Витиар шел в приподнятом настроении, хоть и был, практически весь забрызган кровью, прохожим до него совершенно не было дела, подобная практика для этих существ являлась чем то естественным. Единственное о чем сожалел Темный, так это о потерянной возможности соблазнения Ао Циньюэ. Девушка действительно была цветком, способным сразить целое поколение. Но чего нет того нет, придется по старинке….

— Грязный выродок, думаешь, измазал себя кровью и я тебя не узнаю?! - Витар сфокусировал взгляд на появившемся около него Патриархе рода Мельвиас. Астория оказалась одета в белую рубашку, и кожаный корсет, плотно облегающий идеальную фигуру. И смотрела на Витара самым недружелюбным взглядом, каким только могло смотреть воплощение красоты.

— Из за тебя… Из за тебя я лишилась всего! Моего рода! Моей чести! Теперь ты доволен?! – Вид Астории вдруг стал крайне болезненным, словно ей нанесли глубокую рану. – Но сейчас мне нечего терять, как только ты покинешь Междумирье, то я буду первой, кто лишит тебя жизни, и мне не страшен твой род!

В мгновение ока, Астория из хрупкой женщины преобразилась в фурию, с бушующим сердцем, наполненным безжалостным желанием.

— Тебе придется встать в очередь, твой порядковый номер будет… Не знаю, сами определитесь – Витар был спокоен перед лицом очередной опасности, ну что ему может сделать какой то Император? Если ему удастся достигнуть сферы Алого короля, то эта особа будет уже не страшна. – Но если ты хочешь… Я могу помочь вернуть тебе все что ты потеряла…

Темный мог бы просто продолжить путь, проигнорировав Асторию, однако шанс того что он сможет получить такую красотку в личное пользование скреб по его душе острыми когтями. К тому же, сейчас ему требовалось погрузиться в пучину битв, для скорейшего прогресса. Хоть это и можно было сделать в любом месте, однако у Витара на данный момент было слишком много врагов. И не существовало никакой гарантии, что они не воспримут молодого вампира в серьез. Поэтому, мир Мельвиас, полностью огражденный от вмешательства внешних сил суверенным статусом, идеально подходил для такой желанной бойни.

— Как тебе удастся вернуть мой род и честь? Возомнил себя Создателем, или его отцом? Спустись обратно на землю и прими свою судьбу… - Было видно, что Астория сама хотела бы поверить в сказанное Витаром, однако перед ней сейчас был всего лишь подросток, пусть и имеющий пугающий талант.

— Давай сначала разберемся со вторым пунктом, в тех местах где я родился, обесчестить - значит лишить девушку чести, овладев ей. Скажи, мы ведь не занимались ничем предосудительным, или пока я спал ты…? – Астория тут же покраснела, а ее грудь начала вздыматься в очень быстром темпе.

— Да как ты… Да за кого ты меня принимаешь?! – Невозможно было смотреть на воспламенившуюся девушку без улыбки. “Сколько страсти, ее бы напор да в правильную плоскость…”

— В роду Мельвиас, только муж, или мужчина признанный родом на роль жениха имеет право прикасаться к женщине. Ни тем ни другим ты мне не являешься… И не будешь!!!

— Ах… ну разумеется, однако это просто чушь - Видя как Астория снова воспаляется Витар поспешил закончить. – Но если вторую проблему не решить традиционными методами, то придется ликвидировать ее через первую…

— О чем ты говоришь, как признание меня родом, решит проблему с моей честью? – Бывший патриарх, негодовала, слушая этого юношу.

“Я никак не могу понять, что твориться в его голове!”

— Ты когда ни будь слышала о термине “Дворцовый переворот”? - Не дожидаясь ответной реакции со стороны Астории Витар продолжил - Так вот, думаю стоит немного подкорректировать устои твоего рода. А какие изменения без предшествующей им кровавой революции?

Темный был воодушевлен, ему всегда нравилось устраивать политические перевороты с массовым кровопролитием. Будучи еще Властелином на Мелнрике, он регулярно подтачивал здравый смысл у оппозиций текущих властей в разных королевствах, и вызывал кровавые бунты. Можно сказать, что это было его излюбленным увлечением. Но сейчас он хотел устроить подобное у вампиров, которые в принципе не имели оппозиций. Их четкое иерархическое разделение, и строгие уставы были настолько прочной основой для власти, что создать подобную Мелнриковским, шаткую ситуацию, было практически невозможно.

Однако и здесь, Алое солнце не оставило свое дитя без шанса. Смена власти! Только недавно, у рода Мельвиас был один Патриарх, а теперь этот пост занимает совершенно другой вампир. Пусть он и является уважаемым членом рода, иначе не был бы избран на этот пост, все равно… Взрывные изменения несвойственны для вечно живущих, и вызывают у них растерянность. Витару же требовалось просто продолжить расшатывать уже покачнувшуюся лодку, и попутно забросить в нее вывалившуюся Асторию.

— Революция? Ты хоть представляешь с кем сейчас разговариваешь?! Я Пат… - Астория вдруг остановилась на полуслове, и ощутила новый прилив горечи, но тут же вернула самообладание, с вызовом глядя на Витара, того кто решился идти против ее… бывшего рода…

— Похоже ты смотришь на это как на резню ради власти, но не все так просто…- Витар сделал голос очень глубоким, и насыщенным, словно в нем вдруг появилась тысячелетняя мудрость.

— Раса вампиров слишком статична, и имеет свойство застаиваться на собственных достижениях, отбрасывая все новое как не нужное, в этом мы похожи на ангелов, однако они находятся под покровительством первородного закона, в отличии от нас. А так же пернатые имеют чудовищную базу в виде приспешников в сотнях миров, которые поклоняются им как богам. Поэтому даже колоссальные изменения способные встряхнуть добрую половину вселенной не смогут сильно повлиять на них. А вот вампиры… - Прекрасная женщина сдвинула свои брови, пытаясь осмыслить все сказанное этим юношей.

— Хочешь сказать, что в ближайшем будущем произойдет нечто подобное? – На этот раз Астория была очень серьезна. И пыталась разглядеть в глазах Витара нечто, что было известно только ей.

— Уже произошло… - Витар сконденсировал на кончике пальца каплю крови, а затем вместил все свои воспоминания об экспериментах пернатых, в подконтрольных мирах, особенно акцентировав внимание, на других вампирских родах, служащих лишь побочной стадией опытов. Разумеется, отфильтровав воспоминания связанные непосредственно с ним.

Но в это время, его разум был занят совершенно другим, попытки спланировать плавное свержение с несколькими стычками, пошедшими бы на пользу развитию Темного, никак не могли оформится в четкий план. Все упиралось в фанатичную верность родовым устоям клыкастого народа…

“К черту интриги! Даешь кровавый переворот! Мне не шахматные навыки сейчас надо развивать, а искусство резни!”