Глава 24. Пакт Крови.

Воздух в салоне машины был спёртым и густым, пахнущим остывшим пластиком и сладковатым ароматом освежителя, который уже не справлялся со своей задачей. За окном мелькали огни ночной столицы, размазанные в длинные светящиеся полосы дождём, застилавшим стекло. Джейсон откинулся на подголовник, чувствуя, как неподдельная усталость тяжёлым грузом давит на веки. Он почти не спал последние ночи, готовясь к экзамену, и теперь реальность начала расплываться, теряя чёткие границы.

— Джейсон… Джейсон…

Поначалу он подумал, что это голос Киана, но он звучал иначе — приглушённо, словно доносясь из другого измерения, мягко и настойчиво, словно кто-то осторожно стучался в дверь его сознания, настойчиво пытаясь войти. Тёмная пелена затянула глаза, и Джейсон почувствовал, что падает. Но это не было падением вниз. Это было падением сквозь. Сквозь сиденье машины, сквозь асфальт, сквозь слои реальности.

Он приоткрыл глаза и увидел, что плывёт в бескрайнем, безвоздушном пространстве, медленно вращаясь и опускаясь вниз, словно в бездонную, молчаливую бездну. Вокруг не было ни света, ни тени — только холодная, давящая пустота, не похожая ни на одно место, где он когда-либо бывал. Это не был сон. Сны пахли, имели вкус. Здесь не было ничего. Только тишина, звенящая в ушах, и ощущение полного одиночества.

— Куда я попал? — пробормотал он, и его голос пропал в пустоте, не произведя ни звука.

Внезапно тот же голос снова позвал его, на этот раз чётче. Джейсон с усилием повернул голову, ощущая, как невесомость сопротивляется его движениям. Вдалеке, словно заточённый в невидимую, но ощутимую клетку, сидел демон. Сама клетка была соткана из мерцающих магических нитей, которые переливались холодным синим светом, образуя сложный, постоянно движущийся узор, напоминающий переплетение древних рун. Она казалась одновременно прочной, как алмаз, и хрупкой, как стекло, словно могла разорваться от малейшего прикосновения, но при этом удерживала в плену своего обитателя с силой непреложного закона.

Сам демон был существом, сотканным из теней и пепла. Высокий и неестественно худощавый, с кожей цвета потрескавшегося тёмного обсидиана, покрытой тонкими серебристыми жилками, которые мерцали, словно карта далёких, забытых звёздных систем. Его лицо было удлинённым, аскетичным, с высокими скулами и глубоко проваленными глазницами, в которых горели два тусклых красных уголька, полных невыразимой боли, тоски и тысячелетней усталости. Он сидел, скрючившись, и смотрел на Джейсона с безмолвной мольбой.

— Помоги мне… — голос демона донёсся прямо до разума Джейсона, минуя уши. Он был низким, хриплым, как скрежет камня по камню, и в то же время настойчивым, полным какой-то древней, нечеловеческой силы. — Освободи меня из этой темницы. Разорви эти нити.

Джейсон, всё ещё пребывая в состоянии шока, попытался плыть в его сторону, но неведомая сила удерживала его на месте.

— Как ты здесь оказался? Что это за место? — выдохнул он, глядя на заточённое существо и чувствуя странную смесь страха и любопытства.

Демон медленно выпрямился, цепи из света звякнули, но не поддались. Его глаза на мгновение потускнели, словну вспомнив что-то бесконечно далёкое.

— Это пограничье. Магический мир твоего сознания, мальчик, — начал он объяснять, и каждый его мысленный образ отпечатывался в голове Джейсона яркими картинами. — Здесь сосредоточены зёрна всех твоих сил. Они ещё спят. Видишь вон ту, едва пульсирующую красную туманность? — он мысленно указал на далёкое, едва мерцающее пятно, похожее на каплю расплавленного рубина в чернильной воде. — Это твой огонь. Твоя ярость. Твоя сила. Сейчас она слаба, как тлеющий уголёк. Но её можно раздуть в испепеляющий смерч. Я могу научить тебя. Но для этого ты должен освободить меня.

