Часть 1— Это он… разбил регулярных стражей?.. — первой опомнилась девушка в механическом шлеме. — К-кто ты такой? Мы действующие стражи Софии!

Мужчина, представившийся как Маха, не ответил.

Он лишь неспешно взбирался по склону кратера.

— Эй, ты вообще меня слышишь? В чём твоя це…

— Бесполезно, — перебил Кагуру Шелтис, вытащил мечи из закреплённых на спине ножен и взял их обратным хватом. — Он не станет нас слушать.

В исходящем от Махи давлении явно чувствовалась враждебность. Человек, последовательно уничтоживший три отряда стражей Софии, вряд ли собирался вести переговоры. Недавняя внезапная атака служила тому наилучшим подтверждением.

«Он назвал нас свидетелями… Получается, он охранник, устраняющий всех, кто пытается приблизиться к тому загадочному резервуару с фантомом?»

— Кагура, — тихо, так, чтобы услышала только девушка, проговорил Шелтис. — Я с ним разберусь. Держись в стороне.

— Э, но…

— Не волнуйся, — коротко ответил юноша и вновь сосредоточил взгляд на Махе.

«Иша сказала, что он кукольник. Кукольники управляют различным объектами, наделяя их своим синрёку. Предельное количество и масса объектов зависят от способностей заклинателя, но в любом случае с такими противниками крайне тяжело сражаться на средних и больших дистанциях.

А значит… Я ударю прежде, чем он использует своих “кукол”!»

Шелтис прыгнул. От его толчка в воздухе образовалась воронка.

Позади него оставались миражи. Чуть ли не прижимаясь к земле, он мчался к обрыву кратера с такой скоростью, что у его ног зарождались вихри.

Пейзажи стремительно сменяли друг друга. Шелтис в одно мгновение сократил дистанцию с Махой и занёс сверкающий в лучах солнца меч над головой…

И в то же мгновение…

— Я предписываю всему сущему.

Шелтис увидел, как губы скрытого под робой мужчины расплылись в ухмылке.

— за… да… дададара… ка…

Изо рта мужчины излились странные звуки.

«Что это?..»

Маха был прямо перед Шелтисом. В последнюю секунду, когда исход боя должен был решиться взмахом меча… Юношу охватило ужасное предчувствие, воплотившееся в прошедшем по всему телу холоде.

— зазаказада… да… закаракара…задададазакакаказадазаказада… рада… раказазакакадада…за…заза…каракара…задададада…

Что-то вылетело из земли на склоне кратера.

Это были золотые колья.

Бесчисленные колья с острыми, будто у копий концами, вырвались из-под земли и со скоростью пуль устремились к Шелтису. Их были десятки, или даже сотни.

«Всё это его куклы?.. Да кто способен управлять таким абсурдным количеством?..»

— Ух!

Мелькнула вспышка.

Взмахами мечей Шелтис сбил колья, которые приблизились к нему с разных углов.

Он резал острые кончики, разбивал колья целиком, отводил их в сторону и в конце концов отразил все направленные в него выстрелы.

Вокруг него поднялось плотное облако пыли. Разбитые мечами колья потеряли золотой блеск и обратились в песок.

«Значит, они состоят не из золота, а из песка. Но почему тогда они испускают золотой свет?»

— Предписываю. Сон, где корни опутали мир, — пробормотал Маха, и в ту же секунду земля под ногами у Шелтиса сотряслась.

Юноша почувствовал, как что-то обвилось вокруг его щиколотки и посмотрел вниз.

— Корни?..

Его правую ногу оплели грубые корни тёмного кипарисового цвета толщиной с человеческую руку.

— Предписываю.

Из земли у ног Махи выбралось нечто.

Это были два льва с густыми гривами.

— Имитация на основе кома земли. Цвет: «рубиновый». Характер: «смелый». Форма: «лев». Пусть воплотятся двое. Предписано уничтожить врага.

Каждый из двух гигантских львов был ростом со взрослого человека.

Сначала они были просто земляными статуями, но потом их тела окрасились в блестящий рубиновый цвет, а глаза зажглись яростным светом, словно внутри зверей разгорелось пламя.

— Не может быть…

Глядя на происходящее, Шелтис осознал природу заклинаний Махи.

Справа и слева от золотого заклинателя ревели два красных льва — мантикоры. Это были мифические чудовища, которых крайне редко встречали на летающем континенте.

— Шелтис!

— Не подходи!

Шелтис криком остановил собиравшуюся броситься к нему Кагуру и разрубил опутавшие ногу корни.

«Если Кагура подбежит, эти львы и её атакуют…»

Обнажив клыки, мантикоры сорвались с места, намереваясь зажать юношу с двух сторон. Но и Шелтис бросился им навстречу.

Уклонившись от когтей прыгнувшего на него льва, юноша мечом принял удар второго.

— Ха!

Проигнорировав острую боль в скрипнувшем левом плече, он с силой вонзил правый клинок в челюсть льва.

Зверь взвизгнул. То, что до сих пор было мантикорой, превратилось в груду земли и рассыпалось.

«Где второй?..»

Как только Шелтис поднял голову, издалека донёсся вопль девушки.

— Кагура!

Юноша бросился бежать, обгоняя даже ветер и почти достигая скорости звука.

Лев уже готовился прыгнуть на застывшую от страха беззащитную девушку. Шелтис метнул в него правый меч. Клинок полоснул зверя по гриве, от чего тот на мгновение замер.

Пользуясь секундным замешательством, Шелтис ударил мифическое чудовище левым мечом по спине.

— Ты в порядке?

— Д-да, — испуганно кивнула Кагура.

Прямо у неё на глазах мантикора вновь стала грудой земли.

— Шелтис, это заклинание…

— Предписываю. Мир обратится в камень.

Новое колдовство Махи заглушило слова девушки.

Раздался грохот, и земля под ногами у Шелтиса и Кагуры начала оседать. Но в то же время неподалёку от них из-под земли поднялась гигантская, формой напоминающая двери, скала. Чтобы увидеть её полностью пришлось бы задрать голову. Причём не одна и не две. Множество огромных скал окружили юношу и девушку со всех сторон и сомкнулись так плотно, что не проскочила бы и мышь.

Всего за несколько секунд Шелтис и Кагура оказались внутри гигантской каменной клетки.

— Нас заперли?!

— Нет…

От одного взгляда на высокие скалы, которые даже закрывали собой солнце, спину Шелтиса сковал холод. Каменная темница была только первым шагом. На втором, она должна была стать…

— Уничтожить путём раздавливания.

