«Идем, дорогая», – сказала моя мама. «Нам пора в аэропорт». Я кивнула, последовав за ней. Наш сосед предложил подвезти нас туда. «Это последнее, что я могу сделать для вас. Жаль, что вы не останетесь здесь», – сказал он с грустью. «Приношу вам свои соболезнования».

Первые недели были самими тяжелыми. Я чувствовала себя растерянной, дом вдруг стал казаться таким пустым. Вокруг никого. Мама не выходила из своей комнаты.

Спустя почти год все изменилось. Мне исполнилось шестнадцать. Отца не было рядом, чтобы подарить мне торт, как обычно, на мой день рождения. Мама была не в восторге от праздника. Она до сих пор пребывала в депрессии, ее любовь к жизни исчезла. Я понимала ее чувства, поэтому меня не ранило то, что она мне ничего не подарила.

Я не хотела переезжать в Сеул — столицу Южной Кореи. Я там ни разу не была, всю свою жизнь прожила в Вермонте. Мои родители познакомились в Пусане. Ходили в одну школу в старших классах. После выпуска поступили в один и тот же университет в США, затем учились в Миннесоте, поженились в Вермонте. На свое свадебное путешествие отправились на Таити, где зачали меня — Дакоту Минхи Парк.

Я росла, видя цифры всю свою жизнь. Не потому, что мой отец работал бухгалтером, а мама в сфере недвижимости. А лишь потому, что у всех людей есть штрих-код на шее. Долгое время я думала, что это естественно. Что это дается при рождении или приобретается по воле нового тренда. Но, взрослея… Стала задаваться вопросом: почему у всех «родинка» на одном и том же месте?..

Я росла тихоней. Говорила мало. И так и не осмелилась спросить у кого-либо об этом. Мама говорила, что грубо спрашивать у людей об их «особенностях», но я все-таки обратилась к своей кузине. Помню, как сидела рядом с ней, когда мы играли в куклы. Мне было одиннадцать, ей – десять.

Я притворилась, что не знаю, что значат цифры на ее штрих-коде: 009 018 68 4426. «Анна… Что значит штрих-код на твоей шее?» – спросила я. Анна повернулась и посмотрела в зеркало: «Штрих-код?..»

«Ага,– ответила я ей, – на шее».

Анна только странно покосилась на меня. Она собрала вещи, встала и, сказав «Дакота, на моей шее ничего нет!», ушла. Тогда мне было всего одиннадцать, я испугалась от мысли, что я единственная, кто их видит.

Я ощутила жестокость этого мира, когда умер мой отец. Если бы все видели эти цифры, то его смерть не стала бы неожиданностью.

Мама не переставала плакать на его похоронах. «Почему? Почему? Почему? Так неожиданно… Он никогда не жаловался на здоровье. Именно на похоронах отца я и поняла значение штрих-кода. «006 29 10 2569» – такими были числа на его шее.

Первые три цифры — месяц, когда твой срок истечет. Именно — истечет. Мне не нравится слово «умирать», так что я решила заменить его. На чем есть штрих-код? Продукты. Напитки. Средства гигиены. Бытовая химия. И тому подобное. У всего этого есть срок. И штрих-код, как и у нас.

Мой отец скончался в июне – «006».

Следующие две цифры – день, когда твой срок истечет. Отец покинул нас 29 июня – «29».

Последующие два числа – последние цифры года. Это произошло в 2010 году – «10».

Последние четыре цифры подразумевают под собой место, где все закончится. Мой отец был доставлен в больницу с номером в адресе 2569.

Все вместе символы образуют штрих-код – дату "истечения срока": 006 29 10 2569.

У меня же штрих-код отсутствует. Или мне просто не суждено видеть его. Ведь было бы несправедливо, если б я могла обмануть смерть, а другие нет. В Вермонте я чувствовала себя виноватой. Когда к нам приходил кто-то из знакомых, я чувствовала свою вину, потому что не сказала ему остаться дома в тот день, к примеру. Всякий раз я пыталась выдавить эти слова из себя, но не могла. Я боялась последствий спасения того, кого судьба хотела вычеркнуть.

Я чувствовала невыносимую боль, когда видела, как истекали штрих-коды окружающих меня людей. Держала все в себе. Я смирилась с тем фактом, что не должна вмешиваться в их судьбу.

После окончания средней школы и колледжа я поступила в университет на кафедру психологии. Там я встретила парня по имени Сехун. Я чувствовала связь между нами. Не знаю, почему. Я старалась узнать его штрих-код, но зимой он носил шарф или куртку с высоким воротником даже в классе.

При наступлении весны он избавился от шарфа. Но я не обнаружила у Сехуна штрих-код. Меня это удивило.

Впервые я попросила человека остаться, когда он хотел уйти куда-то. Не знаю, почему меня так пугало это. Возможно потому, что в любой момент его срок мог истечь.

Конец 1 главы.