Утром, когда я проснулся, прямо передо мной было ангельское спящее лицо Нанами. Её лицо было совсем близко, буквально нос к носу... А? Почему?

Вчера, когда мы засыпали, она была не так близко. Неудивительно, ведь я даже не сразу понял, что сплю с ней в одной постели.

А сейчас её закрытые глаза и лицо были совсем рядом. Если приглядеться, Нанами такая красавица... Наверное, сравнение с куклой избито?

У неё длинные ресницы. Двойные веки. Кожа чистая, и губы... Нет, не стоит так пристально разглядывать лицо девушки.

Отведя взгляд от её лица, я увидел, что она в юкате, лежит, повернувшись ко мне, и её тело слегка прикрыто одеялом... А, юката немного распахнулась.

Чёрт... Конечно, не то чтобы всё нараспашку, но видеть распахнутую юкату — это то ещё испытание, поэтому я поправил ей одеяло. Поправлять юкату я, понятное дело, не мог.

Раз уж она распахнулась, значит, взгляд невольно туда устремляется, а Нанами такое уже не понравилось, так что надо сдерживаться.

Что же делать? Сначала телефон... Телефон... А, батарея почти села. Запустив игру, я увидел в чате сообщения от Барона и остальных, которые гадали, что мы сейчас делаем. "Целуемся, любуясь ночным видом" — такого не было.

Ладно, пока отложу телефон...

Почему я вообще сплю с Нанами?.. Приподнявшись на кровати, я всё вспомнил. Потому что прямо передо мной... Были все остальные.

На соседней кровати спали мама, Томоко и Сая. А на футоне в глубине комнаты — папа и Гэнъитиро.

Вчера, когда мы вернулись из купальни и болтали, все собрались... А потом в номере началась небольшая попойка. Мама и остальные, конечно, уже не пили.

Хотя вели себя очень шумно. Мама сказала, что довольна тем, что смогла понаблюдать за нами из укрытия... И нас много фотографировали.

Стоп. Но я же вроде засыпал не с Нанами?.. Почему мы вместе?..

Я снова посмотрел на спящую Нанами... Она спала безмятежно. Невероятно, но человек с таким милым спящим лицом — моя девушка...

— М-м... Н-н...

Она зашевелилась, и одеяло, накинутое на неё, слегка сдвинулось. Юката распахнулась ещё больше... И взгляд невольно устремился туда.

Да... Нет, не буду вдаваться в подробности. Наверное, из-за того, что она спала, формы изменились... Стали более выразительными... Так бывает? Нет, погоди, Юсин, не комментируй. Ты же только что решил воздержаться.

Сгорая со стыда за то, что не могу встать, хоть и проснулся, я снова рухнул на кровать. От этого кровать слегка подпрыгнула.

Я аккуратно повернулся, чтобы оказаться спиной к Нанами, и в этот момент... За спиной раздался тихий голос.

— М-м... Что?.. Что случилось?..

Похоже, я разбудил Нанами... Мне стало неловко, но тут же случилось то, что заставило меня забыть об этом.

Сонная Нанами просунула руку под мою и... Обняла меня, как будто я подушка.

— Са-ая... Если будишь, то буди нежнее... А? Что-то... Ты стала больше...

От этого "м-м-м", прижавшегося к моей спине, я мигом проснулся. Хотя я и так не спал. Глаза тут же распахнулись.

Нанами всё ещё ёрзала, прижимаясь ко мне. Неужели опять придётся вставать?!

Чёрт, чёрт, Нанами сонная. Надо её разбудить.

— Нанами... Кхм... Это не Сая-тян... Это я...

— Я? Кто это... Что, как Юсин?.. А? Ю... Юсин?! Э-э-э?!

Поняв, что обнимает меня, Нанами вскочила и в панике отстранилась. Вместе с этим исчезло и ощущение за спиной... Убедившись в этом, я снова повернулся к Нанами.

— Д... Доброе утро, Нанами.

— Д-доброе... Доброе утро, Юсин... Э-э... Второй раз мы спим вместе, да?

Она огорошила меня этим вопросом. Нанами поправила себя, сказав, что не то имела в виду.

— Почему так получилось?..

Опустив взгляд и осмотрев себя, Нанами удивлённо склонила голову. Я-то думал, что Нанами, не проснувшись, перебралась на мою кровать, но, похоже, ошибся.

Мы поздоровались и улыбнулись друг другу. Немного неловко, но здороваться по утрам — это приятно. В последнее время я просыпался один, поэтому особенно приятно.

Хоть я и удивился, проснувшись, но в голове как-то прояснилось. Как будто морок спал.

Наверное, это из-за того, что я спал с Нанами. Нет, в здравом смысле.

— Хм... Похоже, вы оба в хорошем настроении. Доброе утро.

Вдруг раздался голос, и мы с Нанами вздрогнули. Нанами вообще подпрыгнула, так что рот у неё открылся.

— Папа?! Почему ты спишь здесь?! И вообще, тут все?!

— Ха-ха-ха. Вчера, после того как мы повеселились, мы решили, раз уж такое дело, переночевать все вместе. Так получилось. У взрослых такое бывает.

Да что вы за взрослые? Гэнъитиро-сан весело рассмеялся в ответ на слова Нанами. Постепенно я вспомнил, что было вчера. Взрослые, выпив, стали приставать к нам.

Куда мы продвинулись, почему бы вам не целоваться, глядя на ночной вид, и всё в таком духе. Видимо, алкоголь раскрепостил их, и у них не было ни капли сдержанности.

Я-то думал, что Гэнъитиро-сан обычно останавливает таких, но нет, он, наоборот, подначивал нас. Нет, ну я, конечно, рад, что он не против, но всё же.

Впрочем... Я встал, направился к Гэнъитиро-сану и поклонился.

— Гэнъитиро-сан, простите. Так вышло, что я два дня подряд спал с вашей дочерью, ещё не ставшей моей женой...

— А, подними голову, Юсин-кун. Не переживай.

В последнее время я уже был готов к тому, что меня отлупят, поэтому был рад, что он, улыбаясь, простил меня.

Честно говоря, нет причин переживать. И что он делает? Неужели он не был против с самого начала? И зачем тогда было устраивать сцену? Нанами тоже удивлённо застыла с открытым ртом.

— Папа... Что ты делаешь?..

Гэнъитиро-сан весело рассмеялся, глядя на Нанами, склонившую голову. У него такой тёплый взгляд, когда он смотрит на нас, как будто мы сделали что-то милое.

