Стояла ясная погода.

Повинуясь дуновению ветра, редкие облачка проплывали по бескрайней и бесконечно глубокой небесной синеве и быстро исчезали в неведомой дали.

И вот, в этот ясный осенний день…

— Листья уже совсем пожелтели… — сказала девочка, подобрав с земли упавший лист.

Её звали Юми Эль Суфлениктоль.

У неё были светло-золотые волосы и милое невинное лицо. На вид ей было не больше одиннадцати-двенадцати лет. Ей ещё только предстояло превратиться из милашки в красавицу.

— Ты целый день размахиваешь мечом, Шелтис. Уже все листья с деревьев посбивал.

— Говорил же тебе: это не я, — отозвался мальчик, пытаясь спрятать деревянный меч за спиной.

У него были тёмно-рыжие волосы и такого же цвета глаза. Он был одного возраста с девочкой, поэтому его черты лица ещё не успели огрубеть, как и у всех мальчишек, пока не ставших подростками. Несмотря на ежедневные тренировки с мечом, он был худощавым и хрупким на вид.

— Да ладно тебе, я шучу, — улыбнулась девочка, глядя на красноватый лист в руке. — Но я подумала, что нам стоит хотя бы раз куда-нибудь прогуляться. Вон, погляди, деревья на том холме так красиво пожелтели.

Мальчик смущённо притих.

— А? Что случилось, Шелтис?

— Э… ну… Ты всегда так любила осень? — робко спросил в ответ мальчик.

Они почти всегда были вместе, но Шелтис не помнил, чтобы Юми когда-то любовалась осенними пейзажами. Самое большее — собирала опавшие листья в груду, чтобы развести красивый костёр.

«Если уж Юми так любит пожелтевшие деревья, могла бы и раньше сказать… Не стал бы я тут мечом размахивать», — подумал мальчишка.

— Это как-то по-взрослому.

— Я веду себя по-взрослому?

— Ага. Ребята додумаются разве что собрать листья в костёр и запечь картошку, а тебе хочется листьями полюбоваться.

— По-моему, это необходимо…

Внезапный порыв ветра сдул упавший лист с руки девочки. Лист опустился на землю, а затем вновь был подхвачен холодным ветром и унёсся в небо.

Глядя ему вслед, девочка продолжила:

— Жрицы всё время проводят в башне, поэтому их чувство времени ослабевает. Им нужно учиться быть особенно чувствительными к смене времён года.

— Ты это на собрании услышала?..

— Да, так нам сказала госпожа Эльмития. Она просто невероятная. Она первая жрица! Когда у неё появилась свободная минутка, она специально приехала к нам сюда.

— Чувство времени, значит… Но ты ведь ещё не жрица, Юми.

— Ну да. Вначале все становятся послушницами. Я даже не знаю, сумею ли я стать жрицей. Многие старшие послушницы очень способные, так что соревнование будет тяжёлым, — кивнула девочка, закинув за спину объёмный рюкзак, а на плечи повесив забитые доверху сумки.

— Я слышал, что тренировки жриц очень суровые.

— Ага, госпожа Эльмития говорила нам то же самое. Она ещё не встречала ни одного ребёнка, который выдержал бы неделю тренировок, не разрыдавшись в итоге. Но, по её словам, это естественно, поэтому главный вопрос в том, что делать после того, как наплачешься. Сбежать или продолжить тренироваться. Это решение затронет всю нашу жизнь, поэтому его нужно хорошенько обдумать.

Шелтис молчал, ожидая продолжения.

— Выглядела она строго, но говорила искренне. Она смотрела в наши лица и аккуратно подбирала слова, чтобы мы её поняли. Поэтому я уверена, что всё сказанное ей — правда.

— Вот… как.

— Тем более, ты тоже всё время тренируешься, — заметила Юми, указав на меч за спиной мальчика.

— Ничего подобного, я просто размахиваю мечом, и всё.

Кто знает, сколько часов подряд он тренировался сегодня. Сколько дней или даже месяцев длятся его тренировки с мечом. Кожа на руках мальчика растрескалась и не переставала кровить.

— Но тебе будет намного…

— Мы с тобой очень похожи, не так ли? — улыбнулась девочка.

Её светло-золотые волосы ярко блестели под лучами ясного осеннего солнца.

— Ну всё…

На лицо Юми легла грустная тень.

— Мне пора идти.

— А! Давай я провожу тебя до башни. И вещи твои поне…

— Нет, не стоит, — мгновенно ответила девочка, будто бы она заранее знала, что мальчик так скажет. — Хотя бы собственные вещи я должна носить сама. Уже завтра я стану послушницей и пойду на первые тренировки.

— Ясно…

— Спасибо. Я рада, что ты так заботишься обо мне.

Девочка медленно отвернулась от мальчика и двинулась в путь.

Но… прежде чем уйти, она, не оборачиваясь, произнесла несколько слов:

— Ты помнишь об обещании?

Её вопрос был совершенно внезапным. Она даже не сказала, какое обещание имеет в виду.

Но…

— Конечно, — без промедления ответил мальчик. — Жди меня в Софии. Я обязательно догоню тебя.

— Да… Я буду ждать на самой вершине. Пожалуйста, сдержи обещание.

Жрицы возносят поддерживающие барьер молитвы на этаже, что зовётся «Раем». Помимо нескольких исключений, лишь жрицам и их личным стражам — «тысячелетним львам» — позволено входить в этот священный зал.

Девочка подняла руку к лицу. Может быть, гонимый ветром песок попал ей в глаза? Или же она…

— Пока, Шелтис.

— Ага, до встречи.

Девочка с огромным рюкзаком на спине отправилась в путь.

Пошатываясь, время от времени теряя равновесие, она понемногу уходила вдаль.

Мальчик пристально смотрел на неё до тех пор, пока она не скрылась из виду.

А потом молча возобновил тренировку.