— Моника… ты правда уходишь из послушниц?

В комнате не осталось личных вещей. В одиноком, почти что заброшенном, пространстве царила лишь холодная тишина.

Две девушки стояли друг напротив друга. Обе были в простых церемониальных одеяниях.

— Почему ты не рассказала мне об этом?! — напряженным голосом спросила девушка с мягкими, по-детски невинными чертами лица.

Её светло-золотые волосы блестели в свете ламп, а в изумрудно-зелёных глазах стояли слезы.

— Ты ведь правда уходишь?..

В отличие от неё девушка со стянутыми в хвост розовыми волосами продолжала молчать.

Она была невысокой и стройной. Скорее всего, ей было около пятнадцати лет. Её лицо казалось спокойным и величественным, но в серых с голубыми прожилками глазах таилось странное одиночество.

— Почему… ты ничего не сказала?

— Я не хотела молчать. Просто… не смогла заставить себя рассказать тебе, Юми.

Не выдержав жалобного взгляда младшей послушницы, Моника медленно отвернулась.

— Я смогла дойти до последнего испытания на звание жрицы. У меня больше не осталось сожалений. Поэтому я и решила со всем этим покончить.

Жрицами звали женщин, которые поддерживали барьер и тем самым защищали летающий континент. Сейчас в мире было всего три таких заклинательницы, которые управляли волной чудес под названием синрёку.

Чтобы стать четвёртой, Моника всё время тренировалась.

С тех пор, как она стала послушницей, прошло девять лет. За это время её не раз заживо вмораживали в глыбу льда и погружали глубоко под воду. Именно в процессе вот таких суровых тренировок на грани безумия её синрёку расцвело.

Моника продержалась до последнего испытания… но не сумела стать жрицей.

— Можешь радоваться. Когда я уйду, у тебя станет на одного соперника меньше.

— Моника…

— Знаю-знаю, я пошутила… Прости, неудачная шутка вышла.

Моника указала взглядом на стулья, предлагая затихшей Юми присесть и поговорить обстоятельно, однако младшая послушница не обратила внимания на её намёк.

— Э-эм… Я думаю, ты можешь стать наставницей! Ведь немногие способны дойти до последнего испытания.

— Наставницей? Ты имеешь в виду, чтобы я учила новых послушниц основам синрёку?

— Д-да! — сверкая глазами, радостно кивнула Юми. — Тогда тебе не придётся отсюда съезжать… Я же хочу ещё многому у тебя научиться.

Но вопреки воодушевлению младшей послушницы, Моника опустила глаза и спокойно проговорила:

— Я больше не могу тебя учить. Остальное зависит от тебя самой.

— Не может быть…

— Я не укоряю тебя. Наоборот, всё потому, что ты действительно выросла. Я хвалила тебя.

Теперь уже Юми удручённо опустила голову.

— Ты правда уходишь?..

— Да. Ещё до того, как выйти на испытание, я приняла решение: «Если не справлюсь — всё. Здесь мне делать нечего».

— Значит… мы больше не увидимся?..

Моника собиралась уйти из послушниц. Она должна была освободить комнату и покинуть башню. Но…

— Нет.

— Э?

— Возможно, мы с тобой встретимся в каком-нибудь неожиданном месте.

— Что…

«…это значит?» — собиралась было спросить Юми, но не успела.

— Пока Юми. Надеюсь, ты станешь замечательной жрицей. Буду за тебя болеть.

Закинув стоявшую у ног сумку с вещами на плечо, Моника напоследок помахала рукой младшей послушнице.

Тогда девушки ещё не знали…

Что через три года они снова встретятся внутри башни.