Юри и Ха Рён выделили по отдельной гостевой комнате в особняке.

Клан Орсия, чья мощь превосходила Пять Великих Кланов Востока и другие знатные дома, был необычен во всём, начиная с дворецкого.

Его физическая форма была безупречна, а каждое движение — выверено и лишено малейших изъянов.

В игре этот дворецкий по имени Байрен был именным NPC. У него не было громкого прозвища, как у других, но его уровень переваливал за 70.

Если учесть, что с тех пор прошло больше тридцати лет, сейчас Байрен наверняка достиг 7-го ранга.

Рыцарями Орсии становятся минимум на 4-м ранге, и то в качестве оруженосцев. В основном орден состоит из мастеров 5-го и 6-го рангов, а командиры, несомненно, достигают 7-го.

Это доказывало, что Непревзойдëнные мастера и Главы магических башен — не единственные сильные люди в этом мире. Непревзойдëнные мастера — это те, кто достиг 7-го ранга. А те, кто удерживает этот титул долгие годы, наверняка давно преодолели барьер 7-го ранга.

«Та же Небесный Гром Орка, должно быть, уже на 8-м ранге».

Ранг Игры в Полнолуние Юри определить не мог. Вряд ли он добрался до 8-го, но даже на одном ранге разница в силе может быть огромной. Скорее всего, он находится где-то на поздних этапах 7-го ранга.

Юри задумался о 7-м ранге из-за Формулы Разложения Трупа, найденной в особняке Иссохшей Старухи.

В боевых искусствах, благодаря Технике Уничтожения Зла, он смог быстро достичь высокого уровня, но вот в магии всё было иначе.

Магия и боевые искусства — вещи разные. Если ранг воина определяется объëмом внутренней энергии в даньтяне, то ранг мага сильно зависит от силы души.

А сила души — это совсем не то же самое, что внутренняя энергия или мана.

Сила души — это дух мага. Она сродни воплощению воли воина, но не идентична ей. Ранг магии зависит от того, насколько маг закалил свою душу и насколько глубоко слился с магией.

Талант одержимого, специализирующийся на магии. Благодаря ему Юри мог использовать магию как поддержку, уделяя основное внимание боевым искусствам.

Но чтобы в полной мере использовать заклинание «Иссушающий Вечность» из Формулы Разложения Трупа, ему придётся всерьёз заняться магией и развить силу души.

«Магия...»

Стоит ли оно того ради одного заклинания? Определенно, да. «Иссушающий Вечность» Бессмертного Духа Трупа стоил и времени, и усилий.

Если Юри достигнет 7-го ранга и сможет в совершенстве овладеть этим заклинанием, он, будучи и без того живучим рукопашным бойцом, превратится в настоящего бессмертного зомби. И сможет получить колоссальное преимущество перед любым противником, будь то маг или воин.

«Но переделать «Иссушающий Вечность» под боевые искусства моих навыков не хватит».

Да, у одержимых есть талант к магии. Но даже алмазу нужна огранка, чтобы он засверкал.

Указывающее Пламя застрял на 5-м ранге не из-за отсутствия таланта.

Всё решает среда. Юри смог достичь 5-го ранга в таком возрасте только потому, что стал одержимым, выучил Технику Уничтожения Зла, съел Пилюлю Синих Небес и освоил «Кулак Плывущих Облаков Бурного Неба» вместе с «Искусством Пурпурной Молнии».

Юри изучил первоклассные боевые искусства и заложил прочный фундамент благодаря наставлениям Кулачного Волка.

Но в магии ему не хватало учителя.

— А.

Сидя в мягком кресле и размышляя о магии, Юри внезапно вспомнил об одном человеке.

Пламенный Журавль Харабель Усия.

Два года назад Пламенный Журавль предлагала ему пойти с ним.

«Пойдёшь со мной — в обиде не оставлю».

Она обещала посмотреть на его способности и, если тот не потянет на ученика, взять хотя бы разнорабочим.

К Орке с просьбой об обучении магии он сунуться не мог, но, возможно, с Пламенным Журавлëм удастся договориться?

«Пока отложим эту мысль».

