Ын Соль взялась за гудящую голову. Она не могла вспомнить, как вернулась в номер, но, впрочем, сейчас это было и не важно. Девушке не хотелось на этом концентрироваться. На данный момент единственным желанием у неё было убрать это ужасное похмелье.

— Ох… – не без боли Ын Соль перевернулась на бок и вдруг поняла, что находилась в постели одна. В каком-то смысле это было сродни облегчению, потому она не хотела представать перед Чон Хёком в таком виде.

Это должна была быть их брачная ночь, а Ли Ын Соль потратила её на алкоголь. Как худшая жена на свете.

— Кажется, что умираешь, да? – спросил Чон Хёк, в халате выходя из ванной и вытирая мокрые волосы полотенцем.

Девушка с изумлением посмотрела на него. Его черные волосы были ещё влажными, с них по обнажённой шее стекал тонкий ручеек. Свободно спадающий халат оголял подтянутые мышцы груди и длинные икры ног.

— Ну… Всё не так плохо, – убрав руки от головы, Ын Соль попыталась выглядеть естественно.

— Что ж, думаю, ты честна, раз не услышал «я в порядке».

— Но я в порядке.

— Конечно, – ответил Чон Хёк. – Как минимум, твоя речь восстановлена.

— …

Смущённая Ын Соль не знала, что ответить.

— Тебе следует принять ванну.

— Я в…

— А я нет, – перебил девушку Чон Хёк, напомнив той, каким настойчивым учителем он был. – Я набрал тебе ванну.

— Хорошо…

Головная боль отказывалась покидать Ын Соль, поэтому до ванной комнаты пришлось ковылять. Но, наконец, она добралась до неё и, увидев, что расположено внутри помещения, воскликнула:

— В…Воу!

Вчера Ли Ын Соль использовала другую ванную, и та была намного меньше.

Девушка будто зачарованная прошла внутрь, но стоило ей увидеть своё отражение в зеркале, тут же нахмурилась:

— О мой бог…

Её лицо всё ещё было ярко-красным. Никто не стал бы сомневаться, что вчера она напилась до белочки.

— Наверное, я всё ещё пьяна, – пробормотала Ын Соль, вспоминая, как на неё посмотрел Чон Хёк. От стыда она покраснела сильнее прежнего.

Оказавшись в ванне, девушка погрузилась под воду с головой. Она настолько стыдилась себя, что готова была провалиться под землю.

После ванны голова Ли Ын Соль стала светлее, но оставалась ещё одна проблема. Она не взяла с собой сменную одежду и теперь не могла выйти из-за того, что не была такой смелой как её муж.

Нервно побродив по комнате, девушка, наконец, чуть-чуть приоткрыла дверь. Она уже хотела позвать Чон Хёка, как заметила на полу аккуратно сложенную одежду.

“Ах…” – Ын Соль почувствовала радость, но та быстро сменилась смущением. Из стопки одежды торчало розовое кружево: девушка мигом узнала своё нижнее белье. Быстро схватив вещи, она исчезла в ванной.

***

— Твой завтрак готов, – объявил мужчина, и Ын Соль, стесняясь, зашла на кухню. На столе стояли две миски рисовой лапши с острым соусом и тарелка с двумя жареными яйцами.

— Они подают здесь лапшу на завтрак? Здорово, – пробормотала Ын Соль.

— Нет, я купил это в кафе.

Юн Чон Хёк предупредил несколько раз, что положил немного острого соуса для вкуса, и не стоит есть лапшу слишком быстро, но, к сожалению, Ын Соль залпом выпила бульон и тут же начала кашлять.

Мужчина фыркнул, подавая ей салфетку. Девушка взяла её и попыталась вытереть рот так элегантно, насколько это было возможно, чтобы выглядеть нормально.

— Кажется, ты любишь поесть, – прокомментировал Чон Хёк.

— А кто не любит?.. – Ын Соль нашла этот вопрос очень странным и нахмурилась.

Девушка снова сфокусировалась на еде. Для её желудка лапша с утра была слишком тяжёлой, но она с удовольствием выпила бульон. Теперь Ын Соль было намного лучше.

