— «Тартарум Этернум» — это место, расположенное вне привычных законов пространства и времени, созданное для содержания существ, чьё существование или действия угрожают стабильности вселенной. Эта тюрьма — целый мир, где время остановлено, но заключённые всё ещё ощущают его бесконечное течение. Тюрьма представляет собой вертикальную конструкцию, уходящую за пределы видимого. Каждый этаж отделён от остальных и создан для содержания существ с разным уровнем угрозы. На верхних уровнях находятся относительно менее опасные заключённые, тогда как на самых глубоких этажах — те, кто способен уничтожить вселенные или нарушить законы реальности.

Потом Алиэль рассказал мне о секторах, как я запомнил, то следует такое:

Сектора стихийных существ:

Огромные камеры из закалённого стекла или металлических сплавов, выстроенных так, чтобы выдерживать температуру солнца или мощь урагана. Здесь содержатся существа, сотканные из огня, льда, ветра или магмы. Пространство этих камер может быть бесконечно большим, чтобы заключённые не ощущали стены, но их сила постоянно подавляется благодаря артефактам, встроенным в основу тюрьмы.

Сектора метафизических существ:

Для тех, чья природа не материальна — души, духи, сущности идей — существуют камеры из самого времени и пространства, сконструированные с помощью древней магии и сложных технологий. Эти камеры сливаются с реальностью, становясь её неотъемлемой частью и создавая иллюзию того, что заключённые существуют в бесконечной пустоте. Камеры, в которых заключены метафизические существа, как правило, создают ощущение безвременья и отсутствия пространства, так как сами они лишены физической формы. Однако для них время также не существует — лишь непрерывное ощущение собственного существования, лишённого начала и конца. Чтобы ограничить их влияние на реальность, стены этих камер построены из ткани самой реальности, зафиксированной в непрерывной петле времени, что препятствует сущности покидать пространство.

Сектора для могущественных смертных:

В этих камерах содержатся те, кто способен повлиять на ход событий в мире или разрушить его. Пространство вокруг них замкнуто, но их сознание подвергается постоянному влиянию, создавая иллюзии и моменты мучительных откровений, где они терзаются сомнениями, страхами и раскаянием. Эти заключённые не могут действовать, поскольку их силы ограничены мощными магическими щитами, но их мыслительные процессы сжимаются, и они начинают терять связь с самим собой, как будто застряли в бесконечном лабиринте.

Сектора для существ, способных уничтожить вселенную:

Для таких существ, чья сила способна сломать сама структуру реальности, камеры имеют уникальные, многослойные системы защиты. Эти заключённые помещаются в вакуумные клетки, которые многократно искривляют пространство вокруг них, создавая иллюзии множественных миров, за которыми скрывается абсолютная пустота. Камеры оснащены артефактами и магическими конструкциями, которые стабилизируют пространство-время, чтобы заключённый не мог воздействовать на вселенную, но, несмотря на это, его сознание постоянно испытывает давление — как если бы его существование одновременно было и не было. Эти существа переживают множество миров, а их восприятие искажено до предела.

— Значит, нас за врагов не считают, раз мы сидим в такой скромной клетке? — с сарказмом произнес Аргос.

— Почти так, — ответил Алиэль, сдерживая усмешку. — На самом деле, я — охранник этой тюрьмы, а ты здесь по одной простой причине: в тебе живет сам Асмодей.

— Нас отпустят, если Асмодей не представляет угрозы? — настороженно спросил Аргос, его взгляд стал более серьёзным.

— Да, именно так, — ответил Алиэль, кивнув. — Если он не проявит своей силы, вас могут выпустить. Но если хоть малейшая угроза, всё будет решаться совсем иначе.

— И как будет проходить тестирование Асмодея? — с любопытством спросил Аргос, пытаясь понять, чего ожидать.

Алиэль только слегка усмехнулся, с явным намеком на то, что не всё будет так просто.

— Ты увидишь, — сказал он, поднимаясь и указывая на дверь. — Пойдём, время пришло.