— К тому же... Я был удивлён, что все спят в одном номере.

— И я удивилась... Обычно папа, когда напьётся, хочет спать с мамой...

— Нанами... Давай не будем об этом при всех.

Я хотел было подробнее расспросить о том, что сказала Нанами, но Гэнъитиро-сан остановил её. Хм, Гэнъитиро-сан, оказывается, такой...

Гэнъитиро-сан, заметив мой взгляд, смущённо покраснел и отвернулся. Какой милый.

— В общем, раз уж мы рано проснулись, пойдём в купальню? Кто с нами?

Гэнъитиро-сан сменил тему и спросил остальных, кто пойдёт в купальню. Похоже, все уже проснулись, и мы решили идти все вместе. Нанами, которой не дали договорить, выглядела недовольной.

Успокаивая Нанами, мы стали собираться в купальню. А после неё сразу на завтрак — такой был план.

По пути мы увидели семейную купальню, и Томоко-сан, заметив её, предложила сходить туда, но я отказался.

Она имела в виду, чтобы мы с Нанами пошли вдвоём, но всё равно нет. Нанами на мгновение погрустнела, услышав мой отказ, но я считаю, что для старшеклассников ещё рано принимать ванну вместе, и моя совесть и благоразумие не позволили мне согласиться.

К тому же, неловко обсуждать такое с утра при родителях. И, хоть я и знаю, что Томоко-сан просто подшучивает надо мной, всё равно неловко.

В общем, мы пошли в купальню. Если подумать, сколько лет я не принимал ванну с папой? И вчера, когда мы приехали в отель, я тоже ходил один... Немного неловко, но папа выглядит довольным, не знаю, почему.

Наверное, из-за расслабляющей атмосферы купальни, но мы с папой спокойно и неспешно поговорили о том, о чём не говорим дома. Обычные разговоры про повседневную жизнь, про школу. К нам присоединился Гэнъитиро-сан, и вот так, втроём, мы по-мужски пообщались, сидя голышом.

Ещё недавно я бы тяготился этим, но сейчас мне было весело.

— ...Юсин, ты сейчас счастлив?

Папа, прищурившись, с глубоким чувством спросил меня. Гэнъитиро-сан молча ждал моего ответа.

Счастлив ли я сейчас?

Я, конечно же, понял, что он имеет в виду не то, что мы сейчас сидим в купальне. Папа спрашивал, счастлив ли я с тех пор, как стал встречаться с Нанами.

Ответ у меня готов. Но я, задумавшись, стал смотреть на пейзаж. Утренний город, слегка подёрнутый дымкой, если смотреть на него из купальни. Город, освещённый утренним солнцем, совсем не похож на вчерашний ночной пейзаж.

Машины, корабли на море — всё это было отчётливо видно, и от этого возникало какое-то ностальгическое чувство. Такого точно не испытаешь, сидя дома.

Ещё недавно вся моя радость умещалась в четырёх стенах комнаты.

Наверное, в интернете полно видео с такими пейзажами. И я думал, что они красивые, и мне этого хватало.

Но мой мир расширился. Благодаря неожиданной встрече, благодаря дням, проведённым с Нанами, я стал способен чувствовать. Поэтому, конечно же, мой ответ...

— Да, счастлив.

Я ответил коротко. Я счастлив. Я правда так думаю. И это не ложь. Услышав мой ответ, папа и Гэнъитиро-сан удовлетворённо кивнули.

Мне немного неловко говорить о своих чувствах. Особенно папе. Но сегодня я как-то смог сказать это без особых усилий. Может, из-за купальни, или из-за поездки, не знаю.

— Ты похорошел. Я рад, что мой сын вырос.

От слов папы мне стало не по себе, но и радостно. Лицо разгорячилось, наверное, не только из-за купальни.

— Замечательный сын.

— Да, правда... Спасибо Нанами.

— Нет, это всё Юсин-кун, его личные качества.

Гэнъитиро-сан и папа похвалили меня, и мне стало ещё более неловко. Не думал, что они, напившись вчера, будут вести себя так спокойно. Не буду им припоминать, а то атмосфера испортится.

Но то, что это благодаря Нанами, — чистая правда. Пусть это и звучит иронично, учитывая, с чего всё началось, но я и подумать не мог, что так изменюсь.

Мы ещё немного поговорили, а потом вышли из купальни. Хотелось выпить молока, но впереди завтрак, так что пришлось потерпеть.

Как раз когда мы вышли, женская половина тоже закончила. Мы хотели было уже ждать втроём, но так совпало.

Встретившись с Нанами, я заметил, что она смотрит на меня немного по-другому. Немного смущённо, но при этом выжидающе. Она то и дело бросала на меня взгляды, а когда наши глаза встречались, смущённо отворачивалась.

Остальные, выйдя из купальни... А, ну понятно, весело улыбаются. Интересно, о чём они там говорили? Не думаю, что мне расскажут.

Нанами тоже заметила улыбки мамы и остальных, и, чтобы собраться, слегка похлопала себя по щекам, после чего вернула себе привычное выражение лица.

Внешне она выглядит так, будто ничего не произошло, но... Всё ли в порядке?

— А-а, после купальни хочется есть. Жду не дождусь завтрака.

— Э-э... Да, точно.

— Что? Юсин, ты не голоден?

— Нет, я тоже проголодался. Там же шведский стол, так что жду не дождусь.

Она шла рядом со мной и радостно улыбалась. И что это были за взгляды? Страшновато спрашивать... Ну, если ничего плохого, то, наверное, потом расскажет. Судя по смущению, ей опять чего-то насоветовали.

Я ничего не могу сказать... Я ведь тоже спрашиваю совета у Барона и остальных. По сути, мы похожи.

Мы с Нанами шли рядом, и я замедлил шаг, чтобы оказаться позади всех. Естественно, Нанами, шедшая рядом, тоже замедлилась, и мы немного отстали от остальных.

Глядя на впереди идущих, я осторожно, легонько, без усилий коснулся руки Нанами. Она чуть вздрогнула, но тут же, поняв мой посыл, тоже легко коснулась моей руки.

Так мы и шли, держась за руки. Мы не переплетали пальцы, просто держались за руки, но почему-то это меня взволновало. Наверное, не из-за того, что мы только что вышли из купальни.

Тайком ото всех держась за руки, мы с Нанами медленно шли в зал, где сервировали завтрак.

