Часть 1Посреди очень длинного священного зала.

Звенящую, почти что болезненную для ушей, тишину нарушил низкий, приглушённый женский голос.

— Чем ты тут занимаешься, «Единица»?

— Безмолвной молитвой, — не открывая глаз и не разводя сложенных рук, ответил Зеадол на вопрос союзницы.

— Обдумываешь произошедшее?

— Именно так. Впервые в своей жизни я допустил вторжение в святилище.

Именно поэтому страж посвятил себя безмолвной молитве. Хотя механический солдат и фантом были уничтожены, бой занял слишком много времени. Игнайду удалось сбежать.

— Да, я слышала. Ты позволил нарушителю добраться до алого глаза, а потом и улизнуть. Даже сенаторы видят в этом проблему. К слову, «Девятка» хохотал до упаду.

— Хм, я готов принять наказание… А «Девятка» от меня ещё получит.

— Его сейчас нет здесь.

— Он куда-то улетел?

— Да, сказал, ему надо что-то разузнать. Взял своих подчинённых и просто исчез.

— То есть он покинул правительство без разрешения… Между прочим, какое-то время назад он приходил проверить что-то с помощью алого глаза. Надо будет расспросить его, когда он вернётся. Этот вопрос решён…

Зеадол приоткрыл один глаз, но посмотрел не на стоявшую перед ним «Семёрку», а оглядел весь священный зал.

— У меня есть предложение по поводу моего наказания. Как насчёт того, чтобы поменяться работами? Ты будешь охранять священный зал, а я займусь твоими…

— Что за чушь ты несёшь…

По лицу женщины нельзя было понять её чувств, но её голос звучал скорее изумлённо, чем рассерженно.

— Ты думаешь, я смогу просидеть в этом склизком месте хотя бы день? Запрись тут на всю жизнь и не вылезай.

— Я, в общем-то, не возражаю. Но иногда стоит вдохнуть свежего воздуха. Ведь оказывается, что и в Софии есть настоящие воины.

— Ты об Иштар?

Для охраны жрицы во время собрания София направила главу элитных стражей. Эта женщина могла в любой момент стать «львом», или скорее было странным, что она им не стала. Даже в правительстве знали о ней и опасались её.

— Нет.

— Нет?..

— Именно так. Это действительно способный боец. Но главное, в его глазах читалась решимость. Если в Софии есть такие воины… — Зеадол сделал небольшую паузу. — То, я уверен, мы можем примириться с башней.

— Это совершенно другой вопрос, — отрезала женщина.

— К слову, «Семёрка», зачем ты пришла?

— Посмотреть на следы битвы, только и всего. Я думала, что смогу оценить по ним способности противника, но…

Найти хоть что-то неповрежденное в священном зале было действительно трудно: многие из подпирающих потолок колонн были полностью разрушены, по потолку бежали маленькие и большие трещины, а в каменном полу то тут, то там зияли провалы.

— Как мне кажется, все следы боя оставил ты…

— Я плохо умею сдерживаться.

Зеадол расслышал, как «Семёрка» пробормотала себе под нос «ну что за демон разрушений…», но решил пропустить её слова мимо ушей.

— Как бы то ни было, несмотря на всю бесполезность, ты — один из «Колеса небес». Я одолжу тебе людей для ремонта зала.

— Какая чушь. Чтобы я, Зеадол, стал просить о помощи в уборке беспорядка, который сам же и устроил.

— Если ты пожалеешь об этих словах и прибежишь плакаться, я ничего не знаю.

— Наверное, я всё-таки положусь на тебя…

Часть 2Полночь. София, шестьдесят пятый этаж.

Кроме нескольких сотрудников, которым выпала ночная смена, в этот час в терминале приёма летающих кораблей спало всё: и сами летающие суда, и огни взлётной полосы, и даже электронные доски с расписанием полётов.

— Сестра!

По обезлюдевшему терминалу бежала девушка с развевающимися ослепительно-золотыми волосами.

— О, Ишенька!

Лицо вышедшей из корабля Иштар тут же просветлело, и она заключила подбежавшую к ней девушку-стража в крепкие объятия.

— У-у-у, Ишенька, всё в порядке, я тут. Ты хорошо себя вела, пока меня не было? Я так волновалась, что к тебе могут пристать какие-нибудь плохие ребята.

— А-а, сестра… б-больно… О-отпусти, пожалуйста!

— Ни. За. Что. Я буду обнимать тебя на всю неделю вперёд.

— П-постой, сестра. Мне ведь нужно поприветствовать госпожу жрицу. А ещё… я слышала, что на правительство напал Маха!

— А, да, вроде что-то такое было.

— Госпожа Меймел и босс… ну, то есть командир Ран, а ещё инструктор Юмелда и другие очень хотят услышать твой доклад о произошедшем. Они ждут тебя в конференц-зале.

