Часть 1

— Барьер матеки дрожит?!

Вокруг ревел восходящий поток воздуха, поднятый адским огнём.

Но даже стоя в самом центре урагана, Армадейл расслышал крик Натраши.

«Кто-то уничтожил ложный образ Села? Или хотя бы ранил его?

Игнайд? Или, может, отряд Софии?

Значит, меня опередили…»

Грустно улыбнувшись, так, чтобы никто этого не заметил, мечник изо всех сил оттолкнулся ногой от земли.

Sew sis veclisia feo sion ilmei clar

Из расходящихся по земле колец матеки взвились бесчисленные цепи. Множество цепей тёмного света устремились к светловолосому парню.

— Эти цепи — воплощение твоего матеки?

«Змея и цепи… Может быть, они служат оковами нашего мира?»

— Но только до тех пор, пока я не разрублю тебя!

Несмотря на рвущееся к нему со всех сторон матеки, Армадейл не только не остановился, а наоборот — ускорился.

Низко пригибаясь к земле, чуть ли не скребя её телом, мечник с абсолютной точностью уклонялся от цепей, пролетавших всего в нескольких миллиметрах над его головой.

Каждая из бесчисленных цепей была своего рода пулей из ужасающего густого матеки.

Даже единственная царапина на коже могла стать смертельной раной. Но мечник не испытывал страха. Нет, он рвался навстречу гибели, будто принимая её.

«Любое попадание означает смерть…

Но я чувствую, что уже бывал в таких битвах».

Уклоняясь от отдельных вспышек матеки, и отбивая другие мечом, Армадейл подбежал к Миквекс. Прочный барьер закрывал до сих пор не сдвинувшуюся с места змею, словно стена огромного замка.

— Жги.

— Поняла.

Оставшаяся далеко позади справа Натраша превратила окружающую Миквекс землю в огненное море.

Обожжённый горячим синрёку, жар которого плавил даже камни, барьер змеи начал трескаться. И ровно в ту же секунду…

— Бей.

— Сдерживаться не буду…

Разлом в барьере был таким же тонким, как пушок вязальной нити. Даже тоньше человеческого волоса. Но всего за секунду даже в столь крошечную трещину влетела дюжина сверхскоростных пуль, — невидимых магических пуль Белтомы.

Трещина быстро расширилась, образовав брешь, сквозь которую мог пройти человек.

— Ну что, проверим, действительно ли твоя чешуя — это сильнейший щит?

Перехватив меч обеими руками, Армадейл взмахнул им, целясь в громадную закрывавшую собой всё вокруг змею.

По окрестностям эхом разнёсся гулкий звук.

Несколько окутанных фиолетовым туманом чешуек слетели с тела фантома, и меч почти на треть ушёл вглубь него.

Ровно в один и тот же момент раздались два изумлённых возгласа.

Ложный образ Села верила, что её чешуя — абсолютная защита.

Человек верил, что его меч — абсолютная разрушающая сила.

Змея изумилась тому, что её прочнейшие в мире чешуйки, пусть и совсем немного, были пробиты.

А мечник изумился тому, что его удар, которым он собирался рассечь врага напополам, был, хоть и не полностью, остановлен.

— И правда крепкая. В десятки раз крепче, чем у земляного дракона.

Вытащив меч, Армадейл отпрыгнул назад. До сих пор остававшаяся неподвижной, Миквекс впервые зашевелилась и вскинула толстый, как бревно, хвост.

— Вернись, моя чешуя.

Как только меч Армадейла вышел из тела змеи, её чешуя тут же восстановилась, а вместе с ней и пробитый Натрашей с Белтомой разрыв в барьере.

— Понятно. Вот эта скорость регенерации и есть твоя прославленная способность к бесконечному восстановлению, — пробормотал Армадейл, глядя не на фантома, а высоко в небо, где можно было видеть свод окружавшего архипелаг барьера матеки.

Барьер, громко скрипя, стягивался внутрь.

— Хо, он сжимается? Это из-за ущерба от атаки?

«Рана и защитный барьер восстановились всего за секунду. Но вот тот большой барьер в небе не восстанавливается.

Есть и другая проблема…»

Несмотря на успех людей, в поведении фантома не чувствовалось ни капли тревоги или спешки. Змея вновь свернулась в кольцо, приподняв только серповидную голову, и молча уставилась на врагов.

«Пламя Натраши и скоростные пули Белтомы она уже запомнила.

Если мы атакуем так же, как и в прошлый раз, она наверняка отразит их».

Стоявшие позади повелители необычных книг тоже всё понимали.

Не вызывая мощного пламени и не стреляя очередями, они ограничивались только самым минимумом атак, чтобы не раскрывать свои карты раньше времени.

— Что ж, будем сражаться столько, сколько потребуется.

Оттолкнувшись от разъеденной матеки земли, Армадейл уже в невесть какой раз бросился к ложному образу Села, которая пока что явила лишь малую часть своей неизмеримой силы.

Он мчался к невообразимо могущественному врагу, которого было бы сложно победить, даже истощив все свои силы и призвав на свою сторону всю мыслимую удачу мира.

«Что это со мной?.. Я сам себе удивляюсь.

Я почти не чувствую ни страха, ни тревог».

Уклоняясь от прочерчивающих сложные траектории цепей из матеки, парень стремился к гигантской змее, возвышавшейся впереди подобно древнему замку.

Даже Армадейл оставался простым человеком.

Долгий бег с огромным мечом в руках должен был истощить его силы, сбить ему дыхание. По скрытому длинным плащом телу мечника волнами катился пот.

Но, к его собственному удивлению, он не чувствовал усталости. Ему даже казалось, что он может сражаться вот так целую вечность.

