— Что это такое?...

Серафим удивленно замер, взирая на янтарный доспех заполненный Тьмой, который занял его место на ненавистном распятии. Древний ангел тщательно изучил взглядом удивительное творение неизвестного закона, а затем взгляд пурпурных глаз вдруг расфокусировался, и на его лицо наползло изумленное выражение. Серафим поначалу просто стоял как истукан, но после непродолжительного ступора перевел взгляд на свои руки, которые уже не напоминали костлявые лапти мертвеца, и имели под бледной кожей довольно прочный мышечный каркас. Но самым поразительным ощущением для ангела оказалось то, что он мог почувствовать все три пары своих крыльев.

Поддавшись порыву эмоций он совершил мощный рывок вверх, и черные крылья выбросили Древнего прямо в грозовое небо, где он просто немыслимым образом увернулся от несколько десятков молний выстреливших в его фигуру. Казалось для этого существа подобная смертельная опасность, являлась не более чем игрой, приносившей массу удовольствий. И вот когда ангел, удовлетворенный и полностью счастливый приземлился перед Витаром, то сразу же крепко обнял его, будто тот был самым родным для него существом.

— Дитя… Я чувствую в тебе кровь нашей династии. Но как ты попал сюда? С твоим уровнем сил прорвать оболочку «Клетки творца» невозможно!

На бледном лице мужчины, который окутал свою фигуру тканью, созданной из самой тьмы, отразились следы непонимания и искреннего любопытства, на что Витар лишь недовольно нахмурился, вывернувшись из его объятий.

— А это так важно? Может быть, сначала освободим остальных?

Витар не вел себя слишком уж надменно перед древним ангелом, и причиной этому не была личная сила мужчины. На самом деле Темный оказался глубоко поражен, крепостью рассудка Серафима, который провел несколько сотен тысяч лет, прибитый к каменному столбу, без единого куска хлеба…

— Ты прав дитя.. Нам стоит поспешить.

*Шух!*

Древний буквально выстрелил собой, в непроглядную даль, застланную крупным ливнем, не оставив и шанса Витару немного покрасоваться перед предком своими способностями.

“Когда это я превратился во второстепенного персонажа?”

*Шух!*

Бывший властелин так же расправил черные крылья, и ломанулся вслед за Серафимом, скорость полота которого была просто невероятной. Даже используя все свои силы, Темный едва мог не отставать от него, и это при том, что у Древнего оставалась чуть ли не десятая часть всей его энергии.

— А ты не так прост молодой Девор, или мне называть тебя Люций?

Несмотря на шум дождя и грохот небесных молний, Витар мог без проблем слышать своего собеседника, который видимо, пытался казаться очень впечатляющим перед своим потомком.

— Ни тот не другой! Обо всем, что тебе интересно, я расскажу после того как выберемся отсюда…

Слова юного чернокрылого сильно встревожили Серафима, однако он не стал настаивать на продолжении рассказа, и коротко кивнув, полетел дальше.

Вскоре они подлетели к очередной парящей скале, из которой торчала гигантская цепь, полностью идентичная той, что Темынй видел ранее.

— Это цепь творца. Она выкачивает силу первородных законов и собирает в одном месте. Изначально она создавалась, чтобы помочь нашему владыке прорваться в третье царство. Однако как видишь, ей нашли другое применение…

Древний уловил заинтересованный взгляд Витара, который рассматривал огромную цепь, и решил немного просветить его. Серафим чувствовал ответственность за этого юношу, как старший член семьи. Пусть он и не знал, что конкретно произошло после заточения сильнейших воинов Девор в «Клетку творца», однако благополучное будущее их потомком точно не светило.

— Олифия….

Серафим, увидев распятье, на котором так же без сознания было прибито иссохшееся тело, тяжело выдохнул. С первого взгляда можно было определить, что он знал ту, кто была распята на этом кресте очень хорошо.

— Ты сможешь?...

Витар утвердительно кивнул на наполненный надеждой взгляд мужчины, и создал янтарный доспех, так же наполнив тот чистой энергией Тьмы.

В этот раз, все получилось гораздо быстрее, и как только творение Темного было закончено, он направил струю черного пламени на цепь, которая с небольшим сопротивлением все же отступилась перед законом абсолютного Зла и расплавилась.

Серафим был глубоко поражен представлением устроенным его потомком, но не растерялся, и тут же освободил фигуру женщины, пол которой был опознан Витаром только благодаря чувству крови.

Еще через пару секунд доспех занял свое новое место, а Серафим уже закончил восстанавливать этой женщине крылья с помощью энергии Тьмы, которая к слову восстановилась у древнего практически на половину.

“Что за чудовищная регенерация энергии?!”

Витар не мог не восхититься настолько поразительными способностями, однако видя, что восстановление женщины идет только в энергетическом плане, подлетел сам и начал вливать в истощенный организм алые потоки закона Кровей, благодаря чему, ее тело наполнялось жизнью все быстрее и быстрее.

“Эта энергия… Разве мальчишка не практик странного закона пламени?!”

Древний вновь был обескуражен таинственным юношей, однако все же сдержал себя от вопросов, заметив, что Олифия приходит в сознание.

— Райнэль? Это сон?...

Лицо девушки становилось все прекрасней и утонченней с каждой секундой, что не могло не радовать Витара, который отдавал предпочтение спасению красивых женщин, нежели просто женщин.

— Ты забыла, что нас заперли здесь, и лишили возможности видеть сны?

Древний печально улыбнулся, а затем прильнул к губам ошарашенной девушки.

- Так! Давайте вы не будете тут устраивать пастельных сцен! Я между прочим жизнью рискую, чтобы спасти ваши неблагодарные жопы, которые даже после стольких лет существования не научились говорить простого спасибо.

Олифия перевела сконфуженный взгляд со своего возлюбленного на наглого мальчишку, в котором текла кровь родословной их династии, и удивленно уставилась на него.

— Только не нужно задавать глупых вопросов!

Не обращая внимания на негодование древних, Витар поднялся на ноги, а затем взмыл вверх, показывая пример сладкой парочке, позабывшей об их нынешнем местоположении.