–Эй, кто это?

–Как он может быть настолько красивым....

Те, кто смотрел на него влюблёнными глазами и шептали восхваления, начали задыхаться.

–А-а-а-а, пожалуйста! Пожалуйста, возьми меня за руку хотя бы раз!

–Ты словно мой ребенок! Дай мне обнять тебя хоть раз!

–Пропустите! Прочь с дороги! Хык! Посмотри же на меня!

Банкетный зал быстро погрузился в настоящую суматоху. Рыцари выстроились в ряд перед побледневшим Каэлем, но тем, кто был окутан дьявольской силой, казалось, было на это плевать, даже если бы им преградила путь сама Королева. Небывалый хаос возник в день рождения монаршей особы.

–Каэль!

Это произошло ровно в тот же момент. Его отец, герцог Дэмиен Луаве, прибежал с Калией в руках.

Он задействовал силу королевских рыцарей, чтобы оттеснить дворян, и поспешно повесил Калию на шею Каэлю. В голове настойчиво билась единственная мысль:  "Молю, пусть это возымеет хоть какой-то эффект".

И чудо случилось.

–....Что?

–А? Почему я....

–О Боже! Что я пытался сделать?!

Как только Калия коснулась тела Каэля, те, кто тянулись к нему, начали постепенно отступать. Но дело не только в этом. Дворяне были шокированы тем, что они в один момент безумно возжелали Каэля. Ведь несмотря на то, что Каэль был очень красивым мальчиком, ему исполнилось всего десять лет.

Казалось, будто Каэля спасла сама Божья воля. У него на глазах навернулись слёзы, потому что он подумал, что теперь люди будут относиться к нему как к нормальному человеку. Однако всё обернулось совсем иначе.

–Ах, дьявол! Это сам дьявол!

–Точно! Боже мой, это ужасно!

–Он пытается соблазнить других дворян силой дьявола! Вы что, с ума сошли?!

Высокородным аристократам стало стыдно за своё внезапное помутнение рассудка, поэтому они предпочли отвести взгляд и обвинить во всём Каэля. Огромная перемена в отношении была непостижимой. Чужие взгляды, которые только что горели страстью, стали холодными, словно все присутствующие смотрели на что-то грязное.

Это была ненависть. Презрение. И в то же время страх. И всё же на некоторых лицах можно было увидеть оставшийся след ещё не угасшей страсти.

В тот день маленький Каэль подумал, что люди действительно уродливы. Никто не извинился перед ним и не спросил, всё ли с ним в порядке. Он покинул это место на руках своего отца, который, наконец, вздохнул с облегчением. В памяти Каэля отпечаталось уродство дворян, которые всё ещё корчились при взгляде на него.

Долгое время после этого в светских кругах ходила история о том, что в семье Луаве родился дьявол, и с того дня Каэль перестал верить в человечество. Впервые у него появились чувства, отличные от страха, в отношении его способности сводить таких людей с ума.

"Хах. В голове всплыли столь неприятные воспоминания".

Поэтому его попросили тщательно скрывать себя от других, но, похоже, кого-то убедила взятка виконта Пейтона. Герцог велел Жерару поймать крысу, чтобы сразу раскрыть их личности.

Люди были так же любопытны, как и кошки. Всем очень хотелось узнать о "герцоге с дьявольской силой", который не появляется в светском обществе из-за своего проклятия. До него также дошли слухи, что некоторые платят и торгуют правами на встречу с Каэлем.

"Какого чёрта вы творите...?"

Каэль не мог понять, чего люди пытаются добиться, встречаясь с ним. Хотят ли они проверить, действительно ли он обладает дьявольской силой? Хотят ли они взглянуть на его внешность, утверждая, что он воплощение Бога войны Периуса?

Что бы это ни было, их даже не смущала собственная глупость. Но в то же время Каэль считал, что ему очень повезло родиться герцогом Луаве. Будь его титул чуть пониже, и он был бы низведён до уровня игрушки для всех власть имущих.

