Новый виток развития история получила в Мюнхене. Йохан предстал перед глазами широкой аудитории, став студентом университета и найдя подход к  крупнейшему финансисту Баварии, Гансу Георгу Шувальду - явный признак того, что что-то в юноше начало неуклонно меняться...

Ведь прежде он буквально прятался в тени.

Исходя из наиболее весомых предположений, в то время, когда Йохан и его сестра Анна, вместе бродившие неподалеку от государственной границы между Чехословакией и Восточной Германией, были обнаружены генералом Вольфом, поместившим мальчика в «511-й детский дом», последний мог насчитывать около 6 или 7 лет от роду. В возрасте 10 он уничтожил приют, после чего был взят под опеку высокопоставленным чиновником, Либертом, вскоре переехавшим с семьей в Западную Германию. Вслед за убийством приёмных родителей, Йохана, находившегося в критическом состоянии, доставили в госпиталь, где и состоялась его первая, судьбоносная встреча с доктором Тэнмой.  Выжив после операции, мальчик покинул стены клиники таинственным образом, провёл остаток детства, проживая в домах бездетных пар. Незадолго до двадцатилетия, он снова предстанет перед своим спасителем, чтобы, казнив на глазах врача одного из собственных наёмников, скрыться вновь; в последовавший за тем период завершит свои труды по избавлению от приютивших его супругов, стирая вместе с людьми прожитые годы.

Прежде, чем быть убитым, Юнкерс, специалист по взлому, прокричал: «Мы работали на монстра».

Действительно, к тому времени криминальный мир уже познал Йохана, как монстра...

Чем же он занимался до появления в стенах Мюнхенского университета? Мне посчастливилось  взять интервью у человека, обладающего сведениями, способными прояснить ситуацию.

Он согласился побеседовать со мной при условии, что ни его имя, ни какие-либо карандашные зарисовки, дающие явственное представление об особенностях внешности опрашиваемого, не увидят свет на страницах данной книги. Местом нашей встречи должен был стать город Фюссен.

Крупный нос, тонкие губы и острый подбородок представшего передо мной мужчины - приметы, в своё время, вероятно, казавшиеся угрожающими, ныне, все вместе, производили впечатление кротости. Тем не менее, уловленного резкого взгляда, которым он время от времени окидывал фигуру сидящего напротив журналиста, было достаточно для удостоверения в том, насколько сильно этот человек привык ощущать себя частью преступного сообщества.

- Не могли бы вы сперва немного рассказать о своём прошлом.

- Как вы, верно, догадываетесь, дела, в которые я был вовлечен, не могут служить предметом гордости. Хотя ныне я всецело отошел от них. Я появился на свет в Ганновере. Обычный уличный бандит, хватающийся за любое дело, способное принести прибыль. Всё началось с грабежей... я даже брал банки. Сперва работал в качестве водителя, а обучившись владению оружием, стал одним из налётчиков, впоследствии заняв положение лидера группировки, планирующего ход операций. Однажды полиция схватила меня. Как результат, осуждён на четыре года. Выйдя на свободу, я присоединился к крупному синдикату. Босс был доволен мной, до той поры, пока я не предал его, перейдя под начало одного из конкурентов. Постепенно это дало мне привилегии второго человека в иерархии... Все мои мечты воплотились в жизнь практически мгновенно. Я был богат. Но чем большие суммы я получал, тем сильнее забывал о своих первоначальных желаниях и целях, терял путеводную нить. Окинув взглядом пройденный путь, я увидел, что ценой гонки за наживой стал отказ от собственных родителей, превращение родных братьев в заклятых врагов, потеря жены и детей, и, когда глава синдиката начал предпринимать попытки покушения на мою жизнь, твердо решил... пора уходить.

Мой собеседник утверждает: его существование до сих пор находится под угрозой. Он нанял трёх телохранителей и редко покидает дом, оснащённый новейшими средствами безопасности, системой видеонаблюдения. Каждый раз, выходя за пределы своей обители, он выбирает новый маршрут и никогда не возвращается одной и той же дорогой; перед тем, как войти, всегда приказывает телохранителям тщательно проверить помещение. Он покупает ингредиенты для блюд лишь у достойных доверия торговцев, после чего полностью берёт на себя процесс их приготовления... Все эти слухи были переданы мне лицом, устроившим описываемую здесь встречу.

- Как случилось, что вы познакомились с доктором Тэнмой?

«Я был предан Номером Один нашего синдиката... получил ранение в ногу из 9мм Парабеллума и травму головы. Не приди Тэнма на помощь, смерть взяла бы своё».

- Выходит информацию о теневых заработках Тэнмы в период сокрытия от закона можно считать достоверной.  Предположительно тогда вы и поделились с ним сведениями, касающимися Йохана...