Когда Аргос вошёл в специальную комнату, его взгляд сразу зацепился за странную атмосферу. Здесь царил холод и тишина, как в месте, где даже тени боятся двигаться. Аргос сел на кресло, готовясь к испытаниям, но, когда Алиэль и другие стражи стали готовить приборы, всё изменилось. Вместо того, чтобы ощущать разделение между собой и Асмодеем, Аргос почувствовал нечто странное: парадигма их существования была одна на двоих.

— Это... невозможно, — прошептал один из стражей, заметив, как энергии вокруг них сливаются. — Они... связаны.

Алиэль застыл, понимая, что тестирование будет гораздо сложнее, чем они предполагали.

Аргос, ощущая нарастающее давление и неизведанную силу, схватился за голову и в панике закричал:

— Какого чёрта ты творишь, Асмодей?! Это не нормально! Мы с тобой... мы слились?! Как это вообще возможно?!

Глубокий и звучный голос Асмодея, как всегда, был спокойным и уверенным. Он, казалось, не ощущал ни малейшей тревоги.

— С самого момента своего появления в этой реальности я пытался понять, как функционирует её метафизика, — ответил он, его голос звучал как эхо древних знаний. — Всё оказалось гораздо сложнее, чем я предполагал. Я искал ответ, но только сейчас, наконец, смог объединить наши парадигмы в одну целую. Теперь мы не просто связаны, мы... единое целое, Аргос.

Асмодей продолжил, его голос наполнил пространство, как если бы он говорил не только с Аргосом, но и с самой реальностью.

— Ты должен понять, Аргос, что это не случайность. Всё, что происходило с нами, было лишь подготовкой к этому моменту. Я пробовал влиять на мир, исследовать его скрытые закономерности, но только теперь я понял: для того, чтобы понять его истинную суть, нужно было стать его частью. И теперь, когда наши парадигмы слились, я чувствую... целостность. Мы оба являемся одним звеном в этой сложной цепи.

Он сделал паузу, будто раздумывая над следующими словами.

— Ты был инструментом, который я искал, Аргос. Ты дал мне возможность завершить процесс. И теперь, возможно, мы станем гораздо мощнее, чем когда-либо могли бы быть поодиночке. Ты и я — это не просто союз. Это новый этап в эволюции.

Аргос молчал, чувствуя, как внутри него бурлит эта сила, стремясь вырваться наружу. Всё, что он знал, и всё, что он мог бы воспринимать как свою реальность, теперь казалось хрупким и незначительным. Слова Асмодея проникли в его разум, нарушив привычный порядок, и каждое их звучание отзывалось в его душе, как вибрация в струне.

— Ты говоришь, что теперь мы едины, — произнёс Аргос, его голос был полон растерянности и страха. — Но это значит, что я больше не могу контролировать себя, верно? Я не могу поверить, что ты позволил себе... слить нас.

Асмодей сдержанно рассмеялся, его смех был холодным и многозначительным.

— Ты ещё не осознаёшь, Аргос. Это не потеря контроля. Это расширение твоего существования. Ты больше не ограничен только физической оболочкой, ты теперь способен воспринимать реальность в её истинной форме, как я. Ты увидишь её такими глазами, какими я видел её тысячи лет. Ты будешь выше тех, кто пытается её понять.

Аргос почувствовал, как его тело напряженно сжалось. Он видел перед собой новые горизонты, новые возможности, но и опасности. Он не был готов к этому, но в то же время ощущал странное притяжение, как если бы сама реальность тянула его к себе.

— Ты... ты хочешь, чтобы я стал твоим продолжением? — спросил он, не в силах скрыть отвращение и растерянность.

— Я хочу, чтобы ты стал собой, — ответил Асмодей, его слова звучали уверенно и спокойно. — Только таким образом мы сможем достичь великого. Но помни: ты не один в этом. Я с тобой. В любой момент, в любом времени.

