— Приглашение в Главный Храм Ордена Войны в Юнионе — это честь, которую вы вряд ли можете себе представить.

Не подозревая о чувствах Юри, Паунд продолжил с важным видом:

— Орден Войны следит за вашими действиями, Дракон Облаков и Тёмный Цветок. Не так давно вы вместе с Драконом Меча из клана Орсия помогли уничтожить епископа Злого бога и зачистить епархию еретиков. А теперь сыграли ключевую роль в нанесении смертельной раны одному из Святых, Агви, заставив его бежать.

За все те десятилетия, что Злой бог и еретики бесчинствовали в этом мире, никто не добивался таких успехов за столь короткий срок.

Самым весомым достижением было то, что они бросили вызов Святому Агви и довели его до состояния, в котором он был вынужден спасаться бегством, получив несовместимые с жизнью раны.

Личности Святых Злого бога были окутаны тайной. Неизвестно даже их точное количество.

Возможно, кого-то из Святых тайно убили, но пока нет полного списка, такие предположения бессмысленны.

Однако Агви — «известный» Святой. Пусть его настоящее имя и личность оставались тайной, прозвище «Агви» было у всех на слуху.

— Я не могу сказать многого, но если вы отправитесь в Главный Храм Юниона... кхм, конечно, вам придётся пройти испытания, но с высокой долей вероятности вы сможете получить «крещение».

— Ха.

Брови Ха Рён слегка поползли вверх. Аллен тоже выглядел удивлëнным.

— Хотите сказать, что им дадут крещение, даже не заставляя проходить послушничество?

— Их сила и заслуги уже доказаны. Какой смысл в послушничестве?

— Хм, похоже, вы пришли сюда не только ради расследования инцидента. Орден Войны положил на них глаз?

С улыбкой спросил Аллен, но Паунд промолчал, плотно сжав губы.

[Получить крещение — это так важно?]

[Само по себе крещение — это уже событие, но получить его в Главном Храме Юниона — это нечто выдающееся.]

Ха Рён ответила на мысленное сообщение Юри.

[В Юнионе, городе-государстве религиозного союза, находятся Главные Храмы многих орденов. Подобно тому, как Орден Порядка был изгнан из Юниона и скрылся в неизвестном святилище, для любого ордена святилище — это место, которое нужно тщательно охранять и скрывать.]

Юри не до конца понимал смысл её слов. [Зачем скрывать святилище?]

[Не задавайте глупых вопросов. Святилище потому и называется святилищем, что оно напрямую связано с богом. Что будет, если открыто заявить о его местонахождении, а еретики или другие враги устроят налет?]

Ха Рён мысленно цокнула языком и продолжила:

[Главные Храмы в Юнионе — это символ и оплот орденов. Приглашение туда таких чужаков, как мы, и тем более дарование нам крещения — беспрецедентный случай.]

Крещение само по себе получить не так-то просто, но при наличии достаточных заслуг его может даровать любой высший жрец в любом храме.

Но крещение в Главном Храме Юниона — это как получить крещение от Папы Римского в Ватикане на Земле.

[К тому же Орден Войны — весьма закрытая организация. В отличие от Ордена Земли или Ордена Изобилия, там нужно с детства доказывать свою веру, чтобы стать послушником, а затем вновь и вновь доказывать свою верность, силу и заслуги, чтобы стать полноправным жрецом.]

Другими словами, этот закрытый Орден Войны открыто выражал Юри и Ха Рён свою симпатию.

Для «одержимого» Юри отправиться в Главный Храм Ордена Войны — это даже не в логово тигра зайти, а прямо в его разинутую пасть прыгнуть.

Да, он взял из хранилища Мейвелд «Знамя Бросающих Вызов Небесам на Грани Смерти» на случай самого худшего сценария, но иметь страховку и добровольно отправиться в Главный Храм за крещением — это совершенно разные уровни риска.

Юри выдержал небольшую паузу и ответил:

— Это слишком щедрое предложение для тех, чья вера так слаба.

