Часть 1Как можно было понять из названия, департамент механики специализировался на разработке и обслуживание машин и механизмов. Почти все его сотрудники были офисными служащими или инженерами. К задачам департамента относились как разработка и ремонт всей применяемой в башне электроники, так и управление гигантскими механизмами вне башни, например, летающими судами.

Департамент занимал двадцать этажей Софии: с сорок восьмого по шестьдесят седьмой. На большей их части велись исследования и новые разработки, из-за чего в этом причудливом месте нередко можно было встретить сотрудников, разгуливающих по коридорам в сопровождении экспериментальных роботов.

Но даже в этом департаменте особенно выделялась получившаяся в результате совмещения шестьдесят пятого и шестьдесят шестого этажей «внутренняя взлётная площадка» — терминал приёма летающих судов, расположенный прямо внутри Софии.

У ворот площадки на северной стороне этажа…

— Ва-ау!.. — раскинув руки, радостно воскликнул Шелтис, наблюдая за тем, как воздушный корабль выплывает в открытое небо. — Илис, ты это видела? Это же поразительно! Два корабля взлетели прямо один за другим!

Вокруг юноши высились громады чёрно-золотых транспортных судов. Рядом с ними ютились блестящие серебром небольшие кораблики, вмещающие всего нескольких человек.

— Смотрю, тебе очень весело.

— Ну, я же впервые за долгое время полечу на летающем корабле. Мне всегда нравилось кататься на них.

«Здесь ничего не изменилось. В центральной части этажа по-прежнему тянется взлётно-посадочная полоса. Инженеры в комбинезонах проводят последние проверки кораблей, а немного в стороне стражи в церемониальных одеждах коротают время, наблюдая за ними. Даже электронный голос, объявляющий о прибытии и отбытии судов всё такой же».

—И всё-таки, не слишком ли рано мы пришли, просто из-за твоей радости? До девяти часов ещё куча времени.

— Это да… уже сожалею о своей спешке. За чаем что ли сходить.

Шелтис указал рукой в угол зала, где за стеклянной стеной располагалась зона с автоматами, продающими лёгкие закуски. Бросив монету в ящик, закреплённый на стене около автоматических дверей, юноша дождался, пока они откроются и вошёл в отдел продажи напитков.

— Ого, тут надо платить для входа в магазин?

— Здесь нет продавцов. Сначала заплати, а дальше пей сколько хочешь… Вот только вопрос, что же мне взять?

«Свежемолотый кофе или чёрный чай особенного сбора? А может, цитрусовый сок?»

Шелтис, сложив руки на груди, задумчиво разглядывал расставленные на столе в ряд емкости, когда…

— Я бы взяла кофе. С одной ложкой сахара и без молока. Лучшее средство, чтобы проснуться.

Чья-то рука проскользнула мимо Шелтиса и ловко схватила пустую чашку.

— О, Моника. Доброе утро. Хорошо спалось?

— Ты… действительно думаешь, что я смогла заснуть, внезапно узнав, что в девять утра мы отбываем на миссию? — натянуто улыбнувшись, ответила девушка с длинными розовыми волосами, привычными движениями наливая себе кофе. — Ты лучше расскажи мне детали.

— Ну, мы отправляемся на ближайшую лагуну, чтобы разогнать электрических фей. Скорее всего, нам придётся выйти на палубу, поэтому… как у тебя дела с боязнью высоты?

Вместо ответа Моника указала пальцем на потолок. Должно быть, она имела в виду, что сама по себе башня Софии, насчитывающая двести девяносто один этаж, — невероятно высокое сооружение, поэтому любой работающий здесь человек привыкает к высоте.

— А кстати, Шелтис, можно тебя кое о чём спросить? — поднеся чашку ко рту и бросив на юношу пристальный взгляд, заговорила Моника. — Каким образом ты получил эту миссию?

— А?

— За редкими исключениями, миссии кадетов распределяются между отрядами случайным образом. Однако наша сегодняшняя миссия вообще отсутствует в списках департамента обороны. Это меня и заинтересовало.

— Ого. Тонко подмечено. Я смотрю, ты довольно методична: раз ты специально проверила все обстоятельства.

Пропустив похвалы Илис мимо ушей, Моника смотрела на Шелтиса острым, как игла, взглядом.

— Ну и, каким образом ты её получил?

— Ну… как бы это объяснить… ничего я не получал. Честно говоря, её вообще не мне выдали, — Не выдержав строгого вопрошающего тона Моники, ответил Шелтис и посмотрел на часы магазина. — Сейчас восемь тридцать, значит, до отбытия осталось полчаса… Леон никогда не опаздывает, так что он вот-вот должен подойти.

— Кто?

— Тот, кто летит на миссию вместе с нами. Думаю, ты тоже его знаешь, Моника.

— Я? — озадаченно склонив голову на бок, переспросила изумлённая девушка.

И ровно в тот же момент автоматические двери магазина разъехались в стороны.

Послышался стук обуви об твёрдый пол. А весь шум оживлённой закусочной, наоборот, внезапно стих. Офисные служащие потуже затянули галстуки, стражи немедленно выпрямили спины. Все они хорошо знали высокого парня в длинном белом плаще, который занимал один из наивысших постов в Софии.

— О, вот и Леон. Лёгок на помине.

— Ага. Ты тоже неожиданно пунктуален, Шелтис.

Сереброволосый парень, со значком «льва» на левом плече, прошёл сквозь зону продажи напитков и сосредоточил внимание на неподвижно застывшей девушке с чашкой кофе в руке.

— Это о ней ты мне вчера ночью рассказывал?

— Да, я сейчас вас представлю. Это Моника…

— Ш-шелтис, п-подожди!.. Ч-ч-что это значит?

Отставив недопитую чашку в сторону и позабывав обо всём, Моника схватила Шелтиса за воротник формы и со всей силы встряхнула.

— О-ой! М-моника… успокойся.

— Разве тут можно «успокоиться»?! Почему «лев»… командир Леон здесь, да ещё так дружелюбно с тобой разговаривает?! Что всё это значит? Я была уверена, что у нас самая обычная…

— Поговорим там… — кивком головы указав на стоящий в задней части этажа корабль, приказал Леон, — нельзя болтать о деталях миссии здесь.

— Простите… — в один голос извинились Шелтис и Моника, ощущая на себе любопытные взгляды со всех сторон.

— Итак, обобщу: вы с командиром Леоном случайные знакомые, и поэтому он пригласил тебя на миссию, касающуюся правительства. Верно?

— Ну, скорее, не пригласил, а насильно потащил с собой.

Отвернувшись от острого и недоверчивого взгляда Моники, Шелтис заговорил со стоящим поблизости «львом»:

— Ну, Леон, всё так и было?

— Да, всё так. Вот поэтому… тебя Моника зовут, правильно? Прости за столь внезапную миссию, но мы на тебя рассчитываем.

Теперь настал черед Монике растеряться под взглядом мечника, которого считали сильнейшим на всём летающем континенте.

— Н-нет-нет… ничего подобного! Всем известна ваша храбрость и подвиги, командир Леон… Наоборот, это я не заслуживаю такой чести… Э-эй, Шелтис, чего это ты смеешься?

— Ну как же, это ведь такое редкое зрелище: увидеть, как ты смуща…. Ой, нет, я просто пошутил! Ай, больно!

Получив удар локтем в бок, Шелтис отскочил подальше от разъярённой девушки.

И прямо из-за спины у него раздался грохот запускающегося двигателя.

— Кажется, подготовка к взлёту закончена, — удовлетворённо кивнул Леон, глядя на постепенно разгоняющиеся пропеллеры.

В рубке пилота серебристого корабля, от работы двигателей которого дрожал выложенный амортизирующей рыжевато-синей плиткой пол, зажёгся свет. Судно имело вытянутую, обтекаемую форму и похожие на рыбьи плавники крылья. Скорее всего, оно могло нести на себе не более десяти человек, почти в два раза меньше, чем обычный транспортный корабль.

— Время пришло, ид…

Леон уже собрался было двинуться к трапу, но вдруг остановился.

— Подождите-ка. Мне пришло телепатическое сообщение.

«Телепатическое сообщение с помощью синрёку? В такое время, тем более, «льву» его могла послать разве что…»

— Сюнрей?

Имя жрицы пробормотал не Шелтис и не Леон, а разглядывавшая воздушный корабль Моника.

— Леон…

Двери лифта взлётной площадки открылись, робко выглянув оттуда, черноволосая девушка беспокойно оглядела всё помещение. Когда она наконец отыскала своего партнёра, её лицо просветлело.

— Сюнрей, неужели ты добралась сюда в одиночку?

— Я очень боялась… но… — крепко схватившись за плащ личного стража и прижавшись к нему, ответила жрица.

— Что-то не так? У вас там что-то случилось?

