— А что вы будете делать, если печать, ограничивающая ваши силы, исчезнет?

Серьезный тон Витара ничуть не смутил Каргу, она осталась сидеть, при своем при спокойном.

— Это невозможно. Только глава династии Гаверус способен снять ее.

— Эм… Думаю я неправильно задал вопрос. Как много вы готовы отдать, за то, чтобы снять эти печати с ваших тел?

Карга вдруг снова стала стальной женщиной, пройдясь сканирующим взглядом по юношеской фигуре, словно просвечивая ее на сквозь. Однако так ничего и не увидев, тяжело вздохнула, вернувшись в обычное состояние.

— Если говорить только о возможности, то на многое… Честно говоря шанс того, что с нас снимут печати, признав изгнание недействительным, практически равен нулю. Поэтому, будь какой либо другой путь, то мы бы отдали все, за подобную возможность, но с нашим состоянием… – Она окинула взглядом старые стены деревянного дома, пошарпанные и грозящиеся вот-вот развалится.

— Даже будь здесь чудесный мастер, способный помочь в снятии печати, то он бы и не посмотрел в нашу сторону.

Витар широко улыбнулся, услышав такой ответ.

В маленькую комнатушку въехал Эрон, который судя по всему оклемался, и немного подлатал кресло каталку.

— Ты как раз вовремя… У меня к вам двоим очень выгодное предложение. Так получилось, что у меня есть способ снять печати с ваших тел, взамен я попро…

— Невозможно!

Бабуля воскликнула совершенно непреклонной манере, она даже подпрыгнула с места, словно и не была вынуждена опираться на трость. Юноша тоже был шокирован, однако слова порицания застряли в его горле. Он был молод, и все еще верил в возможность освобождения от этого клейма, в отличии от своей старшей.

— Заткнись карга! Как ты смеешь перебивать младших?!

Витар возмутился так, как возмущались великовозрастные мастера, увидев недостойное поведение своих учеников. Такая реакция посеяла смуту в разуме старой женщины.

— Где в твоих словах логика?! Разве не младшие должны слушать старших, не перебивая?!

Темный натянул на губы очертания улыбки, и продолжил в назидательной манере.

— Логика всегда на стороне победителей! Как думаешь? В этой комнате победители - два инвалида без крохи силы, или великолепный и обаятельный молодой гений, поразивший законы бытия?

Двое ангелов опешили от подобного заявления. Старуха даже хрюкнула, умудрившись упасть на пол.

— Так вот… От вас потребуется лишь ответственность! Я должен быть легализован как член вашей семьи, принятый из здешних нищих. Никто не должен догадываться о моем происхождении из царства силы. Вы станете моими документами, удостоверяющими личность, даже если на проверку спустится сам Владыка порядка! Думаю десяти секунд на размышления вам хватит…

— Девять…

— Это чушь, как мы можем быть уверены что ты не шпион хаоса?

— Восемь…

— Стой! Такие вопросы не решаются с…

— Семь…

— Бабушка, если он может нам помочь, то почему мы должны думать о такой ничтожной цене?

— Шесть…

— Внук ты не понимаешь! Существо, которое может снять печать владыки династии, должно облада…

— Пять…

— Неважно. Я согласен!

— Четыре…

— Бабушка!

— Три…

— Это же наш шанс!

— Два…

— Хорошо! Хорошо! Но помни Эрон! Я предупреждала…

Карга сдалась, перед отчаянным напором внука, но продолжала неустанно качать головой.

— Отлично! Время принести клятвы сущности…

В глазах Темного разгорался азарт, самая главная проблема, его пребывания здесь, заключалась в том, что новорожденного ангела, рвущегося на вершину, могли связать с неудавшимся экспериментом, и прирезать еще до обретения хоть какого либо могущества… Но теперь, дилемма незадачливого эмигранта – преступника могла решится.

***

Когда слова клятвы, наконец, растворились в первичном холсте мироздания, и обрели силу, Темный принялся исполнять задуманное, хоть и не был уверен, в удачности снятия печати.

Первым на очереди был Эрон. Витар положил руку ему на плечо. Тут же, образ души молодого ангела предстал в золотистых тонах, однако излучение силы никак не могло вырваться за пределы белой клетки, посередине которой находился слепок печати, квадратной формы. Он словно огромная скала, давил на восприятие Темного, однако помимо головной боли, больше не мог причинить никакого вреда.

Отвечая враждебной энергетике, в сознании Витара поднялись три гигантских волны: первая олицетворяла ярость, погруженную в кровавый океан, и обрела форму демона берсеркера – символа рода кровей. Вторая энергия казалась бесконечно жестокой, и своим черным огнем хотела сжечь само мироздание. Третья же имела янтарный оттенок, и пыталась предотвратить влияние внешних сил, на организм хозяина. Через секунду, она выпустила шелковые ленты, белого цвета, и оплела сдерживающую печать плотным коконом. Мгновение борьбы, и вот печать просто вырвало вместе с частью клетки, засосав внутрь Фолианта благословений.

Внутренние силы, после исчезновения опасности для Витара, прекратили высвобождать жажду убийства, и погрузились в покой. В то же время, в реальном мире происходило удивительное.

Элизабет, наблюдала, как сгусток белого света отделился от тела ее внука, и впитался в сидящего напротив, новорожденного ангела, а затем, словно маленькое солнце, Эрон, погрузил комнату в пространство золотого света. Тепло, надежность, и защита, вот каковы были характеристики высвобождаемой силы.

“Не может быть!! Он действительно снял печать!!!”

Элизабет не могла поверить в то, что происходило перед ее глазами. Незыблемость, которой так гордились эксперты золотого неба, была растоптана в мгновение, этим неизвестным юношей. Он уничтожил самую основу власти династии Гаверус, вырвав сильнейшую из печатей, которые были созданы великими защитниками. Пусть об этом никто и не знал, однако сам факт существования, чего то настолько удивительного, противоречащего первородному закону в пределах ее же обители, заставлял душу мудрой женщины трепетать в восхищении.

— Бабушка… Я чувствую свою силу! Печать… Она пропала!!!

Возбужденное состояние Эрона можно было легко понять. Прожив два года в нищете и бессилии, даже не как полноценный разумный, а как инвалид. Обретение былого могущества, являлось для него чем-то несравнимо блаженным и желанным.

— Подойди сюда карга, или ты думаешь, что этот великий мастер должен вскакивать и проявлять уважение?

Витар глумился над опешившей старухой, ведь после того, как та вернет свою силу, подобной возможности может и не представиться.