Витар быстро шел в сторону массивных врат, служащих входом на территорию клана Ферус, охватывающую несколько десятков километров. Такое разительное отличие от положения их падших родственников вовсе не делало светлякам чести в глазах бывшего властелина…

— Небесный повелитель сражений! Мы приветствуем вас!!

Группа стражей, патрулирующих вход в клан, уважительно поклонились при виде Темного, однако тот даже бровью не повел на любезность пернатых.

— Сообщите старейшинам Ферус, что я желаю их видеть!

Властный голос героя небес заставил крепких мужчин вздрогнуть, и после недолгого замешательства их командир отправился внутрь, дабы сообщить о высокопоставленном госте.

В то же время, сам Витар не церемонясь вошел на территорию клана, которая оказалась довольно приятным местом, по крайней мере, на вид.

Стражи на входе и думать не смели, о том, чтобы препятствовать ему, так как боялись вспыльчивого нрава юного гения, способного одной атакой стереть все их наследие с лица земли.

Темный, не обращая внимания на любопытствующих пернатых, активировал чувство крови, и просканировал всю местность клана, в поисках Велиана. К счастью его племянник оказался совсем недалеко, и его расположение определялось прямо в центральном особняке солнцекрылых.

Даже по предварительному анализу, Витар мог ясно почувствовать, что талант этого ребенка во много раз переплюнул всех встреченных ранее ангелов. Можно сказать, что он в будущем мог стать таким же могущественным, как и его далекие предки из династии Девор.

— Рад приветствовать великого героя в нашей скромной обители. Я глава клана Ферус - Локхарт Ферус, а это достопочтенные старейшины Масиал и Патрет.

Прямо перед задумчивым Темным, вдруг появились трое крепких мужчин, излучающих мощную ауру пика уровня Херувим, среди которых, тот, что стоял посередине представился первым, а затем указал на своих спутников.

— Мне нужен Рамзеус, и его сын.

Витар был немногословен, и говорил в приказном тоне, что могло вызвать неблагоприятное впечатление о нем, несмотря на статус героя. Однако слова бывшего властелина, вместо сморщенных лиц, вызвали шок, на мгновение проскользнувший в глазах пернатых.

— Мы не понимаем, о чем вы говорите, возможно…

Витар мгновенно оказался около старейшины, попытавшегося отбрехаться от него, и с противным хрустом свернул тому шею. Все это действо заняло не больше доли секунды, и даже двое Херувимов не смогли разглядеть молниеносные движения Небесного повелителя сражений.

Когда тело старейшины бездыханным мешком рухнуло на землю, все солнцекрылые, от мала до велика, призвали сочащиеся светом клинки, и направили его на спокойно стоящего Темного. В его сознании неожиданно вспыхнуло яркое воспоминание о том ангеле, что появился после прочтения письма Милены, и пронзил его точно таким же световым мечом.

“Так это действительно были слуги клана Ферус…”

— Тут все просто, либо выдадите мне этого кузнеца, и его ребенка, либо все здесь передохнете!

Как только бывший властелин договорил, небеса над кланом практиков света вдруг начали покрывать белесные трещины, из которых медленно выплывали миллионы янтарных клинков. Площадь поражения «Града Эскалон» уже достигла около сотни квадратных километров, поэтому скрыться никому из солнцекрылых не удастся в любом случае.

Когда светляки поняли это, их лица сильно побледнели словно они мгновенно потеряли большое количество крови, однако в тот же момент, рядом с Витаром приземлился шестикрылый ангел, находящийся в сфере Псевдо-Серафима.

Этот мужчина был узнан бывшим властелином с первого взгляда, в то время как сам Рамзеус не признал в юноше своего давнего врага. Он лишь осторожно держал в своих массивных руках сверток с младенцем, опасливо поглядывая на героя небес.

— Господин, я - Рамзеус Ферон, а это мой сын - Акнар, мы прибыли по вашему зову.

Казалось от былой стати великого воина царства Силы, в этом разумном не осталось и следа, а их место заняло раболепие и покорность, но они не затмили глаза бывшего властелина.

— Как же жалок ваш клан, что послал с тобой другого ребенка…

Лицо Витара скривилось в презрительной гримасе, когда он увидел как потемнели выражения всех здесь собравшихся. Никто из ангелов не мог понять, как злобный юноша смог определить, что ребенок в руках Рамзеуса подменыш, в то время как настоящий находился у одной из девушек, взятых в жены членами клана Ферус.

— О чем вы? Это мой сын.

Рамзеус, несмотря на ужасное давление, которое ощущал из-за разверзшихся трещинами небес, продолжал настаивать на своем, за что немедленно поплатился обрушившимся на него энергетическим ударом, вдавившим грудную клетку мужчины в позвоночник.

Темный подхватил ребенка, который подлетел в воздух, и перебросил его одной из девушек, не принадлежащих к кровной линии Ферус.

— Те, кто не принадлежат к этому клану, могут уйти, и детей с собой заберите, всех, кроме него…

Витар указал на женщину, прижимающую к себе полугодовалого младенца, мирно спящего, несмотря на огромное давление «Града Эскалон». Эта особа бросила панический взгляд на главу клана, однако тот лишь коротко кивнул ей, давая свое одобрение. После чего она подошла к Темному и передала мальчика.

Бывший властелин с интересом взглянул на лицо ребенка, имевшее довольно заурядную округлую форму, типичную для всех младенцев. Однако, несмотря на всю простоту образа этого мальца, радужка глаз мальчика, постоянно переливалась ярко желтыми цветами, словно горела неистовым пламенем, способным в будущем объять сотни и тысячи миров.

“В этом ребенке нет ни Тьмы, ни Света, но все же чудовищный талант величайшей династии не обошел его стороной…”

Когда Витар закончил любоваться младенцем, он обвел членов клана Ферус холодным, не предвещающим ничего хорошего взглядом, заставившим всех пернатых судорожно сжимающих световые клинки, панически задрожать.

— Вы должно быть уже поняли, кто я такой….

Темный усмехнулся глядя на поникших пернатых, успевших смирившиться со своей судьбой.

— Никогда бы не подумал, что члены величайшей династии станут шавками на поводке у Владык. Что они будут отдавать своих детей на убой по собственному желанию. Но не мне вас осуждать…

Хоть Темный и произносил свою речь спокойно, однако внутри у него пылал огонь ненависти, который даже его мрачную и холодную душу заставлял желать возмездия. Наконец, кода последние звуки вышли из его уст, миллионы клинков, прорезавших грань небес обрушились на клан солцекрылых.