Каменная клетка массой в десятки тонн пошла трещинами.

Спустя мгновение нависающие сверху, будто потолок, скалы обрушились и устремились вниз подобно цунами. Даже самые маленькие из бесчисленных обломков, на которые распалась гигантская тюрьма, размером были больше человека. Даже представить себе их общую массу было совершенно невозможно.

— Нас сейчас расплющит!

— Держись крепче!

Обхватив визжащую Кагуру, Шелтис начал прыгать в крошечные промежутки между падающими камнями.

Отбив мечом обломок, от которого нельзя было уклонится, он приземлился на наклонную поверхность падающего большого камня, взбежал на его вершину и прыгнул на следующий. Вот так, перескакивая с камня на камень и пролетая сквозь промежутки между ними, словно иголка сквозь волокна ткани, юноша добрался до потолка клетки.

— Невероятно… Просто абсурдные физические способности, — в изумлении пробормотала висящая у него на плече девушка.

Шелтис пропустил её слова мимо ушей.

«Выбрались!..»

Они с Кагурой приземлились на одну из необрушившихся стен каменной тюрьмы. С этой небольшой возвышенности Шелтис нашёл глазами стоящего чуть вдалеке мужчину в робе.

«Всё, как и говорила Иша…

Они оба кукольники, но разница в «объектах», которыми они могут управлять колоссальна. Его заклинание позволяет не только перемещать такие тяжёлые камни, но и аккуратно окружать ими противников, и даже разрушать их по собственной воле. Похоже, он сильнее любого заклинателя Синрёку, каких я видел в Софии.

Тут явно что-то не так…

Главная сила его заклинания не в управлении объектами как таковом, а скорее в недавнем…»

— Предписываю.

У ног Махи возникла гигантская каменная птица.

Окутанная золотым блеском синрёку, статуя постепенно менялась по мере того, как Маха определял её свойства:

— Имитация на основе подземной органики. Цвет: «чёрный». Характер: «яростный». Форма: «птица». Пусть воплотиться с огнём внутри. Предписано разрушиться, задев врага.

Зловещая чёрная птица с острыми когтями и клювом величественно расправила крылья и, повинуясь приказу Махи, медленно полетела к скале, на которой стояли Шелтис и Кагура.

Двигалось загадочное существо так медленно, как не могут летать настоящие птицы. Даже обычный человек ходил пешком быстрее.

«Подозрительно… С такой скоростью и размерами, она будто напрашивается, чтобы её сбили».

— Стой!

— Э?

Вдруг Кагура крепко ухватила Шелтиса за рукав.

— Подземная органика… огонь внутри?.. — повторила слова Махи девушка, кивая самой себе.

Она вообще не смотрела на приближающуюся птицу, а лишь раз за разом повторяла её определяющие свойства .

— Яростный… огонь внутри… подземная органика… Органическое соединение?

Будто по щелчку переключателя, Кагура вскинула голову.

— Шелтис, это не птица, а бомба!

— Бомба?..

— Органическое соединение — это наверняка нитроглицерин! Вся эта птица — взрывчатая химическая субстанция. Её нельзя сбивать, от импульса произойдёт взрыв!

— И что с ней делать?

— Нужно…

Девушка опоздала. Прежде, чем она успела прокричать вторую часть фразы, и прежде, чем Шелтис успел как-то отреагировать, зловещая чёрная птица врезалась в скалу под ними. И тогда…

Всё вокруг побелело.

Всё было сметено жаром и ударной волной, которые расходились в стороны обгоняя звук.

Огромная скала, на которой стояли девушка с юношей, распалась на маленькие камешки. Огонь охватил травянистую равнину и превратил её в красно-коричневую выжженную пустошь.

На месте скалы осталось лишь плотное облако чёрного дыма.

Над равниной бушевала волна жара, а неподвижный Маха молча смотрел в центр взрыва. Ветер развеял облако дыма, и постепенно всё вокруг прояснилось.

Смотреть на выжженную землю было мучительно больно.

Повсюду валялись обломки разрушенной взрывом скалы.

Однако юноши и девушки, которые должны были оказаться в самом центре взрыва нигде не было видно.

— Вывод: враги сбежали… — равнодушно пробормотал Маха, прежде чем отвернуться. — Осталось сорок семь минут…

Устремив взгляд вверх, на резервуар с запертым внутри фантомом, он вновь неподвижно замер.

***«Кажется, он нас не заметил…»

Увидев, что одетый в робу заклинатель отвернулся, Шелтис облегчённо вздохнул.

— Ты в порядке?

— Д-да… — тихо ответила вплотную прижавшаяся к нему девушка.

Они прятались в одном из образовавшихся на земле разломов. Сначала ландшафт равнины исказила гигантская каменная клетка, а потом и ужасный взрыв. Маха, скорее всего, не догадывался, что беглецы прячутся в одном из шрамов земли, созданных его же заклинаниями, поэтому и не старался их искать.

— Невероятно… Человек правда может использовать такие заклятия?..

Кагура закусила побледневшую губу.

— Он способен управлять такой массой, что буквально переворачивает землю вверх дном. Кукольники способны перемещать в лучшем случае несколько сотен килограммов, а тут легко наберутся десятки тонн. Это просто абсурд…

— Проблема не в этом.

— Ты имеешь в виду тех мантикор и птицу?..

Шелтис молча кивнул.

Получив синрёку Махи, обычные комья земли начинали двигаться самостоятельно. Созданные им мантикоры двигались и атаковали не хуже настоящих львов, а гигантская птица получила особое свойство взрываться при столкновении с целью.

— Ты помнишь, как он сказал: «я предписываю всему сущему»?

— Ты думаешь, что заклинания этого человека создавать любые объекты и управлять ими?.. Это невозможно. Как любит говорить Моника: «синрёку — не настолько удобная сила. Именно поэтому для управления ей нужны мучительные тренировки».

— Я и сам это знаю. Но…

«И мантикоры, и та птица, и даже сотрясение глубоких пластов земли — всё это настоящее. Сомневаться тут не в чем: заклинания этого человека немыслимо сильны».

— А меня больше всего заинтересовало его странное пение.

— Ты о его «предписываю», ну и всё остальное? Характер там, цвет…

— Нет. Я имела в виду непонятное «Раказазакакада», которое было до них, — с этими словами девушка постучала пальцем по визору. — Ты заметил: тот текст состоял всего из четырёх слогов «ра», «ка», «за», «да». Кроме того, частота появления «ра», намного меньше, чем у трёх других. В этом пении есть какая-то закономерность… В нём скрыт какой-то важный секрет.

