Зайдя в собор, я услышал хоровое пение. Похоже священники восхваляли Лакка и молились у него за жизни авантюристов. Стоит сказать, что авантюристы были единственными, кто приходил в этот храм и, иногда, приносили пожертвования, поэтому можно сказать, они отрабатывали свой хлеб, но я решил не мешать им и сел на свободную лавку.

...Будь то логово огра

Иль дуэль двух бросков

Победит лишь тот,

Кто своей жизнью рискнёт.

Удача для смелых,

Не ведом им страх,

Броски костей решают

Кому жить, а кто прах.

Кто верит в удачу

Всегда победит

Ведь даже, дракона

Снесёт один крит.

Всегда смел в бою

Наш гордый герой,

И даже самый сильный враг,

Бессилен если с вами Лакк.

Священники закончили свою песню и стали расходиться, я выбрал того, что выглядел по сговорчивее и начал свой словесный допрос:

— Не могли бы вы отвести меня к настоятелю Лиму?

— Он сейчас занят.

— И чем же?

— Выслушивает очередную бредовую идею.

— Очередную бредовую идею? — с ноткой непонимания переспросил я. И тогда священник поведал о том, что один из их учеников, ушедших в авантюристы, постоянно к ним наведывается и предлагает настоятелю сомнительные способы заработка, которые ничем хорошим, по его мнению, не закончатся. То он предлагал варить лекарства из низкопробных трав и магией внушения убеждать людей, что они рабочие. То предлагал открыть лавку, в которой за двадцать золотых продавали бы мешки со "случайным" количеством денег. А в последний раз он вообще предложил открыть свой банк и брать у людей деньги под процент, а потом выплачивать проценты деньгами со следующих вкладов, и когда в один прекрасный момент мы не сможем выплатить деньги, объявить о банкротстве. Выслушав его полный монолог, полный презрения,, я решил подождать, пока настоятель договорит с этим мошенником, и попросил отвести меня к его комнате.

Всё время пока я ждал, из-за стены доносились крики: Ты ничего не понимаешь! Это шанс наконец-то разбогатеть! Твой старческий маразм мешает тебе трезво взглянуть на инновационные схемы заработка! И тому подобное. Но после пятнадцати минут ожидания дверь распахнулась и из неё выскочил мужчина в плаще, полностью скрывавшем его внешность, и с криком: Тупой старикан! — отправился прочь.

Комната настоятеля выглядела скромно и ничего в ней, за исключение клыка виверны, висящего на стене, не напоминало о том, что он когда-то был авантюристом. Я уже хотел рассказать ему обо всём, но Лим опередил меня:

— Полагаю, ты Арзен. Должно быть ты принёс мне письмо или что-то в этом духе... — я молча передал ему письмо, он продолжил:

— Мест был хорошим авантюристом. Не знаю уж какой из него вышел наставник, но его смерть — это тяжёлый удар для нас всех. Несмотря на то, что он ушёл в отставку, всё же его ранг был серебряным. Эх помню времена, когда мы с ним были товарищами, с нами ещё была получеловек-боец — Лина и дворф-шаман — Тогель. Хорошие были времена, но ничто не вечно.

Он достал бутылку вина и два стакана, аккуратно разлив вино по стаканам, он предложил мне выпить и продолжил.

— Мест тогда встал раньше всех и приметил нам неплохое задание на зачистку подземелья, которое осталось, видимо, ещё со времён Бароньих войн. Ну работёнка была непыльная да к тому же ещё и прибыльная, в таких подземельях разве что гоблины да слабая нежить водятся, вот мы и решили, что это будут лёгкие деньги. По началу всё шло хорошо нам встречались только гоблины, с которыми у нашей группы проблем не возникало, но подземелье всё не кончалось и не кончалось. После очередной схватки с гоблинами Мест предложил на этом закончить, но Тогель был против, хоть в его распоряжении и оставалось всего одно заклинание. Немного посовещавшись, мы решили дойти до конца коридора и, если там не будет тупика, повернуть назад. Тупика там не оказалось, зато оказалась дверь. После ожесточённого спора мы всё-таки решили посмотреть что внутри. Проверив дверь на наличие ловушек, Мест отворил её. Что-то огромное посреди тёмной комнаты неловко шевельнулось. Мест тут же закинул внутрь взрывное зелье. Осветивший комнату взрыв, открыл моему взору огромную тварь, столь отвратительную что от одного только взгляда становится тошно. Один глаз, рука и нога вызвали у Лины приступ рвоты.  Взрывное зелье не оказало должного эффекта, и здоровяк заковылял в нашу сторону. Тогель тут же попытался использовать заклинание, но монстр одним своим взглядом развеял его магию. Лина и Мест вступили с чудовищем в ближний бой, но безобразная тварь оказалась на удивление проворной и уже через несколько секунд им потребовалось моё лечение. Но наши проблемы на этом не закончились: на звук битвы прибежали двое медвежатников, быстро сообразивших кого надо бить. Вооружившись топором, Тогель принялся отбиваться от их нападок, но численное преимущество сыграло свою роль, и один из ударов достиг цели. Я тут же кинулся лечить шамана, но один из медвежатников преградил мне путь. Лина попыталась мне помочь, но великан тут же обрушил на неё ряд неистовых атак. Я попытался одолеть медвежатника сам, но в итоге вот, что вышло — он показал свою правую руку, она была лишь по локоть. Пока я сражался, второй медвежатник обрушивал на раненого Тогеля один удар за другим, пока тот не упал, потеряв последние силы к сопротивлению. Хоть Лине с Местом и удалось одолеть великана, а затем и медвежатников – было уже поздно. Моих сил не хватило, чтобы спасти Тогеля. Он истёк кровью от полученных ран. Мест взвалил всю вину на себя и ушёл из авантюристов, я тоже не видел смысла продолжать с одной рукой и подался в священники, только Лина осталась авантюристом, слышал она сейчас одна из семёрки богоизбранных. Следующие два часа мы провели за вином и разговорах о Месте, также он сказал, что не может отпустить меня без награды за доставленное письмо. И хотя я упорно сопротивлялся, он сумел вручить мне десять золотых.