— Итак… Где моя невеста?

Слова Витара эхом разнеслись по переполненной зале, где каждый благородный уставился на молодого человека широко раскрытыми глазами.

Не получив ответа, Темный начал взглядом искать Беатрису. Вскоре он обнаружил ее, сидящую за одним из немногочисленных столиков, расположенных в затемненном углу залы. Там гости могли отдохнуть и расслабиться, но выражение внучки герцога напротив демонстрировало напряжение. Дворяне пристально смотрели на Беатрису, и она не могла сохранять спокойствие. Даже ягодка винограда, которую девушка собиралась положить в рот, зависла в нескольких сантиметрах от ее губ и больше не двигалась.

— Прошло всего ничего, но я уже по тебе соскучился…

Холодное выражение лица бывшего властелина разительно изменилось и теперь напоминало средоточие любви, опоясанное заботой. Мерными шагами, в которых читалась неприкрытая уверенность, Темный добрел до стола, а затем, съев виноградину прямо с пальцев Беатрисы, он мило улыбнулся и протянул девушку руку. Слегка сконфуженная она ответила Витару и поднялась, но не успела внучка герцога собраться, как слова Аргуса вновь вызвали переполох в ее сердце.

— Дамы и господа, в пылу битвы, на грани жизни и смерти я – Аргус Салехан осознал одну важную вещь… Причина, по которой я хочу жить, и желаю защитить царство Истин, заключается вовсе не в патриотизме, а в девушке, что стоит рядом. Беатриса Дорийская – та, кто покорила мое сердце и даже если статус виконта несравним с герцогским, я не собираюсь отступать. В сражениях я покажу всему третьему царству и высшей знати, что достоин руки возлюбленной, а пока, позвольте мне сказать одну вещь. Любой, кто посмеет бороться со мной за сердце Беатрисы, будет уничтожен… Это угроза и обещание жестокой расправы. Моя мать – практик Истины Познания, но отец – воин. Я унаследовал его характер, и разбираться с проблемами буду не интеллектом, а грубой силой. Не самая вдохновляющая речь для празднества, но это необходимо, ведь последующие несколько недель я собираюсь посвятить битвам. За это время не приближайтесь… Нет, даже не думайте о моей Беатрисе, иначе вас ждет плачевный конец.

Властность и враждебность так и сочились из ауры бывшего властелина. Пусть он не демонстрировал силы Достойного величия, однако все благородные на этом уровне испытывали тяготящее давление. Казалось, юноша нападет на них стоит только взгляду случайно упасть на фигуру Беатрисы. Никто ему не возразил. Не было ни единого возмущения, и зал стоял в абсолютной тишине. Даже Хорвед Дорийский не нашелся ответом, и пока эта атмосфера не развеялась, Витар решил покинуть залу.

“Даже если мне нужно играть роль, вести себя послушно и растрачивать драгоценное время на какие-то банкеты я не намерен…”

Чеканя шаг, словно в надежде услышать вызов, Темный медленно шел сквозь ряды благородных к выходу. Он никого не огибал и не просил отойти в сторону. Непоколебимой стойкостью и угрожающим взглядом Витар проложил чистый путь, однако посреди залы со спины его обвили тонкие руки девушки, неожиданно проявившей решительность.

— ……

Беатриса ничего не говорила, он лишь стояла, крепко прижавшись к спине Витара, но потом, словно опомнившись, резко отпустила его и, смутившись, быстрее Темного покинула залу через другой выход.

“Кажется, я запал ей в душу… Хе, ну еще бы, такой сексуашка даже отражение в зеркале сможет покорить…”

Теперь уже полностью довольный бывший властелин покинул имение герцога Хорведа, чтобы возвратиться в съемную квартиру, а оттуда, через пространственный разлом попасть в зону Абсолютного закона.

— Уже вернулся?

Как только Витар возник в зоне Абсолютного закона, до него донесся голос Милены, которая в этот момент была занята поглощением алых эманаций закона Кровей. Помимо нее все вампиры так же поглощали сущность крови из огромных запасов кипящего моря, однако только лишь роду Кровей удавалось делать это стабильно. Остальные клыкастики чувствовали, что от переизбытка безумия, содержащегося в законе, их разум раздирают острые когти, и побуждают на насилию.

— Разумеется я же не телега как ты. Только и делаешь, что позади тащишься, бесполезная.

Темный был в хорошем настроении, однако не облить сестру погаными словечками он попросту не мог.

— Недаром мы брат и сестра. Я тащусь как телега, а ты как заплечный мешок, должно быть, такова наша судьба…

Милена была рассудительна и не принимала слов брата близко к сердцу, в то время как последний обладал не самым широким диапазоном терпения. Совершив резкий рывок к бывшей герцогине, Темный спихнул ее прямо в кипящее море, где тысячи кровавых монстров только и ждали попадания клыкастика в их обитель. Милена смогла быстро выбраться, однако когда багровый клинок попытался найти обидчика, его уже не было видно.

Витар сбежал к верхушке янтарного древа, где он уселся на одну из многочисленных ветвей, и сорвал находящийся под рукой плод.

“Бог ты мой - под пятой, а это вкусно...”

Распробовав золотой плод, Темный ощутил как умеренная и утонченная сладость, с каким-то невероятным привкусом разливается у него во рту. Помимо потрясающего вкуса, плод так же направил большое количество энергии благословления в организм Витара, собираясь укрепить его тело, душу, и разум на некоторое количество времени, вот только сущность Забвения не позволила чужеродной ауре распространиться по телу.

“Меня невозможно ни усилить, ни ослабить внешним воздействием. С одной стороны это хорошо, но вот от возможности безопасно арендовать силу я бы не отказался…”

Уныло вздохнув, бывший властелин протянул правую руку вперед, после чего из предплечья, разрывая рукава красной рубашки и белого пиджака, вырвалось черно-зеленое облако энергии.

«Уробос…»

Великий змей появился перед Темным во всей красе, он парил в воздухе источая гнетущие волны Абсолютного зла, однако именно с этой аурой Витар собирался покончить.

— Верный мой питомец, хозяин собирается освободить тебя от власти никчемного сопляка Анимала, и даровать силу повелителя пламени. Я произведу слияние двух стихийных духов огня из моей новой книги Ярости стихий, так что ты получишь огромную силу. Что скажешь Уробос, согласен вновь служить мне как в старые добрые?

Ответа ждать долго не пришлось, рогатая голова змея уткнулась в руки бывшего властелина, демонстрируя его полную покорность.

— Хороший мальчик, только на тебя вся надежда. Сражаться бок о бок с этими тремя идиотами у меня нет ни малейшего желания…