◇◇◇◇◇◇◇◇◇◇◇◇◇◇◇◇◇◇◇◇

Когда-то я слышал, что ожидание — это фантазия о будущем. Не помню, кто это сказал, но, похоже, настоящее ожидание — это когда, основываясь на своём прошлом жизненном опыте, ты строишь предположения о том, что может произойти.

Изначально точное предсказание — это намного сложнее, чем я думал, и, чтобы оно сбылось, нужен богатый жизненный опыт... Наверное. А неожиданные события происходят потому, что у человека не было такого опыта... Наверное. Простите, что я всё время говорю «наверное», но... Когда я услышал эти слова, они показались мне убедительными. И правда, даже в играх неожиданные повороты сюжета часто не вписываются в рамки предыдущих игр.

Ну, в реальности неожиданные события происходят постоянно. Если верить словам того человека, то, наверное, можно сказать, что у меня, у которого в последнее время постоянно случаются неожиданные события, мало жизненного опыта. В играх-то у меня богатый опыт. Но, с другой стороны, можно подумать и так: мне ещё есть куда расти. Пусть это и натяжка, но, наверное, можно мыслить и так, позитивно.

В общем, я так серьёзно всё это обдумываю, потому что на то есть причина. Точнее, причина всего одна.

У меня опять произошло неожиданное событие.

— Неожиданно...

Сейчас я сижу под сакурой и потягиваю апельсиновый сок. Поскольку нам ещё ехать, взрослые пьют улун и другие безалкогольные напитки.

С чего всё началось?.. А, всё началось за завтраком. Когда мы с Нанами ели десертный пудинг, к нам подошли Сая и Томоко.

— Сестрёнка, ты знаешь, какие у нас планы на сегодня?

Мы с Нанами переглянулись и склонили головы. Какие планы?.. Разве мы не собираемся просто ехать домой? Мы обе подумали об этом, но Сая вздохнула и укоризненно посмотрела на Томоко.

Правда, Томоко, встретившись с её взглядом, лишь улыбнулась.

— Мама... Надо же говорить...

— Прости-прости, я думала, что сказала, но, похоже, я увлеклась.

Сая вздохнула, а Томоко, приложив руку к щеке, весело улыбнулась. Сая стала отчитывать Томоко, явно делая это наполовину нарочно.

— Ухуху. Раз уж такое дело, по пути домой заедем полюбоваться цветением сакуры.

— ...Полюбоваться цветением?

Мы с Нанами в один голос удивлённо переспросили. Похоже, не знали об этом только мы, и Сая выглядела немного удивлённой.

Я спросил папу с мамой, и они сказали, что думали, что мы знаем. А не сказали они нам об этом потому, что мы всё время ворковали друг с другом.

Ну, раз уж к поездке добавилось ещё одно событие, то ладно.

Примерно через десять минут езды на машине мы приехали в парк. Он был довольно близко от отеля. Это был очень красивый парк, утопающий в цветах сакуры. Некоторые деревья уже отцвели, но всё равно на многих ещё были цветы... И контраст зелёного и розового был очень красив.

Вокруг озера вилась дорога, вдоль которой росли деревья, и, кроме сакуры, там были красные и жёлтые цветы... Как же они называются? В общем, можно было любоваться разными цветами.

Наверное, приятно гулять в таком месте.

— Если бы мы приехали чуть раньше, то застали бы самый пик цветения. Но всё равно не все сакуры отцвели, так что можно любоваться.

Сказал мне Гэнъитиро. Похоже, он тут не впервые, и, когда Нанами и остальные были маленькими, они изредка приезжали сюда.

Нанами выглядела ностальгирующей, а я радовался, что впервые попал сюда. Потом мы стали двигаться вглубь парка. Похоже, у нас была цель, и я просто шёл за всеми.

По пути Нанами предавалась воспоминаниям.

— Я тут чуть не упала в пруд... Или упала?

— Что?! Но тут же есть ограда. Или её поставили после того, как ты упала?

— Нет, вроде, я перелезла через ограду. Мы с папой немного повздорили. Когда дети злятся, они творят невообразимые вещи.

Она говорила так, как будто речь шла о ком-то другом, но неужели Нанами такая агрессивная? Раз она не помнит точно, значит, говорит так, чтобы со стороны казалось, что речь не о ней, но, зная Нанами, сложно её представить такой.

...Хотя, если подумать, в последнее время она показывает себя и с этой стороны. Я пристально посмотрел на неё, и Нанами, слегка смутившись, стала почёсывать щёку.

Как бы то ни было, сложно представить, что Нанами злится. Интересно, когда-нибудь я тоже разозлю её? И... Смогу ли я тогда помириться с ней? Надеюсь, смогу.

— Перелезла через ограду... И как ты не пострадала?..

— Папа помог. И я хорошо плаваю.

— Ты же была в одежде, это опасно... Судя по тому, что ты так говоришь, ты всё-таки упала?

Нанами, услышав мой вопрос, округлила глаза и, чтобы скрыть смущение, высунула язык и прикрыла один глаз. Откуда она научилась такому жесту? Неужели из-за меня?

Нет, не может быть. Я слишком высокого мнения о себе. Наверное, просто случайно так получилось...

— А? Юсину не нравится такая реакция?

Нет, нравилось, и даже очень. Не зная, что ответить, я промолчал, и Нанами хотела было что-то ещё сказать... Но в этот момент её прервала Сая:

— Вы двое, хватит ворковать, идите помогать!

Нанами замолчала. И, приблизившись ко мне, прошептала: «Потом». Интересно, что она хотела сказать? Я, не спросив её об этом, пошёл к остальным.

Под сакурой все готовились к любованию цветением. Не знаю, когда они успели, но всё уже было разложено. И даже продукты были наготове.

— Я, наверное, впервые буду есть мясо на улице...

Я неосознанно произнёс это вслух, и Гэнъитиро и остальные отреагировали на мои слова. Папа и остальные чуть поодаль готовили всё необходимое. Я впервые видел их такими проворными.

— Родители сказали мне. Извинились, что не могли свозить тебя в поход из-за работы. Сегодня не совсем поход... Но надеюсь, тебе понравится.

— Ухуху, папа любит походы, а вот мы с Нанами не очень. Папа и сегодня ждёт не дождётся.

— Да... Не могу успокоиться, когда сплю на улице. И в ванну не сходить... Мне нравится на денёк съездить на ханами, но не больше.

Гэнъитиро, который выглядел не менее воодушевлённым, чем папа и остальные, вызвал у меня улыбку. Томоко и Сая тоже радовались.