К счастью, у него была отговорка. Как они могут настаивать, если он сам говорит, что у него нет веры?

— Обрести веру никогда не поздно, даже когда кажется, что время упущено.

Паунд не собирался отступать. Он пристально смотрел на Юри и Ха Рён своими свирепыми глазами.

— Если по пути в Юнион вы будете каждый день читать священные писания, ваша вера, несомненно, укрепится.

— Благодарю за ваши слова, но для нас ещё слишком рано принимать крещение.

— Я не говорю, что вы обязаны это сделать. Как насчет того, чтобы просто посетить Главный Храм, а там уже решить?

— У нас есть свои планы.

— Неужели ваши планы важнее воли Ордена Войны?

Юри отказал уже трижды, но Паунд продолжал настаивать, а в последних словах и вовсе сквозило откровенное высокомерие. Чувствуя, что его терпение на исходе, Юри постарался сохранить невозмутимое выражение лица.

— Прошу прощения.

— Такое предложение поступает далеко не каждому.

— Мы будем стараться изо всех сил, чтобы однажды снова его заслужить.

Ответ прозвучал с лёгкой издëвкой, но Паунд не был настолько чутким человеком, чтобы уловить эти тонкие эмоции. Он лишь недоумëнно покачал головой.

— Раз вы закончили, не могли бы вы нас покинуть?

Аллен опередил Юри, который уже готов был выставить гостя. С мягкой улыбкой глядя на Паунда, Аллен медленно продолжил:

— Вы выслушали отчет о событиях четырëхдневной давности и получили ответ на своё предложение.

— ...

— Я ждал достаточно долго, теперь мне нужно сделать своё дело. Прошу прощения, но это касается только Ордена Наковальни. Господин Паунд, как постороннему лицу, вам придётся уйти.

— Я вообще-то тоже только что обсуждал дела, касающиеся Ордена Войны.

— Тогда вам следовало заранее попросить меня выйти.

От этого ответа плечи Паунда дрогнули. Он бросил на Юри и Ха Рён взгляд, полный нескрываемого сожаления, но в итоге плотно сжал губы и поднялся.

— Когда угодно... кхм, если будете в Юнионе или хотя бы проездом, загляните в Главный Храм Ордена Войны.

— Да, обязательно.

Ответил Юри, не имея ни малейшего намерения туда ехать. Как только Паунд, сверля их многозначительными взглядами, покинул комнату, Аллен передëрнул плечами и проворчал:

— Страшный как смертный грех, а болтает без умолку. Вам так не кажется?

Ни с того ни с сего он выдал этот комментарий.

— Что ж, раз нам больше никто не мешает, давайте перейдëм к делу. Как я уже представлялся, меня зовут Аллен Серфис, я из Ордена Наковальни.

Аллен лучезарно улыбнулся Юри и Ха Рён.

— Мы встретились лишь благодаря этим обстоятельствам, но, честно говоря, я о вас, господин Юри, знаю уже давно.

— От господина Игры в Полнолуние?

Юри не знал подробностей, но Паунд упоминал, что именно Аллен создал оружие для Чуксинду.

— Да. Мы с этим психом давно знакомы, так что слухи о нём волей-неволей доходят до моих ушей.

— Вы, должно быть, близки?

— Именно я создал его уникальное оружие — «Мадоридо».

Оказывается, «Мадоридо» Чуксинду было не просто железным шаром.

«Впрочем, логично. Обычный железный шар не выдержал бы ударов Непревзойдëнного мастера».

С виду в нём не было ничего особенного, кроме невероятной прочности. Интересно, есть ли у него какие-то скрытые функции?

— А эту странную одежду тоже вы сшили?

— Одежду? А... ту белую спортивную одежду? Да, он так умолял, что я сшил первый комплект по его просьбе. Но то, что он носит сейчас — это уже обычная одежда, которую он раздобыл сам.