«Откуда идёт эта полнота воли?

Это лишь из-за того, что за мной наблюдают товарищи?

Нет.

Я…»

«Я и раньше… давным-давно… сражался в таких битвах… да?»

В затылке вспыхнула тупая боль.

«Я… Армадейл… Первый из повелителей необычных книг. “Серебряный” Армадейл.

Получив тяжёлую рану, я упал со скалы, оказался на границе жизни и смерти. Но меня спасли. Тогда я и осознал, что у меня не осталось никаких воспоминаний о прошлом.

Травма черепа вызвала амнезию.

Впрочем, раз уж я решил исполнить миссию повелителей необычных книг, амнезия мне на руку.

Я никогда не чувствовал нужды оглядываться в прошлое. Ничего нужного мне там нет.

А если и есть, то только…».

«Когда-то у меня был брат. На год старше. Его звали так же, как и тебя — Армадейл. Так же, как ты, он сражался тяжёлым мечом. Так же, как ты… он был очень похож на меня».

«Тот мечник с серебристыми волосами, четвёртый “лев” Леон, выглядел точно так же, как я.

Когда он сказал ту фразу… Мне стало немного досадно, что я не могу ответить ни “да”, ни “нет”».

— Где я научился владеть мечом?

Широким взмахом меча Армадейл рассёк падающее на него сзади матеки. Прочертив дугу сверху вниз, оружие глубоко ушло в землю. Вырвавшись оттуда, оно взметнуло в воздух комья песка и грязи, закрывшие обзор Миквекс.

Столкнувшись со столь примитивным стилем боя, змея на мгновение растерялась. Пользуясь секундной уязвимостью врага, Армадейл оббежал её и со всей силы нанёс удар.

— Кто я такой?!

Серебристая вспышка рассекла толстый барьер матеки. Прежде, чем он успел восстановиться, мечник нырнул внутрь, подбежал к извивающейся змее и снова взмахнул мечом.

Чешуйки растрескались. Заметно больше, чем в первый раз.

— Действительно крепкая. А мне казалось, что уж в этот-то раз я разрежу тебя…

Прогнав с лица невольную кислую улыбку, Армадейл отступил назад, выпрыгнув из яркого свечения матеки, изливающегося из тела Миквекс.

— Натраша, свяжись с Нойэ, спроси, какая у них ситуация. Белтома, прикрывай меня, — отдал приказы товарищам Армадейл.

Но двое повелителей необычных книг не ответили.

«Странно…»

Краем глаза следя за Миквекс, Армадейл обернулся к товарищам.

— Эй, чем вы там…

Парень не закончил фразу, его горло охрипло раньше.

— Вот мы и встретились снова, Армадейл…

Перед ним стоял парень в длинном белом плаще, из-под которого выглядывали больничные бинты.

Его лицо было бледным из-за потери крови, по лбу рекой катился болезненный пот, но блеск в глазах парня выражал железную волю.

— Ты…

— Я пришёл за Сюнрей.

Это был четвёртый «лев» Леон Несториус Ова.

***— Барьер сужается?! — разнёсся по поляне детский голос.

— Нойэ, сосредоточься. Анализом займёмся позже, — мягко одёрнул стоявшего позади мальчишку Игнайд.

В голосе чёрного повелителя необычных книг даже против его воли чувствовалось напряжение, а рукав его чёрного костюма был разорван.

— Готов, Шелтис?

— Если он пойдёт в атаку, у нас будут проблемы…

Смахнув с мечей приставшую к ним грязь, Шелтис глубоко-глубоко вздохнул… а потом молча ринулся к Хекту Ласфе.

Низко наклонив туловище, юноша не бежал, а скорее, скользил по земле. В одно мгновение он сократил дистанцию с фантомом.

— Ха!

Шелтис вложил в удар всю свою силу, но святой легко отразил его в сторону, подняв посох над головой. Не пытаясь погасить отдачу, юноша крутанул тело вбок и взмахнул левым мечом, который держал обратным хватом. Однако фантом без труда парировал и этот удар.

Ответный взмах посоха породил ударную волну.

Уклонившись за миг до попадания, Шелтис проскользнул мимо Хекта, одновременно нанеся удар в беззащитный торс фантома.

Но не почувствовал попадания…

— Шелтис, сзади!

В ту же секунду, как до Шелтиса донеслось предупреждение Игнайда, он ощутил позади себя всеподавляющую угрозу.

Даже не попытавшись увидеть, что приближается сзади, юноша кинулся в сторону и прокатился по земле.

Хект Ласфа слегка наклонил голову вбок, будто недоумевал, почему его посох не поразил цель.

— Беда… Армадейл сражается с Миквекс. А мы разминулись с Армадеусом. Пожалуй, это худший из всех возможных раскладов, — горько усмехнулся Игнайд, покачав головой.

— Что ты имеешь в виду?

— Тот невероятный приём, который сейчас использовал Хект, принадлежит первому из нас, Армадейлу. Скорее всего, ложный образ Села Миквекс передаёт всю информацию, которую собирают её глаза, Хекту Ласфе. Поэтому он и сумел воспроизвести приём Армадейла.

— Вот ещё одна составляющая его «бесконечного развития»…

Фантом с лёгкостью повторил человеческий приём наивысшей сложности.

Нанести ему даже один удар было невероятно трудно. Более того, Хект повторял приёмы сильнейшего мечника мира и во время контратак. Малейшая ошибка означала поражение в ближнем бою.

Костюм Игнайда порван как раз потому, что он пропустил одну из таких атак.

— Впрочем, судя по тому, что я вижу, он воспроизводит далеко не все приёмы первого. Скорее всего, Армадейл не показывает всей своей силы и бережёт часть приёмов на будущее

— То есть, действуя вместе, мы ещё можем пересилить Хекта?