— Ты запомнила весь текст целиком за столь короткий промежуток времени?..

— Я же говорила, что эта крошка — мой шедевр. В ней всё записано, — обняв Махину, ответила Кагура.

— Может быть… текст из четырёх слогов — это основное заклинание, а то, что начинается с «предписываю» — просто дополнение?

— Я тоже так думаю. Этот специальный текст похож на заряжание пистолета патронами, а вторая часть, начинающаяся с «предписываю», это спусковой крючок. Но… даже если эта гипотеза верна, пока мы не расшифруем текст из четырёх слогов, в ней нет никакого смысла.

— Ты сможешь его расшифровать?

— Если у меня будет время, да. Но уж точно не здесь.

«Почему это?..» — даже не успел спросить Шелтис, девушка опередила его, помотав головой.

— Я не могу гарантировать, что расшифровка, выполненная за такое короткое время будет точной. Неправильная расшифровка приведёт к неправильным указаниям в бою, и тогда поражения не избежать. Риск слишком велик. Кроме того, если он меня обнаружит, то, естественно, постарается помешать. Во время работы я буду полностью беззащитна, так что для меня это смертельно опасно.

— С этим я…

— Ты станешь приманкой и выиграешь мне время? Не думаю, что ты способен защитить меня от врага с настолько необыкновенными заклинаниями, — грубо отрезала Кагура.

В этих словах открыто проявилось её недоверие к Шелтису.

— Повторяю в который раз: я не могу тебе доверять. Ты говоришь, что выиграешь мне время на анализ заклинания, но потом можешь в последний момент бросить меня и сбежать… Неловко в таком признаваться, но я этого очень боюсь.

Плечи обнявший механическую жемчужину девушки мелко дрожали.

Наверняка она вновь и вновь представляла, как остаётся одна перед тем чудовищем, и каждый раз видела будущее, в котором израненная лежит на земле.

— Ясно…

«Будь сейчас здесь Моника, она наверняка ответила бы иначе.

Будь сейчас здесь человек, которому она могла бы доверить всё, её ответ точно был бы другим.

Однако между мной и Кагурой лежит пропасть недоверия, которую я так и не смог заполнить».

— К счастью, он не заметил, где мы прячемся. Если мы правильно выберем момент — сможем убежать. Вернувшись в Софию, мы вызовем подкрепление, и я сосредоточусь на расшифровке текста заклинания. Когда мы восстановим силы, нам, может быть, удастся…

— Ага.

— О, ты согласен? Тогда…

— Здесь мы разделимся. Я его отвлеку, а ты возвращайся в Софию.

— Э?..

— Ты сказала, что нам нужно правильно выбрать момент для побега, но я не думаю, что от этого противника удастся так просто сбежать.

Шелтис ткнул пальцем в механический шлем Кагуры и улыбнулся. С приоткрытым от изумления ртом, девушка выглядела уж слишком по-детски и забавно.

— Ты не виновата, что не можешь мне доверять. Я хорошо понимаю, что вина здесь целиком на мне. Прости, но я не могу сказать тебе правду.

— Э, эй… Шелтис… что ты…

— Я останусь здесь и сражусь с Махой. Он будет вынужден сосредоточится на мне, а ты в это время сможешь сбежать.

— Т-ты что, идиот?

— Нет, не идиот. Даже в одиночку я всё равно намерен победить.

— Это и значит, что ты идиот! Ты хочешь сразиться с настолько невообразимым противником… И к тому же тебе ведь приказано беречь себя после травмы. Даже тренироваться врач тебе пока ещё не разрешила. Сколько ты продержишься в таком состоянии?

— Ещё чуть-чуть продержусь…

Шелтис приложил руку к ране на затылке. В голове эхом прокатился звон бьющегося стекла, и от затылка к шее, а потом и вниз по спине пробежала острая боль.

«Неизвестно, сколько ты ещё продержишься, но точно недолго», — ответило юноше его тело.

«Если рана на голове откроется — всё кончено. Смогу ли я победить того человека, стараясь не потревожить рану?..

Нет, это неважно. Я должен победить».

— Меня кое-что беспокоит. Что он имел в виду, когда сказал «осталось сорок семь минут»?

«Маха ни на шаг не отходит от резервуара с фантомом, и уничтожает всех посторонних. Какая у такого человека может быть цель?.. Не могу отделаться от неприятного предчувствия.

Остановить его надо сейчас. Даже если мы вызовем помощь, будет уже поздно».

— Думаешь, с тем фантомом в резервуаре что-то произойдёт?

— Это возможно… Но в худшем случае, сюда могут прибыть союзники того человека.

— Что ты имеешь в виду?..

— «Осталось сорок семь минут» означает, что ведётся какой-то отсчёт. Вероятно, когда время выйдет, сюда придёт кто-то ещё. Должен же кто-то проверить, защитил Маха резервуар или нет.

— Хочешь сказать… у него есть союзники:

— Точно есть.

«Ему нет равных в заклинаниях синрёку, но он не учёный вроде Кагуры. Я уверен: резервуар с фантомом создал кто-то другой».

— П-погоди-ка. Если у этого чудовища есть союзники… то когда они появится, ты с ними точно не спра…

— Ну да. Поэтому и нужно победить его сейчас, пока он один.

«Даже один этот человек в робе обладает невероятной силой. Смогу ли я хотя бы отбиваться, если их станет двое».

— Почему?.. — вскинув голову спросила девушка. — Почему ты так упорствуешь? — Её голос был слишком уж чистым. — Ведь всё это просто догадки, разве нет?! Ты хочешь остаться здесь ради непроверенных предположений? Почему? Из-за чувства справедливости? Тщеславия? Своих моральных принципов? Или просто потому, что ты ненавидишь проигрывать?.. Я не могу понять, почему ты решил и дальше сражаться с этим чудовищем.

В её вопросах не было никаких скрытых смыслов, ни хороших, ни плохих.

Это было лишь абсолютно чистое, лишённое всяких примесей… искреннее непонимание.

— Есть одно заветное место.

«Это вершина башни. Вершина, где меня ждёт Юми».

— Я хочу туда добраться, потому что там меня кое-кто ждёт.

— П-причём это здесь сей…

Прямо встретив взгляд Кагуры, Шелтис продолжил:

— Я хочу гордо встать перед ней. Сейчас она так далеко, что мне не до неё не достать, но она всё равно ждёт меня. Она ждёт уже столько лет… Поэтому я не могу просто взобраться к ней. Я хочу пройти таким путём, чтобы она по-настоящему порадовалась за меня.