–Ваше Превосходительство. Ужин готов.

Слова рыцаря, караулившего у его дверей, позволили Каэлю отвлечься от неприятных мыслей. Но последующая ситуация также была не из приятных.

Каэль ел в собственной маленькой столовой, а не в главном обеденном зале особняка. Не было необходимости есть в одиночестве за огромным столом – его больше устраивала маленькая столовая, где можно было закрыть дверь, чтобы ни один служащий, случайно проходивший мимо, не стал очарован дьявольской силой.

Однако из-за этого не было никого, кто бы мог прислуживать ему во время трапезы.  Поэтому только после того, как все блюда были расставлены на столе, он спускался в столовую, чтобы поесть, – за это время еда остывала и теряла свой вкус.

Он, конечно, понимал, что это неизбежно. Даже если дьявольская сила подавлялась должным образом, те, кто имел слабую ауру, или те, кто был не в самой лучшей форме, часто хватались за грудь и падали навзничь – стоило им только приблизиться к Каэлу. Тем не менее, даже занятой дворецкий не мог лично позаботиться о господине во время ужина. Ведь Ардер был вечно в делах, собственно, как и сам герцог.

–Х-у-у-у-у…

Он не мог пропустить ни одного приема пищи, даже если у него не было аппетита. Потому как невозможно руководить этим великим герцогством Луаве, подданными и слугами, не имея на то должных сил. Работы с каждым днём накапливалось всё больше, а трудности и угрозы для семьи также возникали изо дня в день. Ему приходилось постоянно быть в физической активности. Еда для него скорее являлась топливом.

На столе стояли ещё тёплый цыпленок с винным соусом, хрустящий хлеб с маслом и суп с превосходным вкусом. Однако без особого энтузиазма Каэль вымыл руки в миске с водой, затем нарезал хлеб и съел его вместе с маслом. И вино, и воду для полоскания рта приходилось наливать самому прямо в бокал. Разумеется, лучшие блюда готовили только лучшие повара, но он всегда оставлял еду на потом.

Герцог вновь был предельно занят, поэтому после еды он допоздна читал книги или выборочно читал и отвечал на письма. А перед сном раз в несколько дней он погружался в горячую ванну, чтобы расслабиться. Разумеется, ни о какой прислуге в кальне не было и речи. Он не хотел, чтобы его обнажённое тело видели даже некоторые из рыцарей. Это была одна из причин, по которой он всегда носил одежду, скрывающую даже шею. Дело в том, что дьявольская сила распространялась от кожи, и чем больше Каэль обнажал своё тело – тем сильнее было воздействие на других.

В этом королевстве имелось всего два герцога, и по могуществу они уступали только Королеве. И один из них, Каэль Луаве, в абсолютной тишине ванной комнаты должен был использовать длинную щётку-палку, чтобы вымыть свою неохватную спину, а чтобы дотянуться до мускулистых плеч, ему приходилось обхватывать себя руками.

–Тц.

Он чувствовал себя неловко, моясь сегодня в одиночку.

* * *

Подготовка к свадьбе Лены пролетела как один миг. Три месяца казались долгим сроком, но до свадьбы оставался уже месяц.

Конечно, два месяца на обучение манер аристократии – слишком мало для той, кто всю жизнь прожила в качестве служанки. Лена обучалась до глубокой ночи, но Эллиот и наставница по-прежнему донимали её каждый день.

Однако Лена была не из тех, кто обижается или бросается в слёзы от подобных издевательств. В любом случае, над ней измывались ещё с тех пор, как она присоединилась к баронству в качестве служанки. Для девушки в этом не было ничего нового. По крайней мере, теперь она находилась в более благоприятной ситуации, чем когда работала простой служанкой.

"В любом случае, я чувствую себя комфортно...."

