Перевод: kinglet

Редакт: Olzare

Ын Соль закричала, находясь в шоке от происходящего. В эту же минуту распахнулась дверь и вбежал фотограф. Он схватил Мин Со за руку и крикнул:

— Пожалуйста! Вы не должны этого делать!

Всё произошло так быстро, что беспомощной Ын Соль оставалось лишь сидеть, подобно замороженной. Разум невесты словно плыл в тумане: она не знала, что делать дальше. Девушка запаниковала, а Мин Со с холодной улыбкой лишь кинула на неё взгляд. Платье, порванное по швам, демонстрировало оголённые ноги кузины.

— Думаю, теперь твоё платье выглядит гораздо лучше. Наверно, это потому что у тебя такие красивые ноги, Ын Соль, – проговорила Мок Мин Со, до сих пор удерживаемая фотографом, однако продолжающая злорадствовать: – Твой наряд такой потрёпанный, как раз для тебя.

— Мне нужна помощь! – громко прокричал фотограф, схватив Мин Со покрепче.

В комнату влетели Дэ Хёк и Со Хви. Увидев то, во что превратилось платье, женщина ахнула от удивления и прикрыла рот рукой. Быстро сложив кусочки паззла в голове, Мок Дэ Хёк подошёл к Мин Со и влепил дочери сильную пощёчину, заставив ту завизжать.

— Ты с ума сошла? – в ярости спросил Дэ Хёк, смотря на дочь.

Волосы Мин Со, прежде стянутые в тугой конский хвост, теперь были распущены. Откинув встрёпанные волосы назад, девушка посмотрела на отца и закричала:

— Ты сам научил меня защищать то, что моё, папа!

— Да как ты смеешь?!.

Мок Дэ Хёк снова замахнулся, но Со Хви остановила его:

— Дорогой! Не надо!

Эхо её голоса прокатилось по всему коридору. Огромная толпа быстро сбежалась на звук и теперь наблюдала за этой сценой, тихо перешёптываясь между собой. Тогда Чон Хёк, будучи выше всех на голову, зашёл в комнату. Безупречно выглядя в своём смокинге и с волосами, забранными назад, он спокойно закрыл за собой дверь и подошёл к Ын Соль.

— Ты в порядке? – его голос оставался резким, но заботливым.

Ын Соль почувствовала огромное облегчение, потому что мужчина появился совсем как рыцарь в сияющих доспехах, но одновременно в ней закипело чувство вины из-за их испорченной свадьбы.

— Учитель… Мне… Мне очень жаль, – винилась Ын Соль, в уголках её глаз уже стали собираться слёзы.

Взгляд Чон Хёка опустился ниже: кажется, он даже не заметил порванного платья. Он вновь посмотрел ей в глаза и нервно переспросил:

— Я спрашиваю, не больно ли тебе.

Ын Соль помотала головой, не говоря ни слова. В этот момент она разрыдалась, а мужчина бережно стал смахивать слезинки.

— Ты испортишь свой макияж, – пробормотал он.

— Но… Платье испорчено… Церемония вот-вот начнётся и… Что нам делать? Хмф…

Дэ Хёк, который уже заметно перенервничал, приказал Мин Со:

— Мок Мин Со, снимай платье.

— Да, Мин Со, – согласилась Со Хви и обняла дочь за плечи. – Это отличная идея. Ты получила то, что хотела, так что… Тебе следует отдать своё белое платье Ын Соль, ладно?

— Нет! С чего бы вдруг?! – запротестовала Мин Со.

Она попыталась сбежать, но Со Хви схватила её за руку и стала умолять:

— Пожалуйста, Мин Со, сделай это ради меня…

Мин Со вырвала свою руку в тот момент, когда заиграла музыка, предназначенная жениху и невесте. Чон Хёк достал свой телефон и позвонил Сон Кён Хе.

[— Что-то случилось?] – нервничая, спросила женщина.

