С прошлой ночи, кажется, я и сэр Бойд немного сблизились.

Выздоравливая после простуды, я повернулась в постели и стала разговаривать с сэром Бойдом.

— Сэр Бойд, какой фрукт — самый популярный в мире?

— Не знаю.

— Персик.

Его закрытый рот чуть-чуть дернулся, когда он уставился на меня сверху вниз.

Такое выражение лица, которое он, по сути, делал всякий раз, как я болтала глупости, было настолько забавным, что я продолжала шутить.

В конце концов, хорошо, что он не игнорирует меня, как при первой встрече. Пока я радостно наблюдала за ним, таращащимся на меня сверху вниз с чуть заметным выражением лица, я услышала стук в дверь.

— Кто там?

— Розиана, это я.

— Да, заходи.

Берник, открыв дверь и войдя, подтащил стул к постели, на которую я опиралась. Последовала долгая пауза, после которой он схватил меня за руку и заговорил.

— Кхм, Розиана.

— Да?

— Мне очень жаль...

Я закрыла книгу, которую читала, отложила ее в сторону и посмотрела на Берника.

— Почему?

— Это... Это все моя вина. Неважно, сколько бы брат ни дразнил меня, я не должен был глупо вестись на это и ранить твои чувства.

Мне так кажется, что тот спор на пассементию до сих пор его беспокоит. Вот почему даже прошлой ночью он был настолько напряжен.

— Все в порядке.

— Правда? Ты прощаешь меня?

Он даже прощения просит.

Когда я кивнула пару раз, на лице Берника, готового расплакаться, расцвела улыбка.

Понятия не имею, с чего он счел, что я злюсь.

«Бывает такое, когда трудно понять, о чем ты думаешь, потому что выражение твоего лица не меняется».

Вдруг в голове у меня всплыли слова Дживо. Неужели все это время у меня на лице было злое выражение?

Поскольку Розиана походила на котенка, ее можно было неправильно понять, сочтя сердящейся, если бы ее лицо было бесстрастным.

— Ох, давай вот о чем подумаем, Розиана.

— А?

Берник поднял взгляд и встал.

— У тебя хорошо продвигаются дела с танцами?

Я недавно начала учиться танцам у маркизы Фоссеты.

Она, постоянно одаривавшая меня комплиментами на уроках этикета, странным образом стала мрачной на уроках танцев. Неужели я настолько плоха?

— То есть...

Я прежде никогда не танцевала и не улавливала ритма, так что путалась, но не хотела обсуждать это: мне было слишком неловко, поэтому я дала туманный ответ.

Как раз вовремя раздался стук. Это была Жанна, которая вышла из комнаты, чтобы принести новые цветы: старые в вазе на боковом столике завяли.

Когда она, спотыкаясь, вошла с корзиной цветов размером с меня, то взглянула поверх корзины, чтобы убедиться: Берник здесь, — и быстро поздоровалась.

— Для чего эта цветочная корзина?

— Мистер Милл посадил новые цветы, их прислали вместе с подарком с цветочной фермы. Я никогда не видела таких в саду, так что тут же их принесла.

Мистер Милл долгое время служил садовником в императорском дворце. Кажется, что он собирался обновить сад к фестивалю в честь основания нации.

Она поставила корзинку на боковой столик.

Приблизившись, я присмотрелась. Изящно сплетенная в форме вазы корзинка была полна белых цветов, названия которых я не знала.

— Хорошенькие. Что это за цветы?

С первого взгляда они походили на лилии, но не помню, чтобы у лилий были круглые лепестки... Я беспричинно постучала пальцем по мягкому лепестку.

— Эти? Я тоже не знаю. Я взяла их просто потому, что они хорошенькие. Хе-хе, — сказала Жанна, поглаживая длинную косу.

— Берник, а ты знаешь?

— Хм, похоже на лилии... Это растение из семейства лилейных?

— Я тоже так подумала. Спрошу, когда увижу Милла. Отлично поработала, Жанна.