«Тот путь, в который я верю, обязательно приведёт меня к ней. Поэтому я не хочу отступать».

— А ещё, прежде чем отправиться сюда, я ходил к Дзину и Ише.

— Ты уже рассказывал. Это те стражи, с которыми мы вчера встретились. Дзин закрыл собой Ишу и получил тяжелую травму.

— Она плакала.

— Э?..

В госпитале девушка-кукольница плакала. Она плакала от собственной беспомощности, горевала о том, что ничего не смогла сделать, даже когда Дзин рухнул прямо у неё на глазах.

Она плакала, но всё равно собиралась в одиночку сразиться с Махой.

И тогда два образа наложились.

Иша хотела бросить вызов Махе ради своего напарника. Даже в одиночку девушка старалась быть настоящим стражем…

А Юми ждала упавшего в Эдем Шелтиса, не назначала себе стражей, не выбирала необходимого ей «льва», но даже в одиночку старалась быть настоящей жрицей.

— Я не хочу её разочаровать… Потому что я понимаю её чувства.

— Но вы с Ишей ведь никак не связаны! Даже если ты понимаешь её, почему идёшь на такое безумство?!

— Потому что мы товарищи из одной башни. Разве этого мало?

Услышав такой ответ, Кагура проглотила все возражения и медленно опустила голову.

— Мы с тобой полностью противоположны… — чуть ли не плача, произнесла она. — Я могу полагаться только на тех, кому верю, а ты готов доверять тем, кто поверил в тебя… — будто обращаясь к самой себе, пробормотала девушка. — Шелтис… Если я… повторяю: если. Это только предположение!.. Если я поклянусь, что поддержу тебя, ты поверишь и мне?

— Нет, — коротко ответил Шелтис и, прежде чем Кагура успела что-то сказать, ярко и лукаво улыбнулся. — Я и так с самого начала верил тебе. Ты же с таким рвением занималась исследованием фантомов, о котором я тебя попросил. Разве нет?

— Э!.. С-стой!.. П-подож…

— Ну всё, мне пора. А ты поскорей убегай.

Быстро подмигнув девушке, Шелтис снова взял в руки мечи.

***Маха, не снимая капюшона, продолжал смотреть вверх, на резервуар.

Внутри плавал пойманный Игнайдом фантом. Его специально перенесли в столь безлюдное место, чтобы провести «эксперимент резонанса» на далёкой лагуне.

Но Маха думал о другом:

«Как скучно. Меня поставили охранять этот резервуар от внешних угроз. Прошёл семьдесят один час. И скоро всё кончится. Но действительно ли, действительно ли для этой работы нужен был я?

В конце концов, мне так и не удалось встретить хоть одного человека, которого можно было назвать угрозой. Ни одного равного соперника, против которого можно было бы продемонстрировать истинную мощь “золотого гексаэдра”».

И потому Маха решил:

«Это задание бесполезно.

Хотя… был же тот мечник с двумя клинками. Он сражался, одновременно защищал девушку и даже сумел убежать от моих заклинаний. Вот против него…»

Маха обернулся на звук шагов.

— Приступим…

Два фиолетовых меча сверкали в лучах полуденного солнца.

Ни эффекта неожиданности, ни каких-то уловок не было. Юноша с двумя клинками просто шёл навстречу противнику.

Напротив Махи встал Шелтис Магна Йелле.

Маха тайком улыбнулся.

«Вот. Вот так всё и должно быть. Иначе мне нет никакого смысла здесь находиться».

— за… да… дададара… ка…

Маха вновь начал читать нараспев своё заклинание — технику создания и управления «Золотой гексаэдр»…

— зазаказада… да… закаракара… задададазакакаказадазаказада… рада… раказазакакадада… за… заза… каракара… задададада…

Ради того, чтобы победить юношу с двумя мечами.

***— Ну почему мужчины… такие глупые и упрямые?

Прячась в разломе, Кагура обняла Махину и сильно зажмурилась.

— Маху ведь невозможно победить в одиночку. Сила этого заклинателя выходит далеко за границы нормального.

«Его “золотой гексаэдр” слишком универсален. В нём точно есть какой-то секрет, и, скорее всего, он скрыт в закономерностях того текста из четырёх слогов…»

— Пока эта загадка не разгадана, победить невозможно… Я же прямо ему об этом сказала.

«Не раскрыв секрет — Маху не одолеть.

Но что если… его раскрыть?

Если кто-нибудь расшифрует тот текст, появится ли у Шелтиса шанс на победу?»

— Нет-нет-нет! Невозможно! Этого просто… не может быть.

Кагура отчаянно попыталась вытряхнуть внезапно пришедшую в голову мысль.

«Этого не может быть! Сейчас расшифровать этот текст могу только я. Без моей помощи раскрыть секрет заклинания невозможно.

Вот именно… Пока я… не поверю, что он может победить Маху…»

— Да как он может победить с такими травмами?..

Кагура думала не о ране на голове Шелтиса.

Совсем недавно, когда зловещая птица взорвалась… Пламя и ударная волна разошлись во все стороны на сверхзвуковых скоростях. Взрыв разрушил гигантскую скалу и поглотил всё вокруг. В тот миг…

— Если бы он не закрыл меня…

«Сама я бы точно не сбежала бы оттуда. Я не успевала ни уклониться, ни защититься, а Шелтис закрыл меня собой и отнёс в этот разлом. Его спину точно обожгло взрывом».

— Он ведь должен понимать, насколько я трусливая.

«Он ведь получил те ожоги на шее и по всей спине, потому что защитил меня?.. Я не смогла задать ему этот вопрос. Потому что боялась услышать от него вполне ожидаемый ответ».

— Я ведь настолько трусливое существо…

«Что это за чувство? Почему я не сбежала и до сих пор сижу здесь?»

— Моника… я хочу быть такой же, как ты…

Кагура не могла унять дрожь.

Хоть она и прижимала к груди Махину, где-то глубоко-глубоко в душе…

— Моника… прошу… придай мне храбрости.

«Пришло время принять решение? Нет.

Это время только что кончилось».

Часть 2— Предписываю. Мир хором воспевает «лес».

Из упавших листьев, цветочных лепестков, просто из-под земли начали расти толстые корни и побеги.

«Зелень» поднялась так высоко, что закрыла собой небеса и, поймав попутный ветер, покатилась на Шелтиса с яростью водопада. Внутри неё, как и в водовороте, человек быстро начал бы задыхаться и потерял сознание.

