Подойдя вплотную, Елена смело протянула руку и щелкнула пальцами по старой, изношенной рубашке Юри. Тр-р-р! Пальцы даже не коснулись ткани, но все пуговицы разом расстегнулись.

— Эй, что... что ты делаешь?

Юри искренне растерялся и переспросил. Но Елена снова промолчала. Она широко раскрыла синие глаза и уставилась на его обнажëнный торс.

Старые шрамы. Следы от ожогов клеймом. Раны, полученные во времена «Чёрной банды», тоже успели зажить, превратившись в свежие рубцы. При виде такого количества шрамов глаза Елены мелко задрожали.

— Угх...

Елена прикусила губу, сдерживая стон. Она низко опустила голову и сжала юбку, пытаясь совладать с эмоциями.

— Я получила письмо... от дяди Гордона.

Чего?

— О том, как ты жил после приюта. Ты ведь... вступил в эту нелепую, убогую банду? В «Чёрную банду»?

Проклятье. Юри плотно сжал губы. Вот почему Елена внезапно заявилась сюда: она получила письмо от Гордона из лавки.

— И о том, что на твою банду напали, я тоже знаю. Я знаю, Юри, что ты чудом остался жив.

Голос Елены дрожал всё сильнее. Она сделала несколько вдохов и, подняв голову, впилась взглядом в тело Юри.

— Ты ведь чуть не умер.

— Ну... не до такой степени.

— Да как же нет?! Если рана не смертельная, это не значит, что ты не был на волосок от гибели! В конце концов, ты единственный, кто там выжил!

Треск! Неконтролируемые, бушующие эмоции вызвали разряды тока вокруг Елены.

Елена состояла в магической башне Дересия. Как и в игре, в этом мире башня Дересия специализировалась на стихии молнии. Вполне естественно, что Елена, обучавшаяся там, владела этой стихией.

— ...Фу-ух.

Елена попыталась успокоить сбившееся дыхание. Треск разрядов стих. Она прижала рукой волосы, распушившиеся от статического электричества, и посмотрела на Юри.

— Что всё это значит?

— ...

— Я знала, что ты занимаешься плохими делами. Но ведь всему есть предел! Ты мне ничего не рассказывал. И дядя Гордон, и заведующая приютом! Никто ничего о тебе не говорил!

Елена усмехнулась и покачала головой.

— В итоге я одна ничего не знала. Не знала, чем ты занимаешься и как живешь.

— Тебе и не нужно было знать.

Он не мог больше молчать. Юри нахмурился и уставился на Елену в ответ.

За месяц он примерно понял, какой у Юри был характер. Этот ублюдок был просто-напросто грубияном без капли манер.

— Ты прекрасно живëшь в своей башне, так зачем тебе слушать обо мне?

— Что...?

— Как ты и сказала, я занимался плохими... ха, да. Жил как мусор. И что с того? Какая тебе разница, как я живу?

Резко бросив это, Юри оттолкнул руку Елены. Затем он с усмешкой начал застëгивать пуговицы.

— Какая мне разница...?

Елена крепко сжала отброшенную руку. Она несколько раз моргнула, взяла себя в руки и заговорила.

— Как это никакой? Юри, мы с тобой...

— Подруга детства? Самой не смешно? Мы просто ровесники из одного приюта, и всё.

— Юри...!

— Хватит, Елена.

Коротко вздохнув, Юри оборвал её.

— Прошло десять лет.

— ...

— Десять лет. С тех пор как ты уехала в башню Дересия, прошло десять лет. Не знаю, каким ты меня помнишь, но я... я уже не тот десятилетний сопляк, которого ты знала.

Это была правда. Сирота Юри, друг детства Елены, умер. Сейчас здесь находился Ли Су Хёк, натянувший на себя оболочку Юри.

Конечно, он сказал это не в прямом смысле. Это была лишь страховка на случай непредвиденных обстоятельств.

«Пожалуйста».

Скрывая отчаяние, Юри смотрел на Елену. Та выглядела ошеломлëнной, словно получила сильный удар.

Видя её такой, его сердце дрогнуло, но выбора не было. Пусть настоящий Юри и был грубияном, нынешнему Юри вовсе не обязательно вести себя так же. За десять лет меняются горы и реки, что уж говорить о человеческом характере. К тому же, встретив подругу детства после долгой разлуки, он вполне мог бы сказать пару добрых слов.

Он намеренно не стал этого делать. Он умолял про себя, чтобы Елена окончательно в нём разочаровалась. Чтобы она с презрением отвернулась от друга детства, который изменился и превратился в мусор. И чтобы они больше никогда, никогда не пересекались.