Она поставила миску на стеклянный стол. Под ним через пол была видна кристальная вода океана, и вдруг девушка заметила проплывающее мимо маленькое существо.

— А? – воскликнула девушка.

— Это акула, – проинформировал мужчина.

— Но она была такой маленькой! Как обычная рыбка…

— Нет, это точно акула.

— Ох… – вздохнула Ын Соль, понимая, что не сможет здесь купаться.

— Если закончила, то пойдём, – сказал Чон Хёк.

— Куда?

— Раз мы здесь, то следует воспользоваться возможностью и искупаться в океане.

— …

— Можешь переодеться. Я подожду снаружи, – сказал мужчина.

Ын Соль поблагодарила мужа за завтрак и встала. Вместо купальника девушка надела лёгкое белое платье без рукавов. Она ясно давала понять, что выбирает отдых без плавания. Мужчина ничего на это не сказал и проводил её на улицу.

***

Песочный пляж был великолепен. Ли Ын Соль любовалась волнами, нежно смывающими её следы. Девушка хотела, чтобы они оставались подольше, поэтому ускорила шаг.

Было непривычно думать о том, что она оставляет частичку себя в новой стране. Похмелье наконец прошло, и теперь девушка скакала как зайчик.

— Ын Соль, – позвал Чон Хёк из-за спины.

— Да? – отозвалась девушка, но не повернулась к нему. Она продолжала наблюдать за следами на песке. Чувство того, как смешивается вода океана и нежный песок между пальцев, было божественно.

— Ли Ын Соль!

В этот раз показалось, что мужчина бежит к ней.

— Да?! – громче ответила Ын Соль и снова подпрыгнула. С удивлением девушка почувствовала, как врезается во что-то и падает. Это было совсем не больно, но её колени оказались в воде. Когда Ын Соль посмотрела наверх, то увидела перед собой средних лет мужчину кавказской внешности, смотрящего прямо на неё.

— Вы в порядке? – спросил он на английском.

— Простите… – промямлила Ын Соль в ответ. Незнакомец улыбнулся и предложил руку помощи.

— А?! – внезапно тело Ын Соль оказалось в воздухе: Юн Чон Хёк поднял её, обхватив из-за спины. Это случилось так быстро, что девушка успела только одарить удивлённым взглядом немного нахмурившегося мужчину. Она тут же поняла, о чём Чон Хёк попытался её предупредить.

— Ха… Извините… – попросила прощения девушка, стоя рядом с мужем.

— Пойдём, – подтянул к себе девушку Чон Хёк и поклонился мужчине. Он извинился за свою жену, вызвав удивление кавказца. Тот решил, что Ын Соль была ребёнком, и это предположение заставило Юн Чон Хёка вздрогнуть.

— Думаю… Азиаты всегда кажутся иностранцам моложе… – сказала Ын Соль, потянув мужа за рубашку.

— Побудешь со мной, – прошептал ей Чон Хёк, поднимая девушку на руки.

Его широкая грудь и сильные руки заставили сердце Ын Соль биться чаще. Даже подушечки её пальцев затрепетали: она боялась, что перестанет дышать.

Краснея, девушка попросила опустить её на землю, но муж проигнорировал её и продолжил нести.

— Пожалуйста, поставьте меня, я не поранилась, – молила Ын Соль.

— Просвечивает, – твёрдо пресёк её Чон Хёк

— Простите?

— Твоё розовое бельё.

— … – Ын Соль лишь крепче обняла его за шею.

***

— Пить будешь? – предложил Чон Хёк, держа в руке бокал виски.

Было уже достаточно поздно, и Ын Соль отрицательно помотала головой, заставив мужчину усмехнуться.

Девушка надулась на него как ребёнок, но муж этого и вовсе не заметил. Мужчина лишь подлил себе напиток тыквенного цвета.

— Даже не знала, что Вы так много пьёте, учитель, – посетовала Ын Соль, но мужчина сохранил молчание. – Даже не отрицаете этого…

— Только сейчас, когда чувствую, что вдалеке от всего…

— Так Вы расслабляетесь? – спросила Ын Соль, чувствуя, что её сердце словно покалывает. Значило ли это, что ему с ней комфортно?