— Э-э-э-э?! А я-то думала, что наконец смогу отдохнуть…

Иштар расстроенно уронила плечи.

— Ну, я пока вернусь в комнату, сестра. Ты тоже потом подходи.

— Фу-и-и… до скорого, Ишенька.

Устало махая рукой, измотанная старшая сестра провожала взглядом младшую. Но вдруг… она резко развернулась к Юми и торжественно поклонилась ей.

— Ну что, вы хорошо поработали, госпожа Юми!

— Э… Д-да! Вы тоже. Большое вам спасибо.

Юми тоже спешно поклонилась.

— Без вас бы мы ни за что не справились.

— Нет-нет, это я должна благодарить вас.

— А, что?

— А, неважно, я сама с собой разговаривала. И к слову, поблагодарите вон их тоже.

«Она имеет в виду Монику, Кагуру и Ваэля?..»

Чуть в стороне от Иштар с Юми покидали корабль делегаты Софии во главе с директором юридического департамента, а также охраняющие их кадеты. Едва удерживающаяся на ногах троица с измождённым видом тащила багаж делегации к выходу с этажа.

— Здесь… мы с вами… разделимся, госпожа Юми… До свидания… — формально попрощался со жрицей директор.

— Я тоже… пойду… наша работа… охранять директора… до конца… миссии… — кое-как пробормотала Моника.

Похоже, никто из них уже не осознавал, что именно говорит.

— Все так устали… Думаю, сейчас не лучшее время для того, чтобы их благодарить.

— Действительно. У отряда Моники это была самая первая миссия, а директор впервые за всю историю работы попал в гущу сражения такого масштаба. А впрочем, всё в нашей жизни есть опыт.

По этажу прокатился заливистый смех Иштар.

«Я ей не ровня…

Она несколько дней подряд почти не отдыхала, под конец собрания вела тяжёлый бой с Махой, и у неё ещё остались на что-то силы…»

— Ну что, Иштар тогда пойдёт в конференц-зал. Меня же, в конце концов, ждут.

— А, да, верно. Там столько разных людей собралось.

— Я об Ишеньке!

Юми удивленно взглянула на Иштар.

— Нельзя оставлять милую Ишеньку без сна, так что я закончу это собрание за пять минут! О-ох, Иштар — счастливейший человек на свете, ведь младшая сестра так ждала моего возвращения, что даже совсем не спала. Кажется, от такого невероятного счастья и завтра спать не смогу… — крепко сжав кулаки, страстно проговорила Иштар.

— А-а….

— М, что случилось, госпожа Юми?

— Ну… как бы получше сказать… Мне кажется, я начала понимать ваши чувства. Защищая нас от Махи, вы были просто поразительны…

«Тот блеск в глазах, острый взгляд, низкий и холодный голос.

Хотя выглядело это чуть-чуть страшновато, никто не смог бы сравниться с ней в величии и гордости, когда она встала напротив Махи».

— И, наверное…

«Что это за перемены в характере? Я заинтересовалась ими ещё с первой встречи. Что несёт в себе её обычное, расслабленное состояние?»

— Мне хотелось бы чаще видеть вас вот такой крутой.

— А-ха-ха, Ишенька тоже часто говорит мне об этом. «Я понимаю, что ты пытаешься ввести врагов в заблуждение, но ты уж слишком притворяешься добренькой, сестра». Вы тоже так считаете, госпожа Юми? — показав язык, смущённо улыбнулась глава элитных стражей.

— Возможно, до вчерашнего дня я тоже так думала, но… — Юми с улыбкой покачала головой, — на самом деле, ваш боевой настрой — исключение, а нынешний — настоящий, ведь так? То есть, вы совсем не притворяетесь.

В ту же секунду взгляд Иштар резко заострился.

— Я ведь хорошо помню, о чём мы с вами говорили в отеле.

«Вы об Ише? Ну конечно. Она ведь моя единственная семья».

«Знаете, в прошлом Ишенька часто болела и быстро хватала простуду от любых упражнений. А ещё она была избалованной, и когда я уходила за лекарством для неё, она тут же начинала плакать и кричать: “Мне одиноко без тебя, сестра!”»

Иштар молча подступила на шаг к жрице.

Юми пристально вглядывалась в лицо высокой женщины, которая смотрела на неё сверху вниз.

— Вы в одиночку ухаживали за болезненной Ишей. Уверена, присматривать за ней до тех пор, пока она не вырастет и не станет такой замечательной, как сейчас, было очень тяжело… Вот поэтому я и подумала, что нельзя всё это объяснить только заботой о младшей сестре. Что разговаривая с Ишей, вы кажетесь по-настоящему счастливой. Что никаким притворством это быть не может.

