— Ну… понимаете…

Лэйси замялась, подбирая слова для объяснения. Понятия «оскорбление» в том виде, в каком оно существовало на родине Ли Су Хёка до его трансмиграции, в её родном языке не было. Но брань — она везде брань. Пусть у них и не было точного эквивалента, похожих по смыслу ругательств хватало.

— Ну… как бы… м-м-м…

Разливая кофе, Лэйси всё ещё медлила. Проще всего было бы сказать как есть, без обиняков, но Лэйси всегда придавала большое значение «манерам».

— Это разновидность ругательства.

— Ругательства? Какого именно?

Орка, сняв жилетку и расстëгивая пуговицы на рубашке, удивленно наклонила голову.

— Ругательств полно всяких разных. К какому именно он невосприимчив?

— Ну…

— Я-то думала, «невосприимчивость» означает какую-то стихию. Ну, знаешь, к магии молний или огня. Но в твоём мире ведь не было ни магии, ни внутренней энергии, так?

— Кхм… Да, можно сказать, что это специфическое ругательство.

— Понятия не имею, о чём ты. Может, просто скажешь прямо?

Расстегнув все пуговицы, Орка глубоко откинулась на спинку дивана и недовольно пробурчала.

— Это ругательство… в адрес родителей.

— …?

— Ну, в смысле, буквально. Оскорбление чужих родителей… это и есть то самое оскорбление.

Орка несколько раз моргнула, не найдя что ответить. Она тупо уставилась на Лэйси, а затем с искренним недоумением кивнула.

— Озадачивает.

— Кхм.

— То есть, этот… «Невосприимчивый к оскорблениям» не реагирует на оскорбления в адрес своих родителей?

— Получается, так.

— Да как такое вообще возможно?

— Подробностей я не знаю.

Тяжело вздохнув, Лэйси налила крепко заваренный кофе в чашку.

— Он был мерзким типом.

— Судя по имени, так и есть. Хотя, это ведь не имя, а никнейм, да?

— Не настоящее имя, конечно. Но здесь, в этом мире, никнейм — это и есть имя.

— И в чём же заключалась его мерзость, кроме имени?

— В агрессии.

Лэйси погрузилась в воспоминания. Те времена, когда она ещё не была «Лэйси Юзухой». Когда она играла на Земле. С тех пор прошло уже 15 лет.

— Он только и делал, что методично уничтожал тех, кто просто наслаждался игрой и делился своими знаниями с другими.

— Звучит так, будто ты таишь на него обиду. Тебе тоже от него досталось?

— Ещё как. Он открыто называл меня мусором и придирался к каждой мелочи в моих тщательно проработанных гайдах.

Даже спустя 15 лет Лэйси не могла забыть то унижение. Честно говоря, в его критике было зерно истины, но тогдашняя гордая Лэйси приходила в ярость от одной лишь мысли, что кто-то смеет оспаривать её мнение.

— Я пыталась вести с ним вежливые дискуссии. Знаете, с уважением к личности и чужому мнению, обмениваться отзывами… Но каждый раз, когда я ему отвечала, он убивал мою мать.

— Убивал… мать?

— Ах, нет, не в прямом смысле. Он писал мне это ругательство.

Тяжело вздохнув, Лэйси села напротив Орки. Поставив перед ней чашку кофе, она скрестила руки на груди.

— Скорее всего, он ещё не появился в этом мире.

— Ты уверена?

— Да. У него… характер был просто помойный, и общался он отвратительно, но в игре разбирался досконально.

Пусть она никогда бы этого не признала, но в прошлом Лэйси часто опиралась на советы Невосприимчивого к оскорблениям.

— Если бы он оказался в этом мире, то обязательно как-нибудь бы себя проявил. Да и по меркам моего мира, до недавнего времени он так и не занял первое место.

— Уверена?

— Да.

— Эту информацию тебе подтвердил тот сопляк из Башни Хаберт? — усмехнулась Орка, отпивая кофе.

Башня Хаберт, союзница Церкви Земли. Лишь очень узкий круг лиц знал о том, что драгоценное дитя, взращиваемое там в тайне как тепличное растение, является «одержимым».

— Насколько мне известно, он последний прибывший «одержимый».

«Последний» по меркам Земли — это несколько лет назад, но время в этом мире и на Земле течёт по-разному.

— Говорят, прямо перед его прибытием Невосприимчивый к оскорблениям барахтался в самом низу Зала славы, даже близко не подходя к вершине.

— А может, он просто диванный теоретик?

— Не думаю. Он мог бы стать первым в любой момент, но почему-то не делал этого.

— Уверена?

— Он сам так говорил.