— ...

Елена молча сверлила Юри взглядом. «Кажется, она начинает злиться?» — подумал он и заговорил.

— Уходи.

Чтобы окончательно расставить все точки над «i».

— Мне не нужна твоя забота. Я сам как-нибудь проживу, так что и ты...

— Сам как-нибудь?

На этот раз Елена оборвала Юри на полуслове.

— Сам как-нибудь? И как же ты собрался жить?

Рука Елены пришла в движение. Она положила ладонь прямо в центр груди Юри, туда, где остался шрам от ножевого ранения, и искривила губы.

— «Чёрная банда»? Когда я впервые услышала это название, подумала, что это какая-то фракция Чёрного пути. Но, как оказалось, это не так. Юри, почему бы тебе не вступить в нормальную секту Чёрного пути? Тогда, может, подобрал бы себе хотя бы третьесортный метод внутренней энергии.

Завеса обмана работала идеально. Елена не чувствовала в Юри ни капли внутренней энергии.

— Десять лет? Ты прав, Юри. Это долгий срок. И я изменилась, и ты... изменился. Но вот в чём дело.

Елена убрала руку с его груди и коротко вздохнула.

— Неужели тебе... нечего сказать мне после десяти лет разлуки?

— А тебе?

Ответил вопросом на вопрос Юри.

— Если бы ты не заявилась вот так, может, я бы и сказал что-то другое.

Елена несколько раз моргнула, коротко вздохнула и сделала пару шагов назад.

— Ты прав.

С невозмутимым видом она кивнула. Сняв широкополую шляпу, она вежливо поклонилась Юри.

— Я повела себя грубо. Внезапно заявилась, выломала дверь и стала отчитывать тебя, не подумав о твоих чувствах. Прости.

— Я сказал это не ради извинений.

— Юри.

Елена подняла голову.

— Я забираю тебя с собой.

— Чего?

— Даже если ты откажешься, я тебя не послушаю. Я решила это сразу же, как прочитала письмо дяди Гордона. Я заберу тебя.

В её голосе не было ни тени сомнения. Оглядывая крошечную комнатушку Юри, она продолжила:

— Из этой тесной каморки. Из этой глуши, где у тебя ничего нет и где ты ничего не можешь. Я увезу тебя отсюда.

Хуже не придумаешь.

— Я приехала именно за этим.

Дрожь в кончиках пальцев она скрыла, крепче сжав шляпу. Подавила и подступившие слёзы. Наряд, совершенно не подходящий для провинциальных пейзажей. Чистые туфли. Воплощение того самого «города», о котором они с Юри так мечтали в детстве. Обернувшись спиной, Елена прикусила нижнюю губу. Если бы она не наговорила ему резкостей, услышала бы в ответ, что стала «красивой»?

— Но почему?

Юри совершенно не понимал Елену. За десять лет она ни разу не навестила его, они лишь изредка обменивались письмами. Да, в некоторых из них сквозило беспокойство, но он и представить не мог, что она зайдет так далеко.

Он покопался в старых воспоминаниях. Времена приюта Ольдор. Да, придется признать: тогда Юри и Елена были близки. Если уж на то пошло, Юри в то время играл для неё роль «старшего брата».

До того как в Елене пробудился талант к магии. Эта сиротка обладала не только даром, но и миловидным личиком, поэтому злые дети частенько задирали её. Талант виден с пеленок, и Юри с малых лет был ходячей катастрофой. Маленький Юри постоянно дрался с другими детьми, но с Еленой всегда был добр. Если её обижали, он тут же бросался в драку и колотил обидчиков.

«Из-за этого?»

Десять лет прошло. Или из-за того, что он чуть не умер месяц назад? Всего лишь из-за этого?

«Хотя, разве можно назвать это пустяком?»

Неужели новость о том, что далекий друг детства чудом выжил, стала для неё таким шоком?

— Почему? А сам как думаешь? — Елена резко обернулась. — Потому что я не хочу оставлять тебя здесь одного.

В её лице читалось непреклонное упрямство.

Елену не переубедить.

Вот и всё. Её просто невозможно переубедить. Она приехала сюда с твердым намерением забрать Юри, и у него сейчас не было ни одной веской причины для отказа.

Он не мог рассказать ни о своих текущих делах, ни о планах на будущее. Никаких перспектив у него не было. «Чёрную банду» вряд ли можно было назвать работой, но он потерял и это. А заодно чуть не лишился жизни. Даже если отбросить взгляды современного человека, объективно Елена уже добилась успеха. И в будущем взлетит еще выше.

