Диабель какое-то время молчал. Затем, наконец, поднял одну руку к груди и склонил голову.

— Да. Я обязательно сделаю так, чтобы на теле леди не было ни единого шрама.

Почему-то эти слова прозвучали для Аианы как признание в любви. Казалось, будто тепло разливается по её телу, до того пустому. Прямо как в прошлой ночью во сне.

— Тогда ладно. Давай ещё немного прогуляемся.

Аиана снова медленно повела лошадь. Пока они бродили по лесу, никто из них не проронил ни слова.

Добравшись до конца лесной тропы, они услышали звук воды. Показалось ущелье. Солнечный свет, касавшийся водной поверхности, сверкал, словно драгоценные камни.

— Я немного напою лошадей.

Они подвели лошадей к воде. Лошади, похоже, сильно хотели пить и жадно сунули морды в воду.

Хотя на календаре была уже осень, было жарко. Аиана сняла свой платок. Легкий ветерок проникал между прядей волос и немного охлаждал голову.

В тот миг, когда она, наслаждаясь ощущением, закрыла глаза, пока ветер ласкал её волосы, её платье и золотистые волосы развевались сильно. Внезапно усилившийся ветер вырвал платок и унёс его.

— Мой платок…!

Когда Аиана в испуге открыла глаза, ткань уже выскользнула из её руки и улетела.

Платок упал прямо над ущельем. Она уже думала оставить его, но вдруг раздался всплеск.

Это был Диабель. Он без тени сомнения вошёл в воду. Платок зацепился за камень и не двигался.

Он медленно приблизился к камню. Вода оказалась глубже, чем ожидалось. Она уже доходила Диабелю до середины между животом и грудью.

— Ладно. Не нужно, выходи.

Аиана крикнула ему, но в итоге он забрал платок. Выйдя на берег, он протянул его и просто улыбнулся.

— Я бы не стала переживать, потеряй я этот платок. Не нужно было лезть в воду.

— Прошу прощения за непослушание.

Аиана посмотрела на него с укором и почти выхватила платок.

— В следующий раз не нужно так делать.

— Да, понятно.

С мокрого тела Диабеля капала вода. Лошади, похоже, напились и теперь щипали траву вокруг. Диабель осмотрелся и сказал:

— Леди Аиана, прошу прощения, но можно мне ненадолго снять одежду?

— Что?

— Думаю, лучше немного просушить её…

Одежда Диабеля промокла насквозь, с верху до низу. Аиана помедлила, а затем сделала шаг назад.

— Делай как удобно.

— Благодарю Вас, леди.

Аиана уселась на ближайший камень. Она пыталась смотреть в сторону ущелья, но взгляд постоянно возвращался к Диабелю.

Аиана украдкой оглянулась. Диабель снял верхнюю часть одежды и выжимал её.

Его торс блестел от воды, а между ключиц свисало ожерелье.

То самое ожерелье, которое Аиана купила ему когда-то. Она купила его импульсивно, и оно не было дорогим, так что она сама о нём забыла.

«Не думала, что он его носит».

У неё возникло странное чувство. Взгляд Аианы скользнул с ожерелья вниз.

Тело было точно таким же, как в её сне. Тело с рельефными мышцами. Капли воды, собравшиеся на ключицах, стекали вниз между грудями.

Шрам на боку тоже был на месте. На левой стороне груди был высечен такой же знак, как у Аианы.

Увидев тот шрам и знак, Аиана почувствовала непонятное ощущение неловкости. Что-то было не так.

Она никогда не видела Диабеля обнажённым. Так что у неё не было возможности узнать о шраме на том месте.

И всё же обнажённое тело Диабеля во сне почти полностью совпадало с реальностью. Словно она видела его когда-то.

Верно, я видела этот шрам раньше. Забытые воспоминания начали медленно всплывать. Это было давно и смутно, но она точно видела его.

Тринадцать лет назад. Когда она сбежала из поместья Рихаф и ночевала под открытым небом. Тогда тоже был лес. Посреди тёмного леса горел костёр.

Аиана пыталась уснуть на жёсткой земле, подстелив одеяло. Из-за неудобного ложа и тревоги она несколько раз открывала сонные глаза.

Тогда она тоже провалилась в лёгкий сон и проснулась от звука. Она увидела Диабеля, стоявшего в карауле. Пока Аиана спала, он снял одежду и зашивал раны на своём теле.

В тот момент Аиана увидела тело Диабеля, тело, покрытое ранами, полученными при её спасении. Особенно запомнилась рана на боку.

Аиана резко вскочила с камня. От её внезапного движения Диабель уставился на неё. Он уже надел ещё немного влажную верхнюю одежду и спросил:

— Леди Аиана, что-то случилось?

Девушка быстрыми шагами подошла к Диабелю.

— Разденься.

— Простите?

— Я сказала, разденься.

Диабель, удивлённый приказом Аианы, сказал спокойным голосом:

— До… какой степени мне раздеться?

— Верхнюю часть достаточно.

Влажная одежда всё ещё прилипла к коже Диабеля. Он без лишних слов покорно снял её. Обнажилось его прекрасно сложенное тело.

Это было то самое тело, что она видела во сне. Тело, к которому прикасалась её голая кожа. Аиана медленно подняла руку и положила её на левую сторону груди Диабеля.

На твёрдых мышцах располагался точно такой же знак, как у неё. Пальцы Аианы надолго замерли на его груди.

— Он у тебя в том же месте, что и у меня.

