Часть 1

Юноша упрямо шёл вперёд.

На дороге царила полная тишина. Впрочем, он даже не знал, можно ли называть его путь настоящей дорогой, ведь тут не было никакой земли.

Он шёл через пространство, объятое тонким сумраком, и видел путь лишь на несколько метров впереди себя.

В ушах у него раздавался лишь звук собственных шагов и свои же слабые вздохи.

— А… ха… у…

Он не знал, куда ведёт эта дорога, и есть ли у неё вообще конец.

После того как его поглотило рушащееся девятое зеркало Эдема, он пришёл в себя в этом молчаливом мире.

Возможно, это была граница между мирами. Если бы такое место существовало, этот путь наверняка был бы им.

Мрачная тропа уходила в бесконечную даль. Ни входа, ни выхода на ней не было.

Юноша не знал, как долго он идёт по ней. Может, часы. Может, дни. Да и двигался ли он вперёд вообще? В этом пространстве не было ни одной метки, по которой можно было бы оценить пройденный путь.

Раздался сухой звук от удара меча о чёрную тропу. У юноши больше не было сил держать последний из четырёх принесённых в Эдем мечей, и тот выскользнул из его руки. Сил оборачиваться и подбирать упавшее у него тоже не было.

И всё же… Несмотря ни на что…

— Жди меня… Я обязательно… вернусь…

Пошатываясь из стороны в сторону, иногда опускаясь на колено и снова поднимаясь на ноги, Шелтис двигался вперёд.

— Юми…

Конечно же, ему никто не отвечал.

Однако юноша вновь и вновь называл её имя, напоминая себе, почему и к какой цели он движется.

— Я обязательно… вернусь…

***

Он продолжал идти.

Его тело изнемогало от усталости, а раны, нанесённые светом отторжения Села, пронзала острая боль. При каждом следующем шаге все его мышцы вопили, а кости поскрипывали.

— У-у-у!

Опустив поднятую ногу на землю, юноша потерял равновесие и рухнул лицом вперёд. Ему чудом удалось в последний момент выставить руки, чтобы защитить голову, но он всё равно больно ударился об землю.

— А… а… у-у…

По плечам пробежала боль, заставившая его опуститься на колено.

Внезапно ему пришла мысль: «А я вообще ещё жив, или мне это только кажется?»

«Матеки исчезло.

После того как я вернул Код Эдема Села, Эдем должен был разрушиться.

А значит…»

«Всё матеки исчезнет. Все фантомы… и ты вместе с ними, погибнут», — всплыли в затуманенном разуме юноши слова Армадеуса.

«А-а… ясно… Должно быть, вот эта тропа — граница между жизнью и смертью.

Граница мира определяет, продолжу я существовать или исчезну. Сейчас я ожидаю её решения. Именно поэтому мне так мучительно здесь бродить».

Затем Шелтис запоздало вспомнил ещё одно наставление дракона сумерек:

«Обернувшись, ты увидишь кое-кого вдалеке…

Это случится не сейчас. Но вскоре ты обязательно наткнёшься на путь, который ведёт к иллюзорному раю. Будь осторожен. Если один раз собьёшься с него, то уже никогда не отыщешь вновь. Но, если тебе вдруг удастся найти путь к истинному раю, тогда…»

— Обернувшись… я кого-то увижу?..

«Я понял всё, что касается Села и матеки, но смысл вот этих слов мне до сих пор неясен».

— Если я сумею отыскать рай… Тогда…

«Что случится тогда? Да и что вообще такое рай?..»

— Шелтис, по-моему, ты уже давно его нашёл.

На границу мира, где не было никакого света, мягко спустился алый огонёк. В тусклом свете волшебного фонаря медленно проступила фигура повелителя необычных книг в чёрном костюме.

— Игнайд?!

— Хо-хо, я смотрю, ты совсем истощён.