В этом мире, в Серонисе, «магическая башня» — это острие магического прогресса. Не все великие маги вышли из башен, но все Главы башен — великие маги. Даже в игре все обладатели титула «Глава башни» были именными боссами, которых было невероятно трудно убить.

И одна из таких Глав признала талант Елены. К тому же, судя по последнему письму, Глава башни Дересия, Небесный Гром Орка Дересия, лично подыскивала Елене задания, чтобы расширить её кругозор. Это явно говорило о её особом отношении к ученице.

И вот теперь эта выдающаяся Елена приехала в такую глушь, чтобы забрать его и заботиться о нем. Каким бы грубияном ни был настоящий Юри, списать отказ в такой ситуации на одну лишь «грубость» было бы слишком неубедительно.

«Просто сказать "не хочу" и упереться...»

Не выйдет. Елена была полна решимости забрать его даже силой.

Шах и мат. Отступать некуда.

«Может, оно и к лучшему?»

Во-первых, условия жизни там точно будут лучше. За месяц в этой провинциальной дыре он столкнулся с бесчисленным множеством неудобств.

Конечно, есть и риски. Прошло десять лет, так что изменения в характере можно легко скрыть, но тем, связанных с воспоминаниями о приюте, лучше избегать. Воспоминания у него есть, но эмоций, связанных с ними — нет.

«Кроме того, придется скрывать всё, что выдает во мне "одержимого"».

Если бы не Завеса обмана, в момент встречи с Еленой ему пришлось бы либо бежать... либо бить её в солнечное сплетение первым. Или выдумывать какие-то нелепые отговорки.

«Пока на мне Завеса обмана, внутреннюю энергию она не почувствует».

Игра и реальность различаются, и эффект Завесы обмана тоже. Было бы здорово, если бы к ней прилагалась инструкция, но Орден Порядка и Лореллия такой заботой не отличались.

Впрочем, всё в порядке. После того как артефакт впитался в шею, он поэкспериментировал с ним и понял, как он работает и применяется в реальности. Ощущение, будто в голове есть переключатель. Физически его не существовало, но усилием воли он мог управлять Завесой.

Наличие Завесы не означало полного блока на использование маны или внутренней энергии. Просто её не было видно снаружи. Это был базовый режим, а с помощью «переключателя» можно было регулировать мощность скрытия. Выглядеть как обычный человек или как новичок, едва начавший обучение. Истинная ценность предмета заключалась именно в этой иллюзии.

«Было бы здорово, если бы мне повезло раздобыть через Елену руководство по мане или метод внутренней энергии».

У него уже была Техника Уничтожения Зла для внутренней энергии, но ему нужно было правдоподобное оправдание на будущее.

«Отлично».

Тщательно всё обдумав, он принял решение. Для начала он уедет из Ольдора вместе с Еленой. А заодно воспользуется связями своей успешной подруги детства.

— Передумал? — заговорила Елена, стоявшая в углу со скрещенными на груди руками.

Пока он размышлял, тело продолжало двигаться. Он же не мог уехать с Еленой в чём мать родила. Надо было собрать хоть какие-то вещи.

— Не стой там, присядь хотя бы на стул.

— Не хочу, он грязный.

Где она тут грязь увидела? Юри нахмурился и метнул в неё взгляд, но, снова посмотрев на её наряд, понял. Белоснежное платье, совершенно неуместное в этой глуши. В такой одежде испачкаешься, даже если будешь просто стоять.

— ...Зачем ты так вырядилась?

— Чего?

— Я про одежду. Ты же помнишь, что это за город.

Ольдор — это место, где даже простояв на улице полдня, не увидишь никого в такой одежде. Сейчас она выглядела как типичная чужачка.

— ...В чём хочу, в том и хожу.

Выпалила Елена, нахмурив брови. В голосе слышалось раздражение. Он сказал что-то не то?

«Ага».

Мол, хоть я родом и отсюда, теперь я с этим местом не имею ничего общего — своего рода показуха. Судя по характеру Елены из писем, это было вполне в её духе. А ведь в приюте она постоянно хвостиком ходила за ним, повторяя: «Юри, Юри». Кто бы мог подумать, что она вырастет такой колючей и холодной...

— Красиво.

Юри отвернулся и пробормотал себе под нос. Раньше он вёл себя как грубиян, чтобы она от него отвязалась, но раз уж он решил поехать с ней, нужно было немного смягчить тон.

