— Остановите уже это….

Молодая девушка сидящая на трибунах с пепельным лицом смотрела как воин в янтарных доспехах, сейчас размазывает двоих истощенных принцев по белому мрамору арены. Сотни, и даже тысячи ударов, были направлены в их нервные окончания, и наносились с такой силой, что наследники Гаверус уже даже не могли издавать криков. Снова и снова, сантиметр за сантиметром, кости этих юношей неистово трещали под беспощадным натиском.

Витар не сдерживал силы, в практике комплекса сотни убийств, он наконец нашел идеальные тренажеры для оттачивания этих смертельных боевых навыков. Тела его нынешних противников оказались настоящим сокровищем. Прочные как скала они могли выдержать даже самые жестокие из приемов созданных его бывшим генералом. Разумеется, он контролировал, какую степень вреда может причинить каждый последующий удар, чтобы не убить ненароком будущих слуг зла. Однако со стороны это даже не напоминало, что-то из разряда гуманности, к коей и относил происходящее сам вампир.

Перед таким зрелищем, даже такие стойкие разумные, как те, кто сейчас присутствовал на арене, невольно поежились от холодка, пробежавшего по их спинам.

“Этот юноша слишком жесток!”

Так же здесь было множество опытных воинов, и они-то действительно видели полную картину происходящего. Мальчишка в янтарных доспехах не проявлял бессмысленную жестокость, он просто использовал тела наследников золотых небес, как манекен для отработки ударов. Это была высшая степень неуважения ко всей династии Гаверус.

Амалиэль так же это понимал, но ничего не мог предпринять, сидя с чрезвычайно бледным лицом, в котором угадывались убийственные намерения.

— Прекрати немедленно!

К удивлению многих, той кто выкрикнула эти слова, оказалась Элизабет, а не один из советников Гаверус, или же сам глава династии. Глаза прекрасной женщины застилали слезы, она не могла равнодушно наблюдать за страданиями своих внуков, хоть те и отреклись от нее.

Темный остановился посреди серии ударов, и с тоской посмотрел на избитые тела. Из комплекса сотни убийств, он отработал только половину, и то только по несколько раз. Было чрезвычайно больно отпускать такие сокровища, по достоинству не использовав их, однако связи с этой взбалмошной женщиной были куда более значимы, нежели данная практика.

— Хорошо! Но только ради тебя….

Витар это сказал с таким сладким голосом, приправленным законом благословения, что лицо великой владычицы, несмотря на плотные дорожки горьких слез, залилось яркой краской. Эрон, который не подавал голоса до сего момента, после выбывания, вдруг странно посмотрел на своего названного брата, однако оценить выражение его лица не смог, так как то было закрыто шлемом.

— Что ж! Самое время озвучить требования к Династии Гаверус. Вы же признаете нашу победу, или мне продолжить?...

Темный деактивировал доспех, и с улыбкой взглянул на скривившиеся физиономии златокрылых.

— Мы признаем твою победу, но только твою а не того предателя! Поэтому просьба у тебя есть только одна!

Когда Витар хотел возмутиться, арена вдруг вспыхнула белым светом, подтверждая силу прозвучавших слов.

Амалиэль утвердительно кивнул, он знал что чем более жестокие методы были использованы на арене правосудия, тем меньше она оценивала это существо, и отдавала предпочтение другой стороне, даже если она являлась проигравшей. Такова была особенность священного места, о которой знали немногие, и в число этих немногих, разумеется, входили главы Династий.

*Бам!*

*Бам!* *Бам!* *Бам!*

Зрители в шоке смотрели, как Темный вновь призвал доспех кровей, и начал пинать мраморную плиту под своими ногами, снова и снова, создавая множественные сети трещин на ней.

Он был похож на взъяренного зверя, которого ранили, но не смогли убить.

“Я тебя по камешкам разберу!! Сделаю из осколков баночки для сбора спермы, и открою межрасовый пункт сбора донорского биоматериала!”

Казалось арена прочитала его мысли, потому что в следующую секунду, Витара выкинуло за пределы мраморной плиты мощным ударом белого сияния.

— С*ка!

«Град Эскалон!»

На пространство арены вновь обрушился дождь из тысяч клинков, но на этот раз, он казался еще более яростным, чем предыдущий!

*Молчание…*

Никто не смог выговорить и слова после увиденного. Казалось мальчик перед ними, был бесконечно жестоким и мелочным существом. Настолько, что если собака укусит его, то он загрызет ее в ответ.

“Великие владыки, как же стыдно…”

Элизабет постаралась спрятаться от множества взглядов, направленных на ее фигуру. Она словно слышала в голове их незаданные вопросы.

“Этот ребенок был выращен из демонической капусты? Почему он такой злобный?”

***

— Кхм… Так о чем это я? Ах да, Вы презренные ублюдки из династии Гаверус, я бы мог потребовать жизни ваших семей, но разве я не великодушен? Хахаха! Разумеется великодушен!

— …..

— ………

— Попросите извинений перед каргой и Эроном. Разумеется это недостаточное наказание для таких злобных негодяев как вы, поэтому извиняться, члены династии Гаверус будут голышом.

Темный знал, что как только высшие эшелоны златокрылых принесут официальные извинения, то обвинения в адрес изгнанной семейки будут автоматически сняты. Однако не подлить кислоты в ведро мочи, которое выльется на лица этих ангелов, он попросту не мог.

*Бах!*

Пол под ногами советников Гаверус и Амалиэля пошел трещинами, а высвобождаемая ими аура, пронзила небеса первого этапа.

— Как ты смеешь требовать что-то подобное?! Мы члены великой династии никогда…

***

— Я Амалиэль Гаверус приношу свои извинения госпоже Элизабет, за ложные обвинения. Примите мое искреннее раскаяние.

Мощное тело главы великой династии, сейчас было обнажено перед тысячами взглядов. Он старался прикрыть руками чресла, однако из-за гордой фигуры, это создавало еще более комичный образ. Все это могучий ангел, на ступени Херувим делал, под воздействием закона порядка, властвующего на просторах всех семи Этапов. Позади него выстроилось множество благородных особ приближенных к династическому трону, которые так же сверкали своей наготой, а лица их были полны обиды и смущения.

Витар смотрел на это с замечательными чувствами. Пусть перед ним и выстроились в основном голые мужчины, даже это не могло испортить радужного настроения.

“Закон преобладает над своими детьми, и с этим ничего не поделать… К счастью я не отношусь к этой категории.”

Вдруг позади него послышался шум возмущенных восклицаний расталкиваемой толпы, который тут же сменялся тихим писком, наполненным страхом.

“Высшие эльфы? Что им от меня нужно?”