— Нет, нельзя же так просто… — произнесла Ирина.

— Он заражён! — воскликнул Игорь. — Ты хоть представляешь, в какую тварь он превратится?

— Это же будет происходить не сразу, — неуверенно произнесла Ирина. — Тем более, что он уже пережил одно заражение.

— Ладно, — опустил ручной пулемёт Андрей Степанович. — Прямо сейчас убивать не будем, но и не потерпим его в нашем бункере!

— В ВАШЕМ бункере?! — возмущённо прокричал Бац. — Док, ты слышал?!

— Слышал, — ответил я. — Чёрная неблагодарность — это так по-человечески.

Сзади раздались тягучий скрип металла и тяжёлые шаги. Я повернулся и увидел шагающую в нашу сторону силовую броню. Сарама.

— Док, я вижу, что эти суки мешают тебе пройти внутрь? — спросил он, продолжая тащить груду металлолома, в который превратилась силовая броня Алевтины.

Броня Сарамы тоже была изрядно помята, но всё ещё функциональна.

Нижегородцы мгновенно расступились.

Мы с Бацем молча прошли к открывшимся гермоворотам.

— Док, мне гасить этих уродов? — задал вопрос Сарама.

— Не надо, — бросил я через плечо. — Просто присматривай за ними и не давай сбежать. Если нападут, то мочи.

Есть одна особенность у спонтанных планов — слишком много чего может пойти не так. Нет, Елизавета и Алевтина явно готовились ранее, но сегодняшний случай подвернулся очень неожиданно и они импровизировали на лету, поэтому всё буквально само пошло через жопу. Надо было мне раньше предпринимать что-то, но я думал, что свалю раньше и тем самым устраню источник недовольства. Ведь им по сути не нравилось лишь моё руководство, правда, я так и не понял чем именно. До этого они без меня вполне уживались вместе, а сейчас вот что-то триггернуло. Возможно, что я им слишком о многом напоминаю, может, я не очень хороший руководитель, может, они просто зажрались и захотелось власти… Не знаю.

Но одно я знаю точно: мы больше не сообщество.

— Бац, — морщась от нарастающей боли, произнёс я. — Может, рванём в Таиланд вшестером? Команда мы спаянная, можем доверять друг другу, а эти мудаки пусть остаются в бункере и проёбывают свою поганую жизнь?

— Блин, Док… — замялся Бац. — Надо будет обсудить с остальными. Вчетвером.

— Я и не говорю, что решение нужно принимать прямо сейчас, — ответил я. — Просто предлагаю.

— Давай с кишками твоими проблему решим, — произнёс Бац.

Прошли дезактивационную, добрались до лифта и спустились на минус третий этаж.

Тут нас ждала Натти с Елизаветой Константиновной, связанной как барашек.

— Эх… — вздохнул я тяжело и прошёл мимо.

Разулся, снял с себя комбинезон и завалился на операционный стол.

— Бац, вытащи вон из того бака пакет с кишками, — попросил я своего, не побоюсь этого слова, друга.

Друзей у меня никогда особо не было, максимум приятели. Не было людей, кроме родителей, которые готовы были на жертвы ради меня. Пришлось случиться Концу света, чтобы у меня появились друзья, хе-хе…

Подвинул к себе клавиатуру робохирурга и начал задавать характер предстоящих манипуляций. Нажал «Запуск» и принялся ждать.

Робохирург обколол область раны обезболивающими, я надел маску наркозно-дыхательного аппарата и досчитал до трёх.

Очнулся в окружении Баца, Сарамы и Натти в медпункте.

— Как всё прошло, Док? — спросил Бац обеспокоенно.

— Сейчас посмотрим…

Статус:

Кадаврификация (Омикрон-штамм) — 13,2%

Сопротивление — 23,9%

Отлично…

— Всё в порядке, — вздохнул я. — Почти.

— Что значит «почти»? — уточнила Натти.

— Это значит, что кадаврификация никуда не делась, но больше не растёт, — объяснил я. — Итак, зря я, как выяснилось, полностью очистился от заразы. Лучше рискнуть и выработать иммунитет, вместо того, чтобы каждый раз пересаживать органы или голову…

— Что это было вообще, Доктор? — удивлённо спросил Сарама. — Я видел, как у робот вытащил из тебя чёрные кишки…

— Как я понял, с рангом мертвяка растёт убойность штамма примабактерии, — ответил я. — Но сопротивляемость работает против всех штаммов. Как я понимаю, пятнадцатиранг может за часы превратить в мертвяка даже высокоуровневого человека. Даже обладающего полусинтетическим телом. Придётся терпеть в своём организме неверных микробов, чтобы научиться сопротивляться им.