— Да. Но времени уже почти не осталось.

Heckt: Te E ni nes Laspha -di- hec Zelah. E nes Ema lef Selah. ilmei elah…… deus hec?

[Хект: Ты хозяин но не мать. Воля Села. Тот кто велик… Почему ты отрицаешь?]

Поляну огласил чёрный гимн святого.

Слева, справа, спереди, сзади и даже над головой опиравшегося на посох фантома возникли чёрные врата. Они были гигантскими и наполненными неясным величием.

Они казались арками древнего замка или сводами часовни некоего храма.

— Ше… тис… это… вра…. в Эдем…

— Илис?!

— Про… сти… системные ошибки повсюду… перезапуск затянулся… система на пределе…

Сверкающая синевой Илис быстро потеряла цвет и вновь стала тёмно-серой.

— Шелтис, ты меня слышишь?.. Поспеши. В первую очередь надо остановить открытие врат в Эдем.

— Знаю. Для этого нужно поскорей уничтожить вот этого…

— Нет… Сойдёт любой из трёх. Для освобождения Ноэсис нужно уничтожить именно Армадеуса, но если мы хотим только закрыть врата в Эдем, достаточно победить любого из трёх ложных образов. Если люди… уничтожат хотя бы одного… врата исчезнут.

— Что?! Это как?!

— Мне кажется… повелители необычных книг… это знают.

— Неправда, мы не стали бы специально об этом молчать! — выступил вперёд «лазурный» мальчик. — Мы знали только то, что они создали барьер все втроём. Логично предположить, что если один исчезнет, поддерживать барьер станет сложнее. Вот и всё.

«Коротко поясните, в чём дело», — взглядом попросил Шелтис, наставив мечи на Хекта Ласфу.

Фантом по-прежнему ничего не предпринимал, а только отражал направленные в него атаки. Заклинание, открывающее врата в Эдем, было трудным даже для ложных образов Села.

— Мы убедились в этом только теперь. С барьером в небе два раза произошли странности. Думаю, благодаря им же пришла к своему выводу Илис. Скорее всего, другие отряды причинили вред ложным образам.

— И что с того?

— Ты же сам видел, братишка. В первый раз барьер дрогнул и пошёл трещинами. Во второй начал сжиматься. Результат в первом и во втором случае был разным. Это означает, что вред получили два разных фантома и что они выполняют разные роли в поддержании барьера.

«Получается так… Три ложных образа Села вместе создали барьер из матеки.

Один расширяет его.

Второй — усиливает.

А третий — поддерживает.

Если убрать хотя бы одного, барьер схлопнется».

— Вер…но… Скорее всего, три… ложных образа… изначально единое целое… Их триединство… и есть барьер… Я полагаю… он поддерживает их существование в нашем мире.

— Поэтому достаточно уничтожить только одного?

Скрестив мечи, Шелтис вгляделся в застывшего на месте фантома.

«Нам достаточно и одного…

Но победить даже одного из ложных образов невероятно трудно…

Если бы у нас было время, думаю, мы втроём могли бы как-нибудь справиться с Хектом. Но сейчас, когда врата в Эдем уже материализуются, нам нельзя медлить».

— Эм-м, Игнайд?..

— Я знаю, Нойэ… Шелтис, иди.

— Э? Куда?

— Очевидно же, к отряду Софии, — положив руку на плечо лазурного мальчика, удивительно мягким и при этом естественным голосом ответил Игнайд, — теперь мы убедились, что для победы нам достаточно уничтожить только одного из ложных образов. В таком случае логичнее всего сосредоточить силы на одном из них. И естественно, нашей целью должен быть захвативший Ноэсис Армадеус.

— Ты говоришь мне идти одному?..

— Мы останемся здесь. Кто-то должен сдержать и этого фантома. Я уже передал всю информацию Армадейлу. Он сразу же ответил, что готов действовать.

Чёрный повелитель необычных книг мягко хлопнул Нойэ по плечу.

— Поспеши, братишка. Пожалуйста, спаси Но…

Не успев закончить фразу, Нойэ испуганно распахнул глаза.

Прежде остававшийся неподвижным Хект Ласфа с ужасающей скоростью ринулся к ним.

— Наш план раскрыли?!

— Наверное, Армадейл уже отправился к отряду Софии. Миквекс передала эту информацию Хекту, и он решил атаковать нас.

— Чёрт, что же делать?!

«Ложный образ перешёл в наступление.

Если я уйду, как долго продержатся Игнайд и Нойэ?

Сомнение Шелтиса превратились в тревогу, а тревога в досаду.

Но вдруг…

— За… да… дададара… ка

Яростный ветер принёс с собой странное пение.

— Зазаказада… да… закаракара… задададазакакаказадазаказада… рада… раказазакакакадада… за… заза… каракара… задададада…

Что-то вылетело из-под земли, которую матеки превратило в болото.

Это были золотые копья.

Сотни или даже тысячи копий вырвались из-под земли со скоростью пули и одновременно устремились к Хекту Ласфе.

— М-м?!

Разбиваясь о барьер из матеки, золотые копья таяли в воздухе. Однако продвижение святого немного замедлилось.

— Ты вовремя, Маха.

— Маха?!

Земля у ног Нойэ вспучилась, и оттуда выбрался крупный заклинатель синрёку в охряно-жёлтой робе.

— Предписываю.

Рядом с Махой появилась статуя птицы. Сначала она светилась золотым синрёку, но по мере того, как заклинатель давал ей определения, она начала меняться.