Когда девушка задумалась об этом, то осознала, что комфортнее всего она чувствовала себя именно рядом с Чон Хёком, но сейчас было это ощёщалось немного по-другому. Ын Соль была практически спокойна из-за того, что ощущала себя зависимой от мужа. Но в то же время девушка чувствовала напряжение, потому что сердце было ей неподвластно.

— Я рад, что женился на тебе, – спокойно произнёс мужчина.

— Это потому что… Вы можете держать ситуацию под контролем? – вспомнив вчерашний разговор, спросила Ын Соль.

— В частности, – равнодушно ответил Чон Хёк, и она тут же помрачнела. Проблема была в том, что девушка не знала причины этого. Когда она предлагала жениться на ней, то сама утверждала, что будет самым удобным вариантом. Но сейчас, когда они поженились, она чувствовала себя подавленной.

Между ними встала долгая тишина. Может, Юн Чон Хёк находил это комфортным, но вот Ын Соль было одиноко.

Сидя перед мужем как кукла, девушка лишь наблюдала, как он пьёт. После двух напитков мужчина пошёл на кухню, чтобы отнести стакан, и Ын Соль повернулась, чтоб проводить его взглядом.

Когда Чон Хёк вернулся, то посмотрел на девушку, что сидела на диване, подперев подбородок рукой, опирающейся на подлокотник. Настойчивый взгляд мужчины было слишком сложно выносить, поэтому её сердце снова затрепетало. Напряжение уже текло по венам Ын Соль, но она не хотела, чтобы это заканчивалось.

Девушка хотела стать единственной, кому принадлежит этот человек. Она хотела стать его «женой» во всех смыслах этого слова.

— Вы закончили пить? – спросила Ын Соль, разрушая тишину.

— Да.

Может, теперь они могут пойти в спальню?

Может…у них состоялась бы первая брачная ночь?

Тогда…

В ожидании ответа мужа, точнее, подтверждения её мыслей, губы девушки вдруг стали сухими. Она надеялась услышать, что Чон Хёк приглашает её пойти с ним.

— Спокойной ночи, – спокойным тоном попрощался мужчина.

Он погладил Ын Соль по голове так, словно девушка была его домашним питомцем. Мужчина обращался со своей женой как с ребёнком, и теперь сгорающая от нетерпения Ын Соль схватила его за руку.

Чон Хёк вздрогнул и удивлённо посмотрел на девушку. Его хмурость доказывала, что ей удалось ввести его из равновесия.

Юн Чон Хёк не был роботом. Да, прочитать его было сложнее, чем других людей, но он всё ещё остался живым существом. Было ясно, что Ын Соль смогла впечатлить мужчину.

— Пожалуйста… Возьмите меня в свою постель.

— Ын Соль… – по голосу стало понятно, что Адамово яблоко уже было надкушено.(1)

Девушка видела, что Чон Хёка истязал соблазн, и от осознания этого она была готова взорваться от эмоций. Девушка продолжила:

— Мы ведь женаты, не так ли? Вы говорили… что сделаем это.

Юн Чон Хёк прикрыл глаза свободной рукой. Он выглядел озадаченным, но Ын Соль не сдавалась. Это должно было случиться, но что было важнее, сейчас она хотела своего мужа.

— Вы больше не мой учитель.

Мужчина лишь сильнее нахмурился из-за кипящих в нём эмоций. Впервые Ын Соль видела его таким. Девушка положила его руку себе на губы, в надежде что он чувствует биение её сердца.(2)

Юн Чон Хёк сжал зубы и прорычал, но она не остановилась. Девушка опустила его руку ниже, на свою небольшую грудь. Мужчина напрягся, но не убрал ладонь.

— Пожалуйста, возьми меня, Чон Хёк.

Лицо мужчины по мере его приближения к Ын Соль становилось всё более беспощадным. Обхватывая её затылок, он предупредил:

— Ты сама начала это.

Его животный поцелуй стал вестником долгой бурной ночи.

__________________________

п/р.: Не прочь и я погрешить с таким учителем…

п/п.: Она училась на врача.

п/р.: Не важно. Ты посмотри, КАК она его склоняет, а!..