Сначала он сам попробует разобраться в Формуле Разложения Трупа. Если не выйдет — тогда и обратится к Пламенному Журавлю или другому архимагу. На том Юри и порешил.

— С чего бы вдруг?

Спросила Ха Рён, приподнимаясь на огромной кровати, где до этого лежала раскинув руки и ноги. Ей выделили соседнюю комнату, но сейчас она, как ни в чём не бывало, находилась в комнате Юри.

— Ты знаешь, где сейчас Пламенный Журавль?

— Ты так внезапно спрашиваешь об этом.

— Это из-за магии, найденной в особняке Иссохшей Старухи.

— Неужели ты собираешься продать её Пламенному Журавлю?

— Нет, я хочу попробовать поучиться у неё, если сам не смогу в ней разобраться.

— Хм.

Ха Рён удивлëнно посмотрела на него.

— Если тебе нужен учитель, почему бы не попросить госпожу Орку... или леди Елену?

— Ты в своем уме?

— Не знаю насчет госпожи Орки, но леди Елена вряд ли тебе откажет.

— Да как я могу после всего явиться к Елене с такой просьбой?

Сказал Юри, нахмурившись. Ха Рён пристально посмотрела на его реакцию и пожала плечами.

— Ну, как хочешь. Как поживает Пламенный Журавль? Я хоть и знаю много как убийца, но не всеведуща.

— Значит, не знаешь?

— Я этого не говорила. Слухов ходит предостаточно. Пламенный Журавль ведь та ещё любительница влипать в неприятности. Насколько мне известно, последний раз её видели на вулкане Сурт.

— Опять ищет сущность огня? Говорят, он извергается раз в сто лет.

— Вряд ли. Для обычного человека река магмы на вулкане Сурт — это ад, где не выжить и дня. Но для магов, управляющих пламенем, это место, переполненное энергией огня — словно святая земля. Наверняка Пламенный Журавль отправилась туда, чтобы повысить свой уровень.

Тук-тук.

Не успела Ха Рён договорить, как в дверь постучали.

— Войдите.

Они почувствовали их присутствие за дверью, поэтому не удивились вошедшим.

В комнату зашли Дракон Меча и Император Меча.

Видимо, разговор между дедом и внуком подошёл к концу. Юри и Ха Рён поднялись со своих мест, приветствуя Императора Меча.

— Вы были вместе.

Глаза Императора Меча блеснули, когда он увидел их вдвоём.

— Вы, случайно, не любовники?

Если бы Юри в этот момент пил чай, он бы точно выплюнул его прямо в лицо Императору Меча. К счастью, он ничего не пил.

— Нет.

— Это секрет.

Ответили они одновременно. Юри с откровенно кислым лицом уставился на Ха Рён. Какой ещё, к чёрту, секрет, если между ними ничего нет?

[Я ведь не сказала, что мы любовники.]

[Не говори вещей, которые могут вызвать недопонимание.]

[У человека должна быть хоть парочка секретов, чтобы казаться загадочным.]

У Юри и так хватало тайн, он не хотел плодить новые.

— Так да или нет?

Император Меча склонил голову набок, озадаченный их ответами. Юри закатил глаза, чтобы Ха Рён больше не ляпнула ничего лишнего, и ответил:

— Между нами нет таких отношений.

— Хм, вот как.

Император Меча слегка кивнул. Он спросил просто из любопытства и не придал этому особого значения.

— Эстор.

— Да.

В руках Дракона Меча была массивная шкатулка. Уже по её виду было понятно, что вещь эта непростая.

Шкатулка, покрытая золотом и украшенная искусно огранëнными драгоценными камнями, сама по себе стоила целое состояние. К тому же её защищала сложная магия.

Дракон Меча шагнул вперед и с улыбкой посмотрел на Юри и Ха Рён. Щёлк. Он нажал на боковую панель, драгоценные камни пришли в движение, и замки открылись.

— А...

Когда шкатулка открылась, воздух в комнате неуловимо изменился. Повеяло роскошным ароматом, словно они оказались в центре цветущего сада, а плотность маны в воздухе стала такой, что казалась почти осязаемой.

