«Лена.»

«Да, Ваша Светлость.»

Когда Лена, прежде замиравшая от страха каждый раз, как он к ней обращался, вдруг ответила спокойно, без дрожи в голосе, он ощутил странное удовлетворение, будто преодолел невидимую грань, освободился от сомнений. [Если даже эти постепенные перемены были игрой, она явно обладала талантом.]

[Но как бы то ни было, пора было переходить к следующему этапу.]

«Послезавтра ко мне приедет важный гость. Поручаю тебе подготовить наряд и помочь с облачением в тот день.»

Лена, которая за неполный месяц уже прислуживала ему по утрам, подавала чай, приносила еду, исполняла мелкие поручения и помогала готовиться ко сну, теперь должна была впервые коснуться его тела. Для Каэля, который терпеть не мог прикосновений, это было своеобразным вызовом. Тем более что он по-прежнему не до конца доверял Лене.

«Хорошо. Тогда можно мне пройти в вашу гардеробную? Я бы хотела заранее выбрать одежду и подготовить её к приёму.»

«Ах да, верно.»

Он никогда раньше не поручал слугам заниматься его одеждой, и даже сейчас чувствовал, что упускает что-то из виду.

«У вас есть что-то конкретное на примете?»

«Нет, не особо. Они все похожи, выбирай любую.»

Лена слегка наклонила голову. [Конечно, мужская мода не отличалась таким же размахом, как женская, но всё же разнообразие фасонов и деталей в ней присутствовало. В её понимании утверждение «все одинаковые» казалось преувеличением.]

Однако, осмотрев гардеробную, она поняла, почему он так сказал: все наряды и впрямь были на одно лицо.

С одной стороны висели рубашки с разными незначительными деталями, с другой - жилеты, пиджаки и брюки исключительно тёмных оттенков. Материалы, несомненно, наилучшего качества, но для герцога выбор был на удивление скромным. Да и фасоны - простые, даже немного свободные.

Из рассказов Ардера она знала, что в герцогстве предпочитают сдержанность, но складывалось ощущение, что тут дело не в скромности, а в желании остаться незамеченным.

Что Лена не знала, так это того, что её догадка была недалека от истины.

Чтобы пошить одежду по фигуре, портной должен был снять точные мерки. Но сделать это с Каэлем было настоящим испытанием. Даже приняв по два пузырька очищающего зелья, портные едва выдерживали полчаса в его присутствии. Каэль, заметив мельчайшие изменения в их поведении, сам переживал эту процедуру с трудом.

Иногда мерки пытались снимать рыцари, но грубые руки воинов не могли обеспечить необходимую точность. Такие костюмы Каэль в итоге передавал тем, кому они подходили лучше. В результате одежду шили по шаблонам, без сложного кроя, а он не особо стремился к пышности, так что на скромный гардероб не жаловался.

Тем более, даже в самой простой одежде его благородная осанка и совершенные черты лица производили впечатление. Никто и не думал осуждать его за скромные наряды, все были слишком заняты тем, чтобы просто смотреть на Каэля Луаве. На любом приёме, даже спустя часы, никто не мог вспомнить, в чём он был одет.

Но Лена об этом не знала, и ей стало немного грустно. [Гардероб Эллиот всегда радовал глаз: яркие ткани, изысканные украшения. Здесь же, ничего.]

[Такой богатый человек, а нет ни одной эффектной вещи...]

[Даже у барона Фиделии, провинциального дворянина, одежда была куда наряднее. Мужская мода, конечно, не позволяла расшивать одежду стразами, кружевами и лентами, но с помощью вышивки или стильных пуговиц можно было создать впечатляющий образ.]

[Но она - всего лишь горничная. Не её дело указывать хозяину, как ему одеваться.] Поэтому, подавив разочарование, Лена перебрала гардероб и выбрала самый «живой» вариант: жилет и брюки из высококачественного хлопка тёмно-синего оттенка и пальто немного темнее. Но всё равно чувствовала, что чего-то не хватает.

[Вот почему одежда дворецкого выглядит лучше...]

Она нахмурилась, размышляя, а затем вдруг кое-что вспомнила, и поспешила за разрешением к Ардеру.