«Чтобы подбадривать ещё совсем юную болезненную младшую сестру вместо мамы, ей была нужна тёплая искренняя улыбка.

Чтобы защитить слабую сестру вместо отца, ей была нужна исполненная настоящего величия сила.

И то, и другое можно назвать её истинным лицом. Однако, если бы меня спросили, какое из двух настоящее, то…»

— Мне кажется, что многие понимают вас неправильно.

«Шелтис сказал ей: “Вот поэтому мне с тобой так тяжело. Сначала ты притворяешься добренькой, а затем показываешь истинное лицо”. Наверное, большинство стражей думает так же».

— Остальные стражи восхищаются званием главы элитных стражей. Естественно, они предполагают, что удостоенный его человек — образец для подражания. Наверное, поэтому, ваше обычное, слишком уж беззаботное поведение кажется им неправильным. Они думают, что оно не достойно главы элитных стражей, что это лишь способ ввести врагов в заблуждение.

Иштар продолжала молча смотреть на Юми.

— Но это не так. Мне кажется, что ваш боевой настрой — исключение, а та мягкость и почти материнская доброта, которую вы проявляете в разговорах с Ишей, и есть ваше настоящее лицо.

«Думаю, я сумела понять её… Эту женщину, которая умеет приглядывать за детьми и готовить сладости.

Можно сказать, что она вынуждена была научиться всему этому для того, чтобы заботиться об Ише, но возможно… ей просто очень нравилось этим заниматься».

— Пожалуйста, ответить мне только на один… правда очень личный вопрос. На самом деле вы хотели быть не стражем, а, скажем, воспитательницей в детском саду, домохозяйкой, кондитером, или кем-нибудь ещё в том же духе, ведь так?

«Однако она выбрала путь копейщицы. Потому что у не было нечто более ценное, чем собственные желания».

— Это единственное, что я очень хотела бы узнать.

Глава элитных стражей поджала губы и сохранила молчание.

А потом…

— Кто его знает… Иштар такая глупая, что совсем забыла о прошлом.

Она резко повернулась в сторону и встала вполоборота к Юми.

— Э, ч-что?! П-постойте…

— До скорого, госпожа жрица! Позвольте тоже сказать вам пару слов. За эти несколько дней, которые мы провели вместе, я поняла: он и правда подходит вам.

— Он?

«О ком это она?»

— Ох, сколько же лет назад это было? Тогда-то я и услышала в первый раз ваше имя. — чуть-чуть приподняв уголки губ, Иштар взглянула на Юми остром взглядом. — «Юми сейчас ещё только послушница, но она точно станет жрицей. Поэтому…»

— Т-так, Поэтому?..

— «Поэтому я стану “львом” и буду приглядывать за такой вредной и легкомысленной жрицей, иначе у башни возникнет много проблем».

— А…. л-л-л-легкомыссленной?!

— Э-хе-хе-хе. А кто это сказал — секрет. Прощайте, госпожа Юми. Пока-пока~

Глава элитных стражей ушла. Лишившаяся дара речи Юми молча проводила её взглядом.

И тут дверь летающего корабля открылась.

— А… С меня хватит! Моника, Кагура, даже Ваэль! Нечестно забывать свои вещи, оправдываясь усталостью! Мне что одному всё тащить?!

— Ну, на сейчас это последняя твоя задача.

Очень знакомый юноша выбежал из летающего корабля, нагруженный как собственной дорожной сумкой, так и багажом трёх своих товарищей.

— О, Юми?

Юноша удивлённо округлил глаза.

— Чего это ты тут стоишь? Забыла что-нибудь?

На несколько секунд воцарилось молчание.

— Юми?..

— Я-а-асно…

На глазах у друга детства Юми медленно сжала кулаки.

А потом…

— Шелти-и-и-и-с! — покраснев до ушей, закричала она. — Так это был ты! Кого это ты назвал «вредной и легкомысленной»?!

Часть 3София, двести девяносто первый этаж «Рай».

Хотя это был один из этажей башни, здесь отсутствовали и стены, и потолок. Откуда-то сверху беспрепятственно лился свет цвета белых ночей, а внизу возвышались не имеющие ни начала, ни конца стены из синего льда.

В этом мире замерзало всё. И тело, и дыхание. Даже сознание и воспоминания.

Любая защита от холода была здесь бесполезна. В ледяном мире застывало всё без единого исключения: и живые существа, и предметы, и даже фантомы.

— Только что пятая жрица вернулась из правительства.

Почти в самом центре центра стояла женщина.

— Хм, Юми Эль Суфлениктоль… Даже несмотря на то, что я чуть-чуть подтолкнула её, она всё ещё не может расслышать голос Запретного Кристалла… не может управиться с талантом, каким её одарил мир… Эх, какая же проблемная девчушка.