— Имитация на основе подземных неорганических веществ. Цвет: «чёрный». Характер: «трусливый». Форма: «птица». Пусть воплотится одна с огромными крыльями. Предписано править небесными ветрами.

Гигантская птица торжественно расправила крылья.

— Маха?

Золотой заклинатель молча указал пальцем на созданное золотым гексаэдром существо.

«Он говорит мне идти…»

— Теперь нас тут трое. Даже если Хект Ласфа начнёт сражаться всерьёз, мы какое-то время продержимся. У тебя ещё есть возражения?

Вместо ответа Шелтис запрыгнул на шею склонившей голову птицы.

Его тело мягко поднялось в воздух.

Птица с юношей на спине оторвалась от земли и начала быстро набирать высоту.

— Игнайд?

— Да-да, что такое?

— Оставляю здесь всё на тебя.

— Ага, положись на меня. Ну а ты, Шелтис…

Повелитель необычных книг слегка приподнял фетровую шляпу. В то же мгновение из-под неё упала волна светло-золотых волос.

— Пожалуйста, защити вторую меня…

«Э?..

Мне просто послышалось?..

Или это ветер играет со мной свои шутки?..»

— Игнайд, стой! Что это…

Унесённый ветром крик Шелтиса растаял в густом тумане.

***По скрытому под длинным плащом телу расходилась тупая боль.

«Если зашитая рана откроется, я могу упасть в обморок даже не от кровопотери, а просто от боли. Пожалуйста, моё тело, продержись ещё немного».

— Отвечай, Армадейл! Где Сюнрей?!

Леон с трудом удерживался на ногах, опираясь на воткнутый в землю меч.

«Спасибо, Ран.

Благодаря тебе я смог вновь предстать перед ним».

Именно Ран тайно от остальной башни приготовила для Леона корабль и рассказала ему всё, что знала сама. Благодаря ей, парень более-менее понимал цель повелителей необычных книг.

— Армадейл!

— Поразительно, — сдержанно ухмыльнулся светловолосый мечник, позади которого стояли ещё два повелителя необычных книг. — Сколько там дней назад ты пропустил удар моего меча? Ты так быстро оправился, что я и уверенность в себе могу потерять. И это сейчас, когда я разбиваю в прах самоуверенность Миквекс.

— Вот этой змеи?..

«Пока мы не спеша разговариваем, она только наблюдает за нами. На первый взгляд, она не ведёт себя как фантом, но скорее всего, она просто сосредоточена на открытии врат в Эдем.

Должно быть, она считает людей низшими существами, и что ей достаточно только отражать их атаки».

— Понятно. Наша цель — фантом. Поэтому, если мы отдадим тебе жрицу, ты быстро отступишь и мы сможем вновь сосредоточиться на уничтожении ложного образа, так?

— То есть вы оставили жрицу на базе?

— Нет, взяли с собой. И уже давно отпустили её.

— Что?!

— Похоже, в Софии тоже случается путаница с информацией. В любом случае мне сообщали, что жрица уже встретилась с отрядом Софии. Правда, я не знаю, что случилось с ними потом.

Такая возможность приходила Леону на ум.

Если бы жрица была с повелителями необычных книг, они должны были взять её в битву. А вот её отсутствие добавляло правдоподобия словам Армадейла.

«Значит, Сюнрей уже с Юми?..

И они сейчас сражаются с другим ложным образом?»

— Впрочем, ты пришёл вовремя.

Армадейл вытащил из земли меч и наставил его на Леона.

«Неужели он решил сражаться?» — уже приготовился к бою Леон, но его решимость была тут же разбита…

— «Лев» Леон. Замени меня здесь.

— Что это значит?..

— Врата в Эдем уже скоро откроются. Времени нет. Мне нужно отправиться на соседний остров. А ты останешься здесь и сразишься с Миквекс… Натраша, Белтома, вы тоже оставайтесь. Отвлекайте внимание змеи.

— Поняла.

— Хех…

— Вот и всё. По такому важному поводу оставляю тебе в поддержку двух повелителей необычных книг. Они оба превосходные бойцы. Для поддержки их более чем достаточно.

— Эй! Как ты смеешь решать за меня?!

«Сюнрей здесь нет. Как её личный страж, я должен побыстрее отправиться за ней. Почему я должен помогать врагам?»

— Ты собираешься бежать до соседней лагуны со своей раной?

— Чёрт…

— И к тому же…

Армадейл отвернулся от Леона. Из-под земли рядом с ним выросла огромная птица. Расправив крылья, странное существо испустило свой первый крик.

— Если ты не можешь ничего сымпровизировать в такой ситуации, значит тебе никогда не превзойти меня, ни как мечнику, ни как мужчине.

— Армадейл!

— Не разочаруй меня.

Птица с Армадейлом на спине взмыла в воздух.

«Не разочаруй? Не разочаруй?!

Получается, он чего-то ждёт от меня?»

Светловолосый мечник не оборачивался. Он лишь сосредоточенно смотрел вперёд, на дорогу сквозь облака, которую прокладывала несущая его птица.

— Эй, господин Замена? Разве у тебя есть время глазеть не пойми куда? — поинтересовалась багровая заклинательница, призвав на пальце огонь.

Стоявший рядом с ней тёмно-серый повелитель необычных книг молча поднял снайперскую винтовку.

— Ты же проиграл господину Армадейлу, так? Хочешь повторить бой?

— Разумеется.

— Тогда всё просто. Мы решим, есть ли у тебя на это право или нет. Покажи, как долго ты продержишься против этой змеи.

«Ясно… Значит, они хотят меня испытать!»

— Хо, ты чем-то недоволен?

— Я только за! — коротко рявкнул Леон, срываясь с места.

Глаза Миквекс сверкнули.