Я, глядя на все эти незнакомые приспособления, испытывал радостное волнение. И ещё, оказывается, папа с мамой так думали... Не стоило им переживать.

Я домосед, и если бы меня позвали в поход, я бы не обрадовался. Наверное, я бы растерялся или отказался.

И вот теперь я радуюсь предстоящему ханами — странное чувство. Как-то неловко, поэтому я стал разговаривать с Гэнъитиро и остальными, а не с родителями.

Нам сказали, что напишут Барону и остальным, что мы на ханами, и что подробности будут позже. Они сказали: «Веселитесь». И... Я больше не трогал телефон. Раньше я бы в такой ситуации думал, что не могу поиграть.

Мы расстелили подстилку... И даже установили что-то вроде складного столика. Неужели у папы с мамой было такое? Или это напрокат? Не знаю, что у нас дома есть, а чего нет.

Хотя... Это не так важно...

— А, Юсин! Иди сюда!

Нанами, помогавшая папе и остальным, помахала мне рукой, подпрыгивая на месте. На небе ни облачка, тепло, комфортная погода... Просто идеальный день для прогулки.

Нанами махала мне рукой, стоя под голубым небом, а с сакуры, роняя лепестки, дул лёгкий ветерок.

Она была как будто сошедшей с картины... И она улыбалась мне.

Я невольно замер, любуясь ею.

Как же красиво. Серьёзно, не думал, что так бывает.

— Юсин-кун... Красиво, правда?..

— Да, очень красиво...

Я не стал спрашивать, что именно имел в виду Гэнъитиро, и молча согласился с ним. Нанами, не видя меня, склонила голову. И даже это выглядело красиво.

Я хотел сфотографировать её, но почему-то не смог пошевелиться. Наверное, не обязательно сохранять в виде фото, можно сохранить и в памяти. Не думал, что так бывает.

Пока я так думал, Томоко, как по заказу, сфотографировала нас. Я умоляюще посмотрел на неё, взглядом прося отправить мне потом фото. Томоко молча кивнула... Кажется, поняла.

— Так, Нанами... Твои родители ждут... Не смотри так, пойдём уже, начнём любоваться цветением. Приготовления я беру на себя.

— А помочь не надо?

— Это развлечение для взрослых, так что вы отдыхайте.

— Да-да. Юсин, отдыхай со всеми.

Вдруг подошедший папа, как и Гэнъитиро, подбодряюще сжал кулак. Я хотел было помочь, но мне не позволили.

Немного поспорив... Я в итоге сдался.

— Ну, раз вы так говорите.

Услышав это, папа и Гэнъитиро радостно кивнули. После этого мы с ними отошли и направились к Нанами и остальным. Приблизившись, я увидел, что Нанами снова улыбается мне.

— Юсин... Давай сегодня насладимся!

— Да, давай.

Пусть мы сегодня и не на свидании вдвоём... Но я был уверен, что этот день будет незабываемым.

Вокруг подстилки стояло несколько походных стульев. Сая уже расселась на одном из них и отдыхала. Мы с Нанами сели на два свободных стула. Усевшись поудобнее, я запрокинул голову и посмотрел на небо.

— Юсин... Солнышко такое приятное... Тепло, и хочется спать...

— Да уж... Но... Хорошо ли это?.. Так расслабляться?..

— Думаю, да. Братик с сестрёнкой... Тоже хотят отдохнуть...

Сидя на стульях, мы втроём смотрели на цветущую сакуру и голубое небо. Голубое небо и белая сакура с лёгким розовым оттенком радовали глаз. Я краем глаза посмотрел на папу и Гэнъитиро, которые готовили угли для жаровни.

Я никогда не был в походах, поэтому, конечно же, никогда не ел мясо, приготовленное на улице. Поэтому я думал, что и папа тоже, но... Ошибался.

Они вдвоём собрали жаровню и стали разводить огонь. Я хотел помочь, но папа и остальные сказали, чтобы я не мешал, и что они сами хотят всё сделать, поэтому, хоть мне и было неловко, я решил не мешать.

...Похоже, они давно не делали такого, поэтому хотят сначала сами вспомнить, как это делается. Видимо, раньше они часто этим занимались, но сегодня, и правда, давно такого не было... И, оказывается, они ждали этого с нетерпением.

Я бы хотел, чтобы папа и остальные тоже отдохнули, раз уж мы приехали, но... Раз они так говорят, то я только помешаю, да и, наверное, не стоит лишать их этого удовольствия, поэтому я решил не мешать им разводить огонь.

— Юсин, Нанами, Сая... Чай или сок?

Пока я смотрел на папу и остальных, мама предложила нам напитки, и мы с Нанами выбрали чай... А Сая — сок.

Потягивая напитки, мы перевели дух... Не знаю, почему... Но казалось, что время замедлилось. Наверное, это из-за того, что мы отвлеклись от повседневной суеты.

Мама и остальные, пока папа и Гэнъитиро разводили огонь, нарезали сыр и готовили какую-то модную закуску. Когда они успели всё купить?

Мы хотели было помочь, но нам сказали, что сегодня готовкой займутся только они. Так же, как и папа с остальными, не знаю, почему... Наверное, это развлечение для взрослых.

— Вы втроём пока... Сходите прогуляйтесь, что ли. Погода хорошая, должно быть приятно.

Только мы перевели дух, как Томоко предложила нам прогуляться по парку. И правда, тепло, солнечно... Идеальный день для прогулки. Должно быть приятно.

— Нанами, пойдём?

— Да, пойдём... А ты, Сая?

— Я пас... Раз уж такое дело, идите вдвоём. Я решила сегодня отдохнуть от клуба, так что не буду ничего делать. Это удобное кресло не отпускает меня... Сегодня моё кресло — мой парень...

Сая, сказав это, расслабленно улыбнулась и откинулась на спинку стула. Отпив глоток сока, она попросила у Томоко сыр, и, получив кусочек, с наслаждением съела его.

Мы с Нанами, посмотрев на Саю, горько усмехнулись и переглянулись.

— Ну что, Юсин... Пойдём вдвоём?

— Да, пойдём.

Я встал и протянул Нанами руку. Нанами, увидев мою руку, нежно улыбнулась и взяла меня за руку.

Встав, мы отряхнулись, поклонились остальным и пошли прочь. Сая крикнула нам вслед: «Удачи!», — и помахала рукой.

Я оглянулся и, встретившись с ней взглядом, увидел, что она всё так же улыбается. И, заметив, что я смотрю на неё, показала мне знак «V».