— Понимаете, что это?

Дракон Меча задал вопрос с уверенной улыбкой, но Юри и Ха Рён потеряли дар речи.

Они, как завороженные, заглянули внутрь. Там лежали два флакона, украшенные золотом и камнями, под стать самой шкатулке. Но магия, наложенная на флаконы, была куда сложнее.

Это была магия для идеальной защиты и сохранения содержимого.

— Ч-что... это?

Спросил Юри, заикаясь и тупо глядя на флаконы. Эта реакция была именно тем, чего ждал Дракон Меча.

— Это эликсир клана Аскард.

Широко улыбнувшись, ответил он, и челюсть Юри отвисла.

Искусственный эликсир клана Аскард.

Он считался лучшим среди всех созданных искусственно. И даже среди природных эликсиров с ним могли сравниться лишь те, что формировались тысячелетиями.

Даже в игре это был крайне редкий предмет, который приходилось фармить часами, потому что он позволял повышать характеристики даже после достижения максимального уровня.

— Э... Эликсир?

Это был настолько ценный предмет, что даже Игра в Полнолуние выполнял задания клана Аскард, чтобы получить его в награду.

Юри не мог поверить своим глазам и снова запнулся.

Эликсир, который он надеялся увидеть лишь ближе к концу своего пути, сейчас лежал прямо перед ним.

— Это слишком щедрый дар.

На этот раз заговорила Ха Рён. Она справилась с удивлением и посмотрела на Императора Меча и его внука.

— Эликсиры клана Аскард — это сокровище из сокровищ, которое не купишь ни за какие деньги. Разве не так?

Клан Аскард считал год успешным, если им удавалось создать хотя бы один эликсир. В худшие времена на создание одного флакона уходило несколько лет.

Столь ценные и трудные в производстве эликсиры строго контролировались и никогда не попадали на открытый рынок.

Сколько бы денег ни предлагали клану Аскард, одному из богатейших на континенте, купить у них эликсир было невозможно.

Чужак мог получить эликсир только в одном случае: если клан Аскард сам решит подарить его в знак признательности или оплаты за услугу, равную стоимости эликсира.

Каким бы сильным ни был мастер 5-го ранга, он никогда не смог бы получить эликсир в качестве награды.

— Слишком щедрый? Я так не думаю.

Заговорил Император Меча.

— Вы сыграли решающую роль в решении давней проблемы Пантериона и спасли жизнь моему единственному наследнику, будущему клана Орсия.

— И всё же...

— К тому же, это инвестиция.

На губах Императора Меча появилась лёгкая улыбка.

— Вы молоды и талантливы. Большинство людей — бездарности. Талантливых мало, а истинных гениев — единицы. И даже среди этих редких гениев вы кажетесь мне особенными.

— ...

— Я — Глава клана Орсия. До того, как я покину этот пост. Я хочу завести связи с молодыми гениями, которые однажды прославят свои имена на весь мир. Всё, чего я хочу — чтобы вы не забыли сегодняшний подарок и в будущем относились к клану Орсия с благосклонностью. Чтобы вы поддерживали связь с моим непутёвым внуком, когда он станет Главой после меня.

Эти слова ясно давали понять: он твёрдо намерен вручить им эликсиры. В итоге Ха Рён слегка кивнула и отступила.

Ей казалось, что такой подарок ко многому обязывает, но отказываться от эликсира она не собиралась.

Будь здесь только Юри, без Императора Меча и Дракона Меча, Ха Рён бы искренне завизжала от восторга.

«Клан Аскард издревле занимался алхимией. А их нынешний Глава Альфреон славится как лучший алхимик в истории клана».

Самым важным при фарме эликсиров в игре было не убить Альфреона Аскарда. Если он погибал, локация клана Аскард больше не обновлялась, и эликсиры переставали выпадать.

Поскольку Альфреон Аскард считался боссом, рано или поздно его приходилось убивать, чтобы выйти на рут со скрытым боссом. В игре Ли Су Хёк убивал его десятки раз.