— Мама, прости, но могла бы ты передать, что жених и невеста появятся на пути к алтарю вместе через пять минут? – спокойным голосом попросил Чон Хёк.

[— Хорошо…] – Кён Ха даже не потребовала объяснений перед тем, как положить трубку.

— Мок Мин Со! Сейчас же снимай платье! – снова приказал Дэ Хёк.

— В этом нет необходимости, – холодно отказался Чон Хёк от помощи. Затем он опустился к ногам Ын Соль и неожиданно для всех продолжил рвать платье.

Ын Соль смотрела на него, замерев в недоумении. Платье Ын Соль резко превратилось в мини прежде, чем кто-то попытался остановить Чон Хёка.

— У…Учитель, – прошептала Ын Соль.

— Ли Ын Соль, слушай внимательно, – заговорил Чон Хёк, обхватив лицо девушки своими руками. – Сегодня ты самая прекрасная девушка.

— …

— Я говорю тебе, что ты самая прекрасная девушка в мире. Ты понимаешь, о чём я?

Посмотрев в его внимательные глаза, Ын Соль почувствовала, как внутри растёт уверенность в себе. Голос Чон Хёка всегда был таким убедительным и серьёзным, что девушка могла поверить во что угодно, сказанное им.

— Пойдём, – сказал Чон Хёк. Ын Соль поднялась, и мужчина снял свой пиджак, чтобы обмотать вокруг талии невесты.

Порванное платье до сих пор виднелось из-под пиджака, но в этот момент, чтобы вселить девушке больше уверенности, Чон Хёк взял её за руку и прошептал:

— Доверься мне. Просто следуй за мной.

— А теперь поприветствуем жениха и невесту! – послышалось объявление из зала.

Чон Хёк повёл Ын Соль за собой. Арочные двери распахнулись, и свет, освещавший комнату невесты, погас. Юн Чон Хёк посмотрел на девушку взглядом, полным решительности. Он будто спрашивал, готова ли Ын Соль, и та кивнула в ответ.

Мужчина сделал первый шаг, и она пошла за ним. Рука этого человека ощущалась как большое дерево, которое было для неё опорой: Ын Соль знала, что могла ему довериться. Она даже не обратила внимание на роскошную люстру и перешёптывающихся гостей. Всё, что она видела, был Чон Хёк, и она прошла по дорожке, усыпанной лепестками белых роз, как его невеста.

***

Мин Со вытирала слёзы, сидя в машине, припаркованной в подземном гараже отеля. Чон Хёк выгнал её и запретил появляется на свадьбе. Со Хви в этот момент с сожалением посмотрела на дочь, но не могла уйти с ней, так как занимала место матери невесты.

Мок Мин Со продолжала рыдать. Рядом с ней сидела госпожа Ма Сан, шофёр же занимал водительское сидение.

— Госпожа Мин Со… – пробормотала Ма Сан. – Пожалуйста, прекратите думать о нём, иначе Вы только причините себе больше боли. В мире ещё много мужчин.

Госпожа Ма Сан предположительно была родом из маленького города Масан, но никогда не говорила на диалекте. Её речь была такой, словно женщина родилась и всю жизнь росла в Сеуле, и это немного раздражало Мин Со.

— Вы ничего не знаете, – пробурчала девушка.

— Конечно знаю. Я знаю, какую боль Вы испытываете. Господин Чон Хёк был для Вас единственным с тех самых пор, когда Вы были ещё ребёнком.

— Так они… Отправляются в медовый месяц? И тогда они по-настоящему станут мужем и женой? Или они уже переспали?

— Кажется, они уже совершили это дело, – вздохнула женщина, так как слова Мин Со были бессмыслицей.

Девушка заскрежетала зубами, но всё никак не отступала:

— Я уверена… Чон Хёк теперь ненавидит меня, – прошептала она. И почему эта девица так влюблена в него?!

— И что с того? Пришло время… сдаться. Только так Вы сможете продолжить жить, госпожа Мин Со.