Я украдкой показал ей такой же знак, и Сая лизнула кончик языка. ...Хорошая девочка.

— Что такое?

— Да ничего, пойдём.

Мы пошли гулять по парку. Поскольку все смотрели на нас, мне было неловко, и мы не держались за руки, но шли рядом, соблюдая нужную дистанцию, и непринуждённо болтали.

— Похоже, все переживают за нас...

Наверное, не только Томоко и остальные, но и Сая решила оставить нас наедине.

Не слишком ли я балую её?

— Хм... Мама и остальные, похоже, сами хотели всё сделать. Папа тоже, бывает, загорается чем-то...

— Вот как. Не думал, что у нас с папой и мамой такое бывает...

— Ну и ладно. Давай сегодня побалуем их. Мы же остались наедине.

Сказав это, Нанами взяла меня под руку. Наверное, ей хочется сегодня идти, взявшись за руки. Я, конечно же, не стал сопротивляться и принял её руку.

Пройдя чуть дальше, где нас уже не было видно, она подала знак, что всё в порядке.

Всё-таки ей тоже неловко при родителях. Держась под руку, мы неспешно пошли вперёд.

Вдоль аккуратной дорожки, кроме сакуры, росли красные и жёлтые цветы. Дул лёгкий ветерок, и было очень приятно.

— Как думаешь, что это за цветы? Красивые...

— И правда, красивые... Сфотографировать?

— Хм... Пока не надо. Давай просто погуляем не торопясь.

— Да, давай...

Мы шли вдвоём по усыпанной цветами сакуры дорожке.

Зелёная трава, сверкающая в лучах солнца, была похожа на ковёр. А сакура, растущая из этой травы, колыхалась на ветру.

Некоторые деревья уже отцвели, но, наверное, в сезон тут всё утопает в цветах. Наверное, это потрясающее зрелище. Но и сейчас, когда белое, розовое и зелёное смешались, тоже очень красиво.

На ветру ветки деревьев покачивались, издавая приятный шелест, и с них, кружась, опадали лепестки, усыпая землю, как снегом.

Тёплый ветерок ласкал щёки, и было очень приятно. Так приятно гулять, не торопясь, с любимым человеком...

— Знаешь... А так тоже хорошо. Может, и не совсем свидание для старшеклассников, но так спокойно... И не торопишься никуда...

Нанами тоже испытывала те же чувства, что и я, и на её лице сияла умиротворённая улыбка. И правда, просто гулять — это, наверное, не совсем то, что делают старшеклассники на свидании, но... Иногда можно.

Понимаешь, что не только шумное веселье может быть свиданием. Мы с Нанами шли, неспешно переговариваясь.

По пути мы вышли к участку, где ветки сакуры по обе стороны дорожки сплелись, образовав арку, похожую на тоннель. Всё вокруг было усыпано сакурой, а опавшие лепестки устилали землю белым узором.

— Ух ты, неужели он образовался сам собой?

— Как красиво... Пройдёмся?

Мы вошли в тоннель из сакуры. Сверху всё было белым и нежно-розовым, и казалось, что мы идём по тёплому снегу. Мы замедлили шаг и неспешно пошли по тоннелю.

— Нанами, давай сфотографируемся.

— Да... Давай...

Я захотел сделать фото на фоне такой красоты... И Нанами молча кивнула. Мы сфотографировали друг друга, а потом... Попросили проходившую мимо семью сфотографировать нас вместе.

Они с радостью согласились. Мы поблагодарили их и в ответ сфотографировали их. Поблагодарив семью, мы продолжили путь. Потом мы вышли к пруду, окружённому невысокой оградой.

Вокруг пруда тоже росла сакура, и ветер усыпал лепестками водную гладь, как ковром. По воде плыли лодки, оставляя за собой след, свободный от лепестков. А потом лепестки снова смыкались, закрывая воду.

— Какой большой пруд. Интересно, тут есть рыба?

— Не думаю...

Нанами отошла от меня и, подойдя к ограде, стала заглядывать в пруд. Я тоже подошёл к ограде, но... В этот момент Нанами вскрикнула.

— Ай?!

Похоже, трава была мокрой, и Нанами, поскользнувшись, потеряла равновесие. Ограда вокруг пруда была невысокой, ниже нас ростом, и её легко можно было перелезть.

Нанами стала падать в сторону ограды, и я, испугавшись, что она может упасть в пруд, схватил её за руку и что есть силы дёрнул к себе, заключая в объятия.

Я, наверное, потянул слишком сильно и, возможно, сделал ей больно, но я так испугался, что она может упасть в пруд, что не мог думать ни о чём другом.

— Нанами, ты в порядке?! Аккуратнее, тут же ограда!

— А... Спасибо, Юсин... Я поскользнулась... Э-э...

Из-за того, что я обнял её, я чувствовал её тепло. И бешеное сердцебиение. Моё сердце тоже забилось чаще.

Это не только из-за того, что я испугался за Нанами. Конечно же, я никогда так не обнимал её.

Я разволновался и хотел было отстраниться, но тепло её тела манило меня, и я не мог заставить себя разжать объятия... Но так не могло продолжаться вечно, и я, собравшись с силами, ослабил хватку. И наши тела естественным образом отстранились друг от друга.

Но что будет, если, обнявшись, немного отстраниться друг от друга?.. Ответ очевиден. Мы оказались совсем близко и невольно посмотрели друг другу в глаза.

Из-за того, что я не вовремя обнял её, или из-за того, что мы смотрели друг другу в глаза, но моё сердце забилось ещё сильнее. Оно стучало так, что, казалось, было больно. Щеки Нанами залились краской, а глаза увлажнились.

Мы смотрели друг другу в глаза... И...

— Мама, а что делают эти братик с сестрёнкой?

— Тс-с... Нельзя им мешать... Пойдём...

— А папа с мамой тоже иногда так делают? Они тоже как те братик с сестрёнкой?

— Тс-с! Нельзя такое говорить. Пойдём.

Мы опомнились, услышав голоса.

Да уж, как в анекдоте... Конечно, тут много семей с детьми... Надо было вести себя сдержаннее. Папа с мамой, и незнакомый ребёнок говорили о нас, и мы с Нанами отстранились ещё на шаг.

Мы молчали, смущённо переглядываясь, но так не могло продолжаться вечно. Я медленно, всё ещё не до конца придя в себя, протянул ей руку.

— П... Пойдём. Скоро надо возвращаться.