— Был бы сейчас здесь Леон…

Друг Шелтиса мог взмахом меча разрубать водопады. Он без труда рассек бы и этот зелёный вал.

Но двумя мечами его было не остановить.

Убрав мечи в ножны на спине, Шелтис вгляделся в надвигающуюся зелёную волну. Он подпустил зелёную воронку почти что вплотную и…

…ускорился. За мгновение до того, как гигантские корни и побеги коснулись чёрной жилетки, Шелтис рванул с места.

Он ринулся вперёд, раз за разом уклоняясь из стороны в сторону и пропуская мимо себя зелёные волны. От чередования ускорений и замедлений позади него оставались бесчисленные миражи.

Продемонстрировав сверхскоростное уклонение, за которым обычный человек не мог уследить взглядом, Шелтис в одно мгновение оказался невдалеке от Махи.

Однако мужчина в робе уже начал творить новое заклинание.

— Предписываю. Имитация на основе подземного яда. Цвет: «белый». Характер: «трусливый». Форма: «змея». Пусть воплотятся десять с ядовитыми клыками. Предписано сковать врага ядом.

Десять земляных статуй у ног Махи окутались золотым синрёку и превратились в извивающихся точно так же, как живые, белых змей. В их пастях блестели сочащиеся ядом клыки.

— Прочь с дороги!

Шелтис на мгновение замер, затем, уклонившись от атак бросившихся на него со всех сторон змей, вытащил мечи и бросился к Махе.

Между ними оставалось пять метров.

Когда юноша прорвался сквозь змей, заклинатель в робе внезапно застыл.

— Предписываю.

Всё тело Махи озарило золотое синрёку.

Сияние от заклинания типа «сошествие», которое материализовывало различные предметы, было таким ярким, как никогда прежде.

— Имитация на основе подземной руды.

Земля пошла трещинами.

Из гигантского разлома поднялась большая рудная жила. Скопление руды величиной с небольшую гору разделило Маху и Шелтиса.

— Цвет: «коричневый». Характер: «свирепый». Форма: «дракон». Детали имитации неважны. Пусть воплотится один с огромным телом, клыками и несравненно острыми когтями. Предписано сокрушить всех врагов.

Окутанная золотым синрёку рудная жила начала пульсировать.

Из неё сформировалось огромное, больше десяти метров в длину, тело, покрытое базальтово-чёрной чешуёй.

Треугольная голова существа была почти, как и у ящерицы, а на затылке росли два рога. Крылья на спине были маленькими и атрофированными, но зато каждая из его хорошо развитых мускулистых конечностей была толще человеческого тела.

— Земляной дракон!.. Он и такое умеет?!

Это был один из подвидов драконов, самых крупных существ на летающем континенте. Земляные обладали хорошо приспособленными для движения по суше конечностями, длинным хвостом и считались самыми свирепыми во всем драконьем семействе.

Огромный ящер взревел. Шелтис поднял мечи, готовясь вступить в бой с чудовищем, и вдруг… его пронзила острая боль.

— Э?... А!… у-у!..

В одно мгновение боль пробежала от шеи к затылку.

«Черт! Ну почему сейчас?»

Шелтис перехватил мечи покрепче, отчаянно стараясь не выронить их.

«Ещё чуть-чуть. Надо продержаться ещё чуть-чуть.

Осталось уже совсем недолго».

Сила его противника тоже не была бесконечной. Доказательством тому служил призыв земляного дракона. Необходимость использовать столь мощную технику, ясно показывала истощение Махи.

«Как только я справлюсь с драконом!..»

Грохоча и сотрясая землю, дракон двинулся к Шелтису. Юноша прыгнул в сторону, уклоняясь от идущего сверху удара массивной лапы, а потом, изогнув тело, ушёл от резкого взмаха хвоста.

Это был его предел.

Шелтис рухнул на землю, не сумев даже сгруппироваться.

«Тело… не слушается».

Он был на пределе во всех смыслах. Всё, на что хватало его сил — едва-едва удерживаться в сознании, готовом в любой момент погаснуть из-за острой боли.

— Предписываю, — разнёсся над равниной голос Махи. — Имитация на основе кома земли…

Но его заклинание прервал выстрел.

Время как будто остановилось. И Маха, и даже земляной дракон замерли без движения.

Маха молча развернулся, а Шелтис, подняв голову, не поверил своим глазам.

— Ч-чего это ты так беззаботно лежишь, а?! Только что же передо мной хвастался!

Невысокая девушка наставила на Маху маленький электрошоковый пистолет.

Держащие пистолет руки мелко тряслись, губы дрожали, но всё же девушка твёрдо стояла на земле.

— Кагура? По… чему?..

— Почему я не сбежала? Ну разумеется для того, чтобы поддержать столь ненадёжного человека.

А затем девушка совершила ничем необъяснимый поступок.

Она отбросила пистолет — своё единственное оружие — обхватила руками Махину и присела на корточки. Любому было очевидно, что девушка осталась совершенно беззащитной.

— Пожалуйста, продержись ещё пятьдесят секунд.

— Ч-что это зна…

— Очевидно же. Я расшифрую заклинание Махи. Да, целиком и полностью!

Внутри окрашенной в серый металлический цвет Махины зажёгся тусклый зелёный свет.

— Я верю, что ты защитишь меня, пока я буду занята, — коротко, равнодушно, но в то же время твёрдо заявила девушка.

Таким был её ответ..

— Сокруши.

Получив приказ хозяина, дракон пришёл в движение.

Его свирепый взгляд сосредоточился на беззащитной девушке, прижимающей к груди механическую жемчужину.

Кагура не пошевелилась.

Она точно слышала грохот. Она не могла не слышать драконий рёв. Но она смотрела только на свой компьютер и полностью погрузилась в вычисления.

Она верила, что кое-кто защитит её.

— Принято.

Вонзив меч в землю и используя его как опору, Шелтис встал на ноги..

Девушка доверила себя ему на пятьдесят секунд.

«Я не подведу!»

Стиснув зубы от боли, Шелтис напряг ноги.

Он сорвался с места и резко ускорился. Догнав приближающегося к Кагуре дракона, юноша ударил мечом по его лапе.

Осталось сорок секунд.

Разъярённый дракон обернулся.

Топнув раненной лапой по земле, ящер взмахнул гигантским хвостом. В ту же секунду, Шелтис прыгнул выше, чем кто-либо когда-либо прыгал.

Приземлившись на хвост дракона, он тут же перебежал с извивающегося отростка на спину, промчался по ней, миновав вырожденные маленькие крылья, и устремился к голове.