— Нет… — помотала головой девушка и посмотрела на… Шелтиса. — Юми… ушла на тренировку… — пристально глядя на юношу глубокими полупрозрачными чёрными глазами проговорила она. — Поэтому… она просила передать: «Возвращайся целым и невредимым».

«Сообщение от Юми?.. Значит, Сюнрей, несмотря на весь свой страх, добралась сюда, чтобы передать его мне?»

— Из-за матеки… телепатия не проходит… — объяснила жрица.

Шелтис закусил губу и закрыл глаза.

Телепатические сообщения работали на основе синрёку. Если Юми попыталась бы заговорить с Шелтисом телепатически, ей помешало бы находящееся в нём матеки. Не так давно Шелтис слышал телепатическую передачу, но та была отправлена с помощью сложного заклинания, которым управляла Меймел.

Телепатия не работала, и потому Юми могла лишь передать сообщение через кого-то другого.

— Спасибо… Я всё понял.

— Угу, — коротко отозвалась жрица.

Только сейчас в её словах не было слышно страха.

— «Лев» Леон, госпожа Сюнрей, прошу меня простить, но нам уже пора отбывать. Другие суда ждут, когда мы освободим взлётную полосу, — более холодным, чем обычно, голосом заметила Моника.

Леон кивнул, соглашаясь с ней, а Сюнрей посмотрела на неё и… тотчас же беззвучно вскрикнула. Жрица в изумлении глядела на розововолосую девушку, будто её глазам предстало нечто невероятное.

— Э-э… т-ты же…

— Давно не виделись, госпожа Сюнрей. Как я вижу, вы в добром здравии. — опустив глаза, девушка-кадет медленно поклонилась жрице.

— Сюнрей, вы знакомы?

— Нет, но я многим обязана госпоже Сюнрей.

На вопрос Леона ответила Моника. В отличие от застывшей в изумлении с полуоткрытым ртом Сюнрей, она, как всегда, сохраняла спокойствие.

— Прошу меня простить, госпожа Сюнрей, мне пора отправляться на миссию.

Отвернувшись от жрицы, девушка с розовыми волосами ушла внутрь воздушного корабля.

***За упрочнённым стеклом тянулись бесконечные, похожие на пух, облака. Даже София, насчитывавшая две тысячи метров в высоту, сейчас представляла собой лишь размытый силуэт далеко внизу.

— Итак, мы без проблем оторвались от земли. Ой, наверно, точнее будет от башни.

Увидев сигнал, сообщающий о том, что корабль вышел на установленный курс, Шелтис поднялся на ноги.

— Всё в порядке, Моника, теперь можно ходить.

— Ага. И всё-таки салон тут отделан роскошно. Корабли, на которых стражи летают на обычные миссии,ни в какое сравнение не идут.

Моника поднялась с сиденья и внимательно осматривала внутреннюю отделку корабля.

На полу лежал дорогой ковёр. Роль сидений выполняли диваны. В дальней части салона располагались стол и большой холодильник, заполненный разнообразными холодными напитками.

Не то что транспортные корабли стражей, даже первоклассные пассажирские суда не всегда могли похвастаться такой роскошью.

— Ну естественно. Сейчас с нами «лев», потому и отношение к нам соответствующее.

— А кстати, где он сам?

— В соседнем помещении. Прямо посреди взлёта Леон сказал «самое время для тренировки» и ушёл туда.

— Он и во время взлёта на месте усидеть не может? Ох уж этот фанатик… Ладно, какое мне дело.

Шелтис вновь опустился на диван, с которого недавно встал.

— Между прочим, Шелтис, куда мы сейчас направляемся? Я слышала только, о границе воздушного сектора правительства.

— Ах да, действительно…

— На север, в восемьдесят седьмой квадрат. Это примерно в двух тысячах километров от Орби Клэр. Наш корабль уже вышел на скорость звука, так что если препятствий не будет, мы доберемся до туда за два с половиной, максимум, три часа.

— Ого, ты, как всегда, на высоте, Эйри. Даже воздушным кораблём управлять уме… Э, что?

Шелтис несколько раз моргнул, а потом с нажимом потёр глаза.

Перед ним стояла хорошо знакомая ему девушка в рабочем комбинезоне.

— Эй, Юто, корабль уже на автопилоте, иди сюда. У тебя ведь горло пересохло, верно? Вон там стоит холодильник, в нём должен быть сок.

— У-а-а, мне правда можно пить всё, что там есть? Ты что-нибудь будешь, братик Шел?

— Нет, я недавно пил кофе в магазине на шестьдесят… стоп, чего?! — вскочив с дивана, вскрикнул от удивления Шелтис. — Откуда здесь Эйри и Юто?!

— Что значит «откуда»? Я капитан этого корабля. Юто — мой помощник, — сложив руки на груди, ответила девушка в комбинезоне таким тоном, будто бы всё происходящее было абсолютно естественным.

— Капитан?..

— Ага. Тут недавно Юто сказала: «сестрёнка Эй, мне кажется, нас зовут», поэтому мы поднялись на пятьдесят девятый этаж башни… как он там назывался… Департамент механики, отдел авиации вроде бы. Как только мы туда зашли, меня сразу же обступили какие-то важные дядечки и начали задавать вопросы: «Ты умеешь управлять летающим кораблём? А опыт у тебя есть?». Я что-то там им отвечала, и в итоге, сама не понимаю как, стала капитаном вот этого судна.

— А Юто увязалась с тобой?

— Э?

Похоже, Юто очень удивилась, что о ней вдруг заговорили, и оттого застыла на месте с чашкой в руках, глядя на Шелтиса непонимающим взглядом.

— Нет, Юто тоже мало что понимает. Она говорит, что когда гуляла по башне, её окликнула незнакомая женщина. Похоже, у неё есть влияние на департамент механики, и это она сказала им назначить меня пилотом. Хм-м, как там её звали, Юто, к сожалению, мало что помнит… Вроде бы имя той женщины начинается с Ца… Ты с такими не знаком, Шелтис?

— Да что ты, по первым буквам имени я точно никого не вспомню.

«Давайте подумаем. На миссию вылетел «лев». Несчастные случаи и аварии недопустимы, поэтому руководители департамента механики должны были подойти к выбору пилота с предельной серьёзностью.

Однако кто-то, обладающий абсолютной властью, продавил назначение Эйри, хотя она совершенно посторонний для башни человек. Не думаю, что даже у жриц или «львов» хватит прав на такое решение… Но тогда у кого?

— Вот эта самая Ца-что-то там. У тебя есть в Софии знакомые с таким именем, Эйри?

— Конечно же нет! Юто сказала, что это была высокая сестрица с чёрными волосами, но я не знаю никого с такой внешностью. Да и вообще, откуда мне взять таких знакомых в Софии?

— Ну да… я так и думал.

«Эйри точно не лжёт. Я знаю её характер, она вообще не любит держать что-то в секрете от остальных. А главное, за те два года, которые мы вместе провели в «Альбирео», я не почувствовал у неё никакой связи с Софией».

— А ты-то почему не отказалась от предложения? Оно разве не показалось тебе подозрительным?

— Ни капельки. Для меня это что-то вроде небольшой подработки с хорошей оплатой. А ещё я увидела в списке пассажиров твоё имя, вот и решила попробовать.

— Понятно…

«Вряд ли Эйри об этом знает, но всё-таки наша миссия выдана самой королевой. Трудно представить себе, чтобы пилотом для такой задачи выбрали обычного человека. Но раз Эйри… и уж тем более Юто здесь, значит они отправились с нами по чьему-то решению.

Но чьему?.. Неужели королевы?»

— Эй, Шелтис, чего это ты замолчал? Нам что, нельзя лететь с вами?

Шелтис опустил глаза и погрузился в размышления, но Эйри вдруг подступила к нему и заглянула прямо в лицо.

— А?.. Нет-нет, я ничего такого не имел в виду.

«Я не хочу разбираться, с какой целью было принято это решение. Но есть один важный момент. Теперь Эйри и Юто тоже втянуты в эту миссию. В худшем случае, они могут оказаться в опасности. Только это меня и беспокоит.

Правда, и возвращаться в Софию уже поздно».

— Ну ладно… У меня осталось ещё много вопросов, но сейчас ломать над ними голову смысла нет. Рассчитываю на тебя, капитан. Только прошу, не разбей, пожалуйста, корабль.

— Как грубо. Управлять воздушным кораблём даже проще, чем водить мой мотоцикл, — уперев руки в бока и надув щёки, возмутилась Эйри.

В этот момент Моника, до сих пор молча наблюдавшая за разговором, медленно поднялась с сиденья.

— Шелтис, ты с ними знаком?

— Ага, я сейчас вас представлю. Итак…

Однако перейти к представлениям Шелтис не успел, Эйри уже подскочила к Монике.