Она ловкими движениями расчёсывала чарующие чёрные волосы.

Одета она была в чёрное облегающее одеяние, которое старательно подчёркивало все изгибы её роскошного тела, а также изящество рук и ног.

Облачённая в сшитую специально для неё одежду женщина тихо усмехнулась

— Видишь? Прямо как кое-кто в далёком-далёком прошлом, не так ли?

— Цали… — раздался голос из особенно громадного кристалла льда, находившегося в самом центре окружённой ледяными стенами области. — К сожалению, я не могу понять, о ком ты говоришь. Кого это ты имела в виду под «кое-кто в далёком-далёком прошлом»?

Этот голос никак нельзя было назвать зрелым, он принадлежал юной девочке.

— О, чего это ты проснулась?

— Ты так расшумелась, что ход волн синрёку нарушился... Что мы будем делать, если какой-то фантом прорвётся сквозь барьер?

— Хо, неужели такая мелочь может нарушить ход твоего синрёку, о правительница башни, королева Сала? — спокойно, даже несколько хладнокровно ответила Цали, но её голос звучал очень мягко и дружелюбно.

— К тому же, если фантом и поднимется на летающий континент, здесь есть человек, который его уничтожит.

— Шелтис Магна Йелле…

— А ещё для этого у нас есть Илис. Судя по всему, эта упрямица не растеряла своих способностей к вычислениям. Этим нельзя не воспользоваться.

— Да, Илис полна энергии. Видимо, потеряв тело механического бога, она решила полностью посвятить себя поддержке. Достойное решение. Работая с тобой, она всё время ворчала, что её поддержка никому не нужна, а сейчас она порой… настолько серьёзна, что я даже за неё беспокоюсь.

После этих слов Цали впервые за время разговора напрягла губы и сжала прежде лениво висящую правую руку в кулак.

— Тут я не в праве что-либо говорить… Впрочем, роль поддержки этой упрямице идёт больше, чем механического бога, которым она была. Хотя мне без неё скучновато.

— Она была тебе достойным соперником… Механический бог Миква, которая в одиночку противостояла миллионам фантомов. Единственный в своём роде несовершенный божественный механизм, которому была доверена последняя надежда человечества.

— Но сейчас вся проблема в той парочке. Что ты думаешь по самому существенному вопросу?

На ледяной мир опустился занавес тишины.

По воздуху потекло что-то прозрачное. Волосы Цали закачались, тронутые невидимой волной, которую нельзя было назвать ни ветром, ни снежным вихрем. Время медленно утекало.

Наконец, спустя целую вечность этой тишины…

— Дело пока не завершено. Самая глубокая часть Эдема по-прежнему не отвечает, — ответила королева.

— Шелтис Магна Йелле и Юми Эль Суфлениктоль… Юноша, избранный матеки Эдема, и девушка, что унаследовала таинства Армаририс. Интересно, оправдают ли они наши ожидания?

— Это зависит только от них.

— Видимо, пройдёт ещё какое-то время, прежде чем они встанут на ноги.

— Да. Прошу тебя наблюдать за ними и дальше. Я сообщу тебе, если у Запретного Кристалла что-то изменится.

— Сообщишь, хм... О, вспомнила. К слову о сообщениях, у меня есть ещё одно для тебя.

Уже собиравшаяся развернуться и уйти Цали резко замерла. На её губах расцвела дерзкая, будто бы провоцирующая улыбка, и она произнесла:

— Третья сила атаковала алый глаз правительства. И, раз уж эти серьёзные люди — повелители необычных книг — начали действовать, то будь готова к тому, что они постараются помешать Софии, если вы приблизитесь к Эдему. Те пятеро из них, которых я видела, — крайне весёлые личности. Судя по перехваченным мной телепатическим переговорам, в их планы входит и похищение жриц.

— Ты сообщаешь настолько важные вещи вот так, напоследок? — изумленно спросила королева.

— Все хлопотные дела я оставлю тебе. В конце концов, эта башня — твоё дитя. Вот и разбирайся с её проблемами.

— Я преодолею все препятствия… И обязательно достигну самых глубин Эдема.

— Мне пора идти. У меня большие планы.

С этими словами Цали отвернулась от кристалла, расположенного в центре ледяного мира.

Её чёрные волосы, доходящие до середины спины, разошлись в стороны, словно крылья. Чёрный костюм закрыл всё её тело.

— Планы? Как необычно. И какие же это планы?

— Что значит «какие»? Разумеется…

Когда чёрные волосы, подобно сложенным крыльям, снова улеглись…

— Я обещала поиграть с сестрёнкой Эй!

…зовущийся «Раем» этаж башни огласил невинный детский голосок.