— Пока ты был в отрубе, мы отдали Врангеля Работяге, — сообщил Бац. — Теперь у тебя есть около семисот килограмм костяной брони и сверхпрочных костей. Ещё он препарировал тварей пожиже, поэтому можешь рассчитывать ещё на полторы тонны материала помягче.

— Хорошая новость, — кивнул я. — Уровень не появился?

— Неа, — покачал головой Сарама. — Жутковато видеть над твоей головой вопросы…

— Кажется, будто ты хочешь что-то спросить или дать квест! — рассмеялся Бац.

— Есть у меня для вас один квест, блядь… — произнёс я, усмехнувшись. — Надо обсудить нашу дальнейшую судьбу и всё тщательно спланировать.

— Прежде, чем начнём что-то обсуждать и планировать, надо понять, что случилось, — отрицательно покачала головой Натти. — Почему ты пошёл один? Можно было взять с собой Баца или Сараму… Вдвоём вы бы быстро разобрались с пятнадцатирангом. И вообще, зачем ты полез на пятнадцатиранга?

— Да не должно было там быть никакого пятнадцатиранга! — ответил я. — Я рассчитывал встретить максимум Уберколчака! Сосолиный газ кружил там сутками, там как раз тринадцатый ранг обретался, Бац, вон, самолично на такого ходил в куда худшей силовой броне! Если только…

— … если только Уберколчак не сожрал своих сподвижников для резкого рывка в ранге, — продолжил за меня Бац. — Это хреновые новости, если они начали проворачивать что-то подобное…

— Это всё объясняет, — ответил я. — Мы валили там двенадцати- и тринадцатирангов на постоянной основе, если предположить, что твари примерно знают о судьбе своих предшественников, то следовало ожидать, что следующий обитатель логова предпочтёт заморочиться с противодействием. Это логично.

— На будущее — надо согласовывать все важные действия, — произнесла Натти недовольно. — Не хочется больше никого терять.

— Теперь перейдём к обсуждению и планированию, — прервал я повисшую паузу. — Выгонять наших бывших сообщников не вариант, так как кто-то из них обязательно рванёт в Ростов и расскажет свою историю. Валить их — тоже не по-людски. Конечно, кто-то бы завалил и был бы прав, но я всё-таки считаю, что это неправильно. У меня есть предложение оставить бункер этим недоноскам, чисто из соображений гуманизма, а самим вчетвером валить отсюда. Мы можем направиться на юг, в Таиланд, искать моих родителей. Если найдём, то возвращаться в Мольск бессмысленно, поэтому нужно будет поискать какой-нибудь живописный остров, на котором мы и проведём остаток своей безоблачной счастливой жизни. Как вам такая идея?

Ребята ответили не сразу. Я их понимаю: рвать куда-то на другую часть планеты ради поиска людей, которые, скорее всего, давно мертвы — затея авантюристическая.

— Док, я, как бы там оно не поворачивалось, с тобой, — ответил Бац. — Я тебе за в первый раз спасённую жизнь не расплатился ещё, так что можешь на меня рассчитывать.

— Я тоже с тобой, Доктор, — кивнула Натти, а Петр уверенно кивнул.

— Я с вами! — решительно ответила Юстина.

Мы повернулись к Сараме.

— А чего вы все на меня смотрите? — недоуменно спросил он. — Я решение принял уже давно. Я с тобой, Доктор.

— С этим определились, — кивнул я удовлетворённо. — Теперь надо подготовиться. Алевтина живая вообще?

— Живая, но поломанная, — ответил Сарама.

— Надо бы её подлечить, — произнёс я.

— А надо ли? — Бац был зол на них.

— Надо, — покачал я головой. — Запрём их где-нибудь на время, поставим автоматические турели, чтобы не думали шалить, а когда настанет момент, выпустим, пусть резвятся самостоятельно.

Да, я извлёк кое-какие уроки из сидения в камере школы гладиаторов. Учимся у лучших, мать их…

— Сейчас, только очки навыков и способностей раскидаю и начнём, — сообщил я своим сообщникам.

Добил «Синтетическую биоинженерию» до ста. Умопомрачительный по насыщенности флешбэк. Образы предельно чёткие, яркие, за долю секунды прошли тысячи часов лекций, практики, конструирования чего-то принципиально нового, в том числе и новый способ… Тут мои раздумья прервало уведомление.

Открыто три вариации развития навыка «Синтетическая биоинженерия»:

1. «Биометалл»

2. «Передовая синтетическая биоинженерия»

3. «Некробиология».

Тут никаких требований к навыкам не выставлено, правда, отсутствовали хоть какие-то пояснения. Кот в мешке.