Оставалось тридцать секунд.

Почувствовав опасность, дракон изогнул шею и попытался атаковать врага огромной тёмно-красной пастью. Уклонившись от огромных, словно тяжёлые мечи клыков, Шелтис со всей силы ударил обоими мечами по шее.

Ужасающая боль чуть не лишила его сознания.

Дракон зашипел и начал извиваться в агонии. Шелтис не сумел удержаться у него на голове и рухнул на землю спиной вниз. От удара по всему телу юноши прокатилась волна боли, и вдобавок по щеке у него скатилось что-то теплое. Рана на голове полностью открылась.

«Что… это за… тошнота!?»

Боль в голове превзошла все пределы, вызвав страшное головокружение и тошноту.

— Предписываю.

Маха перевёл взгляд с упавшего на колени Шелтиса на Кагуру.

— Мать-земля, что пронзает небеса, порази врага тысячей копий.

Наделённая золотым синрёку, моргать начала сама поверхность равнины.

Земля пульсировала. Из неё как будто вырастали побеги бамбука. Однако это был не бамбук, а куда более острые и жестокие…

— Копья?..

…светящиеся золотом земляные копья. Это было то же самое заклинание, каким Маха начал битву с Шелтисом, но, очевидно, намного более масштабное. Отовсюду, насколько хватало глаз, из земли поднимались бесчисленные копья… Их было намного больше, чем в первой атаке.

«Маха сказал «тысяча»… Значит, их на самом деле столько и есть».

— Кагура!

Все они нацелились на беззащитную девушку с механической жемчужиной в руках.

У неё не было ни одного способа защититься от них.

— Бе…

«Беги!» — не смог договорить Шелтис.

Кагура даже не замечала окруживших её копий.

Девушка просто сидела и вглядывалась в экран Махины.

Она не видела копий, не чувствовала трясущейся земли. Было очевидно, что она полностью ушла в себя и плотно закрылась в собственном мире вычислений.

Её слова: «я верю, что ты защитишь меня» были правдой.

— Хех… — то ли удивлённо, то ли устало, но главное, грустно улыбнулся Шелтис, глядя на девушку.

«Ну и кто из нас слишком упорствует? Кажется, ты куда упрямее, чем я. Разве нет?»

Копья продолжали подниматься из-под земли.

Шелтис понимал, что когда они все рванутся к Кагуре со скоростью пуль, спасти её будет невозможно. От боли и головокружения, он не мог нормально пошевелить своим телом, его почти что парализовало. Но даже если бы он мог двигаться, изменить ничего было нельзя. Спасти девушку от тысячи копий было невозможно.

«Да… невоз…можно…

Правда невозможно?..

Если и можно её как-то спасти… то только нейтрализовав синрёку.

И такой способ…»

— Есть…

Опираясь на меч, с трудом вынося головокружение, Шелтис поднялся на ноги и вновь убрал мечи в ножны.

«Такой способ есть.

Это запретная сила. Волна, что наполняет весь Эдем. Проклятый напев, который разъедает всё на летающем континенте.

Какой бы отвратительной эта сила ни была, если обстоятельства требуют…»

— Огонь, — отдал приказ Маха.

В ту же секунду выступившие из земли копья устремились к Кагуре.

Обнимавшая Махину девушка не двигалась. Самое быстрое копьё подлетело к механическому шлему, закрывавшему её голову. И тогда…

От удара шлем упал на землю.

На свет показались тёмно-зелёные волосы, круглые чёрные глаза и характерные для народа Нел вытянутые вбок уши. Земляные копья со всех сторон приближались к лишившейся последней защиты девушке…

Мелодия матеки — Код Эдема [Седьмой истинный ритм], музыка третьего зеркала.

neoles xin cia tis kyel corn

[Время для сна окончено]

Oo/ X =E lis, clar copha noi I. ende hypes eden ele xeph

[Песня пропитала мир, и уснувший рай пробуждается]

Почти тысяча копий замерли в воздухе.

valen, yahe, clar, kamyu…

[Молитвы, слова, песни, воспоминания…]

paravel ment deus Ahw xeph quo ferm fel, quo xeph ferm kyel

[Потерянные осколки, от чего пробуждаетесь вы и в какой погружаетесь сон?]

Над равниной эхом разнёсся тихий напев.

Вместе с едва различимой мелодией над землёй распространялось тёмно-фиолетовое сияние.

Sophit, virsel, ole, zarabel…

[Чувства, стихи, мечты и слёзы…]

paravel shel deus Ahw mille quo ferm fel, quo eyen ferm kyel

[Потерянные желания, где вы рождаетесь, и куда вы вернётесь потом?]

При соприкосновении с новыми частицами света охватившее равнину золотое синрёку исчезало.

— Синрёку смывает? Значит, этот фиолетовый свет… Не может быть.

— Матеки?...

Изумлённо воскликнула Кагура, а за ней и Маха.

Oo/ X =Elis, teo elmei hypne, ende phio ling neightis cley

[Освободив всех ото сна, я один стою на земле под лучами рассвета]

ele tis-sek paravel clar noi wi lef ilmei omia

[Ища давно утерянный ключ от великих дверей]

Это была загадочная сцена.

Теряя синрёку от соприкосновения с матеки, рождённые из земли копья возвращались обратно в землю. И гигантские зелёные заросли, и поднявшиеся из глубин скалы — всё становилось прежним.

Казалось, будто шрамы земли исцеляются.

Матеки, которое должно было заражать и разъедать всё сущее на летающем континенте, в этот раз восстанавливало нарушенное синрёку равновесие мира.

Oe/ sia Eden, Ole ele, Selah pheno sia-s Arma Riris

[Ради всех забытых ***]

Пятьдесят секунд истекли. Обещанное время вышло…

Окутанный фиолетовым свечением юноша встал перед обнимавшей компьютер девушкой, закрывая её от врага.

— Эй, ты выглядишь как человек, но почему тогда в тебе матеки?..

Первым нарушил тишину Маха.

Глядя на то, как его заклинания исчезают под влиянием матеки, мужчина взмахнул полами робы.

— Неизвестно: человек или фантом… Считаю врага максимально опасным и принимаю меры.

Набрав дистанцию, Маха вновь начал читать заклинание.

От его робы начал подниматься свет синрёку.

— за… да… дададара… ка…

— 2… 1… 111, … 0…

Но как только заговорил Маха, сразу же зазвучал голос Кагуры.