— Д... Да, пойдём. Наверное, уже всё готово.

И мы пошли обратно. По пути мы немного изменились, стали чуть менее разговорчивыми. И... Шли, держась под руку, к тому месту, где нас ждали остальные.

— Ой-ой-ой, мамочки, как же я рада!

— Хм... Похоже, по пути туда и обратно вы сблизились... Молодец, Юсин.

...Чёрт, я думал, что надо разжать руки, чтобы нас не засмущали, но... Совсем забыл об этом.

Мама и остальные, улыбаясь, одобрительно подняли большие пальцы вверх.

— С возвращением. Мы тут уже всё съели. Мясо такое вкусное. Сейчас я всё доем.

Сая ела мясо, которое жарили папа с остальными, и уплетала онигири. А ещё мама кормила её мясом. Совсем сдружились.

Ну... Как-никак, она сестра Нанами. У неё поразительные навыки общения. Не то что у меня.

Гэнъитиро и папа жарили мясо, ели сами и кричали: «За молодую парочку!» Пьяные? Нет, алкоголя не было, так что, наверное, просто у них такое настроение. Я впервые видел папу таким.

— Ну что, проголодались? Жарьте мясо и ешьте.

На жаровне весело шкворчало мясо в соусе: баранина, свинина, говядина, сосиски. И овощи: лук, морковь.

А на столе были закуски, которые приготовили мама с остальными: помидоры, сыр моцарелла, салат с курицей, канапе с сыром на крекерах, фрукты, маршмеллоу и другие десерты.

Когда они успели всё это купить? Наверное, вчера, пока мы гуляли.

— А, мне вот это нравится. Юсин, попробуй.

Нанами взяла крекер, съела его за раз, а потом протянула мне такой же. На крекере был сыр, яблоко и сироп. Я положил его в рот, и солёный вкус сыра, кислинка яблока и сладость сиропа смешались у меня во рту.

— Вкусно. Похоже на сладости... Но, наверное, это закуска к алкоголю?

— Да. Папе нравится, но похоже на сладости, правда?

— Так, держите, мясо поджарилось. Вот напитки, берите, что хотите... А, алкоголя нет, не переживайте. Особенно ты, Нанами, у тебя же был прецедент...

— Не вспоминай! И вообще, я бы и не стала пить!

— А, спасибо, Томоко. С вашего позволения.

Я взял у Томоко тарелку с мясом, и мы с Нанами стали есть.

Наверное, из-за того, что мясо жарилось на решётке, и лишний жир стёк, а может, из-за аромата углей... Но оно отличалось от жареного на сковороде. В сосисках тоже был сыр, и когда я откусил, то чуть не обжёгся. Но... Очень вкусно.

Наверное, ещё и потому, что мы едим на свежем воздухе, всё кажется ещё вкуснее.

— Вкусно, Юсин? А, вот, попробуй онигири. С тунцом, лососем и с комбу.

— А, давай... С комбу.

Взяв онигири, я стал есть, и он отлично сочетался с мясом. Мы проголодались, пока гуляли, и с удовольствием всё уплетали.

Поедая приготовленную еду на свежем воздухе, болтая... Я и подумать не мог, что мне, любителю сидеть дома, так понравится.

Насытившись, мы с Нанами повалились на подстилку.

И тут... Я заметил, что к её волосам и лицу прилипли лепестки сакуры.

Я осторожно убрал их... И, пока остальные шумели, мы молча улыбнулись друг другу.

На тёплом солнышке... Мы наслаждались ханами, забыв о времени.

Мы с Нанами лежали на подстилке, любуясь танцующими в воздухе лепестками сакуры... А остальные наслаждались ханами по-своему.

Папа и остальные оживлённо беседовали, мама и Томоко вели светскую беседу. Не еда, а загляденье... Это был разговор взрослых, и мы не могли и не хотели в него вмешиваться. Интересно, когда-нибудь и я буду вести такие разговоры?

— Су-у... Су-у...

Я услышал, как посапывает спящая рядом со мной Нанами. На тёплом солнышке её разморило, и она уснула.

Наверное, она устала. Я накрыл её курткой и сел на подстилку.

Батарея почти села, но... Напишу-ка я Барону и остальным. Нельзя будить Нанами. А, сделаю-ка я фото...

Пока я думал об этом... Как будто специально, чтобы я мог сделать фото, прямо передо мной села тень.

Это была... Сая.

Сая искоса посмотрела на Нанами, а потом, улыбаясь, посмотрела на меня глазами, очень похожими на глаза Нанами, но чуть более раскосыми.

— Братик, давай поговорим? А то... Мы же ещё ни разу не говорили с тобой наедине.

Я немного растерялся от неожиданного предложения. И правда, мы с Саей вот так, чтобы наедине... Сейчас, конечно, рядом спит Нанами, но... В общем, не говорили наедине.

— А, не пугайся. Я не буду спрашивать у тебя ничего такого... Просто хочу спросить про сестрёнку.

— Обращение «братик» немного смущает. У меня нет братьев и сестёр, и даже родственники меня так не называют.

— А, не нравится?

— Нет, почему же, ты же меня так называешь, потому что хочешь, чтобы я женился на Нанами, так что всё нормально. Просто непривычно. Но почему ты так решила?

— Я хочу, чтобы вы поженились, поэтому так и решила.

Ничего себе. Вот это заявление. Поженились... Гэнъитиро и Томоко тоже вскользь упоминали это, но неужели вся их семья такая? Хотя, наверное, и мои родители тоже. Похоже, нас уже окружили со всех сторон.

Нельзя затрагивать эту тему, а то ещё закопаюсь. Если буду реагировать, то не отобьюсь.

— И что ты хочешь спросить про Нанами?

— Хм... Много чего... Но... Что тебе больше всего нравится в сестрёнке?

Я невольно вздрогнул и чуть не покрылся холодным потом от неожиданного вопроса. Хоть Нанами и спит... Но отвечать на такой вопрос очень непросто. Когда о таком спрашивают не напрямую, а через кого-то, то почему-то становится ещё более неловко. Хотя и напрямую тоже неловко.

— ...И зачем тебе это?

— Ну, сестрёнка часто рассказывает, что ей нравится в тебе. А вот ты ни разу не говорил, что тебе нравится в ней.

Нанами... Что ты такое говоришь?.. Немного неловко, но... Сая выжидающе смотрела на меня сияющими глазами.

...Что нравится... Что же нравится?.. Я никогда особо не задумывался над этим. Точнее, мне нравится в ней всё, поэтому сложно выбрать что-то одно.

