«Мне же больно!» воскликнула Юицзы Фэн. Ей тогда было лет тринадцать, может меньше.

«А ты думаешь враг тебя щекотать будет?» убрал оружие Лонгвэй. Ему было неприятно так разговаривать с девочкой. Однако, недавно засекли лазутчиков с запада, нужно подготовить её.

«Какой враг? Я – будущая Глава Хребта! У меня будут тысячи слуг, которые смогут меня защитить» нахмурилась девочка. На самом деле она просто устала. Её не радовало то, что она сама произносила. Это все влияние матери. Просто спектакль.

«А если их не окажется рядом?» скрестил руки на груди наставник

«Тогда меня спасет мой муж» закатила глаза Юицзы Фэн. Несколько секунд она молчала, а потом прыснула в кулак от смеха «Наставник, представьте меня такой! Это же просто ужас!»

Мужчина улыбнулся. Вот озорница. Так или иначе, подготовка – это не шутки «Ты мне доверяешь?»

«Конечно» кивнула девочка, Лонгвэй бросил ей меч, а сам встал в позицию «Тогда бери меч и продолжим тренироваться. Я очень надеюсь, что эти умения тебе не пригодятся» Юицзы Фэн была благодарна своему наставнику. В случае поединка, заклинательница сможет дать отпор, а при должной подготовке даже одолеть противника.

«А-Фэн, успокойся, передохни!» приказал наставник

Девушка продолжала упражняться и упражняться, пока силы не покинули её окончательно, и она наконец не опустила меч. Ей исполнилось семнадцать, скоро заклинательница отправиться на юг. Она готовилась к этому дню. Продумывала план того, как будет незаметно избавляться от адептов ордена Бэйян.

Руки задрожали, Юицзы Фэн схватилась за стол, на котором лежали свитки заклинаний вражеского ордена. Мужчина подошел к ней и опустил руку на плечо.

«А-Фэн, тебе это не нужно, поверь мне» покачал он головой. Заклинательница сбросила его руку со своего плеча. Это был первый грубый жест за все её обучение. «Твое сердце полно ненависти. Ты разрушаешь себя, поверь не нужно…»

«Нет!» воскликнула девушка, вонзая меч в землю «Я поклялась отомстить, и исполню дочерний долг»

«Ты не сможешь сделать этого в одиночку, ты еще не опытна» на самом деле, Лонгвэй просто не хотел, чтобы девочка загубила свою жизнь, кладя на алтарь своего пути такую страшную вещь, как месть. Он понимал боль её потери, как никто понимал.

«А ты не мой отец, Лонгвэй! Так что перестань читать мне мораль!» крикнула Юизцы Фэн «Я не позволю всяким тварям убивать и оставаться в добром здравии!» схватив трактаты, взлетела на мече и направилась в родовое поместье.

Лонгвэй зашел в дом и присел на кровать в своей спальне. Он прикрыл глаза рукой и тяжело вздохнул. Сегодня, заклинатель впервые почувствовал от преемницы темную ци. Если её душевное состояние усугубиться…

Юицзы Фэн стойко выслушивала отчеты об окончании облавы. Однако выйдя из зала совета, когда Лонгвэй подошел к ней, та пошатнулась. Её вырвало кровью, и она упала на землю.

«Госпожа была убита горем, но она не дала волю эмоциям. Подавила их и повредила сердечный меридиан» доложил лекарь. Он остался у кровати Юицзы Фэн, что смотрела мертвым взглядом в потолок.

Точно такой же приступ случился сразу после смерти Лихуа. Лонгвэй покачал головой и помассировал двумя пальцами виски.

Через мгновение, мужчина услышал шаги в своем направлении. Деминг Хуан вошел в спальню и уставился на мужа. Так он и думал. Сердце заныло, поэтому прославленный мечник пришел. Заклинатель присел рядом и отвел руку от чужого лица. Карие глаза смотрели куда-то сквозь стену.

«Она права, я не её отец…Не имею права ей указывать, но…» Деминг Хуан прижал своего мужа к себе. Прижавшись к чужой груди, мужчина наконец смог спокойно вздохнуть. «Моё бедное дитя, она потеряла чжицзи, а через некоторое время и отца»

«Боль меняет людей, душа моя» покачал головой Хуан «Ей плохо, но она этого не показывает. Может и хорошо, что А-Фэн уедет. Если месть стала смыслом её жизни… это лучше, чем она бы…»

«Я не хочу, чтобы она совершила такие ошибки, как и я когда-то. Хуан-эр… наша девочка не заслужила этого. Почему?»

«Ты вроде старше меня, а такие вопросы задаешь» сетовал мужчина, прижимая заклинателя ближе «Никто не заслуживает такой участи. Ни ты, ни тем более малышка Фэн. Но такова судьба, родной. Мы ничего не можем исправить»

«Ты как всегда прав» кивнул Лонгвэй, а потом заявил желание поспать. Засыпая, мужчина все еще переживал за свою воспитанницу.