Придерживая рукой низко натянутую фетровую шляпу, Игнайд вежливо поклонился.

— Эх, я совсем тебя обыскался. Сигнал твоего матеки очень ослаб. Его значения бесконечно близки к нулю. В тебе остались лишь самые крохи матеки, но и они уже скоро исчезнут.

— …

— Ты спел Код Эдема, ведь так?

— Тебя это как-то касается?..

— Очень даже. Потому что я беспокоился о тебе, — пожал плечами повелитель необычных книг.

Определить, говорит он правду или лжёт, Шелтис не мог.

— Я бы совсем не удивился, если бы ты погиб прямо сейчас, у меня на глазах. Но… я почему-то ощущаю в тебе какую-то другую силу. Твоё матеки вот-вот исчезнет, но в тебе есть и другая волна. И, мне кажется, это не синрёку?

— А?

— У тебя есть какие-нибудь догадки?

«Энергия внутри моего тела, но не матеки и не синрёку?.. В таком случае, это может быть разве что…»

«Прощай, Шелтис Магна Йелле. Пусть величайшее благовестие навеки пребудет с тобой.

И когда-нибудь, где-нибудь мы обязательно *** вновь».

— Изначальная волна Села?!

«Меня очень долго жёг мощнейший резонанс Элберта. Нет ничего невозможного в том, что частица той волны поселилась в моём опустевшем теле».

— Хм-м… Ладно, это не так уж важно. Самое главное, что ты ещё жив.

— Что ты имеешь в виду?

— Да так, ничего особенного. Я просто хотел пройтись рядом с тобой в последний раз. Наедине. Вот, собственно, и всё.

«Я не понимаю его намерений. Почему он сам вернул Код Софии Юми? Зачем сейчас хочет пройтись со мной, своим врагом?»

— Кажется, ты мне не доверяешь.

— Само собой.

— Ладно-ладно, не надо так волноваться. У тебя всё равно нет другого пути, верно? А на этой дороге даже я не смог бы заранее расставить ловушки.

Шелтис пристально вгляделся в улыбающегося повелителя необычных книг, но затем, спустя некоторое время, вздохнул и снова зашагал дальше. Игнайд последовал за ним.

Дорога вела их только вперёд.

— Что ты имел в виду?

— Когда именно?

— Когда сказал, что я уже давно нашёл рай.

— А, вот ты о чём, — довольно усмехнулся Игнайд и, немного ускорив шаг, поравнялся с Шелтисом.

Он встал даже слишком близко. Они шли вперёд, почти что соприкасаясь плечами.

— Ты помнишь наш с тобой разговор? Я сказал, что хочу узнать твой ответ, который станет свидетельством незримой любви. А впрочем, что вообще такое любовь?

— И?..

— Знаешь, я иногда думаю, что любовь — это не страстные взгляды друг другу в глаза и сладкие слова, а вот такой вот путь рука об руку в одном направлении и желание смотреть в одну сторону. Вот это и есть настоящая любовь.

— Наша с тобой?..

— Кто знает. Этот ответ я оставлю твоему воображению.

Чёрная шляпа скрывала лицо Игнайда, не позволяя рассмотреть выражения на нём. Шелтис мог видеть лишь покачивающиеся из стороны в сторону светло-золотые волосы.

— Игнайд… — заговорил Шелтис, глядя на несколько метров вперёд, где ещё было хоть что-то видно, на границу бескрайнего мира. — Как ты думаешь… я правда смогу куда-то дойти?

«Нет никакой гарантии, что по этой дороге можно вернуться назад.

Куда она вообще ведёт? Есть у неё конец? Да и вообще, сколько ещё я смогу пройти, когда моё тело настолько ослабло.

Может, мне только кажется, что я куда-то иду?»

— Ого, откуда такое малодушие? Это совсем не в твоём духе.

— …

— Вернёмся к разговору о рае. И о том, что любовь — это движение в одном русле с любимым. Если всё именно так, то рай — это не что иное, как будущее, к которому ведёт этот путь.