— Что... ты сказал?

Он сказал это так, чтобы она услышала. Если бы она проигнорировала, ему бы самому стало обидно.

— Говорю, красиво.

— ...

— Я сказал что-то странное?

— Нет... эм, да, спасибо.

Её холодный тон немного смягчился, а за спиной послышалось деликатное покашливание. Юри не стал обращать на это внимания и продолжил паковать вещи.

На самом деле, собирать было особо нечего. Сменная одежда в дорогу, заначка, которую он усердно копил. Дневник, пропитанный ненавистью к себе. И...

— Это.

Елена, стоявшая неподалеку и нервно теребившая пальцы, подошла ближе.

— Мои... письма?

Письма, лежавшие в самом нижнем ящике. Юри, бережно укладывавший их в дорожную сумку одно за другим, поднял взгляд на подошедшую Елену.

— Ага.

— Не... выбросил? Оставил?

— С чего бы мне их выбрасывать?

От его ответа глаза Елены слегка дрогнули.

Честно говоря, она думала, что он их выкинул. По ответам Юри складывалось именно такое впечатление. Отписки, в которых не было ни слова о себе, отправленные чисто ради приличия.

Что бы Елена ни писала, ответы Юри были лишены «общения» и «сочувствия». Жизнь в башне отнимала много времени... да и в силу юного возраста отношение Юри ей не нравилось. Поэтому со временем Елена тоже перестала вкладывать душу в письма.

Их связь как «друзей детства» едва держалась на тонких нитях прошлых воспоминаний. Эта связь могла оборваться в любой момент, но она не хотела её обрывать. Ей казалось, что так нельзя.

— Сохранил, значит...

Елена бросила взгляд на оставшиеся в ящике письма. У большинства из них печать была нарушена. Она не могла утверждать наверняка, но ей показалось, что их перечитывали совсем недавно.

Может, он читал их много раз?

— Возьмешь их с собой?

В этом вопросе не было нужды. Прямо сейчас Юри укладывал их в сумку. Даже встретившись лично. Эти письма, написанные за десять лет и заставившие их осознать растущую пропасть между ними, он не выбрасывал, а забирал с собой.

— Ага.

С чего бы мне их выбрасывать? Их ни в коем случае нельзя выбрасывать. В этих письмах — десять лет информации о Елене.

— А ты мои выкинула?

— Н-нет, конечно же, нет.

— Рад слышать.

— Чему тут радоваться?

— Было бы нелепо, если бы они остались только у меня.

Если получится, он хотел бы прочесть и те письма, что хранятся у Елены. Характер «Юри», воссозданный по дневнику и обрывкам воспоминаний, был лишён деталей. К тому же, память — штука ненадëжная, и он не помнил точного содержания отправленных им писем.

Судя по раскопанным воспоминаниям, характеру Юри и ответам Елены, ничего глубокомысленного он не писал... но всё равно это было бы полезно.

«Хотя, просить показать старые письма, которые я сам же и отправил — звучит странно, не так ли?»

Подумал он, укладывая письма в сумку, когда Елена вдруг заговорила.

— Можно мне потом их почитать?

— ...Твои же письма?

— Угу.

— Зачем...?

— Просто... вдруг я, эм, в старых письмах написала что-нибудь... странное.

Выходит, это не такая уж нелепая просьба?

— Я же пишу с десяти лет. Эм, я была маленькой, плохо помню...

— Можем поменяться и почитать.

Он сразу ухватился за возможность.

— Я тоже плохо помню, что писал в прошлом.

— Договорились.

На губах Елены появилась неловкая улыбка. Юри ответил ей точно такой же улыбкой.

Собрав всё нужное, он открыл ящик письменного стола.

< Базовое руководство по мане >

< Каждый может стать магом >

< Метод Трёх Сил >

< Метод внутренней энергии Ветра >

Четыре книги, от которых за версту несло шарлатанством. Он уже решил, что они не стоят того, чтобы их брать, но намеренно достал их на глазах у Елены.

— А это ещё что?

Как он и рассчитывал, Елена заинтересовалась. Она проворно подошла к Юри и первым делом схватила «Базовое руководство по мане».

— Юри, ты... хочешь стать магом?

— Да так, от скуки читал.

Он солгал так очевидно, чтобы Елена точно догадалась. Она бросила на него странный взгляд и открыла «Базовое руководство по мане». Затем с весьма серьёзным лицом начала читать, переворачивая страницы.

Вжух-вжух...