Зловещее матеки, сочащееся из всего её тела, блеснуло особенно ярко, разделилось на тысячи тонких, похожих на цепи, лазерных лучей, которые тут же устремились к Леону.

— Тьфу…

Потоки света приближались со всех сторон. В них не было и малейшего разрыва, через который можно было бы ускользнуть. Однако Леон мгновенно определил направление, где лучей было меньше всего и бросился туда. Уклонившись от ближайших световых пуль, он разбил все остальные мечом.

— Блестяще. Готова признать, поддержки ты достоин, — изогнув чарующие губы в улыбке, решила багровая заклинательница. — Код слоя: «алый»… Гори!

Вокруг взметнулось алое пламя.

Источающая жар волна огня, наделённого свойством таинств, смела приближающееся к Леону спереди матеки.

— Хех, увы, моему очищению сил не хватает.

— Достаточно.

Леона и Миквекс разделял только барьер из матеки. Всего за секунду в него попало несколько десятков невидимых пуль, выпущенных тёмно-серым повелителем необычных книг.

Однако…

— Она… учится?..

— И, видимо, приняла меры.

Сколько бы пуль не влетало в небольшую трещину на барьере, она всё не расширялась. Пламя Натраши тоже не оказывало на неё никакого эффекта.

«Сумею ли я пробить барьер?..

Если одного удара хватит, чтобы создать дыру — хорошо. Но если мне потребуется два или три, это значит, что всё это время я буду стоять перед барьером. Неподвижная цель — пир для матеки».

— Чёрт!

«Если бы я был в лучшей форме, тут не о чем было бы думать. Но сейчас, почти что в самой худшей форме, я могу и не справиться…»

— Нагнись!

Внезапно кто-то перепрыгнул через Леона.

— Очевидно же, в таких ситуациях главное — не думать, а бить!

Это была загорелая девушка в футболке с короткими рукавами и шортах.

В обычных обстоятельствах ни одному стражу Софии не разрешили бы носить такое церемониальное одеяние, но одежда девушки была сшита специально для неё.

И Леон хорошо знал эту стражницу.

— Ран?! Но ты же должна быть в Софии!

— Ха!

Ран ударила по барьеру кулаком с такой силой, что её удар мог бы оглушить земляного дракона.

Барьер из матеки продержался всего секунду, а затем, начиная с пробитой пулями и огнём трещины, разлетелся на тысячи осколков.

— Не могла же я скинуть всю работу на раненного.

— За мной должок.

Леон пробежал сквозь обломки барьера, прежде чем тот начал восстанавливаться. Перепрыгнув через грозивший смести его хвост, парень встал напротив Миквекс.

«Вот это существо… Кажется, что дыхание и сердце замрут от одного её вида.

Вот что такое ложный образ Села. Один из старейших фантомов Эдема».

— Э-эх, насколько же проблемного врага мне выдали.

Смахнув с рук вязкий пот, Леон покрепче перехватил тяжёлый меч и встретил горящий взгляд подобных драгоценных камням глаз Миквекс.

— Как долго я продержусь? Впрочем, я только за. Я готов сражаться столько, сколько потребуется.

«Прости меня, Сюнрей…

И пожалуйста, продержись ещё немного одна…»

Часть 2Девушка познала отчаяние.

Его породила фундаментальная разница в силе между захватчиками мира и теми, кого они захватывают.

Поражённые дыханием, воплощавшим матеки Армадеуса, её товарищи падали один за другим. Первой, харкая кровью, рухнула Куро. За ней, не выдержав испущенного чёрным клыком дыхания, потеряла сознание Сюнрей.

Одно касание этой волны смело даже жрицу.

Дыхание дракона пронзало любой барьер и любую защиту.

«Всё кончено. Я не вижу ни одного способа защититься.

Нейтрализовать его заклинанием таинств? Нет, я уже не успею его исполнить.

Возвести барьер? Нет, Даже Сюнрей не смогла выдержать это матеки, а я куда хуже неё в заклинаниях барьеров. Очевидно, результат будет тем же.

Остаётся бежать? Нет, уже слишком поздно. Радиус дыхания слишком велик».

— Ах…

«Нет... Нельзя, чтобы всё кончилось вот так.

Если жрица проиграет фантому, кто защитит наш мир?»

Дыхание стремительно приближалось.

«Хочется закрыть глаза. Хочется сдаться. Хочется всё бросить и сбежать».

Юми с трудом сумела подавить разъедавшее душу отчаяние и остаться на месте.

Но у неё и правда не было способа противостоять матеки фантома…

— Препочтенная Юми!

— Э?..

Прежде, чем дыхание поразило девушку, кто-то закрыл её собой. Хотя его руки могли сокрушать и камни, сейчас они осторожно и ласкового обняли Юми, защищая её.

— Зеадол?!

— У-у-у-у-у… А-а-а-а-а?!

От мужчины послышался треск чего-то горящего.

— Препо… чтенная Юми… Вы… целы?

Дыхание иссякло.

Как только чёрное матеки исчезло, принявший на себя его удар, Зеадол упал на колени.

— Не-е-е-е-е-е-ет! Зеадол? Зеадол?!

И защитные слои священных искусств и наполненная синрёку одежда прогорели насквозь. На открытой спине мужчины проступили бесчисленные большие и маленькие чёрные точки, во всём противоположные печатям синрёку.

Это был признак заражения матеки.

— Не… прикасайтесь… препочтенная Юми… заражение… перейдёт… на вас.

В это было почти невозможно поверить, но Зеадол оставался в сознании.

Закусив губу, покраснев от надрывных усилий и напрягая каждую мышцу закалённого тела, страж святилища сохранял рассудок, даже приняв спиной матеки, от которого рухнула в обморок и жрица.