— И?..

— Шелтис, тебе есть куда возвращаться. Именно поэтому я сказал, что ты давно нашёл рай, — очень-очень мягко и даже ласково произнёс повелитель необычных книг. — Обернись назад.

— Что?

— Ты идёшь уже очень долго, но ещё ни разу не обернулся, ведь так? Чтобы не оборачиваться назад, нужно быть очень смелым, но чтобы взглянуть на пройденный путь, нужно быть ещё смелее.

Шелтис взглянул в указанном Игнайдом направлении.

— Всё ещё ничего не видишь? Давай я добавлю немного света.

Повелитель необычных книг произнес короткое заклинание, и такой же алый огонёк, как и в прошлый раз, осветил пройденный ими путь.

Далеко-далеко, можно сказать почти на горизонте…

Лежал одинокий меч.

Тот самый последний меч, который выронил Шелтис, когда у него совсем не осталось сил.

«Как же он далеко…»

— Ты прошёл вот настолько длинный путь. Твоё тело истощено, твой дух совсем ослаб, но ты по собственной воле гнал себя вперёд.

— …

— Здесь твоё длинное путешествие, наконец, завершится.

Повелитель необычных книг вновь указал вперёд.

Там невесть когда появились тусклые светящиеся врата.

— Я чувствую за ними мощное синрёку. Скорее всего, они ведут в наш с тобой мир.

— Мне тоже так кажется… Но перед ними разлом.

Мрачная дорога обрывалась прямо перед глазами у Шелтиса. Разлом на границе миров, отделяющий юношу от ведущих домой врат, был примерно десять метров в ширину.

«Мне не перепрыгнуть его… В нынешнем состоянии я едва могу сделать шаг.

Я прошёл такой путь… Но вот здесь, в самом конце, он оказался закрыт».

— Сдаваться пока ещё рано, — с очень серьёзным видом покачал головой Игнайд. — Как я уже говорил, в тебе ещё остаются последние крохи матеки. Они скоро исчезнут, но пока что они ещё здесь.

— И… что с того?

— Вот это матеки и спасёт тебя в самом конце. То самое отвратительное матеки, которое полностью изменило твою судьбу. Сейчас благодаря ему случится…

Игнайд снял с рук белые перчатки. Его пальцы были тонкими и изящными, прямо как у девушки.

— …последний резонанс Элберта. Воплощение нашей с тобой любви.

Тонкие пальцы повелителя необычных книг коснулись спины Шелтиса.

На миг между ним и Игнайдом проскочил бело-синий свет отторжения.

Их тут же отбросило друг от друга.

Игнайд полетел назад, а Шелтис — вперёд, через широкий разлом — прямо к светящимся вратам.

— Э?! Игнайд?! Зачем?! Ты ведь теперь…

Одна из рук повелителя необычных книг отнялась. Придерживая шляпу окровавленными пальцами второй…

— Я ведь уже всё сказал. У меня получилось, пусть и совсем недолго, идти с тобой одним путём. Каким бы коротким он ни был, этого мне достаточно, — ярко улыбнулся Игнайд.

Низко натянутая шляпа не позволяла видеть его лицо, но из-под неё волнами ниспадали длинные светло-золотые волосы.

— Прощай, Шелтис. Надеюсь, ты обретёшь счастье с Юми.

А затем… отброшенный резонансом Элберта Шелтис пролетел сквозь светящиеся ворота.

Часть 2

Истинный континент Орби Клэр.

София, открытая тренировочная площадка.

— Становись!

По команде Леона несколько десятков стражей башни выстроились в ряд у входа на тренировочную площадку.

— Сегодня действуем так же, как в прошлый раз. С первого по третий отряды направляются осваивать большую северную пустыню. Как только доберетесь до лагеря отправленной туда геологической экспедиции, немедленно сообщите в штаб. Я буду курировать вас лично.