Уровень 70. Довольно высокий, но он почти не использовал атакующую магию, а его заклинания не были сильными или сложными, так что противником он был не из сложных.

— Эликсир — это искусственное зелье, символ клана Аскард. И с течением времени его рецептура совершенствовалась. Эликсиры, которые я дарю вам, были лично улучшены Альфреоном.

Император Меча собственноручно достал два флакона и передал их Юри и Ха Рён.

— Они кардинально отличаются от любых эликсиров, которые вы принимали до этого. Когда я выпил его, мне показалось... что он живой.

— Я тоже это чувствую.

Дракон Меча кивнул в знак согласия.

— Лучше один раз почувствовать, чем сто раз услышать. Позвольте дать совет: не пытайтесь силой направлять энергию эликсира. Она сама найдёт путь в вашем теле.

Юри сглотнул, глядя на эликсир в своей руке. Флакон из прекрасного драгоценного камня излучал тепло, похожее на температуру человеческого тела.

— И ещё кое-что, о чём упоминал мой внук.

— Да.

— Он хочет провести с тобой поединок через месяц. Что скажешь?

— Я готов хоть сейчас, но...

— Сейчас нельзя. Чтобы энергия эликсира полностью усвоилась, потребуется как минимум три-четыре дня.

— Да?

— Я же говорил. Этот эликсир отличается от других. У меня и у моего внука ушло несколько дней на то, чтобы он полностью растворился в нас. А после нужно время на адаптацию...

Взгляд Императора Меча скользнул к внуку.

— К тому же, моему внуку тоже нужно время на подготовку.

— Подготовку?

— Мой внук сказал, что если вы сразитесь сейчас, он может проиграть. Я считаю, что из поражений можно вынести уроки, но если уж сражаться, то лучше побеждать.

Император Меча добродушно улыбнулся и похлопал Дракона Меча по плечу.

— Даже если он и проиграет, я не хочу, чтобы это поражение далось ему легко. Так что, дашь ему месяц на подготовку?

— Если таково желание Императора Меча — я согласен.

Провести месяц в клане Орсия, да ещё и получить эликсир совершенно бесплатно — разве это проблема?

— И последнее. Мы собираемся официально объявить о зачистке сектантов в 4-м районе. Вы не против?

— Не совсем понимаю, о чём вы.

— О разгоне собрания и убийстве епископа.

Для клана Орсия не было смысла скрывать это.

Наоборот, новость о том, что юный Дракон Меча уничтожил епископа Ордена Хаоса — организации, которую весь мир считает абсолютным злом — только поднимет авторитет как самого Дракона Меча, так и клана Орсия.

— Вы упомянете и юного лидера Демонического Культа?

— Только то, что она нам помогла.

Спокойно ответил Император Меча.

— Конечно, мы не сражались рука об руку. Но чёткое упоминание Демонического Культа усилит давление на еретиков. До сих пор Культ никогда открыто не враждовал с ними. Сектанты, прячущиеся как тараканы, никогда не совались в Пандемониум.

Неизвестно, с какими намерениями Небесный Демон послал юного лидера. Но Император Меча хотел использовать официальное заявление, чтобы спровоцировать открытую вражду между Орденом Хаоса и Демоническим Культом.

— Что скажете? Вы не против, если мы упомянем в заявлении ваши имена и заслуги?

Речь шла о славе.

Юри ненадолго задумался. Он проник в 4-й район под вымышленным именем «Кошачьи трусики», но это было нужно лишь для контакта с сектантами.

Раз епископ мертв, а приход расформирован, причин скрывать свое имя больше нет.

Слава — это палка о двух концах для одержимого. Но в случае Юри она скорее служила подушкой безопасности.

Если его заслуги в истреблении сектантов вместе с кланом Орсия будут признаны официально... Даже если Орден Войны узнает, что он одержимый, эти заслуги станут смягчающим обстоятельством.

«Если моё имя станет известно... Лореллия тоже узнает обо мне».

Ему хотелось снова встретиться с ней.

Единственное, о чём стоило беспокоиться — не попытаются ли сектанты отомстить за разгром прихода.