Джейсон задумался, глядя на тусклую пульсацию своей собственной силы и на страдающее существо в клетке. Внутри него боролись инстинктивная осторожность и жгучее, всепоглощающее любопытство. Он уже почти собрался с мыслями, чтобы задать следующий вопрос, как вдруг заметил нечто иное. В идеальной пустоте пространства появилась трещина — тонкая, мерцающая золотистым светом линия, словно разлом в самой реальности.

Из трещины донёсся знакомый голос, но на этот раз громкий, испуганный и настойчивый:

— Джейсон! Джейсон, ты меня слышишь?!

Он резко открыл глаза и вздрогнул. Его резко выдернули из безмолвной вечности назад, в тесный салон машины. Резкий свет уличных фонарей бил в глаза. Перед ним стояло бледное, напряжённое лицо Киана, его глаза были широко раскрыты от беспокойства.

— Ты уже пять минут не реагируешь! — сказал Киан, слегка хлопая Джейсона по плечу. — Ты просто уставился в одну точку и не дышал! Я уже думал, что у тебя инсульт или что-то в этом роде! Что с тобой?!

Джейсон глубоко вздохнул, пытаясь загнать обратно в лёгкие воздух, которого он, казалось, не вдыхал целую вечность. Сердце колотилось где-то в горле. В его голове ещё эхом звучал хриплый голос демона и мерцал призрачный образ красной туманности.

— Всё... всё нормально, — прохрипел он, сглатывая. — Просто... кошмары. Мучают последнее время. Вырубило прямо здесь.

Киан внимательно посмотрел на него, явно не веря, но кивнул.

— Тебе надо выспаться, как следует, перед экзаменом. Ты себя совсем извёл.

Машина тем временем остановилась у ворот их временного жилья — невзрачного многоэтажного отеля на окраине столицы. Дождь усиливался, тяжёлые капли барабанили по крыше. Киан повернулся к Джейсону, и в его голосе появилась лёгкая, но заметная тревога:

— Джейсон, слушай... У нас с тобой послезавтра заканчивается бронь. Ты уже думал, где будешь жить дальше? — он помедлил. — Нужна помощь? Может, побьёшься у меня? Места не много, но на пару недель хватит.

Джейсон машинально отмахнулся, ощущая, как на него накатывает волна раздражения, смешанного с беспомощностью. Последнее, чего он хотел сейчас — это обсуждать бытовые проблемы.

— Спасибо, Кина, я сам как-нибудь разберусь, — ответил он, стараясь, чтобы его голос звучал твёрже, чем он себя чувствовал. — Сейчас главное — этот чёртов экзамен. До него осталось всего пару дней. После разберусь.

Киан покачал головой, скептически хмыкнув.

— Ладно, твоё дело. Но если что — скажи. Не тяни до последнего. Я помогу.

Джейсон кивнул и выскочил из машины под проливной дождь, не дожидаясь, пока Киан достанет зонт. Ледяная вода моментально промочила волосы и куртку, но он почти не чувствовал холода. Внутри него всё больше росло и крепло беспокойство, смутное, но неотступное. Оно вилось за ним по пятам, как невидимая тень, шепча о чём-то плохом на языке предчувствий.

Он быстро прошёл через шумный, полный народа и неонового света вестибюль отеля, поднялся на лифте и, наконец, оказался в тишине своего номера. Но тишина эта была обманчивой. Едва он закрыл за собой дверь, как услышал его снова.

— Джейсон… выпусти меня…

Голос был тихим, шепчущим, но настойчивым, словно насекомое, бьющееся о стекло изнутри его собственного черепа.

— Да отстань ты! — вслух пробормотал Джейсон, сжимая кулаки и пытаясь заглушить внутренний шум звуком льющейся из-под крана воды. Он умыл лицо, глядя на своё отражение в зеркале — уставшие глаза, осунувшиеся щёки. Он выглядел так, будто неделю не спал.