— Есть!

— Отлично, выступайте. Желаю вам успеха.

Регулярные стражи быстро погрузились в бронированную транспортную машину. Как раз в этот же момент из башни вылетел большой транспортный корабль, предназначенный для перевозки строительных материалов.

— Так, что у нас следующее? — сложив руки на груди, спросил Леон

— Пришёл отчёт о работах в третьем жилом квартале…— передала ему толстую стопку документов черноволосая жрица.

— Хм, в бою с фантомами было повреждено и разрушено тридцать два процента домов, но работы по их восстановлению уже начались. Что ж, ничего другого от департамента механики мы и не ждали. Они умеют работать быстро.

— Вроде бы пункты временного размещения жителей уже готовы…

— Да, но работы впереди ещё много. Сначала надо восстановить разрушенное, а потом приниматься за полноценное освоение большой земли, — смахнув крупицу пота со лба и бросив короткий взгляд на яркое солнце, кивнул Леон.

Перед Софией стояли две огромные задачи: восстановление разрушенных фантомами жилых кварталов и освоение огромного нового континента. Естественно, королева Сала не могла управлять всем в одиночку, поэтому часть руководящих функций взяли на себя «львы».

— Леон… ты сейчас почти без передышек работаешь.

— Ничего страшного. Я и сам пылаю энтузиазмом.

Истинный континент Орби Клэр образовался две недели назад, когда летающий континент спустился с неба и стал единым целым с большой землёй, некогда бывшей частью Эдема.

Леон и Сюнрей наблюдали за объединением из Эдема, а королева и многие стражи — с самого летающего континента. Точнее говоря, не просто наблюдали, а прочувствовали на собственном опыте. Соединение двух континентов стало тем ещё шоком для всего мира…

Истинная земля, которую большинство людей считало всего лишь древней сказкой, выступила из-подо льда. Чтобы унять поднявшийся переполох и успокоить растерянных жителей, потребовалось почти три дня. Если бы не уверенное руководство королевы и постоянные выступления жриц, возможно, люди бы бушевали и до сих пор.

— Для нас большой континент — это новые неизведанные земли. Я очень хочу узнать, какой мир нас там ждёт.

— И я…

Несколько экспедиций на летающих кораблях установили, что за краем бывшего биотопа начинаются пустые, никем не обжитые земли. Людям оставалось лишь освоить их собственным трудом.

Леон осуществлял руководство одной из больших разведывательных групп.

— Судя по отчётам, отряды Горн нашли крупный город, подвергшийся атаке фантомов тысячу лет назад.

— Да… Их группа присылала сообщение о нахождении древней страны, называвшейся «священное царство Элмария».

Вскоре после объединения континентов королева и жрицы выступили с официальным заявлением о том, что Эдем, все фантомы и матеки исчезли.

Однако причина их исчезновения до сих пор не была обнародована.

«По правде говоря, я и сама не знаю всех подробностей. Сейчас нам остаётся только ждать “его” возвращения», — пояснила королева «львам» на закрытом собрании.

— Сюнрей, Юми все ещё не выходит из комнаты?

Черноволосая жрица опустила взгляд и понуро кивнула.

— Да… и почти ничего не ест… Меймел тоже… за неё беспокоится…

— Ясно, — тихо вздохнув, коротко ответил Леон

Скорее всего, одна только Юми знала о том, что именно произошло в «тот день». Однако она уже две недели не выходила из своих покоев. По словам приносившей ей еду горничной, девушка просиживала дни за письменным столом, положив голову на руки.

Хотя Сюнрей, Меймел и даже сама королева Сала приходили навестить Юми, вести с ней разговор было почти невозможно.

И всё из-за кое-какого юноши.

— Шелтис…

Во время вторжения в Эдем отряд Софии потерял только одного кадета.