«Биометалл» — мне уже нравится название. Интуиция подсказывает мне, что это даст возможность изменить собственную форму жизни с углеродной на какую-то иную, связанную с металлами. Как это будет выглядеть — хрен его знает…

«Передовая синтетическая биоинженерия» — тут всё и так понятно. Развитие в данной плоскости. Это значит, что можно будет получить органы в десятки раз круче, чем есть сейчас. Ну, мне так кажется.

«Некробиология» — это, как я понимаю, очень скользкая дорожка. Предполагаю, что навык нацелен на изучение мертвяков и, чисто гипотетически, разработку чего-то на их основе. Вакцины, например…

Тяжело выбирать… Хочется ведь всего и сразу…

Ладно, как всегда в таких ситуациях, когда сложно выбрать, использую метод исключения.

«Биометалл» — если мои умозаключения верны, то это будет потенциально значить конец человечества в том виде, который он имеет сейчас. Если я сумею овладеть этим навыком и преобразовать себя в новую форму жизни, то придётся превращать кого-то ещё, так как я совершенно не горю желанием остаться в таком виде в одиночестве. И вообще, хочу ли я этого? Сильно не уверен. Отметаем.

«Передовая синтетическая биоинженерия» — ещё сильнее, быстрее, прочнее и жёстче. Тут даже думать нечего, не будь следующего пункта, я бы выбрал этот навык.

«Некробиология» — тут всё гораздо сложнее. Одна только теоретическая возможность получения вакцины… А ведь там может прятаться что-то ещё. Вдруг, есть возможность обернуть процесс кадаврификации вспять?

Тяжёлый, очень тяжёлый выбор. Оставлю это дело случаю. Достаю монету номиналом двадцать пять рублей. Орёл — «Передовая синтетическая биоинженерия», решка — «Некробиология».

Бросок.

Монета упала на пол с характерным звоном. Наклоняюсь. Решка. Отлично, хоть и ненаучно.

Выбрал «Некробиологию», пережил коротенький и странный флешбэк в некоем помещении, сильно напоминающем прозекторскую центра судебной медицины, где дядька в костюме патологоанатома начал устало зачитывать мне правила техники безопасности, во многом сходные с ТБ по «Синтетической биоинженерии».

После этого решился и закинул все оставшиеся очки в «Робототехнику», доведя её до семидесяти восьми, а неразменное очко навыка добавил в «Холодное оружие». Тут флешбэк был не менее ярким: рассматривали тему интеллекта летучих дронов различного назначения, а также интеллект универсальных сухопутных платформ, в конце занимались воспроизведением детальных имитаторов человеческих движений. Мой Работяга ходит как тупая железяка, а вот образцы из флешбэка в ходьбе неотличимы от людей.

— Чего монетами разбрасываешься? — поинтересовался Бац.

— Делал выбор, — пожал я плечами. — Выбор сделан.

— Что, начнём действовать или так и будем тупить стоять? — заулыбался Бац.

За нами не заржавело: мы с Натти по-быстрому соорудили помещения для хранения заключённых, оборудовали их скорострельными турелями, толстыми двойными дверями с датчиками разрушения, а также наводнили коридоры минами с вырубающим газом.

Я молча устранил многочисленные переломы, полученные Алевтиной, недобро взглянул на Елизавету Константиновну, которая тут же попыталась воздействовать на меня «Убеждением» или навыком из его ветки.

Заблокирована попытка навести негативный психический модификатор

— Зря стараешься, — усмехнулся я. — Ты, лучше, не гони лошадей, подожди пару-тройку недель и я лично выпущу вас всех. Будете владеть этим великолепным убежищем сколько вам заблагорассудится.

— Пошёл ты, Гоша, — выплюнула она.

Я пожал плечами и покинул камеру Алевтины и Елизаветы. Поднялся на первый этаж и вошёл в комнату досуга.

— Итак, что делаем в первую очередь? — поинтересовался возбуждённый Бац, до этого что-то азартно читавший на планшете.

— В первую очередь надо изготовить мощную силовую броню с движками для полёта, — ответил я. — Потом мощное оружие, а затем немножко «прокачать» вас. Но последнее по желанию.

— Имеешь в виду новые тела? — уточнил Бац.

— Ага, — кивнул я. — Как тебе, кстати, новый орган?

— Какой новый орган? — заинтересовалась Натти.

— Эм… — Бац замялся.

— Забей, Натти, — ответил я. — Итак, кто за то, чтобы стать в тридцать раз сильнее обычного человека и иметь пуленепробиваемую кожу?

— Тут даже думать нечего, — вздохнул Бац. — Где подписаться кровью?

— Да нигде, — усмехнулся я. — Но кровь ваша мне всё-таки понадобится. Пройдёмте в лабораторию.

//Две недели спустя. Бункер в Мольске//

— Итак, думаю, мы готовы, — я решительно шагнул к новой силовой броне.