— Это не сон. Ты знаешь это. Я здесь, потому что ты меня держишь. Твоё сознание — моя тюрьма. Освободи меня, и я сделаю тебя сильнее. Сильнее, чем ты можешь себе представить.

Джейсон попытался не обращать внимания, лёг на кровать и натянул наушники, включив громкую музыку. Но голос пробивался и сквозь неё, звуча прямо в центре его сознания. Он ворочался с боку на бок, пока наконец его не сморил короткий, тревожный сон.

Его разбудил резкий звук — короткий, отрывистый женский крик, донёсшийся с улицы. Не крик веселья или спора, а крик чистого, животного ужаса. Сердце Джейсона ёкнуло и забилось чаще. Не думая, почти на автомате, он сорвался с кровати, накинул мокрую куртку и выбежал из номера.

Улица, в которую он свернул, была узкой, тёмной и безлюдной, классический проход между двумя высокими зданиями, куда редко заходит солнце и ещё реже — люди. Лишь слабый, мигающий свет одного-единственного фонаря едва освещал мокрую, блестящую брусчатку и груды мусорных мешков. Воздух был насыщен запахом сырости, разложения и чего-то ещё — металлического, тревожного. Джейсон почувствовал, как холодная ползает по его спине.

— Кто здесь? — громко спросил он, стараясь, чтобы его голос не дрожал и не выдавал страха.

В глубине улицы, в тени, мелькнуло движение. И тогда голос демона прозвучал снова, на этот раз с оттенком торжествующей настойчивости:

— Видишь? Это не сон. Это реальность. Ты должен помочь. Докажи, что достоин силы.

Джейсон сделал шаг вперёд, затем другой, сердце его колотилось, как птица в клетке. Он блуждал взглядом по тёмным углам, пока наконец не увидел то, что искал, и от чего кровь застыла в жилах.

В самом конце тупика, в тени, двое. Мужчина в чёрной кофте с натянутым на голову капюшоном, в потрёпанных голубых джинсах и чёрных кроссовках. Он держал женщину, прижав её к стене. Она пыталась вырваться, оттолкнуть его, но он был значительно сильнее — его руки, обхватившие её руки, были жилистыми и цепкими. В его правой руке, прижатой к её боку, поблёскивал короткий, но широкий клинок.

Джейсон, забыв о страхе, шагнул вперёд, его шаги гулко отдавались в узком пространстве. Преступник, услышав их, резко повернул голову. Из-под капюшона блеснули злые, воспалённые глаза.

— Пацан, иди, куда шёл! — заорал он, и его голос был хриплым, полным злобы и чего-то нездорового. — Не лезь не в своё дело!

— Что вы делаете? Отпустите её! — крикнул Джейсон, пытаясь звучать твёрдо.

— Я сказал, уходи! Это не твоё дело.

— Отпусти её!

— Уйди, или ты также лишишься жизни. Я всего лишь поиграю с ней и отстану, — его слова были отвратительны и циничны.

Джейсон сделал ещё один шаг вперёд, сопротивляясь внутреннему волнению, сжимавшему его горло. В ответ на это мужчина резким движением приставил нож к горлу женщины. Лезвие блеснуло под тусклым светом, прижавшись к коже. Взгляд его был безумен и решителен.

— Не подходи! — прошипел он, и нож слегка впился в кожу, выступила капля крови. — Или я перережу ей глотку прямо сейчас!

Мысли в голове Джейсона пронеслись с бешеной скоростью. Он вспомнил тренировки, базовые заклинания. Щит. Нужно поставить щит. Но он был слишком далеко. Оставался только один вариант.

— Не успеешь, — тихо сказал Джейсон.