С ним точно что-то произошло. Леон своими глазами видел, как Шелтис убежал в глубины Эдема. Там он ненадолго остался наедине с Юми, а его дальнейшая судьба была неизвестна.

Но объявлять его умершим ещё было рано. Если бы его гибель была установлена, Юми, скорее всего, уже оправилась бы от потери.

Сейчас Шелтис оставался без вести пропавшим.

Именно поэтому и Юми, и Леон продолжали ждать.

— Шелтис, чем ты вообще занимаешься?.. — пробормотал «лев», глядя в безоблачное голубое небо. — Скорей возвращайся. Я лучше всех знаю, что ты так легко не погибнешь.

***

София, двести восемьдесят седьмой этаж.

Личные покои были, наверное, единственным местом, где проводившая почти круглый год в башне жрица могла немного расслабиться и передохнуть.

Сидевшая за столом Юми не шевелилась. Её руки лежали на столе, а голова — на руках. Вес головы пережимал сосуды, и ток крови настолько замедлился, что девушка уже почти не ощущала ладоней.

И всё равно она не могла заставить себя поднять голову.

— Шел… тис…

Все её слёзы уже давно высохли. Из пересохшего горла вырывались лишь хриплые вздохи, а каждое движение голосовых связок причиняло ей острую боль.

«Почему?.. Почему ты ещё не вернулся?.. Я ведь так долго жду тебя…»

«Если хочешь спасти Шелтиса — останови его.

Но… если веришь в него, позволь ему пройти».

«Я и сейчас считаю, что в тот раз приняла правильное решение.

Я пришла к нему вместе с Юмиэль».

— Но… тогда почему?..

«Сколько дней уже прошло с тех пор?

Мне так страшно узнавать время, что я спрятала календарь под кроватью. И все часы в комнате тоже. Я убрала всё, что может сообщить мне о ходе времени.

Я не хочу знать о нём.

Как было бы прекрасно, если бы с тех пор не прошло и нескольких часов… новый день ещё только бы начался, я открыла бы глаза и сразу… вот-вот… сразу же узнала, что Шелтис вернулся».

— Как же… мне больно.

«Мне больно дышать… в груди постоянная боль.

Всё точно так же, как три года назад.

Всё, от начала и до конца…»

— Если всё точно так же, как три года назад, тогда он тем более вернётся, как и в прошлый раз. Разве нет?

— Э?!

Юми мигом вскинула голову и обернулась.

Потому что ей был хорошо знаком этот голос.

— Здравствуй, — поприветствовала её девочка с сияющими алыми волосами.

Божественная сущность, окутанная мягким благословляющим светом, парила в самом центре комнаты Юми.

«Армаририс?..

Я знала, что разрушение Эдема должно было освободить её, но и представить себе не могла, что она появится здесь, в Софии».

— Я пришла попрощаться с тобой.

— Попрощаться?

— Эдем исчез, и мне больше не нужно присматривать за вашим миром. Впереди вас ждёт будущее, где вы вольны жить по собственному разумению.

— А ты вернёшься в мир старшей сестры?..

— Как много всего ты запомнила, — тихо хихикнула божественная девочка, в первый и последний раз показывая Юми настоящие чувства. — Думаю, да. Мне не терпится впервые за долгое время увидеть её. А вот что будет потом, я ещё не решила. Возможно, я опять загляну к вам.

— Ты вернёшься в наш мир?

— Если я буду нужна. В конце концов, здесь осталась ещё куча дел, ведь так?

— Да, ты права…

«Я и сама понимаю, что исчезновение Эдема — только начало огромной работы.

Но…»

— До встречи, Юми. Пусть великие молитвы, священные гимны и прекрасная судьба всегда сопровождают вас с Шелтисом.

— Спасибо тебе. Но Шелтиса…

«Тут нет… Только он один не вернулся из Эдема».

— Ого, в самом деле? — посмотрев в потолок, лукаво улыбнулась Армаририс, — Значит, по пути сюда я видела кого-то другого.