Берник, кажется, тоже не знал.

После этого я и Берник обсудили национальный фестиваль, и я стала сонно зевать. Возможно, сказывалось действие лекарства.

— Рози, хочешь спать?

— Да, немножко хочется, потому что я выпила лекарство. Берник, а тебе не хочется?

— И мне немножко хочется спать.

Мне казалось, я должна вздремнуть, так что я нырнула под одеяло. И видела, как Берник медленно поднялся со своего сиденья, так что схватила его за рукав.

— Поспи здесь.

— ?..

— Ты ведь все равно собираешься вздремнуть, не так ли? Тебе не нужно проделывать весь этот путь во дворец Никс — ты можешь просто лечь поспать тут.

Когда Берник услышал мои слова, он быстро завернулся в одеяло. Мне стало жаль его: раз он сделал это так быстро, должно быть, ему очень хотелось спать. Думаю, он не мог заснуть, размышляя о пассементии.

— Отличная идея, Рози. Благодаря тебе мне не нужно возвращаться обратно, что за облегчение, верно?

— Да. Давай теперь спать

— Доброй ночи, Рози.

Берник коротко поцеловал меня в щеку и лег, глядя на меня.

Мелисса выключила свет, задернула шторы, и внутри быстро стало темно. Это идеальное освещение для того, чтобы спать.

— Сестра. — Когда мы уже почти уснули, постучав в дверь, вошел Лив.

Он заговорил тихо, когда увидел, что я зарылась в мягкое одеяло, почти прикрыв глаза.

— О, если ты спишь, я могу зайти позже... Брат?..

И тут его взгляд упал на Берника, который лежал, повернувшись к окну.

— Что брат здесь...

— Бернику тоже нужно вздремнуть.

— А? С каких это пор брат начал ложиться подремать?

Глаза Берника все еще были закрыты, даже когда голос Лива стал громче.

— Ш-ш. Берник, должно быть, спит. Давай вести себя потише.

Взгляд Лива бесцельно блуждал.

— Это...

Он помешкал, словно ему нечего было сказать. Ливу тоже хочется вздремнуть?

— Не хочешь поспать с нами?

Осталось еще много места, ведь кровать была широкая.

Возможно, очень уставший, Лив потянулся перед кроватью, вытягивая руки и ноги, как сломанный робот.

— Тогда прости, сестра.

Лив приподнял одеяло, а затем лег, и я оказалась посередине. Лив повернулся ко мне и уставился мне в глаза. Блестящие драгоценные камни привлекали мое внимание даже в темноте.

— Сладких снов.

— Да, и Ливу тоже.

Он поцеловал меня в щеку и медленно натянул одеяло. На этот раз я действительно закрыла глаза, чтобы уснуть.

***

Берник был очень недоволен, поскольку лишился уютных минут с Розианой из-за маленького брата, который был ему как враг.

Когда Розиана уснула, Берник тихо заговорил.

— С каких пор мой маленький братик стал ложиться подремать?

— Ложь брата несколько нелепа. И я не мог упустить такую прекрасную возможность.

— Ну, и у меня то же самое, — с легкой улыбкой ответил Берник.

Он мог видеть безупречный профиль Розианы.

И, кроме того, он встретился взглядом с Ливом, который смотрел на него горящими глазами.

Затем Лив тайком придвинулся ближе к Розиане. Берник тоже не просто смотрел на Лива, но еще и придвигался к сестре.

По мере того, как они приближались к Розиане, начинали занимать меньше половины пространства на просторной постели.

Это соревнование не закончилось, пока они почти не прилипли друг к другу. Каждый из них обнял Розиану.

Розиана застонала, словно пыталась уснуть. Она понятия не имела, что выглядит, как рис, завернутый в нории*.

(*Название съедобных видов водорослей и продуктов, из них изготовленных. Продукты нори используются и для изготовления роллов.)

И тут Деус, стоявший у дверей, глядя на этот беспорядок, украдкой покачал головой.