И бросился вперёд. Это был слепой, инстинктивный порыв. Он не думал о последствиях, не рассчитывал силы. Он просто рванул с места, сжав кулак. Удар пришёлся в челюсть нападавшего. Тот не ожидал такой прыти, захрипел от неожиданности и боли и рухнул на мокрую брусчатку, выронив нож. В ту же секунду, почти рефлекторно, из сжатой в кулак руки Джейсона вырвалась огненная искра — яркая, ослепительная, словно крошечная молния. Она прошила воздух и ударила лежащего мужчину в грудь. Раздался короткий, сухой хлопок, и искра погасла, словно её и не было. Сам злоумышленник затих, обмяк.

Джейсон, тяжело дыша, даже не успев осознать, что только что проявил магию в реальном мире, сразу переключился на женщину. Та прислонилась к стене, дрожа всем телом, её глаза были полны слёз и ужаса.

— Всё... всё в порядке? — выдохнул он, приседая перед ней. — Он... кажется, без сознания. Вы ранены?

— Н-нет... — она сглотнула, с трудом приходя в себя. — Просто... испугалась... сильно. И ушиблась. Спасибо вам...

Джейсон уже собирался было облегчённо улыбнуться, как вдруг острое, жгучее чувство пронзило его насквозь. Он вздрогнул и посмотрел вниз. Из-под его куртки, чуть левее живота, торчала рукоять ножа. Того самого ножа. Он не видел, не слышал, как тот поднялся.

— Беги!.. — прошептал он женщине, и его голос был уже тихим, хрипящим. — Отсюда... беги...

Острая, жгучая боль наконец накрыла его с головой. Он почувствовал, как по его внутренностям разливается тепло. Он прислонился к стене, медленно сползая по ней. Женщина, которую он только что спас, с одним последним взглядом, полным ужаса и вины, развернулась и пулей вылетела из переулка.

«Кровь. Этот запах...» — промелькнуло в его сознании.

И снова этот голос. Теперь в нём слышалась не торжественность, а почти что ласковая насмешка.

— Опять умираешь, глупое дитя, — прошептал демон прямо в его разуме. — И всё из-за своего упрямства. Только выпусти меня. Я всё устрою. Я спасу тебя.

Джейсон прижал руку к животу, пытаясь заткнуть рану, но тёплая кровь продолжала сочиться сквозь пальцы, окрашивая его кожу и куртку в тёмно-багровый цвет. Силы быстро покидали его.

Тем временем его обидчик поднялся. Он был явно ошеломлён ударом и магическим разрядом, но далеко не побеждён. Он покачивался, но стоял на ногах. Его лицо исказила гримаса чистой, неподдельной ненависти.

— Сранный мальчишка! — прохрипел он, вытирая кровь с подбородка. — Думаешь, твои слабые заклинания мне что-то сделают? Ты же всего лишь маг Нити Начала! А я уже Плетельщик! Почти что! Водный вихрь!

Он совершил резкий взмах руками, и пространство перед ним закрутилось, сгустилось. Из ниоткуда возникла воронка из бушующей воды и устремилась к Джейсону.

Тот, собрав всю свою волю в кулак, из последних сил выдохнул:

— Огненный щит!

Перед ним вспыхнуло дрожащее, неровное пламя, едва складывающееся в полупрозрачный барьер. Вихрь ударил в него с силой пожарного шланга. Щит затрещал, заколебался, но выдержал первый натиск. Однако Джейсон чувствовал, как каждая капля его силы, каждая крупица магии уходит на поддержание этой хрупкой защиты. А из раны продолжала уходить жизнь.

— ТЫ УМРЕШЬ ЗДЕСЬ! ТВОЙ ЩИТ УЖЕ ТРЕЩИТ! — голос демона гремел у него в голове, уже без намёка на насмешку, полный яростного нетерпения. — ОНА ЛОПНЕТ, КАК МЫЛЬНЫЙ ПУЗЫРЬ!

— Ты прав... — мысленно простонал Джейсон, чувствуя, как его колени подкашиваются. — Возможно, другого выхода нет... Что делать?