— Наверное, грудь?

— Нет. Нет, не в том смысле, что не нравится... И вообще, девочкам не стоит говорить про грудь, я так думаю.

— Так говорит не только Юсин, но и все мои друзья...

Странно слышать такое, когда она сама задирает кофту и показывает грудь. Если она делает так в классе, то, наверное, мальчикам очень неловко... Я одёрнул Саю... И снова задумался о том, что же мне нравится в Нанами.

Что же мне нравится?.. Что же...

Мне нравится, что она заботится обо мне, готовит мне обеды, учит меня готовить и помогает с учёбой.

Мне нравится, что она бывает неожиданно смелой, а когда я отвечаю ей, то она краснеет и смущается — это так мило.

Мне нравится её отзывчивость, когда она понимает, что мне нравится, и идёт мне навстречу, и её преданность, раз уж она, как я думаю, любит меня. Думаю — потому что наверняка.

И больше всего... Её доброта, с которой она думает обо мне.

Можно перечислять бесконечно. Но если вкратце...

— Наверное, больше всего мне нравится, что она милая...

— В смысле, внешность?

— Нет, характер. Она заботливая, отзывчивая... Иногда смущается и краснеет, и всё это вместе делает её милой...

— Да... Сестрёнка добрая. В этом смысле вы подходите друг другу. Я не видела таких добрых людей, как ты.

Приятно, конечно, но и неловко. Надеюсь, Сая довольна.

Не успел я вздохнуть с облегчением, как она, улыбаясь, как Нанами, когда хочет подразнить меня, задала следующий вопрос:

— А что больше всего нравится во внешности?

Ох... Внешность, значит. Опять сложный вопрос... Кажется, что ни скажи, всё не то... Неужели ей так интересно?

— Ну, наверное, грудь?

— Нет, ну почему ты всё время про грудь? Тебе что, так хочется услышать от меня ответ про грудь?

— Просто мальчики в классе часто говорят, что грудь — это главное. Вот я и подумала, неужели мальчикам так нравится грудь? У сестрёнки она такая мягкая... Мягкая... Просто огромная!

...Да... Было дело, я наслаждался этим ощущением, но сейчас не об этом. Нет, я не трогал. Просто так получилось, случайно.

Ну, если говорить о том, что естественно для здорового подростка, то, конечно, грудь бросается в глаза, но... Лично я, когда меня спросили, что мне нравится во внешности Нанами, подумал не о груди.

— Глаза... Наверное?.. Красивые... Глаза Нанами.

— Глаза? Не грудь, не попа... А глаза? Необычный у тебя фетиш.

— Где ты нахваталась таких слов?! Нет, не фетиш, просто... У Нанами такие красивые глаза.

Да, если подумать... Мне нравится, когда Нанами смотрит на меня.

Её красивые, как драгоценные камни, большие глаза. Иногда в них мелькает неуверенность, но когда она смотрит на меня с нежностью... У меня теплеет на душе.

— Глаза... Хм... Неожиданный ответ...

Сая задумалась, сложив руки на груди.

Не знаю, что я такого сказал... Но, похоже, она судит меня, и от этого немного не по себе. Потом Сая отвела от меня взгляд и посмотрела на Нанами.

— Сестрёнка, ты счастливица. Мой братик без ума от тебя.

От её слов Нанами, которая должна была спать, вздрогнула. Э? Неужели она не спала?

Нанами медленно приподнялась... И, вся красная, уставилась на Саю.

— Са-ая... Что ты у него спрашиваешь?.. Мне так стыдно, что я не могла проснуться...

Интересно, с какого момента она не спала? Я тоже невольно покраснел, и мне стало неловко смотреть на Нанами. Сая, глядя на нас, весело улыбалась.

— Ну, сестрёнка не ладила с мальчиками, и мне было интересно, почему ты ей нравишься. И теперь я поняла, почему... Ты такой, поэтому ей с тобой хорошо.

— ...Да, мне хорошо с Юсином... Не заставляй меня говорить такое, мне стыдно.

Сая, улыбаясь, как Томоко, смотрела на свою красную сестру. Мне тоже неловко такое слышать...

Потом Сая повернулась ко мне и, сев в сэйдза, поклонилась.

— Юсин... Прошу, береги сестру.

Сая не назвала меня братиком, а по имени, и её слова были... Наполнены любовью к Нанами.

...Похоже, Сая тоже очень любит Нанами. Наверное, поэтому она и решила задать мне эти вопросы. Наверное, в глубине души она переживала.

— Да... Конечно.

Я тоже сел прямо и, выпрямив спину, поклонился в ответ. Думаю, теперь мы с Саей поняли друг друга... И, наверное, стена между нами исчезла.

Мы одновременно подняли головы... И Сая, улыбаясь, как обычная девчонка её возраста, придвинулась ко мне.

— Ну так что?! Познакомишь меня с кем-нибудь симпатичным из твоей школы?! Вы с сестрёнкой смотритесь так здорово, что мне тоже захотелось парня... А среди моих ровесников нет никого подходящего...

Какая резкая смена темы! В голосе Саи не осталось и следа серьёзности, она снова стала обычным беззаботным ребёнком.

— Познакомить?.. Но у меня не так много друзей, чтобы знакомить...

— Э-э? Ты столько всего делаешь для сестрёнки, и у тебя мало друзей? Какой ты, оказывается, разносторонний...

Я растерялся, услышав её слова, и стал смотреть фотографии... Но в моём телефоне были только скриншоты из игр и фото с Нанами. Кстати, тут только фото Нанами. Из парней — только фото сэмпая Сибэцу. Но... Сэмпай, хм.

— Ого, какой красавчик! И высокий! Какая разница в росте!

Сая, незаметно подобравшись ко мне со спины, увидела фото сэмпая Сибэцу и оживилась. Не думал, что она с первого взгляда назовёт сэмпая красавчиком. Но да, он красавчик.

В последнее время он кажется мне просто забавным, и только.

— Ну да, он красавчик. Сэмпай Сибэцу... Да, красавчик, но...

— А, это тот, который пялился на грудь сестрёнки и получил от ворот поворот? Вот как он выглядит.

Пока я подбирал слова... Сая выпалила всё, что знала о сэмпае. Я посмотрел на Нанами, и она виновато улыбнулась, высунув язык. Да уж, рассказала она ей о сэмпае...