— Йо, приятно познакомиться. Я Эйри . Не очень понимаю зачем, но меня назначили капитаном этого корабля. Вон ту девочку зовут Юто. А тебя?

— Моника. Моника Эсперанто. Рассчитываю на твоё мастерство

Моника с готовностью пожала протянутую Эйри руку.

— Ты уверена?.. — прошептал на ухо напарнице Шелтис.

— В чём?

— Ну, не мне об этом говорить, но разве тебя совсем не беспокоит, что пилотом для такой важной миссии выбрали обычную девушку?

— Так это же замечательно. Грядёт эпоха женщин-пилотов… — сложив руки на груди, ответила неожиданно довольная Моника.

— Я не это имел в виду. Ох, ладно, забудь.

И в этот миг…

— Тут как-то шумно. Что случилось?

Из-за двери соседней комнаты выглянул вспотевший на тренировке Леон.

— О, это ты, Леон? Спасибо за вчерашнее. Уже закончил тренироваться? — радостно вскинув руку, поприветствовала парня Эйри.

— Ага. Нельзя же идти на миссию уставшим, — кивнул ей в ответ Леон. — Ты лучше скажи, как дела с управлением корабля?

— Положись на меня. Там почти всё на автопилоте, поэтому даже Юто может с ним справиться. Правда, Юто?

— Правда!

Шелтис некоторое время наблюдал за разговором Эйри, Юто и Леона.

«Подождите-ка… неужели?»

— Слушай, Эйри, ты что, уже знакома с Леоном?.. Но это же невозможно…

— О чём ты? Конечно же, мы знакомы. Между прочим, я уже и с Сюнрей подружилась. Она обещала, что в следующий раз угостит нас вкусным чаем, — без малейшей заминки пояснила Эйри.

— Леон, это правда?

— Да. Вчера вечером её представили мне как капитана нашего судна.

««Лев» Леон, две жрицы Юми и Сюнрей… Даже сотрудники Софии чувствуют себя не в своей тарелке, когда встречаются в коридоре с людьми такого ранга, а Эйри сблизилась с ними вообще без труда».

— Кажется, я обнаружил у тебя неожиданный талант, Эйри.

— Восхищаюсь настолько замечательными навыками коммуникации. Буквально полная противоположность Шелтиса… Ой, проговорилась.

— Ты специально это сказала! Уверен!

Ровно в ту же секунду, когда должна была начаться перепалка между Илис и Шелтисом, расположенные под потолком лампы зажглись тёмно-красным светом, а динамики испустили пронзительный сигнал тревоги.

Опустив чашку с соком на стол, Эйри тут же проверила состояние корабля.

— В автопилоте корабля возникла неисправность. Датчики показывают… причина в мощном источнике электромагнитного поля неподалёку от нас. Мы добрались до гнезда электрических фей и, похоже, они наконец-то появились.

Электрическими феями назвали подвид фей, которые выглядели как небольшой комок сладкой ваты и жили в глубинах моря облаков. Хотя электрический заряд каждой отдельной феи был небольшим, они любили сбиваться в стаи из десятков и сотен особей, и если курс корабля проходил через места их обитания, они создавали помехи для систем управления.

— Ну что, значит, можем приступать к выполнению плана? — обратилась к Леону Эйри.

— Да. Действуем, как и предполагали.

— Принято! Шелтис, Моника, быстрее садитесь и пристегните ремни.

«Что?..»

Шелтис на секунду засомневался, правильно ли он услышал команду девушки в кобинезоне.

— Эй, Леон, нам же надо быстрей подниматься на палубу. Если мы собираемся разгонять электрических фей, надо спешить. Даже этот корабль долго не продержится.

— Ничего страшного. Именно для таких случаев нужны пилот и функция ручного управления, — равнодушно пояснила Эйри.

Услышав её, Моника с озадаченным видом уставилась в иллюминатор.

— Что это значит?

— Это значит, мы намеренно подставим корабль под атаку электрических фей. Ведь так? — ответила на вопрос девушки Илис. — В нынешней миссии с самого начало было много странностей. Хоть она и затрагивает территорию правительства, это недостаточно веский повод отрывать Леона от охраны Сюнрей. С другой стороны, эта миссия настолько важна, что всем жрицам, включая Юми, сообщили о ней заранее. Из этого следует, что уничтожение электрических фей — только прикрытие, а настоящая миссия заключается в чём-то другом. А именно…

— В исследовании одной из лагун, — первым опустившись на сиденье и пристегнув страховочный ремень, согласился Леон. — Простите, что не рассказал вам об этом раньше. Чтобы избежать утечек информации, королева приказала мне утверждать, что мы летим разгонять электрических фей до тех пор, пока мы не доберёмся до места назначения.

— А, вот оно как… Ну ладно, ничего особенного. Но…

Шелтис сложил руки на груди и резко закрыл глаза.

«Кое-что не сходится. Нет ничего странного в том, чтобы выполнить одну миссию под прикрытием другой. Если учесть, что в отряд входят кадеты, которых не считают полноценными служащими Софии, скрывать от них настоящую цель — абсолютно естественно. Необычно, скорее, то, что нам её раскрыли так рано.

Но зачем королева лично приказала Леону исследовать лагуну?»

— Эй, а разве у нас не возникнет проблем, если мы исследуем остров на территории правительства? София и правительство ведь стараются не вмешиваться в дела друг друга. Зачем королева решила нарушить соглашение?

— Я и сам не очень понимаю. Даже мне сообщили только детали миссии, но не её цель.

— Значит, даже командиру Леону не объяснили смысл задания?.. Такое вообще бывает?.. — приложив руку к иллюминатору, взволнованно поинтересовалась Моника.

Однако голос Леона по-прежнему оставался равнодушным.

— Я получил только один приказ: исследовать лагуну на территории правительства. Может, правительство и будет возражать, но если мы сделаем вид, что экстренно приземлились из-за аварии на корабле, даже они вряд ли будут упорствовать. Больше мне ничего не сказали. Меня тоже беспокоит, что мне не объяснили, ни что мы должны найти на лагуне, ни что нам нужно исследовать.

— Тогда как нам вообще вести исследование!

«Насколько бы я ни доверял Леону, мне трудно поверить, что королева отдала настолько абсурдный приказ».

— Честно говоря, я тоже не хотел браться за эту миссию. Во-первых, мне пришлось оставить Сюнрей одну в башне. Но ещё важнее то, что в этой миссии слишком много неясного. Вот поэтому я хочу разобраться с ней как можно быстрее.

— Тут я с тобой согласен. Ну и как мы будем изображать экстренную посадку?..

— Не волнуйся. Правительству мы скажем, что нас атаковали электрические феи. Для составления отчёта об ущербе судну нам достаточно получить один удар. Устраивать настоящую аварию и экстренную посадку не требуется.

— О, вот это хорошо. Я-то думал, что мы всерьёз собираемся разбить корабль.

— Не неси чушь и поскорее садись на своё место.

«Хорошо-хорошо…»

Шелтис уже положил было руку на спинку своего сиденья, но в тот же момент…

За иллюминатором из усиленного стекла с грохотом промелькнул целый поток света. Скорее всего, электрические феи пытались угрожать кораблю.

— О… ой…

Судно вздрогнуло и накренилось. Не прошло и секунды, как на лампы потолке снова зажглись красным цветом, а из динамиков зазвучал всё такой же пронзительный сигнал тревоги.

«Отчёт об ущербе. Показания датчиков левого крыла достигли ста десяти процентов от предельно допустимых».

«Отчёт об ущербе. Обнаружены неполадки в двигателе. Причина: перегрузка из-за сверхвысокого напряжения».

— Крыло повреждено. Двигатель остановился. Даже голосовые сообщение вдобавок к показаниям датчиков. Очень реалистично, — спокойно заметила Моника, глядя в иллюминатор.

— И правда. А ведь я даже не давал Эйри такой команды. Всё прямо как на тренировке в Софии, — восхитился Леон. — Шелтис, Эйри ведь твоя знакомая из жилого квартала.

— Ага, мы с ней вместе работали. Она удивительно хорошо разбирается в технике. Думаю, она ни в чём не уступит даже лучшим инженерам Софии.

И в этот миг…

Дверь в капитанскую рубку с грохотом открылась.

— О, вот и ты, Эйри. Мы как раз говорили о том, какая ты замечательная…

Однако девушка в рабочем комбинезоне почему-то не ответила Шелтису.

Не успел юноша и подумать: «Что? Она меня не расслышала? Эйри редко так долго молчит», — как та быстро прошла в центр салона.

— У меня для вас печальные новости… — резко повернувшись лицом к трём пассажирам, сообщила Эйри. — По правде говоря, я немного увлеклась и влетела прямо в центр стаи электрических фей. Похоже, они всерьёз разозлились и атаковали нас в полную силу. Проще говоря…

— Проще говоря? — переспросила Илис.