«В то время я не знал, что предметом расползавшихся вокруг слухов был Йохан. Однако нападение, которому я подвергся у себя дома и осознание с кем именно ведёт борьбу спасший меня врач, расставили всё на свои места».

- Не могли бы вы внести больше конкретики в ваш рассказ.

«Я не знал причин, побудивших лидера организации избавиться от меня. Некоторые утверждали, что в основе всего лежит страх и поначалу я мыслил это объяснение единственно возможным. Правда, у нас были некоторые разногласия в отношении схемы отмывания капиталов, явно недостаточные для выступления в качестве мотива для убийства партнёра. В действительности я заслуживал благодарности за то, что сумел уберечь деньги синдиката. Наши финансы поступали на счёт в старом Швейцарском банке, а затем отмывались... будучи переведёнными в банки английских колоний, располагающихся в Южной Америке, торговые компании Гонконга, Арабские банки и конгломераты, покружив по всему миру, они переходили в распоряжение совершенно респектабельной компании, использовавшейся нами в качестве ширмы, полностью очищенными и легальными. Однако за пять лет до покушения, чуть было не оборвавшего мою жизнь, в Германии возник крупный подпольный банк, державший секреты своих клиентов в полной безопасности, занимавшийся, помимо отмывания денег, инвестициями и оформлением кредитов, что означало возможность взимать значительные суммы в качестве процентов в процессе обработки грязных денег.  Являясь в то время казначеем организации, я сел с Первым Номером за стол переговоров и поддержал решение перекинуть ресурсы на новое место. В течение пяти лет дела шли исключительно хорошо».

- Где именно на территории Германии находился упомянутый вами банк?

«Нам было сказано, что учредитель живёт в Дюссельдорфе, однако распространившийся впоследствии слух приписывал право фактического обладания некому 20-летнему юнцу. Из чего следовало, что он основал данное предприятие в возрасте 15 лет. Я находил сложившуюся ситуацию подозрительной и всерьёз рассматривал возможность отказа от услуг немецкого банка, но, учитывая какие деньги мы делали... босс был против подобной идеи. Однако я продолжил стоять на своём. Как только мы сняли все средства синдиката, банк исчез».

- Исчез?

«Да, исчез. Президент подпольного банка... 20-летний мальчик скрылся, а остальные ввязались в борьбу за капиталы, унёсшую жизнь большинства участников. Я считаю, он хотел посмеяться над тем, как все эти взрослые люди будут, словно одержимые, стекаться на блеск золота. Думаю, Йохан основал банк лишь ради возможности насладиться зрелищем их грызни. Я был рад, сумев уберечь фонды синдиката... но босс придерживался иного мнения. Сейчас я считаю - он вполне мог присвоить деньги организации под шумок. Решив оставить средства в банке, мы бы, без сомнения, их утратили. Как следствие, прочие высокопоставленные шишки не преминули бы придти за его головой. Поэтому он свалил вину за растрату на меня».

- Это вся информация, доведённая вами до сведения Тэнмы?

«Нет... В дополнение к уже упомянутому, я поведал ему о нескольких персонах, вставших на след исчезнувшего парня. Дабы вернуть свои деньги. Учитывая сложившиеся обстоятельства, их план, скорее всего, подразумевал убийство цели. По нескольким скудным уликам преследователям удалось выяснить, что Йохан остановился в Мюнхене. Стал там студентом».

- Что случилось с ними впоследствии?

«Не знаю. Полагаю, назад они так и не вернулись».

Я слушал эту историю, сидя в номере отеля, окна которого были плотно задернуты шторами. Мой рассказчик, ни разу не притронувшийся за время интервью к заказанному угощению в виде кофе с печеньем, ответил отказом и на предложение выпить чаю или любой другой, сообразный вкусу, напиток. Когда я спросил: «Поскольку есть шанс, что они могут быть отравлены», ответа не последовало. «Я имел в виду вашу привычку употреблять в пищу лишь блюда, приготовленные собственноручно». Он пронзил меня взглядом, а затем, рассмеявшись, парировал:

«Есть ещё одна мысль, высказанная мной в ходе нашего с Тэнмой разговора. Когда люди получают в пользование сумму, большую чем та, которую они могут истратить за всю свою жизнь, круг их интересов сужается до двух вещей. Несовместимых вещей. Одна из них... является желанием обрести известность и славу. Человек, преследуемый Тэнмой, видел достаточно лиц, жадных до денег. Следующим зрелищем, намеченным вами для просмотра, станут персоны, тянущиеся к всеобщему признанию». Он поднёс чашку кофе ко рту и впервые пригубил наполнявший её ароматный напиток.

«Мои интересы лежат в ином направлении. Или, может, лучше будет сказать - они вернулись туда... Я просто хотел сидеть за столом и наслаждаться вкусом хорошей еды. Вот почему я предпочитаю готовить собственные обеды».

Дополнил он, улыбнувшись.