Не смотря на то, что она чувствовала, что её спина вот-вот сломается от постоянных тренировок по правильной походке, ей действительно было удобно. Не было необходимости окунать руки в ледяные колодцы, и Эллиот не царапала её, боясь оставить синяки или шрамы на её теле. Благодаря тому, что ей необходимо было привести в порядок своё худощавое тело, еда стала намного лучше, а кашель, который постоянно мучил, практически исчез, потому что она покинула затхлую комнату.

Однако перед свадьбой на неё сильно давил тот факт, что она должна была притвориться благородной девушкой. Если бы выяснилось, что на самом деле она служанка, её могли бы избить до смерти за насмешку над дворянством. Лена прекрасно понимала, что этот обман придумал именно барон Фиделия, но в любом случае накажут именно её.

Больше всего её беспокоил тот факт, что она никогда не видела человека, который станет её мужем. Лена считала, что это традиция аристократии, о которой она однажды слышала – когда жених и невеста видели друг друга непосредственно в день свадьбы. Однако девушка всё равно волновалась, ведь Эллиот отказалась от этого брака, и с каждый днём Лена становилась всё более тревожной.

Поэтому, услышав, что замок посетит виконт Делройнс, она очень разнервничалась. Однако Эллиот и другие служанки, заметив, что Лена постоянно смотрит в окно, решили, что она трепещет от предстоящей встречи.

–Лена. Тебе не терпится увидеть виконта?

–О, нет....Скорее не терпится...

–Да, да. Какой бы вульгарной ты ни была, беря пример со своей матери, ты должна уметь притворяться будто тебе стыдно. Делай так, как тебя и учили. Но не волнуйся. Виконт – это человек, который очень хорошо с тобой поладит. Пф-ф-ф!

Когда Эллиот громко рассмеялась, беспокойство Лены лишь усилилось. Учитывая многолетний опыт общения с Эллиот, она знала, что этот смех сейчас был именно тем смехом, которого следовало остерегаться.

Например, она привязывала верёвку к кухонной двери, пока Лена прибирала со столом, или подбрасывала дохлую мышь в большое ведро для мытья посуды, или во время диктанта нарочно подкладывала перед Леной лист с ответами, чтобы её побил учитель. Вот какой был смех у Эллиот в эти моменты.

Но даже если бы она узнала бы всё заранее, Лена уже ничего не могла сделать. Всё, что ей оставалось – это молиться, чтобы не стало хуже.

–Виконт Делройнс! Добро пожаловать.

–Давно не виделись, госпожа Фиделия.

Тем же днём барон Фиделия приветствовал виконта Делройнса, который захотел посетить поместье.

Предлогом для посещения замка стало то, что виконт хотел поговорить о своих планах на будущее с "великими" дворянами Арденна, но чета баронов Фиделия знали, что этот старик-извращенец просто хотел как можно скорее увидеть Лену.

Между тем, они долго откладывали приезд виконта, страшась, что он узнает всю правду о служанке-Лене. К счастью, за это время внешность девушки облагородилась. Поскольку они строго предупредили её не болтать лишнего в присутствии виконта Делройнса, то решили, что попить чаю часок-другой для не составит большого труда.

–Я приготовила чай, который показался мне достаточно приятным, но не знаю, придётся ли он по вкусу виконту, живущему в Арденне.

–Хо-хох. Когда я прибыл в Керуак, то сразу отказался от всех своих ожиданий. Не волнуйтесь.

Виконт Делройнс, который был настолько толст, что живот переваливался за пояс, не мог промолчать даже на простую вежливость. На мгновение улыбка жены барона дрогнула, но, к счастью, виконт Делройнс не был заинтересован в самой госпоже Фиделии.

–Хм-м-м. Теперь, после моего визита, я хотел бы увидеть юную госпожу Фиделию.

На его жирном лице промелькнуло жадное предвкушение. А ведь он ещё даже не притронулся к чаю.