В ответ Эйри как-то странно подмигнула.

— И отчёты об ущербе, и опасный крен корабля не имитация. Всё настоящее. Это значит, что корабль действительно упадёт… Э-хе-хе…

На мгновение воцарилась полная тишина, а потом….

— Погоди-ка секундочку!..

За исключением ничего не понимающей Юто, все пассажиры разом повскакивали со своих мест.

— О-ох, это небо такое красивое.

— Эйри, ты чего, пытаешься сбежать от реальности?! Что нам теперь делать?!

— Какое ещё «что». Очевидно же, искупаться в небе. Вот, держи парашют. Юто полетит со мной.

Нацепив на Юто детский парашют, Эйри присоединила его к своему специальным ремнём.

— Ты уверена? Я могу взять Юто к себе.

— О чём это ты? Положись на меня! Как ты думаешь, кто делал все эти парашюты?

— Теперь я, наоборот, ещё больше разволновался!

Нехотя надев, по всей видимости, самодельный парашют, Шелтис быстренько глянул в иллюминатор.

Недавнее голубое небо сменилось простирающимся во все стороны тёмно-зелёным морем.

Это и был пункт назначения нынешний миссии — первобытный лес летающего архипелага.

— Ну что, готовьтесь.

Эйри открыла замок на двери аварийного выхода.

Дверь медленно открылась. В ту же секунду внутрь салона ворвался ужасающе сильный ветер.

— Если сможем хорошо упасть, то приземлимся где-нибудь на острове. Потом встречаемся с теми, кто приземлился рядом. Ну всё, нам пора Юто. Я-а-а-ху!

— Я-а-ху!

Эйри и Юто, радостно крича, выпали из летающего корабля.

В мгновение ока их силуэт стал маленьким, почти неразличимым… И вдруг в небе раскрылся яркий оранжевый парашют. Увидев, как девушки спускаются к земле, словно одуванчиковый пух, Шелтис невольно почувствовал облегчение.

— Чудесно. Парашют раскрылся, значит, с ними всё будет в порядке.

— Вот и отлично. Ты следующий, Шелтис.

«Э?..»

Шелтис ещё не успел приготовиться к прыжку, как кто-то со всей силы толкнул его в спину.

— Леон!... Я-а-а… бе… это… припо-о-о-о-омню!

Шелтис всё падал, падал и падал головой вниз сквозь глубокое синее небо.

Часть 2Летающий архипелаг.

Парящие вокруг Орби Клэр острова сильно отличались друг друга: одни были небольшими, величиной с особняк, другие достигали многих километров в диаметре. На островах достаточного размера можно было установить ветряные электростанции или небольшие исследовательские лаборатории. Но поскольку экосистемы и геологическое строение также разнились от острова к острову, в действительности люди могли использовать для своих нужд лишь ограниченное число лагун.

— Итак, этот остров покрыт первобытным лесом?..

Оглядев гигантские деревья, чуть в стороне от места приземления, Леон присел на корточки и пощупал землю.

На его пальцы налипла чуть-чуть влажная тёмно-коричневая почва, характерная для лесистой местности.

— Не вулканический пепел и не песок, обычная земля… Теперь всё понятно.

Дерзко улыбнувшись самому себе, Леон развернулся к стоящим позади него девушкам.

— Я уже почти во всём разобрался. У вас как дела?

— Всё путём. Я нашла Шелтиса и Монику. Правда, они достаточно далеко от нас, — оторвав взгляд от небольшой коробки с устройством связи, отозвалась девушка в рабочем комбинезоне.

Рядом с ней стояла и пристально всматривалась в экран устройства черноволосая девочка.

— Похоже, Шелтис и Моника вместе. Они в нескольких сотнях метров по прямой к западу от нас. Точнее говоря, это позиция маячков на их парашютах. Если они куда-то ушли, я их найти не смогу.

— Этого достаточно.

Леон быстро осмотрел лежавший на земле парашют, а потом вновь перевёл взгляд на Эйри.

— Не знаю помнишь ли ты, но когда мы падали, слева от нас вроде как был широкий разлом. Ты его видела?

— Видела-видела! Ты же о той огромной трещине. Свались мы туда, нам бы точно конец пришёл.

Гигантский разлом делил лагуну на восточную и западную части.

«Судя по показаниям маячков Эйри, мы приземлились на восточной стороне острова, а Шелтис и Моника — на западной. Похоже, мы разделены».

— Для того чтобы объединиться, нам нужно обогнуть разлом. Идти придётся достаточно долго.

— Никаких проблем, мы с Юто отлично умеем ходить. Правда, Юто?

— Ага, сестрёнка Эй.

— Это меня обнадёживает… Выдвигаемся.

Определив по солнцу стороны света, Леон зашагал на север сквозь первобытный лес.

Он двигался к едва заметному в промежутках между гигантскими деревьями столбу чёрного дыма — тому месту, куда упал воздушный корабль.

«Наверняка Шелтис и Моника тоже заметят этот дым. Честно говоря, надёжнее было бы отправить им электронное письмо, но, похоже, из-за воздействия электромагнитных полей тех фей устройства связи в наших жетонах работают с перебоями.

Остаётся только рискнуть и надеяться, что мы сумеем встретиться с ними у корабля».

— Эй-эй, так между прочим, что ты имел в виду, когда потрогал землю и сказал, что теперь всё понятно? — ведя Юто за руку, поинтересовалась Эйри.

— Как раз то, что сказал, — не останавливаясь, ответил Леон и указал правой рукой вниз.

— Под нами не вулканический пепел, не песок и не твёрдые скалы. Почва этой лагуны такая же, как в природном секторе Орби Клэр.

— Хм-м…

— Кроме того, не похоже, что здесь водятся крупные звери. Из насекомых я видел несколько летающих видов, но тоже не так уж много.

— Так-так… и?

— Тебе не кажется, что этот остров идеально подходит для установки чего-то полезного, например, электростанции или лаборатории? Песок или вулканический пепел слишком непрочные для установки фундамента, а на твёрдом скалистом основании невозможно выкопать место под здание. С точки зрения геологии, эта лагуна обладает наилучшими качествами для использования людьми.

«Почва здесь просто отличная. Если учесть, что опасных зверей, вроде земляных драконов, тут тоже нет, то отсутствие людей на этом острове — неестественно».

— Однако здесь не видно никаких следов человеческой деятельности. Если бы на этом острове обитали какие-то редкие виды, его бы внесли в список охраняемых, но тогда он точно был бы обозначен на карте.

Леон развернул воздушную карту, которую привёз с собой из Софии, и передал её Эйри.

— А, такая же, как выдали мне в департаменте механики?

— Думаю, да. Это воздушная карта последнего издания, которое распространяет правительство.

Территория правительства на карте была выделена красным цветом, а черным изображены отдельные лагуны. Поскольку отобразить всё их огромное множество в соответствие с размерами было невозможно, на картах обозначались только охраняемые острова и те, на которых располагались исследовательские лаборатории.

— Как ты наверняка видела на корабле, этот остров не нанесён на карту. А значит, он не входит в число охраняемых, и на нём не ведётся никакой деятельности.

«Природные условия этой лагуны идеальны… Но при этом она не обозначена на карте правительства».

— Короче говоря… тебя заинтересовало, почему правительство игнорирует остров с настолько замечательными характеристиками?

— Пока это всё только мои предположения.

«Но скорее всего, я прав. Только так я могу объяснить, почему королева настолько размыто объяснила цель нашей миссии».

— Не расслабляйтесь. На этом острове точно что-то есть.

***— Ох, с меня хватит. Чтоб этого Леона! Как он посмел вытолкнуть меня с корабля!

Стянув осевший парашют, Шелтис отряхнулся от нападавших на него листьев.

После толчка Леона юноша упал в первобытный лес головой вниз. К счастью для него парашют каким-то чудом раскрылся, но при этом Шелтис неуклюже врезался в ветки гигантских деревьев, из-за чего оказался весь покрыт листьями.

— Нам повезло, что мы вообще живы остались, — заметила Моника, аккуратно складывая парашют в мешок. — Судя по всему, поблизости только мы с тобой. Остались ещё командир Леон и… как там их звали, Эйри и Юто, да? Надеюсь, они в безопасности.

— Ага. С Леоном точно всё в порядке. Он настолько крепкий, что остался бы целым, даже если бы прыгнул без парашюта. Вопрос только в Эйри и Юто, но я думаю, они уже с Леоном.

— Почему это? — с сомнением в голосе спросила девушка.

В ответ Шелтис указал на её парашют. На одном из ремней был закреплён маленький чёрный прямоугольный прибор, в центре которого периодически мигала зелёная лампочка. Казалось, будто он что-то куда-то передаёт.

— Маячок?