— зазаказада… да…закаракара… задададазакакаказадазаказада… рада…раказазакакадада… за… заза… каракара…задададада… заказадаказадададараза… какаказарададададакака… зазазадака…

— 22021… 1… 20, 0, … 21112000212021… ,1… ,0220011… 2… 22… 0, 0, … 21111… 202102111, 2… 0002, 111100… 22210…

Они читали свои тексты в унисон, не отставая друг от друга ни на секунду, ни на слово.

Чтение девушки было совершенным. Они с Махой как будто играли на фортепиано в четыре руки.

— Расшифровка завершена. Победа за нами.

— Э?

— Времени нет, объясню только самое важное… — будто напевая что-то себе под нос, спокойно проговорила Кагура, поднимаясь на ноги. — Заклинание Махи построено на троичной системе счисления. Как тебе наверняка известно, это один из способов подсчёта. Мы обычно пользуемся десятичной системой, в которой десятая цифра переносится в следующий разряд. Существует теория, что эта система появилась из-за того, что у людей десять пальцев… А текст Махи построен на троичной системе, где используется символы «0», «1», и «2», которым соответствуют слога «ка», «да» и «за». В каждую цифру заложен определённый смысл, из которого складываются сложные, но мощные заклинания.

Кагура медленно подняла голову.

Её тёмно-зелёные волосы были острижены по плечи, а заострённые уши вытянуты в разные стороны.

— Уф. Давненько я не снимала шлем. А ветер тут и правда приятный.

Поймав лицом мягкий ветерок, девушка довольно закрыла глаза.

— Сначала я приняла «ра» за «3», и тогда система получилось бы четверичной, но частота появления «3», была слишком низка, из чего я сделала вывод, что «ра» выполняет функцию запятой.

— Но… как?

— Как я определила, что система троичная? Подсказка скрыта в названии «золотой гексаэдр». Может быть, ты уже знаешь, но правильный гексаэдр — это куб. Наверное, тебе будет проще представить игральные кости. Куб представляет собой трёхмерное тело, в котором все три независимые координат — длина, ширина и высота — равны. В этом смысле троичная система счисления построена по тому же принципу: в ней существует три независимых элемента «0», «1» и «2». Вот поэтому заклинание Махи и называется «золотой гексаэдр».

Кагура вновь открыла глаза.

В её полных уверенности черных зрачках зажёгся огонь, и она указала на Маху.

— Его мощные заклинания поддерживаются сложными словесными ритуалами. На первый взгляд они кажутся неуязвимыми, но я обнаружила в них забавные слабости. Однако… — девушка прервалась и пристально вгляделась в Шелтиса, — всё получится, только если ты будешь верить моим словам.

— Хорошо. Я верю.

— Хоть бы немного помедлил… Учись читать атмосферу.

Девушка прикрыла рот рукой, но даже этот жест не помог полностью спрятать мелькнувшую улыбку. И тут же взгляд Кагуры стал немного острее.

— Сила, которую ты сейчас использовал, — это не синрёку, а матеки, да?

— Значит, ты всё видела…

— Ты и правда сплошная загадка. Как может в человеке находится матеки? Честно говоря, если бы я случайно это увидела, то подумала бы, что ты фантом, — без жалости и сострадания заявила Кагура. — Ты такой дурак. Как тебе в голову пришло показать столь особенную силу не заслужившему доверия человеку. Что ты будешь делать, если я кому-нибудь о ней расскажу?

Шелтис промолчал.

«Ну да. В таком случае меня уж точно навсегда выгонят из Софии и я никогда не смогу исполнить обещание Юми.

Но… если бы я не воспользовался матеки, то ни за что не защитил бы Кагуру».

— Я…

— Да ладно, не делай такое грустное лицо.

Слова Кагуры оказались совсем не такими, каких ждал Шелтис.

— Спасибо, что посвятил меня в такой важный секрет. Ты ведь использовал эту силу, потому что других способов защитить меня не было. Ты позволил мне увидеть матеки, потому что верил, что я сохраню твой секрет, верно?

В этот миг на губах девушки, голову которой больше не скрывал шлем, возникла улыбка, какую люди Нел никогда не показывали тем, кто не заслужил их доверия.

— Ох, как я рада. Ты всё-таки ответил на мой вопрос. Теперь именем народа Нел я клянусь оправдать твоё доверие… Теперь я готова доверить тебе всё, — произнесла девушка, одной рукой указав на Маху, а вторую приложив к груди. — Я поддержу тебя. Использовать слабости его заклинаний так же трудно, как продеть нитку в иголку, но мы точно сможем разбить это золото. Ты справишься?

Шелтису не требовалась отвечать.

Ободрённый словами девушки, юноша оттолкнулся от земли.

Быстрее, быстрее, быстрее.

Никогда прежде он не достигал такой высокой скорости. Пейзажи сменяли друг друга. Подгоняемый попутным ветром, Шелтис мчался через равнину быстрее вихря. Его взгляд был направлен прямо на ожидающего его врага.

— Предписываю.

У ног Махи появились три статуи.

— Имитация на основе кома земли. Цвет: «рубиновый». Характер: «смелый», Форма: «лев». Пусть воплотятся трое. Предписано уничтожить врага.

Три мантикоры, которых на летающем континенте считали мифическими зверьми, издали воинственный рёв и помчались через равнину, отталкиваясь от земли мускулистыми лапами.

— Тьфу!

Львы двигались очень ловко, а их клыки и когти были по-настоящему острыми. С одним Шелтис справился бы без труда, но вот трое представляли опасность. Юноша уже собирался отпрыгнуть в сторону, чтобы встречать зверей по одному, но…

— Замри! — крикнула издалека Кагура. — Объекты с определением «смелый», атакуют только движущиеся цели! Замри на месте и жди, пока они пробегут мимо.

«Серьёзно?.. Такого же не может…»

Сначала Шелтис даже не поверил своим ушам, но, доверившись Кагуре, решил остановится. Он замер на месте с приподнятыми клинками.

В одно мгновение мантикоры приблизились к нему. Их острые когти мелькнули прямо перед носом у Шелтиса…

А затем три льва увидели, что юноша перестал двигаться, и пробежали мимо него. Казалось, будто им вообще перестал быть интересен противник, который не желал с ними сражаться.

— Всё в порядке, беги дальше!

Повинуясь приказу Кагуры, Шелтис вновь бросился вперёд.

— Беги и слушай. Заклинания Махи построены на сотнях и тысячах сложных условий и определений, скрытых в длинном словесном ритуале. И в этом же его слабое место. Если проанализировать условия, большую часть его заклинаний можно быстро нейтрализовать. Он потому и использовал для заклинания троичную систему счисления, чтобы никто их не узнал!