— Как демон я заключаю контракт. Договор с человеком. Я обязуюсь избавить тебя от этой проблемы... за плату.

— Похер! Согласен! Что мне делать? — мысленно закричал он, видя, как по поверхности щита расползается паутина новых трещин. Силы поддерживать его больше не было.

— Для скрепления договора нужна твоя кровь. Твоя суть. Ты должен выпить её и мысленно подтвердить согласие.

В голове Джейсона, сквозь туман боли и страха, прозвучала почти истеричная, горько шутливая мысль: «Тебе она так нравится? Эта красная жидкость, что сейчас расползается по моей куртке? Бери, сколько нужно! Через несколько минут она мне будет уже не нужна!»

Щит окончательно рассыпался, превратившись в облако искр, которые тут же погасли в сыром воздухе. Однако вместе с ним закончилось и действие водяного вихря.

— Что ты там всё бормочешь, а? — с издёвкой прорычал маг, тяжело дыша. — Ты вообще понимаешь, что сейчас умрёшь? Ты только щитом и мог защищаться! А теперь... Ледяная стрела!

Он совершил новый жест, вызвав светло-голубой магический узор, и в воздухе перед ним сформировалась длинная, заострённая сосулька из голубого, прозрачного льда. Она была прекрасна и смертоносна. Джейсон уже почти не видел её. Тёмные пятна плясали перед его глазами. Но он помнил о договоре.

Собрав последние остатки воли, он надавил на живот, застонав от невыносимой боли, и убрал руку. Ладонь была залита тёплой, липкой кровью. Он поднёс её к лицу, чувствуя её металлический запах. Выпущенная ледяная стрела сорвалась с места и помчалась к нему, чтобы пронзить его.

Джейсон провёл окровавленным пальцем по губам, ощутив солёный, медный вкус собственной жизни.

— Подтверждаю контракт... — это были его последние внятные слова, прежде чем тьма окончательно накрыла его, и сознание уплыло в небытие.

— Вот ты и сдох! — с облегчением выдохнул маг и тут же обернулся в сторону, куда сбежала его жертва. — Догнать её или новую найти?

И тут время словно замерло. Ледяная стрела, летевшая в грудь бездыханному телу, зависла в воздухе, остановленная невидимой силой. Само тело Джейсона, безвольно падавшее на холодную брусчатку, вдруг неестественно резко замерло в полуметре от земли и плавно, с сверхъестественной, хищной грацией, выпрямилось. Голова медленно поднялась.

Из-под опущенных век пробился тусклый, зловещий свет — не красный, как у демона в клетке, а яркий, оранжево-кровавый, как расплавленное железо. Когда веки наконец-то открылись, стало видно, что белки глаз полностью почернели, став гладкими, как обсидиан, а зрачки пылали тем самым неестественным оранжевым пламенем. По вискам и лбу, из-под кожи, медленно, будто ростки ядовитого растения, пробились небольшие, изогнутые, остроконечные рога чёрного цвета. Из-под манжет куртки на запястьях и на шее, в месте соединения с ключицами, показались мелкие, острые чёрные шипы, прорвавшие плоть, словно броня инфернального насекомого.

По телу пробежала судорога, кости хрустнули, выравниваясь и становясь прочнее. Рана на животе начала сжиматься, будто её зашивала невидимая игла, оставляя после себя лишь багровый шрам. По коже поползли тёмные, похожие на паутину прожилки, слабо пульсирующие изнутри тем же оранжевым светом.

— Конечно новую, зачем тебе уже использованные ИГРУШКИ? — прозвучал голос.

Это был голос Джейсона, но искажённый до неузнаваемости. Теперь он звучал как скрежет камней под прессом, низкий, многослойный, полный древней, бездонной злобы и наслаждения. Тело повернулось к магу с механической, пугающей плавностью. Его движения были слишком точными, слишком быстрыми и совершенными для живого человека.

