Гу Сицзю промолчала.

Значит, незнакомец не мог быть Луном Си, от него просто пахло подобным образом.

Лидер клана Тяньвэнь действительно был непредсказуем.

Поэтому Гу Сицзю решила больше не притворяться и действительно лечь спать.

В течение следующих нескольких дней девушка вела спокойную жизнь. Она потеряла способность к телепортации и не могла перемещаться, поэтому всё это время сидела дома.

К счастью, после молитвы ее тело стало гораздо послушнее, и Гу Сицзю смогла тренировать свою внутреннюю силу.

В прошлой жизни она была специалистом в этом деле. Она знала, в чем состояла суть практики и как ее правильно выполнять, поэтому никаких сложностей у нее не возникало.

Через три дня Гу Сицзю уже ощутила силу внутри себя и смогла успешно применить эту внутреннюю энергию. И хотя девушка всё еще не могла перемещаться, ее скорость увеличилась в разы по сравнению с тем, что было раньше.

Все эти дни перед домом сновали люди. Гу Сицзю понимала, с чем это связано: Лэн Сянъюй пыталась освободить свою дочь из тюрьмы.

Три последних дня Гу Сетянь почти не появлялся дома. Как ни крути, Гу Тяньцин была его дочерью – больше того, много лет он относился к ней, как к любимице. Генерал был зол на нее за всё, что она сделала, но не хотел видеть, как она страдает в тюрьме. Поэтому он всеми силами пытался спасти Гу Тяньцин.

Однако этот случай имел отношение к единственному сыну герцога Лу – человека, который пользовался большим уважением в королевстве. Поэтому никто не хотел помогать Гу Тяньцин и Жун Яню.

Гу Сетянь активно искал пути спасения дочери, но ничего не мог придумать. Больше того, его даже не пускали в тюрьму навестить Гу Тяньцин.

Начальник отдела, ответственный за это дело, не хотел встречаться с генералом, чтобы избежать подозрений, поэтому Гу Сетянь не мог ничего предпринять.

Он был очень расстроен. Когда генерал возвращался домой, жена громко рыдала на его глазах, и это расстраивало его еще больше. Поэтому он решил не ночевать дома, а оставаться в отеле.

После этого Лэн Сянъюй еще больше обезумела. Несмотря на всю свою ненависть к Гу Сицзю, она не смела причинять ей вред в такой решающий момент времени.

Все остальные дочери генерала, за исключением Гу Тяньи, стали ближе к Гу Сицзю.

Они знали, что девушка – хороший врач, поэтому всякий раз, когда у сестер болела голова или нерегулярно шли месячные, они приходили к Гу Сицзю за помощью.

Они поняли, что Гу Сицзю только кажется холодной. На самом деле, если не переходить ей дорогу, с ней довольно приятно разговаривать.

После всего пары рецептов Гу Сицзю девушки быстро излечивались от всех болезней.

Другие любовницы генерала тоже не испытывали большой ненависти к Гу Сицзю. Сначала они не отличались приветливостью из-за Лэн Сянъюй, но со временем также сблизились с девушкой.

Раньше Лэн Сянъюй намеренно делала из настоящей Гу Сицзю изгоя. Всем было плевать на нее, и ее жизнь была хуже, чем у прислуги.

Но теперь Лэн Сянъюй потеряла энергию и стала вялой, и в какой-то момент она поняла, что несколько ее дочерей и любовниц генерала, с которыми она тесно общалась, исчезли из ее жизни. При встрече они вели себя холодно и ограничивались обычным приветствием. Это сводило женщину с ума: она, наконец, почувствовала, каково это – быть изгоем.

Гу Тяньчао также искал возможности спасти свою сестру.

В тот день была хорошая погода.

Гу Сицзю изучала алхимическую печь и пыталась понять, можно ли ей пользоваться, не имея духовной силы.

По-видимому, это было чрезвычайно сложно. Девушка попыталась провести несколько экспериментов, но ничего не получилось – она только израсходовала много хороших трав.

Гу Сицзю потерла лоб. Она поняла, что эту проблему быстро не решить, поэтому убрала печь обратно в сумку и вышла в сад подышать свежим воздухом.