Вновь наступило молчание. Этот вопрос не давал ей покоя с того момента, как она окровавленная не увидела перед собой Диабеля.

Страж, спасший ее в безвыходной ситуации. Появление, возможное разве что в любовном романе.

Слишком уж своевременным оно было. До странности.

Такое могло случиться только в книге, в реальности в это было трудно поверить. Буквально драматичная сцена, ситуация, возможная разве что в пьесе. Это выглядело так, словно кто-то намеренно все подстроил.

Девушка хотела спросить, но в то же время не хотела слышать ответ. Это была та самая Аиана, что уже однажды почувствовала к Диабелю отторжение.

Тогда Диабель, появившийся перед волками, казался совершенно незнакомым человеком.

Просто пугающим, чуждым существом, от которого хочется бежать.

Ее охватило отчаяние, будто знакомый ей Диабель исчез из этого мира.

Поэтому она хотела найти хоть какой-то его след. Доказательство того, что он ‒ Диабель.

Но что, если он… наблюдал за тем, как она чуть не погибла?

Если он подтвердит это, она не сможет это перенести. Казалось, что мужчина и впрямь станет для нее сверхъестественным существом.

И хотя она пыталась утопить этот вопрос в глубине души, у нее не вышло. Страх и любопытство постепенно росли, грозя разорвать ее изнутри.

Она надеялась, что он изо всех сил станет оправдываться. Что опоздал по какой-то причине.

Что его появление в тот драматичный момент ‒ всего лишь случайность. Она хотела, чтобы он сказал ей это с той искренностью, что была в их прошлой жизни.

Но он усмехнулся. Диабель из ее прошлой жизни не был мужчиной, который смеялся бы в такой ситуации.

— Вы проницательны.

По спине девушки пробежали мурашки. Она увидела его красные глаза.

Он выглядел весьма довольным. Все еще стоя у двери, Диабель продолжил.

— Я был весьма удивлен неожиданному развитию событий. Я предчувствовал, что что-то произойдет… но не думал, что все обернется именно так.

Аиана опустила голову. Даже глядя на нее такой, Диабель не замолчал.

— Вы разочарованы? Не волнуйтесь. Но я все же буду помогать вам при опасности, моя леди. Как и сейчас.

От этих жестоких слов девушка не могла поднять голову. Рука, что сжимала одеяло, дрожала.

Диабель все так же улыбался. Он не стал утешать её, а просто молча стоял на месте.

Прошло неизвестно сколько времени. Девушка подняла голову. Мужчина, увидев ее лицо, удивленно расширил глаза.

На лице Аианы застыла печаль. Казалось, она вот-вот заплачет. Она изо всех сил старалась сдержать эмоции, стиснув зубы.

— Странно, — послышался дрожащий голос.

Она посмотрела на Диабеля. Не было ни гнева, ни обиды. Лишь недоумение и печаль переполняли ее.

— Почему мне кажется, что ты лжешь?

Он не ответил ничего. Когда девушка посмотрела на него умоляюще, он с трудом открыл рот.

— Потому что вы, леди Аиана, хотите верить, что это ложь.

Его голос был мягким и неторопливым. Диабель по-прежнему держал дистанцию с ней.

— Поскольку вы ищете образ человечного Диабеля, которого знали, вы хотите верить, что мои слова ‒ ложь.

Она смотрела на него. Между ними была приличная дистанция. Хотя стоило сделать несколько шагов, и она могла бы коснуться его лица. Но почему-то ей казалось, что сколько ни иди, ни беги ‒ до Диабеля не дотянуться.

— Я ‒ демон. Человечный Диабель ‒ это роль на сцене. Мошенник и на сцене может стать Папой Римским или ангелом, таков закон.

От его решительного голоса девушка не знала, что ответить. Даже эти слова казались ложью.

Неужели, как и сказал Диабель, она верила лишь в то, во что хотела верить, а все остальное считала ложью?

Аиана крепко прикусила губу. И протянула забинтованную правую руку. Ее голос был влажным от слез.