Первые несколько страниц она изучала внимательно, но вскоре стала перелистывать их всё быстрее.

— Ты же не покупал эту чушь?

«Не знаю. Не похоже, что украл, так что, наверное, купил.»

— Неужели кто-то стал магом среднего уровня после этого?

«Знаю. Эту подержанную книгу читали как минимум три человека до меня. Интересно, те, кто оставлял в ней пометки до Юри, стали магами?»

— Что... с ней что-то не так?

Юри прекрасно знал, что с книгой что-то не так. Но здесь нельзя было этого показывать. Он переспросил с озадаченным видом, а Елена усмехнулась и щелкнула пальцами.

Вспышка!

«Базовое руководство по мане» сгорело дотла прямо у неё в руках.

— Это мусор.

Елена вынесла жестокий вердикт, глядя на Юри, который изображал искреннее потрясение.

— Человеку, не знающему магию, это может показаться правдоподобным, но на деле это сплошной бред и фальшивка. Зачем ты хранишь такие книги?

— Это лучшее, что я мог достать.

И это было чистой правдой. В таком провинциальном городке изначально не было нормальных магических книг. А если бы и были, Юри бы их не достал.

— Почему ты мне не сказал? — нахмурившись, спросила Елена.

— У тебя же была знакомая из магической башни Дересия! Если бы ты написал мне, что хочешь изучать магию, я бы...

— Я не хотел.

Елена была права. Если он действительно хотел изучать магию, нужно было не покупать этот подержанный мусор, а попросить Елену — так было бы быстрее и правильнее.

Но Юри этого не сделал. Почему? Точного ответа он не знал. Тот Юри, который мог бы ответить, истек кровью и умер от ножевого ранения в офисе «Чёрной банды».

Но причину можно было угадать. Юри был похож на Ли Су Хёка, а если бы Ли Су Хёк оказался на месте Юри... причина не писать Елене была бы только одна.

Гордость.

Чёртова гордость. Подруга детства Елена, которая ушла слишком далеко, и каждое письмо которой лишь подчеркивало его собственную неполноценность и суровую реальность. Он просто не хотел показывать ей свою слабость и ни за что не стал бы о чем-либо просить.

Эту жалкую, жалкую, запутанную историю не было нужды объяснять. «Я не хотел». Этого ответа было достаточно. Это ясно давало понять, что он больше не намерен обсуждать эту тему.

— ...

Елена не была дурой. К тому же, встретившись лично, он понял, что в ней было куда больше такта, чем казалось по письмам. Она посмотрела на Юри, коротко вздохнула и кивнула.

— Понятно.

Полностью сгоревшее «Базовое руководство по мане» осыпалось на пол чёрным пеплом. Елена немного помолчала, а затем перевела взгляд на остальные книги в ящике стола.

— Боевые искусства... ты тоже хотел изучать?

— Магия мне, видимо, не дается.

— Можно посмотреть?

— Делай что хочешь. Всё равно это бесполезный хлам.

Елена бросила взгляд на холодно-отстраненное лицо Юри. Сожалея о своих недавних словах, она проверила содержимое «Метода внутренней энергии Ветра» и «Метода Трёх Сил».

Как и ожидалось, эти две книги оказались таким же мусором, ничуть не уступающим «Базовому руководству». Но на этот раз она не стала усмехаться или сжигать их. Вместо этого она молча положила книги на стол.

< Каждый может стать магом >

Последняя оставшаяся книга. Елена молча смотрела на её обложку. Проверять содержание не было нужды. И так понятно, о чем пишут в книгах с такими названиями.

Многие маги, мечтающие о башне, но упëршиеся в потолок своего таланта, находят утешение в подобной литературе. Елена к таким магам не относилась. Она прекрасно осознавала свой огромный талант и никогда не испытывала его нехватки.

Если бы кто-то другой искал утешения в таких книгах, Елена высмеяла бы это как «дешëвку». Сказала бы, что лучше бы они усерднее тренировались, чем читать подобный бред.

Но Юри она так сказать не могла.

— Я рада, что приехала за тобой.

Вместо упреков она пробормотала именно это. Оторвав взгляд от отложенных книг, она с серьезным лицом посмотрела на Юри.

— Хорошо, что я узнала это хотя бы сейчас...

— Что узнала?

— Обещаю. Юри, ты...

Елена сделала короткий вдох и мягко улыбнулась.

— ...ещë подумаешь, что тебе повезло, что я приехала за тобой сегодня.

Немногочисленные вещи были упакованы в сумку.

Пришло время покинуть Ольдор.