Глава 9: Горькое пойло жжёт горло, и сердце, и горло ноют. Хурт-Хурт-Хурт.

Чжу Пин больше не мог смотреть на это.

Киллер Джей, своими действиями, настолько дерзкими и вызывающими, что они выходили далеко за пределы здравого смысла, успешно ошеломил всех до единого. А затем, используя свой богатый и, несомненно, извращённо-эффективный опыт, уже в тот миг, когда все ещё пребывали в состоянии изумления и полной потери ориентации, завершил свою проповедь, или лучше сказать «акт «проповеди»». Сняв с себя магическую мантию, он бесследно исчез.

Чжу Пин, на мгновение оцепенев на месте, немного осмотрелся, но больше нигде не увидел и следа Киллера Джея.

Это вызвало у Чжу Пина чувство облегчения. В конце концов, кто бы это ни был, когда рядом находится такой псих, обладающий чудовищной силой и склонный в любой момент начать устраивать безумие, никто не сможет ощущать себя спокойно.

— Как бы там ни было, на этот раз всё-таки как-то пронесло, — с горькой усмешкой пробормотал Чжу Пин.

Киллер Джей прочитал память того человека из Нового Трёхсферного Объединения, и теперь он способен притворяться им — следовательно, в будущем, возможно, его ещё подвергнут каким-то проверкам. Но по крайней мере, это уже не будет настолько опасно, как было на этот раз.

Что же касается той «Чёрной G» (группировки), что осмелилась не уверовать в Негари, их дальнейшая судьба Чжу Пина уже не касалась.

Не желая вмешиваться в лишние дела, Чжу Пин вскоре направился домой, чтобы вернуться к своей привычной скучной жизни, состоявшей из трёх неизменных точек: его школа боевых искусств, дом, мир Верховного Бога.

Сидя в арендованной комнате для медитации, Чжу Пин начал циркулировать свою Ци Крови и Плоти, и вся она пришла в движение.

Затем эта Ци постепенно утихла и рассеялась, а способности, полученные путём подражания, медленно исчезли.

Чжу Пин, закрыв глаза, вновь начал разминочные движения, поднимая уже собственную Ци Крови и плоти.

Боевые искусства Ци Крови представляют собой парадоксальную систему силы.

Сформированная энергия крови и плоти отвергает всё чужеродное. Любая чужеродная субстанция либо будет вытеснена, либо переварена.

Однако, если этой энергии достаточно, она способна принять форму любой живой сущности.

Одновременно отталкивающая и принимающая, такая противоречивая и есть природа пути боевых искусств энергии крови и плоти.

С каждым повторением поз и стоек, исполняемых Чжу Пином, его внутренняя Ци Крови перемещалась по всему телу.

Постепенно начал доноситься звук, подобный морскому прибою.

Звук приливов становился всё громче, с каждым разом словно смывая и очищая всё.

Чжу Пин ощутил, как его разум полностью погрузился в океан цвета крови.

И по мере того, как тот алый океан продолжал накатывать и отступать, в какой-то момент, будто сама Вселенная утратила звук, в абсолютной тишине, сознание Чжу Пина, ведомое приливами кровавого моря, устремилось в глубины звёздных рек космоса.

Пусть «река» и есть в слове «звёздная река», но это уж точно не было нормальным.

Лишь преодолев один крошечный рубеж на пути боевых искусств Ци Крови, он вдруг получил возможность постичь звёздную реку Вселенной с непостижимой, таинственной перспективы.

Он уже осознавал, что всё происходящее это ненормально, но при этом Чжу Пин вовсе не собирался останавливаться.

Его сознание подвергалось удару всевозможных информационных потоков, исходящих из звёздной реки; вдохновения вспыхивали, как искры, одно за другим.

Подобные вспышки прозрения, накапливаясь, позволяли Чжу Пину быть уверенным: его сила в ближайшее время обязательно совершит резкий скачок вверх.

Но вскоре он ощутил, что ему необходимо как можно скорее прекратить это наблюдение, ибо он ясно почувствовал, что его сознание вот-вот выйдет за пределы тела, покинет плоть, и вольётся в эту звёздную бездну, став чем-то новым, особой формой жизни.

Тревога, возникшая в глубине души, постепенно пошатнула это состояние,

и когда Чжу Пин уже готовился вырваться из него, он вдруг увидел: вдали, среди звёздного океана, находилась особая планета, окружённая множеством звёзд, словно почтительно сопровождающих её.

На той планете Чжу Пин узрел пламя своего собственного сердца, тот огонь, что медленно рос и пылал.

Почти не раздумывая, в его разуме всплыло одно-единственное имя:

Звезда Негари.