— Эйри сказала, что сама делала эти парашюты. Она обожает вот такие маячки и все прочие устройства связи. Я вообще думаю, что она сначала изготовила маячки, а потом, чтобы провести испытания, присоединила их к парашютам.

— Фанат своего дела… — удивлённо усмехнулась Моника, глядя на мигающую лампочку прибора.

— В таком случае логично предположить, что Эйри с Юто уже нашли Леона и вдобавок уже определили наше местоположение. Может, не будем без толку дёргаться и просто подождём их здесь.

— Хм-м, непростой выбор.

Сложив руки на груди и приложив палец ко лбу, Шелтис представил очертания острова.

— Насколько я помню, когда мы падали, к востоку от нас находился широченный разлом. Парашюты Леона и Эйри с Юто перелетели через него и приземлились на другой стороне от нас.

«Если будем ждать здесь, им придётся обогнуть тот разлом по большой дуге. Но ведь в той троице Эйри и Юто…»

— Одно дело Леон, но не думаю, что заставлять двух обычных девушек долго шагать по первобытному лесу — это хорошая идея… Понятно, значит, я не всё учла. Чтобы не нагружать Эйри и Юто, нам лучше будет выдвинуться им навстречу.

— Вот именно.

Шелтис отсоединил маячок от парашюта и убрал его в сумку.

«С его помощью Эйри сможет отслеживать наши перемещения».

— Значит, всё решено.

С этими словами Моника посмотрела на север, на поднимавшуюся в глубокое синее небо полосу чёрного дыма.

«Там упал наш корабль. Мы слишком далеко от него, поэтому мне трудно оценить положение, но кажется, он как раз на вершине разлома, ровно посередине между нами и группой Леона».

— До места падения корабля мы можем идти, ориентируясь на тот дым. Скорее всего, командир Леон тоже заметил его. Наверняка он тоже решил, что встретиться там будет проще всего.

— Тогда давай быстрей выдвигаться. Я волнуюсь за их группу.

— Действительно. Хоть командир Леон и присмотрит за теми девушками, они всё-таки обычные люди.

Глядя на то, с каким серьёзным видом согласилась Моника, Шелтис усмехнулся себе под нос:

— Вот только я больше беспокоюсь за Леона.

«Во многих смыслах…»

***— Ля-ля, ля-ля-ля, ля-ля… ля.

— Вау! Мы идём в поход, сестрёнка Эй! Это так весело!..

— Хм, а неплохо бывает порой заглянуть вот в такое естественное местечко. В прошлый раз барбекю в природном секторе у нас не удалось, так может, получится на этом острове?

— Я хочу мяса!

— Ох… не могли бы вы вести себя хоть немного поосторожнее? — резко остановившись, уныло пробормотал Леон.

— Э? Но мы и так осторожны. Мы уже ведём себя на тридцать процентов спокойнее, чем обычно. Правда, Юто?

— Ага, сестрёнка Эй.

Девушки взялись за руки и в полном согласии кивнули друг другу.

«Это что, новый метод пытки?..»

Из-за того, что Леон привык к застенчивой манере общения Сюнрей, шум позади изрядно его беспокоил. С другой стороны, его мучило то, что и полностью игнорировать идущих за ним девушек он тоже не мог.

— Ну ладно, всё равно это лучше, чем если бы они устали и не смогли идти сами.

Решив принимать положение дел с оптимизмом, Леон вновь двинулся вперёд.

«Проблема сейчас в другом…»

Чем дольше группа шла по первобытному лесу под сенью мрачных, чуть-чуть коричневатых листьев, тем слабее становился свет солнца. На земле уже невозможно было различить даже собственную тень.

— Ай! — внезапно раздался из-за спины у Леона девичий крик. — Больно…

— Сестрёнка Эй, ты упала? С тобой всё хорошо?

Обернувшись, парень увидел, что Эйри лежит, уткнувшись лицом в землю, а Юто обеспокоенно смотрит на неё.

— Ты в порядке?

— Да… Кажется, просто запнулась, — оттирая грязь с коленок, ответила Эйри и указала рукой на выступавший из земли корень гигантского дерева.

По всем признакам этот лес был достаточно древним, поэтому все окружающие деревья превышали пятьдесят метров в высоту. Поскольку их корни тоже были толстыми и твёрдыми, как гигантские валуны, запнуться об них и упасть или подвернуть ногу было нетрудно. Кроме того, они выступали из земли очень часто, образуя сложный, похожий на сеть узор, из-за чего двигаться по лесу становилось вдвойне тяжелее.

— Ладно… Идти могу. Полный вперёд.

Девушка в комбинезоне неуверенно поднялась на ноги и твёрдо улыбнулась в ответ на обеспокоенный взгляд черноволосой девочки.

— Стой на месте, — коротко приказал Леон, и не дожидаясь ответа, одним движением поднял Эйри на руки.

Затем он ловко забросил ошарашенную девушку к себе на спину и спокойно зашагал вперёд, будто ничего и не случилось.

— У-а-а-а… Меня несёт парень? Вау, какое свежее и глубокое чувство!

— Эй, не дёргайся, — приструнил Леон вновь начавшую суетиться девушку.

— Но ведь Шелтис никогда меня так не носил. Юто он позволяет кататься на плечах, а меня не берёт, говорит, что он слишком низкий! Вот поэтому я так тронута.

— Он просто хилый. Не волнуйся, я заставлю его тренироваться.

Леон аккуратно двигался вперёд шаг за шагом, избегая мешающихся под ногами корней и свисающих сверху веток.

— А ты-то как? — окликнул парень черноволосую девочку.

— Я в порядке. Мне тут весело! — беззаботно прыгая между сложными сплетениями корней, отозвалась та.

«Ну, похоже, не придётся нести сразу обеих…»

Леон продвигался по молчаливому зелёному морю в сопровождении, как всегда, шумных девушек.

***— А-апчхи!

По молчаливому зелёному морю эхом прокатилось чихание юноши.

— Эй, чего это ты так странно чихаешь?

— Такое чувство, будто обо кто-то сплетничает…

«И я уверен, при этом несёт полную чушь. Ничего хорошего в его болтовне нет. Точно вам говорю».

— Командир Леон? — немного удивлённо улыбнулась Моника.

— Ну конечно же Леон!

Тяжело вздохнув, Шелтис пробрался между выступавших на пути веток.

«Кажется, времени на дорогу уйдёт ещё много…»

Шелтис и Моника приземлились в относительно свободном от деревьев месте. Если сначала голубое небо было хорошо видно, то сейчас его полностью закрывали мрачные коричневатые листья.

Под ногами из земли выступали похожие на гигантские булыжники корни деревьев. Над головой со всех сторон свисали острые ветки. Кадеты с трудом пробирались по лесу, в котором не было ни одной дороги.

— Мы правильно сделали, что пошли навстречу. Эйри и Юто наверняка тяжело.

— Ага. Впрочем, Леон удивительно чуткий в таких ситуациях. Думаю, если им будет слишком трудно идти, он позволит им отдохнуть… Ходить по этому лесу и правда немного утомительно.

«К себе Леон безжалостно строг, но он всегда проявляет заботу о подчинённых и просто слабых людях. Вот такой он человек, наш сереброволосый мечник. Возможно, это тоже одна из причин, почему Сюнрей, которая так боится людей, открыла ему своё сердце».

— Вы с командиром Леоном всегда так друг с другом общаетесь? — будто вдруг вспомнив о чём-то, спросила Моника, заглянув в лицо Шелтису.

— В каком смысле «так»?

— Ну, так странно, что мне даже трудно понять, хорошие у вас отношения или плохие, — не сводя взгляда с напарника, пояснила чем-то довольная Моника. — Когда командир Леон вытолкнул тебя из самолёта, мне показалось, что вы с ним не ладите, но если задуматься… скорее всего, командир Леон пригласил тебя на эту миссию потому, что высоко тебя ценит. Да и судя по твоим словам, что он «удивительно чуткий», ты можешь ругать его на словах, но в глубине души ты полностью ему доверяешь.

— Ну, мы с ним давние соперники.

Отодвинув оказавшуюся почти у глаз ветку, Шелтис продолжил шагать между высокими деревьями.

— Я же рассказывал, что мы с ним были знакомы ещё до того, как попали в Софию. Мы даже поспорили, кто из нас быстрее сможет «львом», но вот так получилось, что Леон им стал, а я до сих пор хожу в кадетах.

— Я вам завидую… — перепрыгнув через попавшийся на пути корень, пробормотала Моника.

— Чему?

— У меня вот никогда не было давних знакомых в Софии. — тихо пояснила девушка и после небольшой паузы добавила: — С тех пор, как я стала послушницей, я всегда была одна.

Звук её шагов внезапно затих.

«Моника?..»

— Послушницей?.. Значит, тебя выбрали как одну из кандидаток в жрицы?

«Юми тоже прошла этой дорогой».