Готовились мы основательно: сделали всё, что задумали и даже немного более того.

«Синтетическая биоинженерия», поднятая до ста, позволила переосмыслить многое. Например то, что совершенно необязательно рисковать и пересаживать головы людей. Можно соорудить специальное устройство, которое «перепечатает» человека. Ну, терминология не совсем верная, устройство, скорее, заменить его ткани на более новые, более совершенные. И всё равно, несмотря на кардинальное улучшение, мы будем слабее и уязвимее высокоранговых мертвяков…

Натти, Бац, Юстина, Петр и Сарама теперь могут похвастаться неуязвимой для калибров вплоть до 14,5х114 миллиметров кожей, мощными синтетическими мышцами, позволяющими выносить стальные двери бункеров, а также прыгать на десятки метров вверх. Сверхлюди как они есть…

Это далеко не всё, что им дано, но перечислять слишком долго.

Я тоже прошёл эту процедуру, намеренно. Можно было бы снова пойти по старому пути и пересадить голову в новое тело, но я решил придержать примабактерию штамма Омикрон при себе, чтобы выработать наконец-то сопротивление.

Тем не менее, бактерия плохо перенесла «перепечатывание» организма, частично подохнув.

Статус:

Кадаврификация (Омикрон-штамм) — 9,9%

Сопротивление — 24,5%

Силовые брони мы тоже улучшили: броня и кости Врангеля послужили надёжной защитой критических мест, а материалы с остальных мертвяков стали защитой конечностей и навесной бронёй поверх основной на корпусе.

Конечно, наши машины стали толще, но и взамен получили куда лучшую защиту.

Изменения коснулись и узлов, что стало возможно из-за увеличения навыка «Робототехника». Сарама с Бацем и Петром сгоняли на семь складов госрезерва, откуда было вытащено около пяти тонн вольфрама и трёх тонн кобальта.

Данная модель силовой брони получила название Б-90 «Погибель». «90» — потому что это моего рождения, а «Погибель» — потому что потому. Нравится мне такое название, вот почему!

В качестве оружия были разработаны скорострельные рентген-лазеры, которые собственноручно изготовила Натти. Ради повышения навыков нам пришлось трое суток искать высокоранговых мертвяков, но в итоге дело было сделано: рентген-лазеры получились слабее, чем те, которые мы получали до этого, но зато не нуждались в пятисекундных паузах для остывания. Били всего на четыреста метров, но били наверняка.

Сарама и Петр, в качестве личного оружия, получили вольфрамовые щиты с покрытием из углеродных нанотрубок, а также двухсоткилограммовые острые топоры. Сервоприводы позволяли орудовать ими как пушинками, поэтому они были особо опасными противниками в ближнем бою. А остальным в качестве оружия ближнего боя достались стокилограммовые клевцы из победита. Практично, эффективно, надёжно.

Также Б-90 «Погибель» оснащена мощными лётными двигателями, способными тягать эту девятитонную махину по воздуху. За прошедшее время выработалось достаточно гелия-3, поэтому мы смогли оснастить силовые брони очень мощными МЯ-реакторами, перекрывающими любые энергетические потребности.

— Да, пора уже, — согласился со мной Бац, подходя к своей силовой броне.

Я заглянул вчера в родительскую квартиру в Мольске, помыл полы, вытер пыль, поставил в кладовке плутониевый МЯ-реактор, наладил электрику и вообще привёл всё в порядок. На кухонном столе оставил записку, где написал, что сегодняшнего числа, 29 июня 2024 года, отправляюсь на их поиски в Таиланд. Также написал, что если вдруг случится так, что они вернутся домой, то пусть осторожнее относятся к обитателям бункера, координаты которого написал там же. На отдельной странице вкратце расписал все свои злоключения, с персоналиями и важными деталями. В общем, если отец с матерью смогли вырваться и добрались до Мольска, то они получат всю необходимую информацию. В конце добавил, чтобы никуда не сдёргивали, а ждали меня, так как я рассчитываю найти островок побезопаснее и вернуться в Мольск через пару месяцев. Для связи оборудовал квартиру мощной антенной, предназначенной принимать направленный сигнал от Сосолиного газа, а также приёмное оборудование.

Дверь квартиры усилил вольфрамом и закрыл от случайных посетителей, спрятав ключ в особом месте, о котором знают только родители. Также закрыл бронестеклом окна, армировал сталью стены, складировал запасы пищи — готовился к невероятному, в общем. Вряд ли они сумеют добраться сюда, скорее всего, папа поступил логично и укрепился вместе с мамой на каком-нибудь острове. Надеюсь, что так оно и есть…

Я забрался в броню и активировал систему управления. Гляжу на пятерку своих сообщников.

— Ну, с Босхом!