Послышался звук биения сердца. Было трудно понять, её это сердце или его. Аиана подняла голову и посмотрела на Диабеля.

— Даже человек, не знающий, что этот знак связан с демоном, увидев его, усомнится в наших отношениях.

— Возможно, вы правы.

Аиана медленно провела рукой вниз. Её пальцы коснулись шрама на боку. Она убрала руку.

— Мне не нужны лишние подозрения. Неужели нельзя скрыть твой знак или переместить его?

— Нет. Это невозможно.

— Ты говорил, что у каждого демона есть свой знак? Он появляется при рождении?

— Да. Это так.

— Понятно…

Аиана пристально осмотрела его тело и кивнула.

— Повернись.

Услышав это, Диабель на мгновение замер, а затем повернулся. Увидев его спину, Аиана невольно сжала кулаки.

Она знала, что там есть шрамы, но всё было гораздо хуже, чем она ожидала. Возникало сомнение, можно ли вообще назвать это шрамами.

Это были не один-два шрама. С первого взгляда было даже невозможно сосчитать, сколько их.

Площадь, покрытая шрамами, была больше, чем неповреждённая кожа. Красные, грубые шрамы переплетались, словно корни растений.

Следы, словно от пыток.

— Это… Как вообще такое могло случиться?

Голос Аианы дрогнул. Диабель невозмутимо произнёс:

— Так вышло, кое-что произошло.

— Скажи, что именно.

— Это личное дело. Не стоит леди Аиане обращать на это внимание.

— Стоит или не стоит ‒ решу я.

Она стиснула зубы. Диабель какое-то время ничего не говорил.

— Кто посмел нанести тебе эти шрамы?

Спустя некоторое время он медленно повернулся к Аиане лицом. Его лицо было просто бесстрастным. Он даже казался слегка раздражённым.

— Это было давно. До встречи с вами.

Он поднял руку и откинул чёлку. Глаза, скрытые под ней, стали видны ещё отчётливее.

— Это не больно.

— Не больно? Это?

Не может быть, чтобы не болело. Выжить с такими ранами было уже подвигом.

— Разве вы забыли? Я ‒ демон. Для обычного человека эти раны были бы мучительны, но для меня это всего лишь следы прошлого.

Сказав это, словно это нечто незначительное, он снова стал надевать одежду.

— Это пустяк, моей леди не стоит беспокоиться.

— Хорошо... Понятно.

Аиана больше ничего не спрашивала. Она подошла к лошадям, щипавшим траву. Дав знак Диабелю, он взял свою верхнюю одежду, висевшую на ветке.

Диабель подошёл к лошади и встал на одно колено. Аиана, наступив на колено Диабеля, взобралась на лошадь.

— Возвращаемся.

— Да, моя леди.

Аиана медленно повела лошадь вперёд. Повернувшись к Диабелю спиной, она заговорила:

— Следи, чтобы твой знак никогда не увидели другие. Мне будет неудобно.

— Да. Я позабочусь, чтобы моя леди не попала в неловкое положение.

Диабель сказал это вслед Аиане. Аиана молча смотрела прямо перед собой. Через некоторое время послышался его голос:

— У меня есть вопрос.

— Да.

— Сколько тебе лет на самом деле? Если ты демон, то, наверное, живёшь довольно долго.

— Я плохо помню. Знаю только, что живу очень долго.

— Понятно…

Аиана больше ничего не спрашивала. Она старалась смотреть прямо перед собой. Сосредоточила все силы, чтобы не исказить лицо.

«Лгун».

Аиана наконец осознала, что он лжёт.

Тринадцать лет назад, в полусне, она видела торс Диабеля. Там было бесчисленное множество шрамов, но знака на груди не было.

И Диабель сказал, что не может скрыть знак или переместить его.

Также он сказал, что знак появляется с рождением демона.

Если эти слова не ложь, то факты указывают лишь на одно.

Тринадцать лет назад он не был демоном.

Когда поместье Рихаф подверглось нападению, он был всего лишь человеком. Всего лишь человек, но он сражался насмерть против такого количества солдат.

И при этом говорил, что его доброта была лишь игрой и забавой демона.

Неизвестно, когда появились шрамы на его спине. Но и слова о том, что это не больно, наверняка были ложью.

«Должно быть, это было до смерти больно, точно».

Как же он получил эти раны?

С каких пор он стал демоном и почему им стал?

И почему он скрывает это от неё?

Аиане захотелось плакать. Его знак, его шрамы, его невозмутимость ‒ всё это причиняло ей безумную боль. Она не знала, почему он стал демоном, но одно она понимала.

Он всегда умел хорошо скрывать свои раны. Тот, кто зашивал свои раны лишь после того, как она засыпала. Тот, кто лгал, чтобы Аиана не волновалась.

У него была лишь одна причина лгать.

Чтобы не огорчать Аиану.

Аиане хотелось заплакать за него. Ей хотелось крикнуть ему: "Зачем ты лжёшь мне? Говори правду!"

Но если бы она стала давить на него сейчас, он вряд ли сказал бы правду. Более вероятно, что он ещё глубже спрячется в себе.

Поэтому она притворилась спокойной. Скрыла свои чувства. В притворстве она была уверена.

Так же, как Диабель хотел скрыть свою боль от Аианы, Аиана тоже не хотела показывать свои страдания.

Два лжеца медленно вели лошадей по лесной тропе. Лишь солнечные лучи, пробивавшиеся сквозь листву, ласково касались их.