Объём синрёку не имел значения.

Характер стража и его простодушная вера в собственное представление о справедливости не позволяли ему упасть, пока не закончена битва.

— У-у… у-у-у…

Опустившийся на колени мужчина изо всех сил попытался встать.

— Нет! Нельзя! Ещё чуть-чуть и даже вы перейдёте предел…

— Я… поддерживаю справедливость… Я… не могу… пасть сейчас.

Зеадол, едва дыша, поднял взгляд на врага.

Armadeus: U E wi nes bran sraghch. tiein jas lef Selah, omnis elah…… deus arma?

[Армадеус: Ты храбрый дракон. Правая часть Села. Тот кто изменяется… зачем ты обнажил клыки?]

Матеки дракона зазвучало вновь.

Непроглядно тёмный фиолетовый свет, в одно мгновение превративший полдень в беззвёздную ночь, снова сгустился в клыке Армадеуса.

Дракон готовился во второй раз извергнуть дыхание

— Препочтенная Юми… бегите.

— …

— Препочтенная Юми?..

— Нет… ни за что.

Положив руки на шею сидящему Зеадолу, Юми слабо покачала головой.

— В конце концов, я жрица! Жрица… не может сбежать, когда люди в беде! Если я сбегу, кто тогда спасёт нас всех?!

— Но…

— Прошу!

«Ты — моё единственное желание и в то же время — все желания, что мне подвластны».

«Я так долго ждала… долго… очень долго… Ждала шанса на освобождение.

Я доверяю тебе свою силу и врата к заветной земле Царабель».

«Прошу, Запретный Кристалл. В тот раз ты мне что-то дала.

Один-единственный раз…

Если есть хоть один способ защитить всех от матеки, пожалуйста, одолжи мне свою силу. Здесь и сейчас! Всю силу, которую ты мне доверила.

Врата в Эдем скоро откроются.

Чтобы противостоять им, пожалуйста, дай мне ключ, который откроет врата к тебе!»

Armariris: En E wi nes towel leide. E nes elah feo vilis Selah pheno tes Selah solit…… deus ele?

[Армаририс: Ты защитница всех спящих. Всеми подвластными мне молитвами я освобожу тебя из Эдема!]

— Что это…

С трудом удерживаясь в сознании из-за разъедающего тело матеки, Зеадол ясно расслышал, как жрица пропела открывающую строфу. А затем осознал…

Людям дан ключ, приводящий в действие синрёку. Источник синрёку — Запретный Кристалл.

А открывающие строфы называются «открывающими» именно потому, что их слова «открывают врата» к Запретному Кристаллу.

Yu/ Se = I, sia elmei hypes pheno

[Внемлите, дети порочного рая]

noi-roo-xin, ria hiz Iria feo Is-Ye-sophia

[Ради мира, что однажды возродится]

omia lef nefis risis et teo alt, ilmei missis evhe ele peqqy

[Пусть к раскрытым вратам Нового Завета нет ключа, девушки великая мелодия со мною пребудет]

От жрицы, громко пропевшей длинную открывающую строфу, начали подниматься в воздух кристаллы света.

Матеки дракона залило небеса чернотой, а светящиеся кристаллы жрицы засияли на них как звёзды.

Sew haul getie-l-getie co noi hiz arsicis I ende,

[Посреди мира израненного я тихо-тихо вздохну]

Ye/ Sec clar evoia yahe feo Is hiz I

[И эта песня станет словами, что по миру блуждают]

Матеки, которого касался свет, рассеивалось, издавая несравненно чистый звук.

— Не может быть… это очищение?

Ужасающий чёрный свет, наполненный грустью и злобой, исчезал, сметённый ещё более ярким алым сиянием.

Оно словно бы исцеляло всю злобу и грусть.

=I elmei phenoria lef Eden xiss

[Внемлите, дети порочного рая]

noi-roo-xin, ria riz Iria feo kis r-yehle

[Ради мира, что однажды развернётся вновь]

Elmei Isdelis kis r-sanc lin bis laphia. ende bis kiss hiz van shel feo Sew ema

[На этом холме все разноцветные воспоминания, что мне даны, ныне станут единым желанием]

Армадеус замер.

Его глаза, прежде следившие лишь за барьером матеки, обратились на существо, которое изначально не стоило никакого внимания. На хрупкую человеческую девушку.

hiz elis yehle elmei tis, noi laphia elmei shel

[Та, кто связует все желания, в том месте, куда приводят все пути]

Es E lis nedia kyel orbie Neight

[Здесь и сейчас распахни настоящего рая врата]

«Я с давних пор берегла в душе этот образ…

Образ открывающей строфы, которая принадлежит только мне.

Она не такая, как верно оберегаемый поколениями жриц Код Софии. Чтобы выпустить наружу всё, что у меня есть, я должна сама отыскать строфу, которая принадлежит мне одной.

Всеми желаниями, что мне подвластны…

Я сплету единственную открывающую строфу!»

Ris sia sophia, Riris ele, Selah pheno sia-s-orbie Kluel

[Ради всех пробуждающихся детей]

Дракон испустил дыхание.

И ровно в тот же миг, Юми направила на него заклинание таинств, в которое она вложила всю себя.

Чёрный дракон взревел.

Непроглядно чёрное матеки, льющееся с огромной высоты, столкнулось с восходящим от земли алым синрёку. И как только два сияние соприкоснулись…

Из барьера дракона хлынули бело-синие, похожие на молнии, искры.

Третий свет, отличавшийся и от синрёку, и от матеки, наполнил небо. Призрачное сияние, рождающееся лишь тогда, когда слишком сильное матеки сталкивалось с настолько же мощным синрёку, ярко осветило весь мир.