— Э?..

— Иди же, Юми. Именно так, как ты спела.

Божественная девочка указала рукой на дверь в коридор.

=I hypn phenoria, Eec wat nes bles miqvy, ende-

[Проснитесь, дети, ваши ноги сильны и доблести полны]

noi-roo-xin, ema dia missis cley mis-la

[А значит, теперь вы способны дойти до далёкого края земли]

— Не запирайся у себя в комнате. Беги к вашему заветному месту. Он уже заждался тебя.

Юми тут же сорвалась с места. К тому моменту, когда Армаририс растаяла в воздухе, девушка уже вылетела в коридор.

Терять время на ожидание лифтов ей не хотелось.

— Юми?!

— Л-Леон, Сюнрей, простите меня! Увидимся позже!

На бегу поклонившись друзьями, Юми промчалась мимо и выскочила на эвакуационную лестницу.

Её тело изнывало от нехватки сна и пищи… но девушка чувствовала, как изнутри поднимается загадочный жар.

«Заветное место… Шелтис не раз говорил о нём, и я давно размышляла, в каком уголке нашего Орби Клэр оно находится…»

«Ты помнишь, что я пообещал тебе, когда вернулся в башню?.. Если помнишь, ни в коем случае не забывай. В этот раз я сдержу обещание».

— Ха… а… а…

Запыхавшаяся Юми бежала вверх.

Всё выше, и выше, и выше.

Добравшись до двести девяностого этажа, она пролетела мимо личных покоев королевы и прыгнула в единственный лифт, на котором можно было подняться в «то самое место».

Сердце девушки стучало до боли громко. Прижав обе руки к груди, чтобы сдержать его, Юми затаила дыхание, дожидаясь мгновения, когда лифт доставит её на вершину связующей небеса башни.

Раздался звон колокольчика. Лифт, наконец, остановился.

«Я верю. Это и есть “заветное место”».

— Ведь так, Шелтис?.. — спросила она у того, кого не было рядом.

«Три года назад мы с ним упали в Эдем с самой вершины башни.

Для нас всё началось именно здесь.

А потом, вернувшись в Софию после изгнания, он пообещал мне…»

Юми вступила на двести девяносто первый этаж Софии, который назывался «Рай».

Здесь тебя встречали не привычные потолок и стены, а лишь бесконечное открытое пространство.

Казалось, что это вообще иной мир.

Далеко в вышине сиял свет цвета белых ночей, а под ним во все стороны тянулись высокие ледяные стены. Их поверхность была отполирована чище, красивее, острее, чем у любого драгоценного камня. Мир отражался в ней, словно в зеркале.

Точнее, таким он был раньше.

— Как красиво…

Мир, в который вступила Юми, наполняло множество ярких красок.

Свет белых ночей сменился безоблачным голубым небом и ярким солнцем.

Громадные ледяные стены и замёрзшая земля пропали, а на их месте раскинулось бескрайнее, заросшее свежей травой поле, над которым дул мягкий приятный ветерок.

В воздухе носились бесчисленные разноцветные лепестки.

Холодная зима, наконец, завершилась, и наступило новое тёплое время года.

Зовущееся «Раем» промерзшее пространство переродилось в новый, достойный такого имени мир.

— Ах…

Юми уставилась вперёд. Голос не слушался её. Давно высохшие слёзы одна за другой покатились по её щекам

У неё перехватило дыхание, по губам растёкся солёный привкус слёз, и всё равно она старательно искала слова.

— С возвращением…

С самой прекрасной улыбкой на лице Юми протянула руки вперёд.

Туда… где в самом центре мира, зовущегося «раем»…

«Я обязательно приду. В этот раз я уж точно доберусь до самой вершины башни».

Стоял юноша с тёмно-рыжими волосами.

Её «лев».

Шелтис Магна Йелле.

— Я дома, Юми.