— Ты-ты..т-ты же умер.. — заикаясь, отступил маг. Его уверенность мгновенно испарилась, сменившись животным страхом. Он увидел, как его ледяная стрела просто висит в воздухе в метре от цели. — К-ка.. К-к-ка-ак?

— С пацаном ты и расправился, а теперь попробуй с демоном. Ну же, давай.

Демон усмехнулся, и его улыбка была слишком широкой, неестественной, состоящей из одних лишь острых зубов. Он просто взглянул на стрелу, и та, не долетев до стены, рассыпалась в облако мелкой искрящейся пыли. Он возник перед магом в мгновение ока, без звука, исказив пространство вокруг себя. Он взял его руки своими — пальцы были холодными, как мрамор, и сильными, как тиски.

— Ну же, давай, что ты там умеешь? Леденная стрела, водяной вихрь... Я уверен, клетку можешь? Ну давай, сразимся! Я долго не был в теле. Соскучился по... разминке.

У мага дрожали колени, он не мог ни сдвинуться, ни издать ни звука. Его магия, его уверенность — всё испарилось перед лицом чистого, немыслимого ужаса.

— Ну давай, поиграй со мной, чего же ты ждёшь? Давай, мне скучно! — демон размахивал его руками, как тряпичными куклами.

Потом лицо Джейсона резко стало серьёзным, улыбка исчезла, сменившись ледяной маской беспристрастного, безэмоционального ужаса. Он наклонился к самому уху преступника, и его шёпот обжёг кожу как ядовитый иней.

— Если ты не будешь сражаться, я не просто убью тебя. Ты познаешь все виды боли, какие только существуют между мирами. Я оторву тебе все конечности по одному суставу, а потом выпью всю твою кровь, пока ты будешь это видеть. Перемолю все твои кости в мелкую пыль и сожру её на твоих же глазах. Ахахах! — его злобный, многослойный смех в конце прозвучал как треск ломающихся костей и рвущейся плоти.

И маг сломался. С криком чистого безумия он начал сражаться в полную силу, на износ, выплёскивая всё, что у него было. Снежная буря, кинжалы льда, хлысты из сжатой воды — всё это обрушилось на фигуру в центре переулка. Но демон лишь отмахивался от них рукой, как от назойливых мух. С каждым взмахом сложные заклинания гасли, замерзали в воздухе и падали на землю грудами безвредных осколков, словно хрустальная посуда, разбивающаяся о каменный пол. Магия воина Плетения оказалась не сильнее детских пузырей против того, что теперь обитало в теле Джейсона.

— И это разве заклинание? — прозвучал разочарованный, скучающий голос. — Вот заклинание!

Он щёлкнул пальцами. В воздухе, прямо перед грудью мага, родилась крошечная огненная искра — та самая, что была у Джейсона. Но теперь она не была слабой и жалкой. Она горела ослепительным белым ядром, вокруг которого клубилась и искрилась раскалённая плазма. От неё исходил не свет, а сама тьма, поглощающая пространство вокруг. Демон выстрелил в стену соседнего здания.

Искра рванула вперёда. Она не прожгла стену. Она её испарила. Не было ни взрыва, ни грохота в привычном понимании. Был лишь оглушительный хлюпающий звук, будто раскалённый металл погрузили в воду, и на месте кирпичной кладки возникла идеально круглая дыра диаметром в несколько метров, из которой хлынул волной обжигающе горячий воздух. Края проёма были гладкими, как стекло, и раскалёнными докрасна. Внутри было пусто и черно.

Преступник застыл с открытым ртом. Его глаза были остекленевшими, в них не осталось ни злобы, ни страха — только абсолютная, всепоглощающая пустота понимания своего ничтожества. Он бессильно опустился на колени в лужу дождевой воды, смешанной с грязью, и начал бессвязно бормотать, умоляя о пощаде, о прощении, рыдая и заикаясь.