Но, по правде говоря, Юри именно этого и хотел. Раз уж он задался целью убить Злого бога, сектантов нужно истреблять при любой возможности.

— Я не против.

— Я тоже.

Юри мельком взглянул на Ха Рён. На её лице играла кривая ухмылка. Нетипичная для неё, слегка искажëнная улыбка.

Услышав их ответы, Император Меча и Дракон Меча покинули комнату.

Обычно при приёме таких мощных эликсиров нужна надёжная охрана. Но они находились в особняке клана Орсия. Найти более безопасное место во всем мире было бы сложно.

— Почему ты так улыбалась?

— О чём ты?

— Твоя улыбка была какой-то странной.

— Ну вот, теперь ты ещё и к моей мимике придираешься. Господин Юри, у тебя ужасный характер.

Сказав это, Ха Рён плюхнулась на кровать.

— Я улыбалась, но ничего странного в моей улыбке не было.

— Так чему ты улыбалась?

— Если моё имя и прозвище будут упоминаться в новостях вместе с Драконом Меча... Клан Тан тоже услышит эти слухи, не так ли?

— ...

— И леди Елена в Рутране тоже узнает, что я нахожусь с тобой. Когда я представила себе это, невольно улыбнулась.

Юри чувствовал дискомфорт и боль при упоминании имени Елены. Поэтому не стал расспрашивать дальше.

Ха Рён прекрасно это понимала. И именно поэтому ей было так весело.

— Выпьешь эликсир здесь?

— Раз уж получили вместе, надо и пить вместе. Или ты против?

— Не то чтобы против.

Щелк.

Он открутил крышку. Ярко-красная жидкость сама собой выплыла из флакона, хотя он его даже не наклонял. Роскошный аромат стал ещё сильнее, а мана в воздухе сделалась густой и тяжёлой.

Прозрачная красная жидкость. Извивающаяся в воздухе капля напоминала слайм, с которым в детстве играли дети на Земле.

Благодаря предупреждению Императора Меча Юри не удивился. Извивающийся эликсир медленно приблизился к нему.

В процессе открытия флакона эликсир привязался к Юри как к своему хозяину. Юри несколько секунд смотрел на замерший перед его лицом эликсир, а затем открыл рот.

Эликсир скользнул внутрь. Как и говорил Император Меча, его даже не пришлось глотать — жидкость сама, извиваясь, потекла в горло.

Комок размером чуть меньше кулака скользил по горлу, но Юри не чувствовал никакого дискомфорта.

Казалось, он вдыхает не жидкость, а густой дым. Не было ни удушья, ни желания откашляться.

Ба-думп.

Проникнув в пищевод, эликсир по собственному желанию устремился по энергетическим каналам прямо к даньтяню.

***

Свет, пробивающийся сквозь плотные шторы, больно колол глаза.

Видимо, она плохо задëрнула их вчера. Елена, лежавшая на диване, словно труп, раздражëнно поморщилась: головная боль раскалывала череп, а оранжевый свет, проникающий сквозь веки, невыносимо раздражал.

«Может, вообще заблокировать окна магией...?»

Маги, живущие на кофе и целыми днями просиживающие за формулами и исследованиями, обычно не соблюдают никакого режима дня.

Поэтому магия, не пропускающая солнечный свет, для них — сущий пустяк.

Она до сих пор не использовала эту магию на окнах только по одной причине: иногда в гостиную заходила девушка и, ворча, раздвигала шторы. Но теперь даже она ушла.

— Угх...

Голова раскалывалась. Елена застонала и пошевелила рукой. Рука, бессильно свисавшая с дивана, задрожала и с трудом поднялась.

Тук.

Рука задела столик, стоявший перед диваном. От слабого толчка бутылка из-под спиртного, стоявшая на самом краю, со звоном полетела на пол.

Бах.

Раздался раздражающий звук. Елена нахмурилась и с трудом приоткрыла глаза, чтобы посмотреть вниз.

Ей открылся вид на гостиную, в которой царил полнейший кавардак. Из упавшей бутылки булькало недопитое перед сном вино.

Красное и липкое, как кровь, вино растекалось по ковру.