— Мерзавка…

Недовольный стон Махи служил признанием того, что слова девушки были абсолютно верны.

— Предписываю… Имитация на основе подземного яда. Цвет: «белый». Характер: «трусливый». Форма: «змея». Пусть воплотятся трое с ядовитыми клыками. Предписано сковать врага ядом.

Маха призвал для защиты ядовитых змей.

Подняв головы, белые воины заизвивались по земле.

— Беги сквозь них!

В этот раз Шелтис ни на мгновение не усомнился в указании Кагуры.

— Существа с определением «трусливый» наоборот — атакуют только тех, кто застыл на месте от страха! Поднимай мечи и беги прямо!

Змеиные войска застыли, будто испуганные, и Шелтис пробежал мимо, даже не взглянув на них.

«Попался!»

Шелтис уже мог достать до Махи мечами. Мужчина не успевал ни уклонится, ни защитить себя.

— Моим заклинаниям нет равных…

Маха вознёс руки вверх, будто прося небо о чём-то, а затем резко их опустил.

Это было последнее заклинание неподвижного мужчины.

— «Золотой гексаэдр» предписывает.

Из рукавов его робы с шорохом начал сыпаться золотой песок. Нет. Эти песчинки сияли даже ярче полуденного солнца. Несомненно, это было настоящее золото.

— Имитация на основе золота. Цвет: «золотой». Характер: «Маха». Форма: «человек». Детали имитации неважны. Пусть воплотится с золотом внутри. Предписано управлять всем сущим.

Появился ещё один Маха.

Это была его копия из золота. Увидев её, Шелтис сразу же осознал: вот в этом и заключалась истинная мощь заклинания Махи — фундаментального и таинственного «золотого гексаэдра».

— Шелтис, вот моё последнее сообщение! — донёсся из-за спины юноши голос Кагуры. — Я в тебя верю. Разбей это золото!

Золотой Маха занёс кулак для удара.

Кто знает, какая огромная сила таилась в кулаке, который двигался так быстро, что за ним нельзя было уследить. Однако Шелтис почему-то не чувствовал страха.

«А я поблагодарю тебя потом, когда ты вернёшься с победой… Сойдёт?.. Обязательно возвращайся с победой, хорошо?» — вспомнились ему слова девушки-кукольницы, а также… послание от подруги детства:

«Нет… не я одна нуждаюсь в вашей поддержке… Прошу, помогайте не только мне, но и всем товарищам по башне».

Сияющий золотом кулак оцарапал щеку Шелтиса и сорвал несколько волос. Щека отозвалась жаром. Всего лишь поток воздуха от удара смог разрезать кожу. Юноша чувствовал, как рванулась наружу кровь.

И всё же он не остановился.

— Запомни, золотой Маха.

Мелькнула вспышка. Развернув ярко-фиолетовые лезвия, Шелтис рассек сияющую золотую статую Махи и, не теряя скорости, занёс мечи над головой.

— Не смей больше трогать моих товарищей!

Два клинка юноши разрубили и золотого заклинателя, и находившийся позади него резервуар с фантомом.

Часть 3На вновь затихшей равнине…

— Да. Именно так. Что касается этого случая, проблем больше нет. Повторяю, мы с этим делом разобрались… Да, говорят Кагура и Шелтис. Оба кадеты.

Кагура в который раз без энтузиазма докладывала обо всём дежурному из департамента обороны Софии.

— Что с противником?.. Сложно сказать. Мы, конечно, с ним справились, но это, скорее, ничья. Да, повторяю, всё как я и докладывала прежде. Да. Все подробности после возвращения, мы представим отчёт… Да. До свидания.

Закончив звонок, Кагура устало вздохнула.

— Сначала я разговаривала с дежурным, но на середине разговора звонок перехватила инструктор Юмелда и накричала на меня.

— И что же она сказала?

— Что мы должны подготовить отчёт и объяснительные. А ещё она просила кое-что тебе передать: «Учитывая, что ты победил, я один-единственный раз закрою глаза на нарушение приказа. Но раз уж ты такой энергичный, уже завтра снова начнёшь участвовать в тренировках».

— Пощадите…

Прижав руку к вновь разболевшейся голове, Шелтис опустился на землю.

— Ничья, да?

Ещё несколько раз мысленно повторив слова Кагуры, Шелтис обернулся.

Позади него лежала охряно-жёлтая роба.

Именно эту одежду носил мужчина, представившийся как Маха, но сейчас она, будто брошенная, валялась не земле, и лишь её края беспомощно колыхались на дующем сквозь равнину ветерке.

— Ужасающий противник… Представить себе не могла, что сам этот человек — тоже кукла из песка, — глядя на золотой песок внутри робы, пробормотала Кагура и закусила губу.

Да. Враг, с которыми они всё это время сражались тоже был куклой, созданной с помощью «золотого гексаэдра». От удара Шелтиса, песок внутри робы вернулся в изначальное состояние.

— А ты… как я посмотрю, не слишком удивлён.

— Я догадывался, — равнодушно пояснил Шелтис.

— Ты это заметил? Когда?

— Да почти с самого начала. Я не чувствовал, что сражаюсь с человеком. А ещё дело в дыхании. Из-за робы заметить это непросто, но присмотревшись, можно было увидеть, что он не дышит.

— Ясно. Так вот зачем нужна была роба. Я этого не заметила… небрежно с моей стороны, — неловко, но потому и ужасно забавно, улыбнулась Кагура.

— А кстати, извини.

— За что?

— Ну, твой шлем же… сломался…

— А, ты об этом…

Кагура бросила короткий взгляд на валяющийся неподалёку шлем и пожала плечами. На её открытом для солнца лице показалась довольная улыбка.

— Ничего страшного. Всё равно он уже стал мне тесноват. Я соберу новый.

— Да? А мне он казался довольно большим.

— Вот эти штуки у меня немного отличаются от твоих.

Кагура аккуратно прикоснулась к покрытым тёплой шерстью и вытянутым вбок заострённым ушам.

— Видишь? — с ужасно лукавой, детской и дружелюбной улыбкой на лице спросила девушка.

«Она и вот так улыбаться умеет?..»

Шелтис наконец увидел знак настоящего доверия. Оно проявилось не в словах, и не в помощи знаниями, а вот в этой, самой лучшей, улыбке.

— Ну что, пора возвращаться. Нас ждут отчёт и объяснительные. Давай сменим мечи на ручки и быстро со всем разберёмся.