С этими словами Аллен откинул плащ и сунул руку во внутренний карман.

Плюх.

Из-под чёрной ткани он достал объëмистую сумку.

— Орден Войны, может, и положил глаз на вещи Агви, но только не наш Орден Наковальни.

— Я слышал, среди них есть божественные артефакты Ордена Наковальни?

— Да, один из верховных жрецов нашего ордена создал их сотни лет назад по воле Бога-Кузнеца, и они наделены божественной благодатью. Но эти артефакты давно покинули пределы ордена, так что нам до них нет дела. В конце концов, такие вещи создаются не для того, чтобы прятать их как сокровища или пылить на полке, а для практического применения.

История этого артефакта оказалась куда внушительнее, чем Юри предполагал. Услышав это, он не смог сдержать волнения и сглотнул слюну.

Были ли браслеты Агви тем самым артефактом, о котором так отчаянно мечтал Юри, пока не ясно, но с такой историей, даже если это и не Гебура, он точно найдёт ему применение.

Щëлк.

Сумка на столе открылась.

— ...

Предвкушение, светившееся в глазах Юри, слегка померкло. В углу открытой сумки аккуратно сложенные лежали трусы Агви.

— Надеюсь, эти трусы не божественный артефакт Ордена Наковальни?

— Конечно, нет. Хотя... это не совсем обычные трусы. Они абсолютно не рвутся, растягиваются и сжимаются по размеру тела, обладают антибактериальными свойствами... в общем... на них наложена различная магия для удобства и гигиены. Они всегда как новые, вот.

Вполне логично. Учитывая, что Агви превращался в гигантского зверя, ему нужны были трусы, которые не порвутся и будут растягиваться вместе с ним.

— Они мне не нужны.

Но Юри они были совершенно ни к чему. Какими бы «как новыми» они ни были, их всё равно носил кто-то другой. Если бы они давали какие-то баффы, ещё можно было бы подумать, но магия для удобства и гигиены? Обойдётся.

Кроме трусов, в сумке были мантия, которую носил Агви, золотое ожерелье и золотой браслет. А также маска с разорванным ртом, скрывавшая его лицо.

— Я могу описать каждую вещь... но с божественным артефактом всё сложнее. А, не волнуйтесь. Как только вы наденете его, вы сами поймёте, какими способностями он обладает.

Аллен поднялся со стула. Услышав его слова, Юри не мог не почувствовать лёгкого разочарования.

В игре достаточно было навести курсор на предмет, чтобы увидеть его название и характеристики, но в реальности это не работало.

Именно поэтому, когда люди находили неизвестные предметы или артефакты, они обычно несли их в лавку оценщика или к жрецам Ордена Наковальни.

Аллен сказал, что Юри всё поймет, когда наденет его, но Юри предпочёл бы сначала услышать подробное описание.

— Для начала, этот браслет и есть один из божественных артефактов Ордена Наковальни.

К браслету, который Юри ждал больше всего, они перешли в первую очередь.

— Его имя — Гебура.

«Есть!»

Юри пришлось приложить все усилия, чтобы подавить желание вскочить и закричать от радости.

***

— Хм.

Покидая особняк Мейвелд, Аллен Серфис остановился и обернулся.

За массивными закрытыми воротами он всё ещё отчëтливо помнил лицо Юри.

— Непонятно.

Пробормотал Аллен, потирая подбородок. Видя, как упорно Юри отказывается от приглашения Ордена Войны, он подумал, что, может быть...

Учитывая его растущую славу и выдающийся талант, даже если он и не «одержимый», он, вероятно, не захочет связываться с Орденом Войны.

Если бы он хотя бы знал, какими боевыми искусствами владеет Юри, можно было бы сделать какие-то выводы. Но если он не такой сумасшедший, как Чуксинду, который хвастается своими навыками направо и налево, то скрывать свои боевые искусства — это нормально.

Особенно для того, кто, как Юри, не принадлежит ни к одной из известных школ и обучался самостоятельно.