***

После того как Лив и Берник проснулись и ушли, я прочла книгу, которую одолжила, до конца. Мне стало нечего делать.

Все занятия были отменены из заботы о моем здоровье, так что я снова заворочалась в постели. Не в силах это вынести, я встала.

— Пойдемте в библиотеку.

— Да.

Я должна вернуть книгу и взять новую.

Когда я со стоном подняла тяжелую книгу, сэр Бойд тихо подошел ко мне и выхватил ее.

— Я ее понесу.

— Благодарю вас.

В отличие от меня, он с легкостью поднял книгу, и мы зашагали бок о бок, так как он подстраивался под мой шаг. Мы миновали сад и быстро добрались до императорской центральной библиотеки.

Библиотека сегодня снова пустовала, потому что для всех, кроме членов королевской семьи, требовался пропуск.

Здесь было тихо, теплые лучи солнца проникали через большое окно, и я подумала, что было бы неплохо почитать сегодня здесь, не забирая книгу с собой.

Я вернула книгу библиотекарю и оглянулась на сэра Бойда.

— Я буду читать книгу.

— Я пойду с вами.

Так и думала.

Я кивнула и осмотрела книжную полку.

Что за книгу мне взять сегодня? Ох, может, мне узнать о цветах, которые высадил Милл? Я прошлась по библиотеке в поисках книжной полки, где могла бы стоять книга о растениях.

— Приветствую свет империи.

Я остановилась и посмотрела в ту сторону, откуда услышала приветствие. Там стоял юный господин Ванитас. Каждый раз, как я его видела, мне казалось, что его розовые волосы кажутся мягкими, как сахарная вата.

— О, давно не виделись, — грубо поздоровалась я и двинулась вперед.

Однако юный господин Ванитас быстро догнал меня.

Он слегка склонил голову и мягко улыбнулся. Его алые глаза пристально смотрели на меня.

— Вы ищете какую-то книгу?

— Да.

По философии.

— Могу ли я вам помочь?

— Все в порядке, сама справлюсь.

По искусству...

— Я знаю все здешние книги. Если вы мне скажете, я могу найти ее вам. Какую книгу вы ищете?

Я остановилась и взглянула ему в глаза.

— Юному господину, кажется, многое интересно?

Когда мы встретились на празднике в честь дня рождения, он все время задавал вопросы. Сегодня тоже ничего не изменилось.

— Если вы так думаете, тогда да.

Он ухмыльнулся.

Единственное, в чем я могу быть уверена за двадцать пять лет своей жизни, так это в том, что никто никогда не бывает добр к другим просто так. Если только он не законченный альтруист.

Но, как мне кажется, этот мальчик не настолько важный человек, чтобы быть таким.

Конечно, с точки зрения современного человека, возможно, он делает это, потому что я — дочка начальника его отца... Думаю, мне стоит просто согласиться с ним и позволить ему помочь, так что я спросила:

— Что ж, вы не знаете, где находятся книги о растениях?

— Да, сюда.

Я прошла чуть дальше следом за ним.

— Думаю, вы можете найти их прямо здесь.

Он улыбнулся. Эту улыбку можно было охарактеризовать лишь как «приятная».

— Ладно, спасибо.

Я поблагодарила его и вытащила толстый атлас растений, который находился прямо передо мной на уровне глаз.

— Вместо этого лучше подойдет другой, с картинками, — сказал юный господин Ванитас, вытягивая другую книгу.

Конечно, она выглядела лучше, так что я поставила на место ту, что взяла.

Когда я протянула руку, чтобы попросить книгу, он мягко опустил взгляд и задал мне вопрос. Его алые глаза мрачно сияли, и тень падала от его густых ресниц.

— Если вы не возражаете, могу я отнести эту книгу вам? Она действительно тяжелая.

— Ну ладно, — согласилась я, подумав, что он уйдет, как только донесет книгу, но юный господин Ванитас сел на стул напротив.