— Тогда продолжай играть…

Глаза, похожие на синие фиалки, пристально смотрели на мужчину. Она протянула к нему руку и продолжила.

— Сыграй того Диабеля, которого я хочу, которого я видела в прошлой жизни. Даже если это ложь. Давай, оправдывайся. Давай, ври мне.

Аиана отчаянно хотела найти в нем отголоски прошлого Диабеля. Она ненавидела его, но не хотела его потерять.

Она хотела, чтобы он сказал, что тот пугающий облик ‒ не он, что те жестокие слова ‒ не его истинные мысли. Даже если это ложь, пожалуйста, скажи ей это.

Он на мгновение заколебался, затем медленно направился к ней. Расстояние между ними мгновенно сократилось. Диабель встал на одно колено перед кроватью и взял девушку за руку.

— Моя леди… Я так сильно волновался за вас.

От его голоса едва сдержанные слезы готовы были хлынуть с новой силой. В его голосе слышались бесконечная забота и нежность.

— Почему ты так поздно пришел?

— Я столкнулся со стаей волков, поэтому и опоздал. Мне очень жаль.

— Ты ведь не намеренно оставил меня? Да?

— Конечно же нет.

Хотя было очевидно, что это ложь и игра, Аиане почему-то это казалось правдой. Таким был Диабель, которого она знала. Ей хотелось закрыть глаза и забыть обо всем. Если бы она забыла, что он демон, она могла бы честно поблагодарить Диабеля, так драматично пришедшего ей на помощь.

Но она знала. Что он ‒ демон. Что он ‒ читатель, которому нравится ее история. Что он ‒ актер, играющий роль ее стража.

Ложь Диабеля приносила ей и утешение, и боль.

— Ладно… Хватит.

Но, говоря это, она не отпускала его руку. Наоборот, сжала её еще сильнее.

Диабель какое-то время смотрел на девушку, затем отпустил ее руку и поднялся.

Аиана не убрала опустевшую руку, несколько мгновений смотрела на мужчину, затем отвела взгляд.

Она почувствовала, как Диабель, тяжело ступая, снова пошел к двери. И вновь между ними возникла дистанция, будто величиной со вселенную.

В тот момент, пока длилось молчание, кто-то легко постучал. Девушка сказала глухим голосом:

— Войдите.

Вошедшим оказался главный дворецкий. Он, почувствовав неладную атмосферу, хотел что-то сказать, но замолчал.

Аиана, изменив выражение лица, спросила, словно ничего не произошло:

— В чем дело?

— Прибыл гонец из дома Розель.

От слова «Розель» она вздрогнула. Наверняка это вести об Эрезе.

Тогда он был почти при смерти. Когда она видела его в последний раз, в нем еще теплилась жизнь, но, честно говоря, шансов не было.

Не пора ли готовить черное траурное платье? Пока она так думала, дворецкий произнес:

— Говорят, Эрез Розель пришел в сознание. Кризис миновал, и жизни ничто не угрожает, так что, полагаю, вам не о чем беспокоиться.

Услышав это донесение, девушка испытала странное чувство. Казалось, она должна огорчаться от новости о его спасении, но вместо этого она почувствовала облегчение.

«Почему я так себя чувствую?»

Перед глазами встал образ Эреза, сражавшегося насмерть с волками. Тот юноша, который, весь в крови, не отступал и защищал девушку. Его прямой взгляд, его голос, звавший Аиану, были ясны. Когда она вспомнила о нем, ее сердце почему-то ныло.

* * *

— Так вот как было, — Вильгельм вздохнул и подпер подбородок. Он сидел за столом в кабинете, держа в руке перо, но ничего не писал.

На стуле перед столом сидела Аиана. На ране на ее руке уже образовалась короста.

Немного оправившись, девушка рассказала Вильгельму обо всем, что произошло.

Выражение лица отца было гораздо более мрачным, чем можно было предположить. Он крепко стиснул зубы.

— Как хорошо, что ты невредима. Надо бы поблагодарить Эреза Розеля, но…

Выражение его лица было сложным. И немудрено.

— Ансгар хочет уничтожить наш род, а его сын спасает тебя. Не могу понять.