— Хм, у меня грудь не такая большая, как у сестрёнки... Наверное, не получится?.. Но раз уж он признавался сестрёнке, то, может, и у меня есть шанс?.. Братик, познакомь меня с ним, когда будет возможность.

— Ну, если ты не против, то я не возражаю...

Я искоса посмотрел на Нанами, и у неё было слегка озадаченное выражение лица.

Наверное, непросто знакомить сестру с парнем, который тебе признавался. Нет, знакомить буду я. Но всё равно, непросто.

— Э-э... Я уже говорила, но... Сэмпай всё время смотрел на мою грудь, ты не против? Нет, он не плохой человек... Просто у него были некоторые заблуждения, и вообще, он хороший...

— Ого, сестрёнка хвалит парня, а не тебя. Необычно. Значит, он и правда хороший.

Нанами попыталась было ещё что-то сказать, но, судя по словам Саи, её мнение о сэмпае Сибэцу немного улучшилось. Да, он и правда хороший.

Хороший, но... Стоит ли знакомить сестру с парнем, которого она отвергла?.. Наверное, не стоит.

Я и Нанами так думали, но, похоже, Сая не видела в этом проблемы, и, услышав наши слова, удивлённо склонила голову.

— Сестрёнка, ты чего?.. Все мальчики, сколько бы им ни было лет, любят грудь. Нет ничего такого в том, чтобы смотреть на большую грудь. К тому же, я же не говорю, что мы сразу начнём встречаться, просто познакомь меня с ним. Я хочу сначала узнать, что он за человек.

Мы с Нанами опешили от слов Саи.

Эта девочка такая взрослая... Она же учится в средней школе? Или сейчас все такие?.. Пич тоже учится в средней школе и тоже рассуждает по-взрослому.

Нет, может, Сая по характеру похожа на Томоко? Если так подумать, то всё сходится.

— И вообще, сестрёнка, ты забыла? Я же в танцевальном клубе. Как танцор может не любить, когда на него смотрят? Хотя, наверное, с такой большой грудью, как у тебя, неудобно танцевать?..

— Это что, харассмент от сестры?!

Сая схватила Нанами за грудь и стала мять. Я отвёл взгляд, чтобы не видеть запретного зрелища. И тут же... Нет, наверное, из-за того, что я отвёл взгляд... Я услышал протестующий голос Нанами, который становился всё громче. Звуки одежды и голос Нанами, протестующий против домогательств, разжигали моё воображение, но я не мог заставить себя обернуться. Держись, Юсин. Точнее, не смотри, Юсин.

Через мгновение я услышал глухой звук.

— Ай!

— Так тебе и надо!

Обернувшись, я увидел Саю, которая держалась за голову и чуть не плакала, и Нанами, которая стояла, сжав кулаки, и выглядела рассерженной. Я впервые видел, как Нанами злится... Вот как она злится, но всё равно я впервые видел, как ссорятся сёстры.

Нанами, заметив мой взгляд, поспешно спрятала кулак за спину и смущённо улыбнулась. Нет, не надо прятать.

Не знаю, что и сказать, хорошо это или плохо, когда видишь Нанами с другой стороны, но у меня не было негативных эмоций. Наверное, если бы у меня были братья и сёстры, я бы тоже так себя вёл.

— А-а, братик. Сестрёнка дерётся. Она только что мяла и тискала мою грудь, а теперь дерётся.

Ну, если будешь такое делать, то неудивительно, что тебя отлупят. Протягивая ко мне руки, Сая говорила неестественно бодрым голосом, а Нанами снова рассердилась, увидев её кулак.

Я остановил Саю, схватив её за плечи, не дав ей дотронуться до меня. Сая, остановленная мной, склонила голову, и Нанами тоже склонила голову.

— Сая, харассмент бывает и между людьми одного пола. Будь осторожна.

— Ого... Я ожидала, что ты не будешь на моей стороне, но не ожидала такого ответа...

Сая, вздохнув, криво улыбнулась. Нанами тоже криво улыбалась. Нет, ну я же просто сказал, что слышал от Барона, разве нет? Хотя, наверное, дело не в этом.

— Бу-у, братик, ты всё время на стороне сестрёнки.

— Ну, конечно, я же её парень. Если я буду на стороне Саи, то это уже будет из ряда вон.

— Логика порой ранит...

Сая, изображая, что плачет, понурилась. Но мы с Нанами, услышав её последние слова, переглянулись и рассмеялись. Сая удивлённо посмотрела на нас, но это из-за того, что она не знает, что нас рассмешило.

Просто её слова совпали с последними словами сэмпая Сибэцу. Мы с Нанами рассмеялись, не сговариваясь, а удивлённая Сая вдруг тоже засмеялась вместе с нами.

Весёлое время пролетело незаметно...

И вот уже пора уезжать. Жаль, конечно, но ничего не поделаешь. У всего есть конец. И, наверное, именно поэтому всё кажется таким весёлым.

— Юсин-кун, летом поедем на море с палатками? Будет весело, и увидишь Нанами в купальнике!

— Море! Братик, познакомь меня к тому времени с сэмпаем!

По пути домой Гэнъитиро сделал такое предложение, а Сая поддержала его. Сая... Разве ты не говорила, что не любишь походы? Папа и остальные тоже согласились и стали обсуждать планы на лето. Рано ещё.

Море... Море, хм... Я искоса посмотрел на Нанами. Она, заметив мой взгляд, улыбнулась и сказала, что ждёт не дождётся похода. Услышав её слова, я криво улыбнулся.

— Что такое?

— Да я, стыдно сказать... Почти не умею плавать...

— Ого, вот как. Тогда я научу тебя. Я хорошо плаваю.

Сказав это, Нанами, гордо вскинув кулак, задумалась, подняв глаза к небу. А потом, покраснев, тихо пробормотала, так, чтобы только я услышал:

— Какой... Купальник тебе нравится, Юсин? Бикини?.. Купим вместе, когда будем выбирать новый.

Купальник... Нанами?! От этих слов я живо представил себе Нанами в бикини... И не смог сдержать беспокойства. Разрушительная сила образа зашкаливала.

— Нанами... На море ни на шаг от меня не отходи... И возьми с собой кофту с капюшоном. И снимай её только при мне... При нас.

Нанами, услышав мои слова, моргнула, а потом нежно улыбнулась.

— Какой же ты заботливый, мой парень. Не переживай. Я никуда не отойду от тебя.

— Конечно, я переживаю. Ты же моя девушка.

Мы, улыбаясь друг другу, обсуждали планы на будущее и шли домой.