В любом мире найдутся те, кто любит поговорить, но на деле мало что из себя представляет, и такие люди часто становятся объектом нападок. Когда открылся Зал славы и многие ветераны начали штурмовать его вершины, Невосприимчивый к оскорблениям сутками торчал на форуме, но не обновлял свои рекорды, за что его нещадно высмеивали.

Невосприимчивый к оскорблениям: Я могу занять 1-е место, просто не хочу.

Новички считали это жалкой отговоркой, но Лэйси думала иначе.

— Тот паренёк из Башни Хаберт тоже говорил, что ему сильно помог Невосприимчивый к оскорблениям. Его рекорды застряли на месте, и он уже был готов сдаться, но благодаря советам Невосприимчивого к оскорблениям смог улучшить свой билд и подняться в рейтинге.

— Забавный тип.

— И подозрительный. Не только этот паренек из Башни Хаберт получил помощь от Невосприимчивого к оскорблениям. Многие игроки, ранее занимавшие 1-е место, признавались, что пользовались его советами.

Лэйси нахмурилась.

— Благодаря ему количество людей, занявших 1-е место, резко возросло.

— Судя по твоим словам, вряд ли ему стоит за это говорить «спасибо», верно? — Орка снова отпила кофе и хихикнула. — Зная правду, 1-е место уже не кажется такой уж честью. Не займи ты его в той чёртовой игре, тебя бы здесь не было.

— Именно. На самом деле паренёк из Башни Хаберт подозревает, что Невосприимчивый к оскорблениям был прихвостнем Злого бога. И он его люто ненавидит.

— Звучит вполне убедительно. Судя по всему, этот Невосприимчивый к оскорблениям намеренно увеличивал число «одержимых».

— Я не думаю, что он был прямо-таки прихвостнем Злого бога… но если это правда, то от этого мороз по коже. Будем честны, я сама смогла занять 1-е место только потому, что прислушалась к его советам.

— Значит, ты решила, что этот Юри может быть Невосприимчивым к оскорблениям?

Орка прищурилась. Лэйси не ответила сразу, погрузившись в молчание.

Тук-тук-тук… — постукивая пальцем по столу, она обдумывала свой ответ, а затем, коротко вздохнув, покачала головой.

— Я думала, что если он «одержимый», то такая вероятность есть… но теперь я не уверена.

— Вот как?

— Госпожа Орка. Хоть я и присмотрелась к нему по вашему приказу, мы не так уж много и говорили. Но одно могу сказать точно: он очень… рационален. И адекватен. Тот Невосприимчивый к оскорблениям, которого я помню, был совсем другим.

— Разве человек в интернете и в жизни не может вести себя по-разному?

— Ну, тот же Игра в Полнолуние и там, и здесь остался верен себе. Хотя, возможно, это просто потому, что он психопат.

Перестав стучать по столу, Лэйси подняла взгляд на Орку.

— Думаю, сейчас важнее ваше мнение, госпожа Орка, а не моё.

— У него нет сродства к мане. Я проверила это при нашей первой встрече, у него даже внутренней энергии не было. И перед тем как использовать Иллюзию Бога Грома сегодня, я тоже тайком его прощупала… совершенно обычная внутренняя энергия.

— А что, если он её скрывает?

— Это невозможно. — Орка категорично покачала головой. — У мастеров боевых искусств есть состояние «возвращения к истокам». В этом состоянии их внутренняя энергия совершенно не ощущается со стороны, но достичь его можно только перейдя на 7-й ранг.

— А если с помощью артефакта?

— Я сама, лично, просканировала его даньтянь. В такой ситуации никакой артефакт не сможет полностью скрыть внутреннюю энергию.

— В игре был такой предмет — «Завеса обмана».

— Да, ты упоминала о нём в прошлый раз. Я знаю, что это за «Завеса обмана». У меня даже есть одна такая.

Орка провела пальцем по воздуху, и из пространственного разрыва выпал небольшой браслет.

— Он искусственно скрывает присутствие и внутреннюю энергию. Но если проверить человека физически, блокировать обнаружение энергии или маны невозможно. Забавная игрушка, но, можно сказать, созданная специально для приверженцев Пути Демонов. Собственно, демонические мастера её и изобрели, чтобы скрывать свою демоническую ци, которая хлещет из них, как из дырявого ведра.

— Значит, господин Юри не «одержимый».

Лэйси разочарованно прищëлкнула языком и подпëрла подбородок рукой.

— Он занимается боевыми искусствами всего месяц. Почти каждый день тренируется у Кулачного Волка и, по вашим словам, не пренебрегает медитациями, так? Если бы он был «одержимым», за месяц он бы добился колоссального прогресса в накоплении внутренней энергии.

— У него посредственный талант к мане. Но вот талант к боевым искусствам — настоящий.

— Поэтому всё так неоднозначно.

«Одержимому» с талантом к мане куда больше подходит магия, чем боевые искусства. Но это не значит, что они вообще не выбирают путь воина. «Одержимые» — это геймеры, и они предпочитают то, с чем уже знакомы по игре.