Когда на летающем континенте рождался ребёнок, его врождённое количество синрёку измеряли с помощью специального прибора. Девочек, с уровнем синрёку выше среднего, выбирали кандидатами в жрицы и ещё в раннем возрасте приглашали поступить в Софию послушницами.

В жилых кварталах право стать послушницей считалось большой честью. В конце концов, это был единственный путь стать одной из жриц, служивших символом всего летающего континента.

— Да, но я всего лишь провалившаяся в самом конце трусиха… просто неудачница, которая не смогла стать жрицей, — сухо рассмеялась девушка, после чего вновь зашагала по лесу.

— Погоди-ка. Ты сказала «в самом конце»? Это значит, что ты дошла до последнего испытания в соборе?

— Ну да. Я осталась в последней троице, из которой должны были выбрать новую жрицу.

Быстрый ответ девушки лишил Шелтиса дара речи.

«Это же невероятное достижение…

В башню приходят сотни, даже тысячи послушниц. Но, как я слышал, через год почти все они по собственной воле отказываются от такого почётного положения.

Просто их тренировки уж слишком суровые».

— Я не знаю всех деталей, но тренировки послушниц в самом деле такие тяжелые?

— В семь лет меня забрали в Софию, где я тренировалась ещё восемь с чем-то… Думаю, половину из этих восьми лет я провела на границе жизни и смерти. Меня в полном сознании заключили внутрь глыбы льда и погрузили в анабиоз. Так прошла самая первая моя тренировка для подготовки к Ледяному Зеркалу. Кстати, она же и самая лёгкая. А остальные… я не хочу вспоминать.

Наступив на опавшую сухую ветку, Моника продолжила двигаться вперёд.

Некоторое время Шелтис просто смотрел на удаляющиеся длинные розовые волосы, потом, спохватившись, погнался вслед за ней.

— Три года назад я дошла до последнего испытания. Мне и ещё двум оставшимся послушницам объяснили его суть в соборе, после чего привели на последний этаж Софии.

Последний двести девяносто первый этаж башни носил название «Рай».

Именно там жрицы во главе с королевой пели молитву, которая поддерживала Ледяное Зеркало.

— Ты знаешь, в чём заключается последнее испытание на звание жрицы?

— Нет…

— Всё просто. Надо самостоятельно удержать настоящее Ледяное Зеркало. Именно так определяется, способна ли послушница стать жрицей или нет… И я не справилась, — после недолгой паузы выдавила девушка, будто признаваясь в чём-то. — Наверное, странно слышать такое от провалившей испытание, но мне кажется, любую из нас троих, дошедших до самого конца, могли бы избрать жрицей. По правде говоря, многие ожидали, что жрицей стану именно я. Однако я провалила последний тест и в тот же день ушла из послушниц.

— Наверно, я задам глупый вопрос, но, может быть, ты просто была не в лучшей форме? Раз уж ты продержалась до последнего испытания, то, возможно, прошла бы его со следующей попытки.

— Есть вещи, которые нельзя улучшить даже тренировками.

— Объём синрёку, — словно бы догадавшись, что имеет в виду Моника, заговорила до сих пор молчавшая Илис. — Синрёку можно представить в форме волны. Чем стабильней волновой рисунок, тем лучше человеку удаются заклинания типа «барьер», чем выше частота волн, тем сильнее он в заклинаниях «территории», как например, телепатия или дальнее зрения. Тренировки жриц в основном сосредоточены на улучшении этих двух параметров, то есть на уменьшении числа сбоев волнового рисунка и увеличении частоты волн. Однако кое-что нельзя изменить даже тренировками. Это…

— «Амплитуда» волн, соответствующая объему синрёку… У меня не хватило объема синрёку, чтобы удержать Ледяное Зеркало нужное время. Тогда мне было пятнадцать лет, — глядя на свои ладони, пояснила девушка.

Ей удалось продержаться до последнего испытания благодаря тому, что она тренировала все возможные техники, чтобы скомпенсировать нехватку объёма синрёку. Однако в конце концов она так и не смогла заполнить эту пропасть.

— В тот раз на последнем испытании продержать Ледяное Зеркало все двадцать четыре часа смогла только нынешняя четвёртая жрица — Сюнрей Пиа Нуклен.

«Так вот почему Сюнрей так вздрогнула, столкнувшись с Моникой, хотя та всего лишь кадет».

— Вот оно как…

«В прошлом они были соперницами, но в то же время и товарищами, которые вместе прошли через суровые тренировки.

Могу представить, насколько удивилась Сюнрей, встретив Монику, знакомую ей ещё послушней, в качестве подчинённого кадета?»

— Прости за грубый вопрос, но тебе что, стало отвратительно оставаться послушнице после того, как ты провалила последнее испытание?

Илис говорила мягким голосом, но несомненно, её вопрос должен был глубоко затронуть душу девушки.

— Я поняла, что тебе не хватает объёма синрёку. Но если уж ты смогла продержаться до последнего испытания, в твоих способностях к заклинаниям синрёку невозможно сомневаться. Пусть ты и не стала бы жрицей, но ведь есть и другие важные посты, например, ты могла бы тренировать других послушниц.

Сомнения Илис были абсолютно естественными.

Любой способный хорошо обращаться с синрёку человек без труда получил бы работу в Софии. Однако Моника отказалась от всего и пошла в кадеты.

— После восьми лет послушницей тебе наверняка было непросто перейти в стражи, которые уделяют больше внимания физическим тренировкам. Я просто машина, поэтому мне не понятно, зачем ты намеренно выбрала такой трудный путь.

— Когда я ещё не ушла из послушниц… В Софии был один юноша-страж, которым я восхищалась. Вот и всё, — совсем немного смущаясь и, как будто, с теплотой вспоминая о прошлом, объяснила девушка. — Он вставал раньше всех и шёл на улицу, чтобы потренироваться с мечами. Даже когда мои тренировки уже заканчивались, он по-прежнему занимался на площадке… Глядя на то, как сосредоточенно и целеустремлённо он трудится, я тоже набиралась решимости. Я хотела стать такой же, как он, и поэтому, когда провалила последнее испытание, решила пойти в стражи.

«То есть он самостоятельно занимался ранним утром, потом шёл на дневную тренировку с инструктором, а вечером, когда все уже спали, снова упражнялся с мечом один…»

Грубо прикинув занятое такими тренировками время, Шелтис не смог сдержать удивление:

— По-моему, это безумный объём тренировок. Получается же, помимо обычных занятий с инструктором он ещё тренировался самостоятельно, да?

«Кто бы это мог быть? Из таких же фанатичных трудоголиков я могу назвать разве что самого себя и Леона. Правда, если бы такой человек на самом деле был, я бы, наверное, его запомнил».

— Этот юноша был просто невероятным. Он отлично владел двумя мечами и всего в четырнадцать лет получил должность командира элитных стражей… Но с тех пор уже прошло несколько лет. Когда до меня дошли слухи, что он погиб во время миссии, упав в Эдем, я несколько дней не могла заснуть от потрясения.

— Кха-кха-кха!...

— Ой, что это с тобой? Чего это ты вдруг закашлялся?

— Да потому что… О-о-ой!

Споткнувшись о выступавший из земли корень, Шелтис упал лицом в землю.

— Как жалко с твоей стороны, Шелтис.

— Да уж догадываюсь…

Приподнявшись на четвереньки, юноша закрыл глаза и глубоко вздохнул.

«Теперь всё понятно… Мечник с двумя клинками, в четырнадцать лет ставший элитным стражем. Безумное количество тренировок. Сомневаться тут не в чем, даже в Софии есть всего один такой человек…»

«Это я три года назад».

«Я даже во сне представить себе не мог, что ещё кто-то кроме Юми будет следить на мной, простым новичком».

— Значит, когда я потерялся, ты показала мне путь потому…

— А-а. Надеюсь, ты не обидишься, но… эм-м… Ты действительно чем-то напоминаешь его, поэтому я не могла тебя там бросить, — едва заметно покраснев и смущённо отведя взгляд, пояснила девушка. — Ты только не пойми меня неправильно! Я не собираюсь тебя с ним сравнивать. И даже если бы ты не был на него похож, я всё равно показала бы тебе дорогу. Я не оставила бы в беде любого кадета.

— Ага, я это понимаю.

«Даже если бы дорогу потерял кто-то другой, а не я, Моника обязательно помогла бы ему. Просто в моём случае получилось ещё, что я похож на “того юношу, которым она восхищалась”…

Ну конечно же я похож, ведь я и есть он».

У Шелтиса каким-то естественным образом вырвался не то усталый, не то горький вздох.

«Я не могу ей об этом сказать. Не могу сказать, что я и есть тот юноша.

После того разговора с Илис я твёрдо поклялся себе, что никому не расскажу эту часть своей истории.

