«Парад» разобрали за два дня, оставив лишь покосившуюся раму, которую Люси отвезла на металлолом. Я всё смотрел, куда же она приспособит движок? Судя по всему, мыслей у Люси не было. Все детали в «Лимузине» были оригинальными, их на отечественную технику не поставить. Вот кристаллы другое дело, те в ход пойдут, а двигатель... К концу второго дня я не выдержал и пошёл к Люси.

— Зачем он тебе?

— Да так... Есть идея одна.

— Ты мне тут не финти. Идея у него. Вчера опять скачки с Гарсией устроили? Я вам что сказала?

— Так мы после работы.

— Да мне пофиг! Вам ещё зарплату срезать? Я с радостью.

— Да ладно тебе. Так что насчёт двигателя?

— Пока не скажешь зачем, не отдам.

— Сто золотых.

— Сдурел? Тысяча!

— Люси, это же хлам, сама знаешь. Двести.

— Это мой хлам! И ты мне должен ещё. Девятьсот.

— За что это я тебе должен? Триста.

— За пьянку! За Гарсию!

— За пьянку ты с нас уже содрала, это уже не считается. А с Гарсией, что не так?

— Что не так? Да она как валерьянки нанюхалась! Ты что с ней сотворил, паршивец? Восемьсот!

— Ой, а то ты не знаешь! Она же тебе всё докладывает, я же вижу. Четыреста пятьдесят. Учти, это я ещё за обучение Гарсии с тебя денег не требую.

— Да чему ты её учишь? Сам-то откуда что взял, а? Вот откуда, Доминик, скажи?

— Ты не уводи в сторону разговор. Я Гарсию учу? Учу. Бесплатно, заметь. Что я с этого имею?

— Гарсию ты и имеешь. Постыдился бы! Она же тебя на десять лет старше.

— И что с того? И вообще, я её учить ещё раньше начал. Она и настройщиком сможет работать, и успокоится маленько. А то, как с цепи сорвалась. Почему у неё парня нет?

— Это уже не твоё дело. Ладно. Четыреста пятьдесят. И чтобы к концу месяца Гарсия могла вместо тебя работать, понял?

— Она и сейчас может. Спорим? На сотню золотых?

— Не буду я с тобой спорить. Мне с Анной всегда не везёт, теперь ты ещё. Забирай движок и проваливай.

— «Зубра» дашь? Я же двигатель в кармане не утащу.

— В воскресенье Гарсия пусть отвезёт. И убери ухмылку эту с рожи, смотреть противно.

— Да ты завидуешь?

— А ну брысь отсюда! Распустился совсем, извращенец малолетний!

***

С движком получилось просто идеально. В выходной Гарсия привезла его к дому Альва и выгрузила перед гаражом на тележку. Все вместе мы заволокли его внутрь, и я приступил к разборке. Картер был треснут, блок разбит, но это было неважно. Важно было то, что были целые гильзы и поршневая. Коленвал вроде бы цел, но это надо будет уточнить, да и всё равно его пилить нужно. Придётся в «Мастерские Алваро» опять идти.

В понедельник вечером я зашёл в магазин и купил-таки справочник Шмидта и отправился с ним к Фернандес. Каждый вечер в течении недели прикидывали конфигурацию двигателя. У старушки оказалась целая куча знакомых, к которым она меня то и дело гоняла для консультаций. В итоге смогли на бумаге изобразить образ будущего. От мысли о пятиступке пришлось отказаться, сошлись на трёх передачах. И так, по словам Марии, примерная скорость на максимуме будет доходить до немыслимых для этого мира шестидесяти километров в час. К примеру, спидометр «Лагуны» Анны был разграничен до восьмидесяти, но я не помню, чтобы когда-то мы ехали быстрее сорока пяти.

Главная фишка была в подпружиненной передней вилке и маятнике сзади на двух амортизаторах. А вот передачу пришлось оставить ремённую. Цепь, по словам Марии, не выдержит нагрузок. То есть, те цепи, что есть в доступе. Услышав такое, я начал мечтать о классическом в-твине с карданом. Но это были только мечты. Пока что я мотался по городу с Анной, заказывая необходимые материалы и договариваясь о сварке хребтовой рамы. Деньги, что были выделены мне Анной, текли как вода. К августу кошелёк показал дно, от «моей» тысячи остались жалкие крохи. А ведь мы только-только подошли к реализации идеи!

— Знаешь, Доминик, — призналась Анна, когда мы ехали поздно ночью от семейства Фернандес. — Никогда не подозревала, что создать что-то механическое такая морока. Как ты можешь удерживать в голове такую кучу подробностей?