***

В день приезда гостей Каэль, уже привыкший к утренним визитам Лены, проснулся от её присутствия и позволил себя умыть. Когда он вытер лицо и, придя в себя, взглянул на неё, что-то показалось ему странным. Под глазами у девушки залегли тени, а в глазах мерцал огонёк ожидания.

[Читала любовные романы всю ночь?] - мелькнуло у него в голове.

[Он знал, что служанки нередко зачитываются популярными романами, проводя бессонные ночи в фантазиях. И теперь ему стало любопытно: о чём могла мечтать эта девушка, которую едва не выдали замуж за старика по обману?]

[О запретной любви с влиятельным дворянином? О нежной привязанности к равному по положению, но мягкому и доброму человеку? Или, страстный роман с молодым рыцарем, смелым и благородным?]

Но тут Каэль осёкся. Он сам не знал, что значит, быть влюблённым. В его понимании «любовь» неизменно ассоциировалась с одержимостью, алчностью, похотью. Те, кто признавался ему в чувствах, были не в себе.

Да, он знал истории любви, видел, как любят друг друга его родители. Но ощутить это самому, казалось невозможным.

[Впрочем…меня это не касается.]

Он не верил, что в его жизни возможна любовь. [И уж точно не ждал брака. Благодаря проклятому телу, он вынужден «купить» себе жену, родить наследника, и отправить бедную женщину подальше, пока не свела его с ума…или не погибла от его руки. Или наоборот.]

Мысли эти сковали внутренним холодом. На время он забыл о них, благодаря Лене. Но он всё ещё был чудовищем, сводящим людей с ума. Сегодня он снова должен был внимательно следить за тем, не дрожат ли у неё глаза от безумия.

Он отогнал мысли о любви, сел перед зеркалом и позволил Лене заняться уходом.

Она приложила к его лицу смоченную в розовом отваре марлю, нежно вытирая кожу. С девушками было бы сложнее - кремы, румяна, пудры…А тут, лишь выбрить брови после очищения.

Удивительно, что Каэль сам не умел подправлять себе брови. Лена, волнуясь, что её рука дрогнет, старалась изо всех сил.

Он и без макияжа был поразительно красив, но Лена уже давно смотрела на его лицо без эмоций. [Два глаза, нос, рот, ничего особенного. Внешность хозяина не имела к ней отношения.]

Однако молчание показалось ей неловким. Когда она прихорашивала Эллиот, там требовались и слова, и комплименты. И вот, не удержавшись, Лена произнесла:

«У вас красивые волосы.»

Каэль, не умеющий поддерживать беседу, посмотрел на неё в отражении с лёгким недоумением. Лена тут же мысленно выругала себя: [Лучше бы молчала…]

Она завершила уход, расправила волосы, чуть сбрызнула духами. Настало время одевания.

Они вместе зашли в гардеробную. Каэль прищурился: одежда была явно его, но жилет, нет. На нём было нечто, чего в его вещах никогда не было, украшение.

«Я такого не помню. Ардер заказал новое?»

Иногда Ардер действительно заказывал одежду без согласования, но в этом месяце Каэль точно ничего не оплачивал. Он нахмурился и вдруг услышал Ленино неуверенное бормотание:

«Это…просто…Мне показалось, что одежда слишком простая…То есть, она отличная, качество - великолепное…Но я подумала, немного украшения не повредит. С разрешения дворецкого…я вышила серебряной нитью…»

«Сама?»

«Д-да…Если вам не нравится, я сейчас же…сменю…»

Она в панике смотрела на его руки, ожидая, что он сейчас оборвёт её словами. Но Каэль не злился, он был поражён.

[Сама вышила?]

На воротнике жилета из тёмно-синего хлопка был вышит герб рода Луаве. Даже не интересуясь вышивкой, он понял, работа выполнена мастерски. Серебряная нить придала одежде блеск, но не вызов. Теперь он понял, почему у Лены были тёмные круги под глазами, ей, должно быть, пришлось не спать почти двое суток.

«Ты умеешь шить?»

«Не совсем…Только немного знаю основы - крой, шов, вышивка. Пошить целиком…если кто научит, то, возможно…»

«Я не это имел в виду. Можешь снимать мерки?»