Тем более, что Моника уже слышала о том, что я упал в Эдем. Даже сейчас руководство Софии не хочет, чтобы всем стало известно о том, что они разрешили человеку, внутри которого находится матеки, вернуться в башню. Если я раскрою эту информацию, в этот раз они уж точно выгонят меня навсегда. В худшем случае, под ударом может оказаться и сама Моника».

— Уже так стемнело…

Густые кроны закрывали небо. Даже едва проглядывающие сквозь них бледные солнечные лучи незаметно приобрели багровый оттенок заката, а ещё через некоторое время закат превратился в серые сумерки. Постепенно тонкая полоска чёрного дыма от упавшего корабля слилась по цвету с окружающим её небом.

— Наш ориентир совсем невидно — прищурившись глядя на север, заметила Моника.

— Вести поиски ночью на незнакомой лагуне опасно. В таких вот нетронутых человеком лесах экосистемы дня и ночи могут быть полностью различными. Думаю, лучше будет развести костёр и отдохнуть.

— Согласен. Хотя, если честно, я предпочёл бы чуть более открытое место, — оглядевшись по сторонам, пробормотал Шелтис.

Вокруг повсюду высились гигантские деревья, толстая кора которых напоминала чешую какого-то существа.

— Ничего не поделаешь.

Усевшись на относительно ровный камень, Моника вдруг подняла взгляд к небу. Она смотрела на серо-алый закат, проглядывающий сквозь стену из веток густо растущих деревьев.

— Облаков нет… Если бы мы не находились в лесу, то смогли бы увидеть звёздное небо. Очень жаль.

Часть 3Искры с сухим треском разлетались в стороны.

В свете дрожащего красного пламени проступали смутные очертания ночного леса.

— Вау, это же костёр, сестрёнка Эй!

— Ага, очень красиво. Я прямо в восторге от этой ночёвки на открытом воздухе.

Две девушки бродили вокруг костра, то приближаясь, то отдаляясь от него.

— Как твоя нога? — тихо спросил Леон.

— Ну, благодаря тебе, с ней всё в порядке. Завтра смогу идти сама, — похлопала себе по коленкам Эйри.

— Это хорошо.

От её бесконечной жизнерадостности Леон, сам того не подозревая, немного смягчился.

«Давненько я не был такой атмосфере…

На некоторых миссиях мне приходилось ночевать под открытым небом вместе с другими стражами, но они все слишком нервничали в моём присутствии и почти не разговаривали. Если смотреть только на их положение в Софии, возможно, они вели правильно, но иногда я задумываюсь, а не была ли их молчаливость вызвана разногласиями внутри отряда».

— Эйри, я слышал ты познакомилась с ним в жилом квартале?

— Ты о Шелтисе? Ну да, как и с Юто. Мы с ним работали в одной кофейне.

— В кофейне?.. Это так на него не похоже, — невольно удивился Леон, представив Шелтиса в переднике.

— Ну, он в основном был разнорабочим, а также проверял новые блюда Шефа на съедобность. Мне кажется, ему было весело.

Эйри отыскала достаточно толстый выпиравший из земли корень и уселась на него.

— Эй-эй, можно я тоже кое-что спрошу? Ты говорил, что вы с Шелтисом соревновались, кто быстрее станет «львом». Но ты вот уже им стал.

— Ну да, и?

— Как на твой взгляд, Шелтис сможет стать «львом»? Сможет стать стражем Юми? Ну, я о том, что он ведь отторгает жриц из-за матеки.

— Я удивлён… тебе так много известно.

— Э-хе-хе, ну я же подружалась с Юми. Мы с ней даже договорились повеселиться вместе в следующий раз.

«Получается, она знает об отношениях Шелтиса и Юми… Наверно, это лучшее доказательство того, что она заслужила их доверие».

— Ну-ну, скажи, что ты думаешь?

— Что бы там ни было, три года назад, он достиг ранга элитного стража. Если принимать во внимание только его боевые навыки, вряд ли кто-то будет возражать, если его сейчас же повысят до такого же звания.

«А ещё, помимо собственно навыков, необходимо учитывать особенность Шелтиса — мощное матеки. Обладая такой же силой, как фантомы, он может игнорировать их защитные барьеры. По приспособленности к бою с фантомами он наверняка превосходит всех стражей Софии».

— Хм-м-м, значит у него всё хорошо? — несколько раз кивнув самой себе, уточнила девушка, однако Леон резко мотнул головой:

— Нет… Сейчас он такой же, каким я был в прошлом… Он не понимает, почему жрицы назначают «львов». Я и сам не так давно ясно это прочувствовал.

— Э? Разве не для того, чтобы защищать жриц?

— Это так, но есть ещё одна причина. Мне о ней рассказала Сюнрей.

Леон подбросил в костёр сухие ветки и вгляделся в скачущие искры.

— Я не очень тебя поняла, но тогда почему бы Юми не рассказать о ней Шелтису.

— Не получится. Сейчас их отношения все ещё на стадии друзей детства, поэтому даже Юми не может ему ничего рассказать. Шелтис сам по себе плохо чувствует такие вещи, так что он ничего не поймёт, если кто-то не скажет ему прямо… К сожалению, я не смогу достаточно понятно объяснить ему суть.

Закрыв глаза, Леон прислушался к треску костра.

— Хотелось бы, чтобы рядом с ним оказался кто-то понимающий истинные чувства жрицы.

***Искры, словно танцуя, взлетали в воздух, и исчезали, так и не успев достигнуть земли. Перед юношей и девушкой горел простенький костёр из груды сухих веток и слоя листьев под ними.

Бросив на землю охапку листьев, Шелтис уселся на них, прислонился спиной к стволу дерева и, обхватив колени руками, скрытно взглянул на Монику, сидящую по другую сторону костра от него.

— Не спиться? — не поднимая взгляд, одними губами тихо спросила девушка. — Сейчас моя очередь караулить. Или ты беспокоишься, что я не справлюсь?..

— Ничего подобного… Я просто не могу заснуть.

— Ясно.

Девушка вновь замолчала. Вокруг костра воцарилась тишина, нарушаемая лишь дрожанием пламени да шорохом искр, которые и помогали ощутить течение времени.

«Работать в команде тяжело…»

Не отпуская коленей, Шелтис поднял голову вверх.

«Какую дистанцию стоит держать с товарищами по отряду? Даже если хочу о чём-то поговорить, слишком личных вопросов касаться нельзя, но с другой стороны из пустой болтовни разговора не получится

Как я помню, три года назад я почти всегда ходил на миссии с Леоном, поэтому мы могли пошутить друг над другом или немного поругаться».

— Вот так на самом деле выглядит отряд.

— Угу…

«Случаи, как у нас с Леоном, когда оказываешься в отряде с давним знакомым, который к тому же не уступает тебе в способностях, довольно редки. Бывает, внутри отрядов случаются ссоры. Иногда товарищи по отряду могут друг другу мешать. Даже провалов на миссиях случается не так уж мало.

Только сейчас, попав в отряд всего из двух человек, тем более с девушкой, я впервые осознал, насколько трудно работать с кем-то в команде».

— Раз уж ты всё равно не спишь, можно я кое-что у тебя спрошу? — не сводя взгляда со скачущих искр, вдруг заговорила Моника, у ног которой лежали жезлы «розария». — Если не захочешь, можешь не отвечать. — тихо добавила она, а потом, сделав недолгую паузу, спросила: — Раз ты знаком с командиром Леоном, значит, ты тоже хочешь стать «львом»?

— Ну да…

— А почему? У тебя есть ясная, веская причина, почему ты этого хочешь?

— Я обещал жрице, что буду её защищать.

На мгновение девушка уставилась на Шелтиса изумлённым взглядом, а потом…

— Если бы ты сказал это на собеседовании при приёме в Софию, у экзаменаторов бы, наверное, глаза на лоб полезли…

После этих слов девушка, видимо, не смогла больше сдерживаться и тихонько захихикала.

— Я так и сказал, меня обсмеяли.

— Ну естественно, ведь по твоему ответу создаётся впечатление, будто ты уже знаком с одной из жриц.

«Думаю, будет лучше не говорить ей, что мы с Юми друзья детства… Если вдруг о наших отношениях станет известно, у Юми могут возникнуть проблемы».

— Ох, прости, что я так засмеялась… Просто подумала, что эта фраза совсем не в твоём духе.

Моника повернулась боком к Шелтису, пытаясь скрыть играющую на губах улыбку.

— О, вот тут я полностью согласна.

— Мне ведь тоже неловко такое говорить… Прошу, давайте оставим эту тему.

Бросив в костёр маленький камушек, Шелтис принялся следить за разлетающимися искрами.

— И всё-таки, Шелтис, это твоя главная причина? А другие есть?

— Да собственно нет, — покачал головой юноша.

«Если бы Юми не стала жрицей, я бы точно не пошёл в стражи. Вот и всё».