Аргос молчал, но внутренний шторм не утихал. Он чувствовал, как нечто темное и могучее начало поглощать его сознание, и его разум пытался сопротивляться, но силы уходили. Эта новая реальность, новая сущность, начинала его захватывать.

В тот момент, когда слова Асмодея стали всё более навязчивыми и тягучими, словно невидимая сеть опутывала разум Аргоса, внезапно раздался крик Алиэля.

— НЕ СЛУШАЙ ЕГО! — его голос прорвался сквозь тяжёлую атмосферу комнаты, пронзая пространство как остриё меча. — Он лишь пытается вывести тебя из себя, Аргос! Не позволяй ему манипулировать твоими мыслями!

Аргос, словно вернувшийся в реальность, резко поднял голову и посмотрел на Алиэля. Его взгляд был туманным, он не сразу понял, что происходит. В голове всё ещё звенели слова Асмодея, но голос Алиэля стал тем якорем, который вновь привёл его к себе.

— Ты не понимаешь, — прошептал Аргос, его глаза ещё не успели освободиться от захватившего их влияния. — Он говорит, что я теперь... часть его. Я не могу вернуться.

Алиэль шагнул вперёд, его лицо было серьёзным и полным решимости.

— Это всё ложь, Аргос! Ты не стал частью него. Он всего лишь ищет способ контролировать тебя, подавить твою волю, чтобы использовать как инструмент. Ты — не его раб, ты человек! Ты сам решаешь, что делать!

Аргос посмотрел на Алиэля, его разум боролся с тем, что было сказано, с тем, что он сам чувствовал. И в этой борьбе, в этом моменте растерянности, он вдруг ощутил вспышку отчаянной силы.

— Я... я не его раб, — произнёс он, собирая остатки своего разума. — Я сам... я сам решаю.

Асмодей молчал, но его присутствие оставалось, как неизбежное и угрожающее. Аргос всё ещё чувствовал его в глубине себя, но теперь он знал, что должен бороться. Бороться за свою свободу.

Алиэль стоял прямо перед Аргосом, его глаза были полны решимости и холодной логики. Он не отводил взгляда, словно пытаясь разглядеть, что скрывается за этим существом, которое он знал когда-то как обычного человека.

— Я проведу тебе урок, — сказал он с явным раздражением, но в голосе сквозила решимость. — Урок о том, как устроена эта реальность. Ты должен понять, что происходит вокруг. Но прежде, чем продолжим, я скажу прямо: я не верю тебе, Аргос.

Аргос замер, его сердце пропустило несколько ударов. Он не ожидал такой прямоты.

— Ты не веришь? — удивлённо спросил он, его голос эхом отразился от холодных стен комнаты.

Алиэль кивнул, его лицо оставалось непроницаемым.

— Нет, не верю. Ты говоришь, что ты из другой реальности, но это звучит слишком... нелепо. Слишком удобно. Мы живем здесь и сейчас, и всё, что ты рассказываешь, звучит как очередная уловка, чтобы оправдать своё странное поведение. Ты и Асмодей — это одно и то же, одно целое, и ты сам не знаешь, что с этим делать. Ты пытаешься уверить себя и нас, что ты не часть этой реальности, но я этого не принимаю. В этой реальности ты, Аргос, и ты должен разобраться, как она устроена, прежде чем строить свои фантазии.

Аргос почувствовал, как его грудь сжалась от непонимания и обиды. Но в то же время в его душе росла ярость.

— Ты... ты меня не понимаешь! — выкрикнул он, но тут же замолк, понимая, что эта ярость не может быть ответом. — Ты не понимаешь, что я на самом деле чувствую! Как я борюсь с этим, с ним внутри себя!

Алиэль взглядом перехватил его порыв, но не осуждал, лишь устало вздохнув.

— Я понимаю, что ты в замешательстве, — сказал он, мягче, но всё ещё уверенно. — Ты пытаешься найти смысл в этом хаосе. Но сначала тебе нужно понять, как работает эта реальность. Только так ты сможешь разобраться в себе и в своём положении. И, может быть, когда ты поймёшь её, ты начнёшь понимать, что же на самом деле происходит с тобой и с Асмодеем.