— А мне всегда казалось, что это проще, чем магия, — усмехнулся я в ответ.

— Да? Странно. А что у тебя с магией? Ты занимаешься?

— Ну, как бы... — я отвёл взгляд.

— Нет, — поняла Анна. — Видимо, ты настолько увлёкся своим проектом, что забыл обо всем на свете. Это даже хорошо, что у тебя деньги кончились.

— Чего в этом хорошего?

— Того, — отрезала Анна. — Дома больше времени будешь проводить. Да и я с тобой уже замоталась. Ну-ка, скажи, что будет через три недели?

— Эээ...

— Да-а-а... Первое сентября будет! Ты в Старшую школу пойдёшь! Ты это помнишь?

Вот блин, опять засада. Школа, как же ты меня достала... Погодите-ка!

— Так это что получается, у Евы скоро днюха?

— О, сообразил наконец-то!

— Вот блин. А что ей подарить?

— Ну, ты и вопрос задал. На восемнадцатилетие что дарят?

— Что?

— В Храм идут, балда. В Храм пойдём, квалификацию сдавать.

— Ааа... И всё?

— А разве этого мало?

Я обдумал этот вопрос. Потом осторожно спросил:

— Я слышал, что квалификацию по несколько раз сдают. Если Ева с первого раза не пройдёт, что это означать будет? Праздник не испортится?

— Да ничего это не значит, — пожала плечами Анна. — У меня вот с третьего раза получилось. Тут главное, чтобы Источник был раскачан больше сотни.

— А у Евы сколько?

— Эх ты, — упрекнула меня Анна.

Я покраснел. Действительно, эх я. Раньше я такие вещи отслеживал. А сейчас так увлёкся, что о своей новой родне совсем забыл.

— Сто двенадцать у неё, — сжалилась над моими терзаниями Анна.

— Не слишком много, верно?

— Почему? Нормально. Это ты у нас такой уникум. А многие и к двадцати годам до сотни не доходят.

— И все равно в Храм идут?

— А как же? Это ведь не столько квалификация, сколько символ веры, готовность служения. Просто ты с полноценными Магами постоянно общаешься и не понимаешь, что на самом деле их мало. Не больше пяти процентов от всего населения.

Я вспомнил школу. В моем классе одарённых было всего четверо, а на всю школу набиралось десятка полтора. Выходило даже меньше, чем пять процентов. Получается, Анна права, многие ещё просто не «созрели»? А я, значит, крут? У меня сто восемьдесят. Тоже пройти квалификацию, что-ли? Мы подъехали к дому, и я пошёл открывать ворота. Дождался, пока Анна выйдет и задал давно интересующий вопрос:

— Тётя, а само прохождение квалификации мага изменяет? Ну, типа, привычки меняются или желания другие возникают?

— Это для тебя так важно? — остро взглянула на меня Анна.

Я решительно кивнул.

— Не хочу, чтобы на мне висел какой-то ярлык, который определил бы мою дальнейшую жизнь.

— Что ты такое говоришь, Доминик? — возмутилась Анна. — Ярлык, скажешь тоже. Просто посещение Храма покажет твою предрасположенность к направлению Магии. Но заставлять тебя делать что-то против твоей воли никто не будет.

Анна сказала это с такой уверенностью, что я почти ей поверил. Но только почти. Есть масса способов заставить человека делать то, что ему не нравится. Психология, идеология, НЛП, в конце концов. Уверен, что маги в этом деле собаку съели, а может даже и целую собачью стаю. Как это можно определить предрасположенность в таком раннем возрасте? Человек растёт, приоритеты у него меняются. Сегодня интересно одно, через год другое, ещё через год третье. А тут тебя раз, и заклеймили Огненным магом, к примеру. А вдруг у меня просто настроение в тот день было такое? И ведь не переиграть, я узнавал. Квалификация — это на всю жизнь. Значит что? Значит, она мне нафиг не сдалась! А Еве всё равно подарок надо сделать. Хотя бы цветы подарить, что ли.

На следующий день я пробыл у Марии Фернандес совсем недолго. Объяснил ситуацию с деньгами, с семьёй. Попросил прощения и попросил сбавить обороты. Мария пожевала губами, но согласилась с тем, что семья важнее. У них вот тоже не всё просто, Ольга Фернандес начала встречаться с каким-то парнем и теперь не могла уделять всё своё внимание моим проектам. А я уже выдал с десяток идей, которые Ольга оформляла в Патентном бюро. Кстати, ещё не пришло ни одного ответа! Всё тянут, жлобы. И тут бюрократия.