Однако…

— Тогда позволь сказать тебе одну вещь… Я не собираюсь обесценивать твою причину, но хочу, чтобы ты кое-что запомнил. Я выскажу своё искреннее впечатление, не как кадет, а как бывшая бездарная послушница.

Уже в этих словах девушки чувствовалась воля и решимость, но даже они померкли в сравнении с её следующей фразой:

— Если бы я была жрицей, то не выбрала бы своим «львом» человека, который хочет лишь защищать жрицу.

— Почему это?..

— Можно сказать, что такой человек вообще не понимает жриц, — равнодушно заявила девушка, которая когда-то была послушницей.

Её острые слова буквально пронзали напряжённую атмосферу.

— Как ты думаешь, с какими врагами жрица сражается двадцать четыре часа в сутки ещё до того, как столкнётся с фантомами?

— Врагами?

— Это груз ответственности и боль, — приложив руку к груди, будто вспоминая собственное прошлое, продолжила Моника. — Жрицы никогда не отдыхают душой… Ещё до становления жрицами, в возрасте меньше десяти лет им приходится терпеть тренировки, когда их целиком замораживают, несмотря на крики и плач… Они вынуждены каждый день терпеть тренировки, просто вспоминая которые, вечером нетрудно сойти с ума.

Рука девушки мелко дрожала. От одного воспоминания о тех днях, Монику бил озноб. Уже по такому её состоянию, Шелтис мог догадаться, какие мучения ей пришлось вынести.

— Когда становишься жрицей, ко всему этому добавляется тяжёлый груз обязанностей по защите летающего континента. Я имею в виду не только поддержание Ледяного Зеркала, что само собой разумеется, но и случаи появления фантомов. Жрица должна быть готова действовать, в каком бы ужасном физическом состоянии она не находилась. Поскольку жрицам необходимо всегда быть наготове, им почти никогда не разрешают выходить из башни. Можно сказать, что они живут как в тюрьме… Однако они никогда не жалуются и молча терпят такой порядок.

«Мучительные тренировки, давящая необходимость поддерживать барьер… Ни один человек из жилого квартала не подозревает о тяготах жриц. Ведь они отчаянно скрывают свои страдания за весёлыми улыбками».

— Живущие на вершине Софии жрицы всегда одиноки. Ради защиты летающего континента, они отдают всю свою жизнь тренировкам и поддержанию барьера. Тогда кто же спасёт их от этих мучений?

— Ну…

Столкнувшись с требующим ответа взглядом Моники, Шелтис попытался выдавить из себя голос.

«Точно не другие жрицы, они могут только разделить друг с другом боль. Если кто-то и может избавить жриц от боли и печалей, — это те, кто всегда находятся рядом с ними…»

— «Львы»?

— Верно. «Львы» существуют не только для того, чтобы защищать жриц. Тот, кто не чувствует боли и одиночества жриц и не понимает, как важно их смягчить, не подходит на роль «льва», — объявила девушка, которая понимала жриц лучше чем кто-либо ещё, поскольку хотела стать одной их них но не смогла.

«Моника совершенно права… Всё именно так, как она говорит. Тут невозможно ничего отрицать», — только и успел подумать юноша, как заговорила висящая у него на шее Илис:

— С этой точки зрения, пара Леона и Сюнрей по-настоящему изумительная.

Шелтис тут же кивнул, полностью соглашаясь с ней.

«Леон не просто защищает Сюнрей от фантомов. У неё робкий и застенчивый характер, но Леон своей храбростью умело поддерживает, оберегает её, иногда аккуратно подбадривая. Именно поэтому Сюнрей может полностью доверить себя ему и сосредоточиться на молитве Ледяного Зеркала.

Наверное, если бы Моника стала «львом», она бы сделала то же самое. Уж она-то смогла бы избавить жриц от страданий, которые сама хорошо понимает.

А что я?.. Единственное, что у меня есть — желание быть рядом с Юми. Мог ли я в прошлом сказать, что осознаю боль жриц?»

Шелтис ненадолго закрыл глаза и прислушался к окружающему шуму.

А потом…

— Ещё так далеко…

Открыв глаза, юноша откинулся назад и растянулся на земле.

— Шелтис?..

— Спасибо, Моника. Я сильно ошибался. Наверное, я вообще ничего не понимал ни в жрицах, ни в «львах».

«Мой соперник по тренировкам стал «львом», а подруга детства — жрицей. Я всё своё время проводил с ними, и поэтому начал ошибочно воспринимать существование “львов” и “жриц”, как данность».

— Теперь я наконец понял, насколько ещё далека от меня должность «льва».

Шелтис протянул руку вверх, к едва-едва проглядывающему сквозь разрывы в листве ночному небу.

Сфера небес казалась бесконечно далекой. И на такой же бесконечной далёкой высоте находились жрицы и «львы».

«Прости, Юми… Я всё время хотел тебя защищать, но даже не подозревал, насколько тебе тяжело.

Возможно, пока Юми ещё была послушницей, желания быть вместе с ней вполне хватало. Но сейчас, когда она уже стала жрицей, этих размытых чувств недостаточно, чтобы поддержать её. Основания «потому что мы друзья детства» точно не хватит, чтобы поддержать жрицу».

— В одиночку я точно не справлюсь…

«Три года назад рядом со мной всегда был слишком сильный и надежный напарник, поэтому я не осознавал, насколько тяжело отправляться на миссии и выполнять их вместе с товарищами по отряду.

Но если я не пройду через эти трудности, я не смогу стать “львом”. Человек, неспособный защитить товарищей, конечно же, не защитит и жрицу. Тот, кто не способен договориться даже с людьми из своего отряда, никогда не поймёт страдания жрицы.

Вот, чего мне не хватало мне в прошлом…»

— Ну ладно, прости, что отняла у тебя время сна, — вдруг опустив глаза, извинилась Моника. — И всё же я хотела, чтобы ты это знал. В отличие от меня, ты наверняка сможешь стать регулярным стражем. Мне показалось, что ты хочешь продвинуться ещё выше, поэтому решила предупредить тебя заранее.

«В отличие от меня?»

В ту же секунду Шелтис резко сел, будто его что-то толкнуло».

— Моника, но ты ведь тоже вступила в отряд, чтобы стать регулярным стражем?

— Я же с самого начала говорила: я просто неудачница, что как послушница, что как страж.

То же самое Моника сказала и во время разговора с Шелтисом у питьевых фонтанчиков.

— С тех пор как я провалила последнее испытание на должность жрицы, в любой важный момент моё тело цепенеет и не может нормально двигаться…. Наверное, где-то в душе у меня остался незаживающий шрам, — приложив левую руку к груди, горько усмехнулась Моника. — Даже среди кадетов широко известно, что я просто неудачница, которая не может ничего сделать в самый ответственный момент. Какой отряд захочет принять к себе такого человека? Вот поэтому я навсегда оста…

— Ты станешь стражем, — глядя прямо в лицо девушке, перебил её Шелтис — Моника, разве это не ты каждую ночь тренировалась с розарием?

— Ну… это потому что я раньше была послушницей и уступаю в физической силе другим кадетам.

— Ничего страшного. Эту миссию мы обязательно выполним.

— Почему ты так в этом уверен? — резко спросила Моника.

Её острый взгляд будто бы говорил: «не смей делать столь опрометчивых заявлений».

— Потому что есть я, — всего лишь одной короткой фразой ответил Шелтис.

В его словах не было ни логики, ни разума, но их отсутствие с лихвой восполнял энтузиазм.

— Я всё ещё не понимаю, что нам нужно сделать в этой миссии, но обещаю, мы её успешно выполним. Всё будет хорошо, даже если что-то случится, я тебе помогу.

Юноша и девушка некоторое время смотрели друг на друга сквозь взлетающие в воздух искры.

И наконец…

— Оптимистичный дурак, — первой отведя взгляд, со вздохом пробормотала Моника.

— И это его единственное достоинство.

— Моника, Илис… вы меня хвалите или насмехаетесь надо мной?

— Сам догадайся. Но завтра я на тебя рассчитываю.

Девушка обхватила колени и закрыла глаза.

Настал черёд Шелтиса караулить. Его смена должна была продлиться как раз до рассвета.

В густом лесу воцарилась абсолютная тишина.

— Как удачно, не правда ли? Размытая цель стала ясной, — прошептала Илис, когда от Моники послышалось тихое ровное посапывание.

— Ага. Совершенная правда.

«Моя конечная цель — стать «львом». Но теперь я понял, какие шаги к ней ведут. Мне нужно найти отряд и понемногу выполнять миссии вместе с товарищами».

— Ну что, завтра придётся всёрьез поработать. В первую очередь надо объединиться с Леоном.

«Это моя первая миссия. Жди меня, Юми. Я обязательно вернусь с победой».