что и искал, но вот что — не могу сказать. Тогда я лишь сужал круг поиска.

— Вы предполагаете, что то, что вы ищите, находится где-то тут? В городе?

— Не предполагаю, а уверен.

Сирша недоверчиво наклонила голову.

— Уверен, потому что знаю, что это так. Откуда знаю — не столь важно.

— И почему вы всегда оказываетесь рядом, когда мне нужна помощь, — недоумевающе покачала головой Сирша.

— Может, судьба? Знаете, похоже, мы перепутали бутылки. — Он было потянулся проверить бумагу, наклеенную на бутылку, как его одернула Сирша.

— Если это так, то судьба весьма жестока ко мне! Чувствую себя так, словно выиграла дерьмовый приз в лотереи!

— Может быть, приз и плохой, но, посудите сами, вы сейчас находитесь там, где творится история и видите ее своими глазами, а если у вас что-то не будет получаться.... — Он встал напротив нее. — Я вам в этом помогу.

— Обещаете?

— Клянусь своим титулом, — с гордостью заявил он.

Сирше показалось: он рассчитывает на то, что утром она ничего не вспомнит.

— У вас есть титул?

— Да, наверное, все еще есть.

— Почему наверное?

— Ну, я не уверен, что его не отобрали.

— По какой причине у вас могли отнять титул?

— Причин порядком накопилось за несколько лет, тут бы и одной из них хватило.

— Могу я узнать парочку этих причин?

— Могу я поинтересоваться зачем?

— Вдруг вы беглый преступник?

— Ваши подозрения небеспочвенны, — рассмеялся Найджел, — но будь это так, моя жизнь была бы куда проще и интересней. Но нет, я просто очень долго прожил в другой стране. Думаю, уже этой причины хватит.

— В какой стране вы жили?

— Канто-Бучи.

— Там же лютая жара, песок и ни одного ручья на пару сотню миль!

— Да, климат там и правда не особо дружелюбный, но и люди живут по-другому. По-другому строят здания, выкладывают дороги и копают колодцы. Одним словом, быт их отличается от вашего. Видели бы вы их маяки среди пустынь — само величие архитектуры!

— М-м, а как к вам там относились? Вы все же маг, а не алхимик.

— Как вы помните, мне весьма удачно удается скрывать свою истинную природу.

— И правда. Тогда, на корабле, это было сказочно. Казалось, будто бы наступаешь на хрустальную пелену ночного неба!

— Согласен с вами. Хоть это и самая простая магия, но она поистине великолепна. — Он задумчиво рассматривал Сиршу. — Позвольте спросить кое-что.

— Спрашивайте, позволяю.

— Вы тоже маг, так?

— Да.

— Но на корабле вы ни разу не использовали магию, по крайней мере при людях. Почему?

— Понимаете, — отведя взгляд, начала она, — я боюсь ее использовать.

— С вами произошло что-то ужасное?

— Я бы ответила, если бы помнила, что именно произошло в моем детстве. Воспоминания о тех событиях будто в тумане, но именно они повлекли за собой страх.

— И как вы живете с этим? Это же ваша природа! Сама ваша суть! — Словно поняв, что наговорит лишнего, он продолжил чуть тише: — Прошу простить меня…

— Ничего страшного. Я научилась с этим жить.

— Это радует.

— Если честно, мой отец в бешенстве от этого.

— На эмоции он вполне имеет право.

— Знаю. Знаю, что он беспокоится. Но не могу сдержать обиду на него.

— И вы имеете право на это. Думаю, со временем он примет вашу позицию.

— Он очень каменный человек. Чтобы он хоть как-то сдвинулся в своем мнении — нужно приложить много усилий.

— Я уверен, что вы сможете поменять его мнение на ваш счет.

— Или изменюсь сама, кто знает.

— Если вдруг это случится, уверен, около вас всегда будут люди, готовые вас поддержать.

Она недовольно взглянула на Найджела, давая понять, что такие ответы ее не устраивают:

— Что насчет вас, Найджел? Почему вы скрывали свою природу на корабле?

— Вы меня обижаете. У меня не было даже мысли что-то скрывать, просто я придерживаюсь идеи, что магия — лишь помощник, а не основной инструмент.

— Это как-то связано с тем, что вы жили на Канто-Бучи?

— У вас как-то слишком много вопросов ко мне, — с усмешкой возмутился он, — позвольте хоть маленькой крошке тайны остаться при мне.

— Ничего не могу поделать со своим любопытством. То, что вы сделали тогда на корабле и сегодня, — вызывает неподдельный интерес.

— Мне безусловно приятно, что вы интересуетесь мной, но, прошу, позвольте судьбе самой решить, чему и когда открыться.

— Раз вы так страстно об этом просите, то я не могу вам отказать и продолжать настаивать на ответах.

— Благодарю, а теперь, давайте отправимся спать, хватит на сегодня разговоров.

— Согласна. — Она, пошатываясь, встала и прошла в сторону лестницы, Найджел последовал за ней. — И все же, что вы ищите здесь? Может я могу вам чем-то помочь?

— Одну украденную вещь.

— Что это за вещь?

— Это очень опасная вещь, вряд ли вам когда-либо доводилось ее видеть.

— А если она попадет ко мне в руки?

— Мисс, ваши руки не погрязли в крови, а значит, и попасть к вам она не может.

— Сейчас бы я с этим поспорила.

— Не в буквальном же смысле!

— Тише, — шикнула она на него.

Они поднялись по скрипучей лестнице на второй этаж, прошли по коридору. Подойдя к нужной им двери, Найджел осторожно приоткрыл ее.

— Спокойных вам снов в этот лунный день, — сказал он, пропуская ее в комнату.

— И вам безоблачных снов.

В комнате Сиршу ждал сюрприз в образе неспящей Марии. Похоже, она проснулась от хлопка двери, когда Сирша покидала комнату.

— Ну и что вы вдвоем делали? — возмущенно поинтересовалась Мария.

— Он помог мне достать настойку из пассифлоры.

— И сколько ты выпила?

— Полстакана, как и требуется.

— Не похоже, что только полстакана.

— Но я точно уверена, что там была ровно половинка.

— Неужели еще сильнее забродила? — Мария погрузилась в раздумья, после чего с прозревшими глазами заявила: — Не прикасайся больше к ней.

— Хорошо, думаю, мне она больше и не понадобится.

— Будет просто замечательно. — Она встала и прошлась до кровати Сирши, приподняв на ней одеяло. — А сколько выпил Найджел?

— Столько же, — честно ответила ей Сирша, забираясь в кровать.

— Еще лучше!

— Почему?

— Потому что никому больше сегодня помощь не потребуется. — Она накрыла Сиршу одеялом. — Сладких снов.

— Спокойной ночи. — Сирша сладко зевнула.

Под одеялом ее разморило, веки сами стремились закрыться. Про себя она решила, что когда ее рука заживет, она приложит все силы, чтобы помочь Найджелу найти то, что он ищет. Без разницы что это будет: поистине что-то опасное или нечто безобидное.