«Учитывая, что тот психопат Чуксинду так его хвалил, я подумал, может быть...»

Но если Дракон Облаков действительно «Кошачьи трусики» или «Невосприимчивый к оскорблениям», Чуксинду бы не ограничился простыми похвалами.

«Кошачьи трусики» и «Невосприимчивый к оскорблениям».

Аллен знал, как отчаянно Чуксинду ищет своих земляков.

По информации, которую Чуксинду раздобыл сам, «Кошачьи трусики» уже находился где-то в этом мире, а вот присутствие «Невосприимчивого к оскорблениям» пока не было подтверждено.

«Раз он так долго не появляется, может, он просто сдался и бросил игру?»

Или попал в аварию, или заболел и умер на Земле. А может, он уже переселился в этот мир, но просто хорошо прячется.

Довольно много идиотов считают «Невосприимчивого к оскорблениям» апостолом Злого бога, и, похоже, эти слухи ходят даже среди самих еретиков-культистов...

Аллен никогда не считал «Невосприимчивого к оскорблениям» апостолом Злого бога. Этот парень был просто безработным, которому нечем было заняться, кроме как целыми днями играть в игры.

«В следующий раз, когда увидимся, надо будет его спросить».

Хоть это и было два года назад, если Чуксинду хвалил его, значит, Юри произвел на него сильное впечатление. Аллен знал, что Чуксинду — не тот человек, который разбрасывается похвалами, особенно в адрес молодых талантов.

— Надеюсь, он не сдохнет в Верноке.

Пробормотал Аллен себе под нос и развернулся. Он немного беспокоился, но не собирался отправляться в Вернок, чтобы помочь Чуксинду.

Мечта Аллена — жить в этом мире долго, счастливо, легко и беззаботно, пользуясь своей красивой внешностью.

Поэтому Аллен не хотел вступать в конфликты с еретиками-культистами. Он не хотел рисковать жизнью, клянясь убить Злого бога. И уж точно не собирался просить помощи у Богини Порядка.

«Но то, что Агви вырезал семью Ласпион, меня бесит».

Счастливо и беззаботно.

Чтобы жить так, нужны сила и влияние.

Когда он только прибыл в этот мир и раздумывал, как ему жить дальше и как обрести силу и влияние, Аллен сразу же подумал о Методе меча Ласпион.

«Если бы не эти ублюдки, я бы изучил Метод меча Ласпион».

Но прежде чем Аллен успел что-либо предпринять, семья Ласпион была уничтожена.

Из-за этого Аллену пришлось кардинально менять свои планы на вторую жизнь.

Поэтому он выбрал Орден Наковальни. Вступив в Орден Наковальни, он мог рассчитывать на уважение в любом месте, зарабатывать много денег, избегать опасностей, и даже если бы кто-то узнал, что он «одержимый», это не стало бы проблемой.

Хоть он и выбрал этот путь по расчету, создание оружия оказалось весьма увлекательным занятием, и у него обнаружился к этому талант, благодаря которому он так быстро дослужился до звания мастера.

«Впрочем, сейчас я даже рад, что всё так сложилось».

Усевшись в карету, Аллен достал из-за пазухи зеркальце и всмотрелся в своё отражение.

Он видел это лицо каждый день с момента трансмиграции, но оно ему ничуть не наскучило. С любовью глядя на своё отражение в зеркале, Аллен пробормотал:

— Как же мне повезло оказаться в этом теле.

Чуксинду при каждой встрече твердил, что хочет вернуться на Землю, но Аллен был другим.

Он был невероятно счастлив переселиться в этот мир и совершенно не желал возвращаться на Землю.

***

В ожерелье Агви была встроена магия подпространства высокого уровня. Это было совершенно иное заклинание, нежели простое расширение пространства, которое часто применялось к карманам или сумкам.

Ожерелье само по себе было связано с подпространством, поэтому не нужно было расстегивать карманы или открывать сумки и совать туда руку — можно было в любой момент достать или положить нужную вещь прямо в подпространство.