Демон медленно, не спеша, подошёл к нему. Он наклонился, и его горящее оранжевым пламенем око заглянуло в самое лицо обезумевшему магу.

— Просьбы? Сейчас? Смешно. Ты проиграл. В игре, которую сам же начал.

Он провёл пальцем по горлу дрожащего человека — движение быстрое, точное, хирургическое. Раздался короткий, влажный звук. Маг захрипел, его глаза закатились. Демон не стал ждать. Он прильнул к ране, и тишину переулка нарушил отвратительный, сосущий звук. Тёмная фигура прильнула к шее жертвы, восполняя потраченную на всплеск магии силу.

Затем он отшвырнул бездыханное тело от себя. Но на этом не остановился. Тень, окружавшая его, сгустилась, потянулась к трупу. Раздался звук ломающихся костей, рвущихся связок, чавканье и хруст. Через несколько секунд от мага остались лишь бесформенные, кровавые ошмётки, размазанные по брусчатке, и лужа, гораздо большего размера, чем была прежде.

Демон (в теле Джейсона) выпрямился. Он повертел головой, словно разминая шею, и потянулся. Раздался сухой хруст костей.

— Видимо, слишком долго находиться в этом теле не могу. Слишком слаб пацанёнок, меня сейчас держат только секунды контракта, — он говорил сам с собой, его голос звучал уже чуть более приглушённо, сила начала отступать. — Когда он станет сильнее... я обязательно захвачу это прекрасное тело себе. АХАХАХАХА. А человеческие души — это настоящее лакомство. Такая... насыщенная отчаянием закуска.

И тут его тело вдруг дёрнулось. Он схватился за голову и согнулся пополам от беззвучного крика. Оранжевый свет в глазах померк, затем вспыхнул в последний раз и погас. Чёрные белки посветлели, вернувшись к обычному виду. Маленькие рога на лбу и шипы на запястьях и шее начали медленно, с тихим шелестом, втягиваться обратно под кожу, которая затягивалась за ними, не оставляя и следа. Тёмные прожилки на коже поблёкли и исчезли.

Демон был изгнан. Его время вышло.

Джейсон рухнул на колени, а затем на бок, в лужу, уже не отдавая себе отчёта, от дождя она или от чего-то ещё. Его сознание вернулось в тот же миг, и оно было переполнено чудовищными, невыносимыми образами. Он видел всё. Чувствовал вкус крови на языке, которой не должно было быть. Помнил каждую деталь, каждое ощущение вселения, каждую секунду той немыслимой власти и каждую крупицу того чистого, немотивированного зла.

Его желудок, и без того пустой, сжался спазмом. Его вырвало — судорожно, болезненно, прямо на окровавленную мостовую. Слезы самопроизвольно текли по его лицу, смешиваясь с дождём и рвотой. Он дрожал всем телом, мелкой, неконтролируемой дрожью, пытаясь отползти, отодраться от того, что осталось от мага, но сил не было вообще никаких. В нём было пусто. Физически, магически, морально.

Он лёг на спину, глядя в тёмное, дождливое небо. Крупные капли падали ему на лицо, смывая грязь и кровь. Он пытался дышать, но каждый вдох обжигал лёгкие. В ушах стоял оглушительный звон, сквозь который пробивался последний, затухающий шёпот в его сознании, полный сдержанного удовлетворения и обещания:

— Договор выполнен, Джейсон... До следующего раза. Я буду ждать.

Тишина. Только шум дождя и далёкие гудки машин. Он лежал в тёмном переулке, рядом с остатками того, кого он, по сути, убил своими руками, пусть и не своей волей. Он был один. Совершенно один. И с ним теперь навсегда будет часть того демона, часть той тьмы.

Сознание снова начало уплывать, на этот раз не в магическую пустоту, а в обычный, благословенный беспамятный обморок. Последнее, что он почувствовал перед тем, как провалиться в ничто, — это ледяной холод промокшей насквозь одежды и липкую, тёплую влагу под собой, в которой он лежал.