Он посмотрел на Аиану с некоторым недоверием.

— Уверена, что ты не ослышалась?

— Честно, отец. Диабель тоже слышал.

Услышав этот ответ, Вильгельм вздохнул. Он молча посмотрел на дочь, а затем спросил:

— Ты ничего не помнишь о наемных убийцах?

— Ничего особенного, кроме того, что они были в черном и в масках.

«Не знать их цели ‒ невыносимо».

Пока она несколько дней притворялась шокированной девушкой, лежа в постели, девушка размышляла о возможной цели наемных убийц.

Судя по обстоятельствам, их целью был Эрез, а Мэла и Аиану они хотели устранить как свидетелей.

Но были моменты, вызывавшие сомнения в этой версии. Почему именно в тот день?

Трое дворян собрались вместе, значит, охрана должна была быть усилена. Наверняка были дни, когда Эрез выходил один ‒ почему же они выбрали день, когда внимания было больше?

Если бы поймали убийцу, то получили бы и ответ, но один уже мертв, а второй сбежал.

Было досадно из-за упущенной информации. Но кое-что она все же получила. Девушка украдкой взглянула на Вильгельма и сказала:

— Отец, я хочу кое о чем попросить.

— И о чем же?

— Насчет помолвки с Мэлом Айбеком… Я хочу ее расторгнуть.

Услышав это, Вильгельм поморгал, а затем сказал, как нечто само собой разумеющееся:

— У меня и в мыслях нет делать зятем того, кто бросил свою невесту и сбежал. Даже если ты будешь настаивать на помолвке, я помешаю этому.

— Но если возникнут проблемы с домом Айбек…

— Если у них есть хоть капля совести, они не станут действовать опрометчиво. Если возникнут проблемы, я с ними разберусь.

Услышав это, Аиана с облегчением провела рукой по груди. Вильгельм с беспокойством посмотрел на дочь и поднялся с места.

— Хотелось бы поговорить подольше, но, пожалуй, мне пора. Из-за срочного возвращения остались нерешенные дела.

— Э-э, отец…!

Девушка вскочила. Затем, словно колеблясь, с трудом открыла рот.

— Я… я хочу сходить навестить Эреза Розеля.

Услышав это, Вильгельм широко раскрыл глаза.

— Нельзя.

Когда из его груди вырвался громоподобный голос, почувствовалось давление. Хорошо хоть, это было отеческое давление.

— Откуда тебе знать, что может случиться, если ты пойдешь одна?

— Но раз он пострадал, спасая меня, разве не следует навестить его?

— Будь это кто-то другой, еще куда ни шло… Но все же это дом Розель.

— Если я не пойду после того, как он мне помог, это могут счесть подозрительным.

Услышав это, Вильгельм крепко сжал губы. Было естественно навестить того, кто спас тебе жизнь и лежит на больничной койке.

— Я пойду с Диабелем. Не волнуйтесь.

Аиана улыбнулась, желая успокоить отца. Вильгельм смотрел неодобрительно. Похоже, одним Диабелем он не успокаивался.

— Я возьму с собой еще троих рыцарей. Тогда можно?

— Пятерых…

— Я возьму четверых.

— Ты должна взять еще пятерых. Иначе я не отпущу.

Было странно брать с собой на обычный визит к больному целых шесть вооруженных людей, но она подумала, что может сослаться на то, что все еще напугана нападением.

— Хорошо. Я возьму шестерых, включая Диабеля.

Только услышав это, Вильгельм кивнул. Девушка широко улыбнулась.

— Аиана, ты выглядишь очень довольной, — небрежно бросил Вильгельм, глядя на нее.

Она сделала вид, что смутилась.

— Да? Я?..

— Ага. Ты так хотела навестить Эреза?

Смущенная девушка покачала головой. Она изо всех сил старалась улыбнуться невозмутимо.

— Что вы. Конечно нет.

Ведь навестить его ‒ естественно. Ведь она сможет им воспользоваться.

Только это и было целью. Никаких других причин быть не должно. В конце концов, это тот, кого Аиана должна будет убить.