В таком случае они делают упор на внутреннюю энергию, чтобы как можно быстрее повысить ранг. Достаточно достичь 3-го ранга, и даже посредственные боевые искусства будут наносить солидный урон. А дальше уже можно комбинировать разные стили — это стандартный путь.

— Я думала, что если господин Юри — «одержимый», то, судя по времени прибытия, он вполне мог оказаться Невосприимчивым к оскорблениям…

— Сама говоришь, что он не «одержимый», и тут же добавляешь «неоднозначно».

— У меня всё равно есть подозрения. Вы же сами слышали, госпожа Орка. Господин Юри отреагировал на этот… Ливень, Застилающий Небеса Игры в Полнолуние. Хотя его реакция была очень, очень неоднозначной.

Сначала Лэйси показалось, что он рассмеялся. Но тут же увидела, как он кашляет кровью, получив внутреннюю травму от вида избитого Кулачного Волка.

— К тому же господин Юри в конце пошёл поддерживать Кулачного Волка. Прямо перед Игрой в Полнолуние.

— Я видела, что Юри искренне переживал за него. Он был единственным, кто выкрикивал имя Кулачного Волка, когда все остальные скандировали имя Игры в Полнолуние. Да и, как ты сама заметила, не каждый новичок рискнëт добровольно предстать перед Непревзойдëнным мастером.

— К тому же господин Юри не пытался строить из себя его друга.

— В смысле?

— В моём мире они были очень близки.

— То, что они дружили там, не обязывает их демонстрировать дружеские чувства здесь. Вполне естественно, что они могут остерегаться других «одержимых».

— Допустим, просто допустим, — глаза Лэйси загорелись любопытством. — Если господин Юри — «одержимый», что вы будете делать, госпожа Орка?

Орка фыркнула на этот взгляд и пожала плечами.

— И что мне делать? Думаешь, я его испепелю?

— Я думала, вы можете так поступить ради блага Елены.

— Нет. Ради блага Елены я как раз и оставлю его в покое.

— Но если господин Юри действительно «одержимый», и Елена об этом узнает, это разобьëт ей сердце.

— Вот поэтому я и оставлю его в покое, — с улыбкой ответила Орка. Услышав это, Лэйси оставалось только горько усмехнуться.

— Какая же вы жестокая.

— Я оставлю его в покое не только ради Елены. Тот факт, что он «одержимый», но даже я не смогла его раскусить, плюс талант, признанный Игрой в Полнолуние… Это уже делает его ценным. Ты ведь и сама знаешь, Лэйси. Прошло 30 лет с тех пор, как «одержимые» начали появляться в этом мире. 30 лет — это немалый срок.

— …

— Многие до сих пор кричат об их опасности, о том, что им не место в этом мире, и пытаются их уничтожить. Но некоторые уже осознали их потенциал. Взять хотя бы меня: я воспитываю тебя, «одержимую»…

Орка на мгновение замолчала. Глядя в свою пустую чашку, она пробормотала:

— Небесный Демон из Демонического Культа тоже проявляет к «одержимым» большой интерес.

— Правда?

— Ходят слухи, что Малый Небесный Демон — «одержимый».

— Впервые об этом слышу.

— Это ещё не подтверждено. В конце концов, разве Башня Хаберт и Церковь Земли не вкладывают все силы в воспитание своего «одержимого»? Они понимают: лучше вкладываться в «одержимого» с выдающимся талантом, чем в местного жителя со средними способностями. При условии, конечно, что у этого «одержимого» нет проблем с головой.

Услышав про «проблемы с головой», Лэйси не выдержала и рассмеялась.

Десять с лишним лет назад, когда она по собственной воле пришла в Башню Дересия и постучала в её двери, Орка разглядела её талант и позволила стать магом башни.

Через год, прямо в этой комнате, Орка прижала её к стенке и начала допытываться, не «одержимая» ли она. Если бы в тот день Лэйси допустила хоть одну оплошность, она бы не дожила до сегодняшнего дня.

— А что там случилось с кланом Аскард?

Несмотря на то, что она сама была «одержимой», обсуждать подобные темы Лэйси всё равно было некомфортно. То, что она до сих пор оставалась магом Башни Дересия и даже считалась одной из кандидаток в ученики, несмотря на то, что её секрет раскрыт, объяснялось просто: их с Оркой интересы совпадали.

Лэйси была по-настоящему очарована магией этого мира, совершенно не похожей на ту, что она видела в игре. Честно говоря, она не хотела ни убивать Злого бога и возвращаться в свой мир, ни просить за это награду у Богини Порядка. Всё, чего она желала — это жить здесь и заниматься магией.