— Вы действительно отдаёте его мне?

— Да.

Как только Юри услышал описание, он сразу подумал, что это ожерелье идеально подойдет Ха Рён.

Обычно она прятала своё скрытое оружие в рукавах или в мешочках на поясе.

Хотя на её мешочки и была наложена магия расширения пространства, в пылу битвы безошибочно вытащить нужный кинжал было довольно хлопотно.

— Я вас люблю.

— Что?

— Но не настолько, чтобы признаваться в любви.

С привычным бесстрастным лицом Ха Рён развернулась к Юри спиной и приподняла свои короткие волосы до плеч.

— ...?

Белоснежная шея. Юри удивленно моргнул и склонил голову набок. Он совершенно не понимал, что происходит.

— Что ты делаешь?

— Это я хотела бы у вас спросить. Глупый господин Юри, вы собираетесь обменять это ожерелье на конфеты? Надевайте его скорее.

Разве она не могла надеть его сама? Подумав так, Юри всё же послушно взял ожерелье и подошёл. Ему никогда в жизни не доводилось надевать ожерелье на другого человека, поэтому он почему-то нервничал.

Щёлк.

На деле оказалось, что в этом нет ничего сложного. Ха Рён слегка оттолкнулась спиной от груди Юри и потрогала ожерелье.

— О.

Рука Ха Рён исчезла в пустом пространстве.

— О-о-о.

Глаза Ха Рён, вытащившей из подпространства огромный драгоценный камень, расширились от удивления.

— Этот камень тоже мой?

— Ну, мы будем использовать его вместе.

— Значит, это наша совместная собственность?

— Эм... ну да.

Пока Ха Рён доставала всё свое скрытое оружие из карманов и складывала его в подпространство, Юри изучал остальные вещи в сумке.

Даже если бы он получил только «Гебуру», он был бы более чем доволен, но мантия и маска тоже оказались превосходными артефактами.

Мантия была оснащена защитной магией высшего класса и, если переводить на игровую терминологию, соответствовала как минимум уникальному рангу брони. Правда, от магии Орки она его не спасла.

— Возьми.

— Мне?

Эстор, которому вдруг швырнули мантию, удивлëнно заморгал.

— Зачем ты мне её отдаешь?

— Господин Эстор, не задавайте лишних вопросов. Старая рваная мантия господина Юри хранит в себе много воспоминаний. Уж я-то знаю, наш сентиментальный господин Юри никогда не выбросит свою нынешнюю мантию.

Поддразнила Ха Рён, методично протирая каждый кинжал перед тем, как отправить его в подпространство. Юри промолчал, не найдя, что ответить.

Маска с разорванным ртом — вещь, подобающая Святому Злого бога, который творил бесчинства, скрывая свою личность.

Магия искажения восприятия, наложенная на маску, подавляла присутствие того, кто её носит. А если к этому добавить навык скрытности, можно было обмануть даже мастера высокого ранга.

«Так вот как он появился в центре выставочного зала».

Похоже, это была способность маски. Для Юри, который не знал, когда на его след могут выйти, такая вещь была просто необходима.

«Если скомбинировать её с "Завесой обмана", возможно, удастся обмануть даже Непревзойдëнного мастера».

Как навыки синергируют друг с другом, так же синергируют и предметы. Конечно, ему было немного противно надевать маску, которую носил этот ублюдок Агви, но если хорошенько её вымыть, то будет нормально.

Тук-тук-тук.

И наконец, золотой браслет — «Гебура».

Когда Юри взял браслет в руки, Ха Рён издала звук, имитирующий стук сердца. Юри проигнорировал её насмешку и расстегнул браслет.

«Гебура — браслет, который носится на правой руке».

Символ Силы.

Вспомнив слова Аллена, он надел браслет на правое запястье.

Ту-дух.

С громким стуком в ушах у него потемнело в глазах.