Аргос замолчал, его разум все ещё кипел от противоречий и недовольства, но, возможно, этот урок был единственным шансом, чтобы вырваться из этой ловушки.

— Получается, сейчас у меня четыре формы существования?

Алиэль задумчиво посмотрел на Аргоса, его взгляд стал более серьёзным, как если бы он готовился поделиться последним, важнейшим аспектом теории, который мог бы дать Аргосу понимание его состояния.

— Ты прав, — сказал он, кивнув на размышления Аргоса. — Сейчас у тебя действительно четыре вида существования: душа, физическое тело, эмбералис из твоей прошлой реальности и парадигма, которая возникла из слияния твоей сущности с Асмодеем. Каждое из этих существований взаимодействует друг с другом и образует твою уникальную форму бытия. Но это не всё, Аргос. Ты должен понимать, как эти слои могут влиять друг на друга, и что происходит, когда они нарушаются.

Он остановился, подбирая слова, и продолжил:

— Энергетические аномалии — это то, с чем ты, возможно, столкнешься в своём путешествии. Они происходят, когда происходят нарушения в астральных или духовных системах. Эти аномалии могут быть результатом мощного вмешательства — будь то магическое, технологическое или что-то ещё, что вредит этой сети. Но аномалии могут также возникать внутри тебя, в твоём разуме или духе, когда возникают глубокие внутренние конфликты. Когда такое случается, связь с внешними источниками энергии ослабевает, что, в свою очередь, может менять или даже разрушать жизненные процессы.

Алиэль сделал паузу, как если бы давая Аргосу возможность осознать, насколько важно понимать эти тонкие взаимодействия.

— Например, если твоя парадигма будет нарушена каким-либо образом, это может повлиять на все остальные уровни твоего существования. Ты можешь почувствовать потерю энергии, потерю связи с внешним миром, как если бы ты стал изолированным. И если эта аномалия продолжится, то ты, возможно, окажешься на грани утраты контроля над собой.

Алиэль слегка вздохнул, продолжая свой урок с более глубоким, философским взглядом.

— Но что важнее, Аргос, — будущее этой теории. Она имеет огромный потенциал для развития. Теория ПЖЭ может быть интегрирована с науками, такими как квантовая физика, нейробиология и психология, чтобы объяснить, как энергия и информация движутся через живые системы. И представь, что если мы сможем освоить эти взаимодействия, то сможем воздействовать на жизненные процессы на более высоком уровне. Мы могли бы создать методы, которые помогут нам лечить, развивать дух, усиливать эволюцию. Технологии могут быть использованы, чтобы управлять потоками энергии, и это позволит контролировать время, пространство, возможно, даже смерть.

Аргос с трудом усвоил услышанное. Его ум пытался охватить масштабы этих идей, но он не мог не ощущать, что всё это находилось за пределами его понимания.

Алиэль, заметив его состояние, продолжил:

— И вот, что важно, Аргос. Теория ПЖЭ предполагает, что физическая смерть — это не конец. Это всего лишь переход. Когда тело уходит, жизненная энергия не исчезает, она продолжает существовать, но принимает иную форму. Она перемещается в более широкие и тонкие сферы Вселенной, продолжая своё существование в новых парадигмах. Это не конец жизни. Это лишь начало новой формы существования, которая может быть связана с высшими уровнями энергии и материи. И, возможно, ты, как носитель такой энергии, должен понять, как использовать её в своём будущем.

В этих словах, тяжёлых и полных значений, заключалась не только информация, но и нечто большее — некий намёк на то, что Аргосу предстоит научиться жить не просто как человек, а как часть гораздо более масштабной и древней реальности.

— Ты, возможно, ещё не готов понять все эти концепты, Аргос, но это именно то, что тебе предстоит постигнуть. И чем быстрее ты это сделаешь, тем больше шансов, что ты обретёшь не просто контроль над собой, но и над реальностью.