Сама Лэйси не претендовала на место Главы башни, да и Орка не собиралась передавать ей этот титул. Зато Орку интересовал её талант «одержимой» и искренняя страсть к магии.

Сейчас Лэйси находилась на 5-м ранге, но со временем она обязательно поднимется выше. Маг высокого ранга — это огромная боевая мощь для башни, а её расширившийся кругозор послужит толчком для развития магии Дересии.

— Я слышала историю об Игре в Полнолуние.

— Что он решил проблему клана Аскард за эликсир?

— Слышала про Кровавого Призрачного Меча?

— Да, слышала о нëм.

Кровавый Призрачный Меч был бродячим мечником Чёрного пути, достигшим 6-го ранга. Пару месяцев назад он напал на один из филиалов торговой гильдии Аскард, забрал кучу денег и исчез.

— Говорят, он собирался примкнуть к Демоническому Культу, но Игра в Полнолуние взял заказ у Аскардов и убил его.

— Но ведь было полно других людей, способных справиться с этой проблемой, кроме Игры в Полнолуние? Да и эликсир в качестве награды… Не слишком ли жирно?

— Не знаю, что на него нашло — он ведь никогда ни к кому не примыкал, — но, говорят, Игра в Полнолуние сам вышел на клан Аскард.

— А, так эликсир был не просто наградой за голову Кровавого Призрачного Меча?

— Один из Четырёх Стражей Непревзойдëнных мастеров сам предложил свои услуги в качестве «решалы». Клан Аскард просто проявил уважение. Но оказалось, что Игре в Полнолуние нужно было кое-что другое.

— Что именно? Мне можно это знать?

— Думаю, в этом нет ничего страшного. Иначе бы Альфреон мне об этом не рассказал.

Глава клана Аскард, Альфреон, и Орка были давними друзьями. Но, несмотря на дружбу, он не стал бы обсуждать с ней сверхсекретную информацию. Таков был Альфреон Аскард.

Раз он всё же рассказал об этом Орке, значит, просьба Игры в Полнолуние не была такой уж тайной. Скорее всего, Альфреон просто хотел узнать её мнение.

— Игра в Полнолуние ищет святилище Ордена Порядка.

— Что…?

— Или хотя бы способ выйти на них, если местоположение святилища неизвестно.

Клан Аскард был крупнейшим спонсором Церкви Земли и Церкви Изобилия. При желании они могли бы организовать встречу даже с архиепископами обеих церквей.

Именно эти две церкви сохраняли нейтралитет во время гонений и изгнания Ордена Порядка из религиозного города Юнион несколько десятилетий назад.

— Хочет, чтобы они свели его с Орденом через Церковь Земли или Церковь Изобилия?

— Если бы он хотел именно этого, ему было бы проще обратиться напрямую к этим церквям, а не к клану Аскард. Видимо, Игра в Полнолуние считает, что клан Аскард тайно поддерживает Орден Порядка.

— А это правда?

— Я не знаю, кого там поддерживает клан Аскард. Да и не хочу в это лезть. Но у Игры в Полнолуние, похоже, есть свои соображения на этот счет. Хоть Альфреон и заявил, что у них нет никаких связей с Орденом Порядка.

Орка усмехнулась и посмотрела на Лэйси.

— Что думаешь? Зачем Игре в Полнолуние искать Орден Порядка?

— Самая известная жрица Ордена Порядка, Злая Святая Лореллия — личность неуловимая. С ней не встретишься просто потому, что захочешь, так ведь?

— Верно. Я и сама её никогда не видела.

— Вряд ли ему нужна именно Злая Святая… Зачем «одержимому» Игре в Полнолуние искать Орден Порядка…

Форум.

Невосприимчивый к оскорблениям.

Их близкие отношения…

Кусочки информации сложились в голове Лэйси в единую картину.

— Может, он ищет другого «одержимого»?

— Жрецы Ордена Порядка никогда не выдадут информацию об «одержимых».

— Игра в Полнолуние наверняка это понимает, но, видимо, это для него настолько важно, что он готов цепляться за любую соломинку.

Лэйси вспомнила тех, с кем общался Игра в Полнолуние.

Они были такими же психами, хоть и не дотягивали до его уровня.

Но из всей их компашки только Игра в Полнолуние не скрывал, что он «одержимый», и даже кичился этим.

Появилась ли эта четверка психов в этом мире, и под какими масками они скрываются — неизвестно.

— Ну… это всего лишь предположение. Возможно, он ищет Орден Порядка по совершенно другой причине.

Если жрецы Ордена Порядка действительно могут рассказать что-то о других «одержимых»…

Лэйси и сама бы не отказалась кое о чём спросить.

«Невосприимчивый к оскорблениям».

Парень, который, возможно, был прихвостнем Злого бога.

Она бы очень хотела узнать, живёт ли он сейчас в этом мире.