Затем, это пылающее небесное тело вдруг изменилось. Огонь на нём начал менять форму, и вся планета преобразилась в гигантский глаз, пристально глядящий прямо на Чжу Пина.

Лишь один взгляд — и в этой безмолвной звёздной пустоте, огонь продолжал гореть молча, словно становясь вечностью.

Резкая боль заставила Чжу Пина очнуться.

Его тело всё ещё двигалось по инерции, инстинктивно размахивая кулаками.

Только когда сознание окончательно вернулось, он прекратил движения, обессиленно повалился на бок, изнемогая от боли, и достал зеркало, поднёс его к лицу.

В отражении его зрачки уже претерпели чудовищные изменения: раньше обычные тёмно-карие, теперь они стали подобны той горящей планете.

Пламя Души, что обитает в его сущности, уже нельзя было называть «огоньком».

Правильнее будет — «кострище».

Чжу Пин в панике поспешил скрыть аномалию своей души, затем при помощи нейроинтерфейса закрыл комнату медитаций, опустив голову, вернулся домой и сразу же заказал через интернет пару цветных линз.

Он смутно ощущал, что в иной перспективе сознания началось что-то странное.

Этот мерзкий, до тошноты знакомый запах... Вероятно, это были те самые охотничьи псы из снов.

Теперь, когда его Пламя Души достигло таких размеров, он начал вспоминать всё, что ранее было запечатано. Вспомнил и Чэнь Лань из организации Сердце Огня.

Тот секретный метод, что она ему когда-то дала, уже едва функционировал.

Пламя Души Чжу Пина стало столь огромным, что прежний метод попросту не в силах его укрыть.

Та странность, что он ощущал – это и были охотничьи псы из снов, начавшие отслеживать его присутствие.

Он должен как можно скорее отыскать Чэнь Лань и получить от неё дальнейшие методы сокрытия, лишь тогда он сможет жить спокойно.

Поэтому, как только линзы прибыли,

Чжу Пин сразу же, следуя памяти, отправился по адресу, где раньше жила Чэнь Лань.

Однако разочарование постигло его, нажав на звонок, он узнал, что прежняя жительница Чэнь Лань уже давно съехала.

Он пытался выяснить, куда она переехала, но ничего не добился. Чжу Пину не оставалось ничего иного, как начать поиски организации Сердце Огня.

Эта организация была формально прикреплена к Федеральному Бюро Космического Развития, однако на Земле у неё не было ни офиса, ни представительства, её основные члены всё время находились на космическом корабле, блуждая по разным Вселенным.

Потому отыскать членов этой организации крайне затруднительно. Если бы Чжу Пин не потрудился заранее изучить информацию, он бы вообще не узнал о существовании этой небольшой группы.

А сам Чжу Пин не знал, что в то время, как он искал организацию Пламени Души, другие тоже искали его.

Совсем недавно, несколько организаций, занимающихся поисками звёзд сверхъестественного уровня и обладающих определёнными знаниями о них, уловили некие особые колебания, эти колебания будто бы передавали координаты, но из-за технических ограничений полученные данные были неполными.

Поэтому теперь они с отчаянной настойчивостью стремятся выяснить, откуда же было отправлено это сообщение и куда оно направлялось.

Первый вопрос, из-за того, что всё скрыто Покровом Мириадов Звёзд, остался без ответа. Вот почему им и потребовались координаты. Зато на второй вопрос они ответ получили быстро: Информация была отправлена на Землю.

Теперь, охваченные внутренним возбуждением, все эти организации в спешке направили свои силы на Землю.

И, конечно же, не могли удержаться от действий и члены Нового Трёхсферного Объединения.

Пожалуй, те, кто денно и нощно выискивают способы тебя убить, знают тебя лучше всех остальных на свете.

Узнав о текущем событии множеством тайных путей, они снарядили целую армию охотников, решив во что бы то ни стало уничтожить всех последователей этих безликих божеств.

Разочарованный Чжу Пин ничего не мог поделать, и, возвращаясь домой, думал лишь о том, как скрыть свои аномалии.

Он открыл дверь.

И тут...

Перед его глазами предстала сцена:

Киллер Джей, с бутылкой водки на столе, держа граненый двухсотграмовый стакан в руках, задрав голову, хурт-хурт-хурт — жадно пил крепкий алкоголь.[1]

На его лице две борозды слёз, весь его облик источал неописуемую усталость и горькое отчаяние.

[1] Киллер Джей, с бутылкой эргуотоу в руках, задрав голову, тун-тун-тун — жадно пил крепкий алкоголь.