— Резонанс Элберта?!

Безжалостный жар ожёг и человека, и фантома, не щадя обоих.

Пробежав по чёрному дыханию, бело-синие искры достигли носа дракона. В тот же миг, когда Юми это заметила, дракон резко отклонился назад.

— Аргх!

По барьеру матеки над лагуной тут же пошли огромные волны.

«Резонанс Элберта вредит и ложным образам Села?!»

Увидев, что дракон отступает, Юми преисполнилась надежды. Но спустя мгновение…

Бело-синее пламя прошло по алому свету синрёку и коснулось пальцев девушки.

— А-а!..

Острая боль пробежала через пальцы к плечам. Юми казалось, будто по всему её телу пошёл мощный электрический ток.

Бело-синие искры впились в пальцы, а спустя долю секунды пламя охватило руки девушки до самого локтя.

— А-а-а-а-а-а!

«Этот огонь жжёт не только тело, но и мою душу.

Он заставляет выть от боли даже бестелесного по природе фантома»

— Ещё… чуть-чуть.

— Препочтенная Юми! Остановитесь! Ещё немного, и ваше тело не выдержит!

— Ещё чуть-чуть… Я… справлюсь…

Пламя добралось до плеч. Загорелось даже церемониальное одеяние, сшитое из устойчивой к огню ткани. Из разорванной искрами кожи засочилась пугающе красная кровь.

«М-м-мне с-совсем не больно!..

Фантом тоже страдает. Осталось… уже немного. Правда?»

По щекам девушки медленно покатились слёзы. Но жар резонанса Элберта мгновенно испарял и их.

— Препочтенная Юми!

— Я… жрица, — пробормотала Юми…

…и опустилась на одно колено под давлением беспощадного пламени.

— Е… щё…

«Чего сидишь, Юми?! Нужно сейчас же встать! Только я одна ещё могу стоять на ногах. Я должна победить… Пусть даже я совсем одна.

Да…

Даже одна. Пусть даже у меня нет личного стража. Пусть даже у меня нет “льва”, я…».

«В самом деле?.. Ты правда думаешь, что способна на всё в одиночку?» — зазвучал в голове девушки её собственный голос. — «Ты сражаешься в одиночестве. Тебе сейчас больно потому, что резонанс Элберта жжёт пустую часть твоего сердца».

— А-а-ар!

— А-а-а-а!

Ровно в один и тот же момент девушка и дракон осознали: «Тот, кто не выдержит пламени резонанса Элберта, обречён пасть под вражеским матеки или синрёку».

Прошло несколько казавшихся вечностью секунд равновесия…

А затем, наступил жестокий финал. Равновесие рухнуло.

— А… кха… ха…

Первой упала на колени девушка.

Они с фантомом были равны в силе. Поэтому исход боя решило самое банальное различие. Дракон был намного выносливей человека.

Хотя девушка и призвала силу божественной сущности, хотя она и была совершенным проводником этой силы, её тело оставалось слишком уж хрупким.

— А… ха…

«Не может быть…

Неужели… это мой… пре… дел?»

У Юми страшно кружилась голова. Сознание девушки стремительно затуманивалось.

Это была расплата за то, что она слишком долго исполняла заклинание и выпустила всё своё синрёку. Её разум достиг предела и, не обращая никакого внимания на тело и чувства, стал погружаться в забытье.

— Препочтенная Юми!

— Прости… те… ме…

Алое сияние постепенно уступало дыханию дракона. Тёмный свет матеки подобрался так близко, что уже касался волос.

«Про… сти… Шелтис».

Сквозь размывшие мир слёзы, Юми привиделся друг детства.

«Ты так много трудился, но… мы больше не увидимся.

Это так досадно, так нестерпимо, так грустно…

Поэтому.

Именно поэтому…»

— Юми!

«Э?..»

Юми не могла поверить, что привидевшийся юноша выкрикнул её имя.

— У-у… Ты?! — напрягая голос, выкрикнул опустившийся на четвереньки Зеадол.

— Шелтис!

Кружившая над головой дракона гигатская птица вдруг нырнула вниз, и с неё спрыгнул юноша с двумя мечами в руках.

Почувствовав его приближение, Армадеус вскинул голову и развернул мощный барьер.

— Ха!

Но мечи юноши с лёгкостью рассекли матеки барьера.

Приземлившись на голову дракона, Шелтис пробежал по его спине, нанося один удар за другим, и глубоко ранил его правое крыло.

— А-а-ар! — яростно взревел фантом.

Но спустя мгновение, яростный рёв превратился в болезненный вой. Вторая гигантская птица вынырнула с другого направления, и с неё спрыгнул ещё один человек.

— Хм, понятно. Этот фантом более хрупкий, чем змея.

Светловолосый парень с удивительно громадным мечом в руках ловко уклонился от лапы обезумевшего дракона и запрыгнул ему на спину. Тёмно-красный двуручный меч рассёк левое крыло фантома.

— Юми!

— Шел… тис… Это правда ты?

Юноша с двумя мечами приземлился с другой стороны от дракона, чтобы окружить его.

У него были тёмно-рыжие волосы и немного детские черты лица, а одет он был в чёрную жилетку, перешитую из церемониального одеяния старого образца.

«Это не сон. Это и правда Шелтис.

Он пришёл».

— Юми, ты в порядке?!

Юми сдержала порыв крикнуть в ответ первое, что пришло на ум.

«Шелтис, дурак! Ты так задержался! Мне было так страшно!» — будь ситуация иной, она позволила бы себе эти легкомысленные слова. Ей хотелось ринуться к нему и обнять.

Но…

— Шелтис, иди! Нельзя, чтобы дракон восстановился.