— Госпожа Ма Сан.

— Да?

— Вы знали, чем занималась Ын Соль, когда сбегала из дома? – спросила девушка.

— Госпожа Мин Со…

— Если что-то знаете, то скажите мне. У неё не было денег, так где она могла переночевать? Чон Хёк не знает об этом, поэтому и влюбился в неё. Если он узнает правду, то, думаете, останется с ней?

— …

— Чон Хёк очень консервативный. Вы же знаете, да?

— Это правда, но…

— Я уверена, что у Ын Соль есть скелеты в шкафу.

— …

Ма Сан ничего не ответила. Честно говоря, женщина не верила в то, что Ын Соль могла совершить нечто такое, о чём говорит Мин Со. Её кузина могла быть дерзкой, но всё же была разумной девушкой. Ма Сан не могла даже предположить, чтобы Ын Соль сделала бы нечто такое, что разрушило бы её будущее.

Более того, женщина считала, что Мин Со пора оставить сестру в покое. У госпожи всё равно не было шанса на отношения с Чон Хёком, так что следует ей побеспокоиться и о своём будущем. Особенно госпожа Ма Сан боялась мер, которые предпримет к дочери Дэ Хёк.

Но женщина не смела высказать всё это Мин Со.

— Я… хочу, чтобы Чон Хёк пришёл в себя... и понял, что я единственная для него… Мне всё равно: будет ли он разведён или с детьми. Я всё равно хочу быть с ним, – эмоционально продолжала Мок Мин Со.

— Да… – не зная, что сказать, ответила Ма Сан.

В этот момент внезапно дверь заднего сидения распахнулась, заставив Мин Со и Ма Сан подскочить. Взглянув вверх, они увидели Чон Хёка, развязывающего свой галстук.

— Выходи, – яростно приказал он.

Вдруг воздух для Мин Со стал в разы тяжелее. Ей было слишком страшно делать что-либо кроме, как моргать. Теряя последние капли терпения, Чон Хёк ударил по крыше машины и взревел:

— Я сказал тебе выйти.

Мужчина наклонился, чтобы посмотреть на Мин Со. Вены на его покрасневшей шее нервно пульсировали. Мин Со никогда не видела его таким.

— Господин Чон Хёк, пожалуйста, – прошептала Ма Сан.

Когда взгляд мужчины переключился на Ма Сан, женщина плотно закрыла свой рот. У Мин Со не было выбора. Она осмотрелась в надежде увидеть случайных прохожих, но Чон Хёк даже не обратил на это внимание. Гнев в его глазах подтверждал, что мужчина был готов даже на убийство.

— Зачем ты это сделала? – голос мужчины был опасно низким.

— Что Вы имеете в виду?.. – прошептала Мин Со.

Нижнее веко мужчины нервно дернулось.

— То, что ты сотворила ранее в комнате невесты?

— Учитель, придите в себя, – умоляла Мин Со. – Ын Соль распутная девица! Вы же помните, что было в старшей школе. Мальчики её использовали. Как думаете почему?!

Сейчас Мок Мин Со не думала о правде. Она была в таком отчаянии, что была готова лгать обо всём.

— И что с того? – голос Юн Чон Хёка стал ещё ниже. Мужчина всегда держал свои эмоции под контролем, так что эта его новая сторона была совсем не знакома Мин Со.

Девушка оцепенела, но всё же спросила:

— Вы… действительно хотите кого-то подобного себе в жёны?

Голос Мин Со был наполнен отвращением, и, к её удивлению, кулак Чон Хёка пролетел мимо её лица и врезался прямо в машину.

Кровь начала стекать по его костяшкам, и девушка, побледнев, рухнула на землю. Юн Чон Хёк же выпрямился и с диким взглядом прорычал:

— Если ты ещё раз навредишь Ын Соль, то тогда… – Мин Со задрожала от ужаса, когда услышала продолжение: – Я убью тебя.