…обстоятельства не позволяли этого.

«Сейчас я жрица. Мы пришли уничтожить фантома. Я должна оправдать доверие сражавшихся рядом со мной Куро, Сюнрей и закрывшего меня собой Зеадола».

— У меня тоже есть гордость!

Восстановив уже почти распавшееся заклинание, Юми отбросила от себя матеки.

Равновесие восстановилось. А вместе с ним и резонанс Элберта. Подобные молниям нити света пробежали по пальцам и вновь разожгли огонь на израненных руках девушки.

— Э… то… совсем не больно!

Противостоя волне матеки, Юми поднялась на ноги.

«Он пришёл ко мне.

Этого достаточно. Сейчас не нужны ни слова, ни объятия. Мы рядом. Мы сражаемся вместе и видим друг друга. Этого достаточно, чтобы я встала столько раз, сколько потребуется».

— Шелтис, целься в тот чёрный клык!

***В пасти дракона сиял ещё более тёмный, чем окружающее матеки, клык.

— Вот он!

— Это кристалл матеки, который называется клыком Армадеуса. В отличие от ядер обычных фантомов, он служит катализатором, в котором хранится вся огромная сила Армадеуса. Если уничтожить его, ложный образ ослабнет.

— Ясно…

Шелтис пробежал между передних лап у всё ещё поддерживающего матеки дракона и, оттолкнувшись от когтей задней лапы, запрыгнул ему на колено.

— Шелтис, держись!

Сильнейший толчок чуть не лишил юношу опоры под ногами.

Дракон неожиданно взмахнул крыльями и взмыл в воздух.

Казалось, он мгновенно поднимется на сто метров в высоту, но он тут же нырнул вниз, чуть ли не скребя телом землю. Затем фантом снова взлетел высоко-высоко и совершил кувырок.

«Он пытается меня стряхнуть?»

— Чёрт!..

«Опора слишком неустойчива».

Мало того, что отполированная подобно драгоценным камням чешуя была скользкой, вдобавок Шелтис стоял на лапе дракона. Фантом махал конечностями слишком яростно, и юноша не мог забраться ему на спину.

«Насколько же этот фантом упорный.

Он до сих пор поддерживает атакующее Юми дыхание, и у него ещё остаются силы…

Оба его крыла подрезаны у корня, но он летает так, словно вообще не чувствует ран».

— Шелтис! — вдруг донёсся с земли могучий голос. — Отправляю к тебе булаву. Помни, это единственный шанс!

Любой увидевший то, что случилось дальше, точно усомнился бы в своих глазах.

Зеадол, всё тело которого разъедало матеки ложного образа, резко встал на ноги и метнул в небеса гигантскую булаву.

Сверхтяжелое оружие устремилось вверх почти со скоростью звука.

Молча кивнув, Шелтис спрыгнул с лапы буйствующего дракона в чистое небо. Падающий под действием гравитации юноша приземлился не на землю, а на брошенную Зеадолом булаву.

Оружие продолжало подниматься ввысь. Пролетев мимо дракона, булава достигла ещё большей высоты, и тогда Шелтис спрыгнул с неё.

— Запуск программы формирования материи. Начинаю пересоздавать лезвия… Шелтис, скорее всего, это мой последний раз. Желаю тебе победы.

Юноша даже не успел понять, что значат слова Илис, как обычные лезвия его мечей разбились, а на их месте начали формироваться два тяжёлых меча. Точно такие же, как те, которыми он поразил гидру в колючем лесу Фелун.

— А-а-а-а-а-а-а-а!

Левым мечом Шелтис разбил барьер Армадеуса. И хотя дракон, вытянув гигантcкую лапу, отбил меч в сторону, юноша оттолкнул её и продолжил падение. Целясь в огромную пасть дракона он взмахнул правым мечом.

— Я — тот кто обнажил клыки на волю, — проревел Армадеус.

Дракон перестал махать крыльями и сложил их, будто пытался зажать ими Шелтиса.

— Ты решил упасть вместе со мной?!

Ложный образ Села предпочёл удариться об землю, но зато с гарантией уничтожить падающего на него юношу.

«Что же делать?

Меч остался только один. Если он сдавит меня обоими крыльями, остановить удар я не смогу. А даже если смогу, то упущу шанс разбить клык».

— Не раздумывай. Бей в клык, — крикнул светловолосый мечник, настолько похожий на друга Шелтиса, что юноша даже засомневался, не Леон ли это. — Первый из повелителей необычных книг, «серебряный» Армадейл. Вступаю в бой.

Стоявший на левом плече дракона повелитель необычных книг взмахнул гигантским мечом.

Серебряная, как и его титул вспышка, перерубила одно из крыльев Армадеуса, а второе мечник остановил боковой стороной лезвия.

— Пожалуйста, Шелтис!

Несмотря на яростный рёв ветра в ушах, Шелтис ясно расслышал голос Юми.

Он смотрел только вперёд.

Глядя только на клык, выступающий из пасти ревущего дракона, Шелтис молча взмахнул мечом.

Над лагуной разнёсся холодный и немного грустный треск.

По какому-то неведомому совпадению…

…разбитый клык Армадеуса издал тот же напев, что и треснувшее перед вторжением фантомов Ледяное Зеркало.

— А-а-ар…

— Возвращайся… в Эдем!

Фантом лишился катализатора, который давал ему силу.

Восходящий поток заклинания Юми забросил его высоко в небо.

Тело чёрного дракона пробило облака и унеслось ещё дальше ввысь.

Как только фантома коснулся свет солнца, раздался не то гневный, не то печальный вой, и окружавший три острова барьер из матеки исчез с громким хлопком.

А вместе с ним и врата в Эдем…