(От лица Эми)

Я до сих пор помню тепло от ладони, которую я держала в тот день.

Он был сильным и комфортным. Я впервые ощутила чувство безопасности от человека, который был не из моей семьи.

Он вытащил меня из тех тяжелых дней. В моей голове до сих пор он является “принцем на белом коне”.

Но этого принца настигла расплата.

Я никогда не думала, что эта расплата- «моя вина».

Это не моя вина, что над ним начали издеваться.

Во всем виноваты хулиганы.

Я и сегодня придерживаюсь этой точки зрения.

Это просто факт.

Я тоже была «жертвой».

Но… Я никогда не была “золушкой”.

Потому что Золушка не придавала своего принца.

А я присоединилась к хулиганам и предала его.

У меня была причина. Мне угрожали.

Они сказали, что если я буду издеваться над ним, то они больше не будет издеваться надо мной.

Если бы я пошла против них… То тогда----

Но это лишь оправдания.

Факт остается фактом: я предала его.

Вскоре после этого прекрасный принц перевелся в другую школу. И он все еще испытывает чувство вины, которое я на него возложила.

– Не трогай меня!!!

Наверное, я никогда не забуду то, как он отряхнул мою руку.

Перед лицом такого явного отказа мне ничего не оставалась делать.

Он отрастил длинные волосы и носил маску, но я узнала его с первого взгляда.

Интересно насколько давно он знает, что я сюда перевелась? Возможно, он сразу это узнал, когда я только сюда пришла.

Целый месяц. Мне стало стыдно, что я жила так беззаботно.

Судя по его реакции, он меня избегал. Нет, он точно меня избегает.

Конечно, для него я - объект ненависти. Над ним издевались во много раз дольше, чем надо мной.

Как только стали издеваться надо мной, он тут же меня спас. Поэтому по сравнению с ним, надо мной можно сказать и не издевались вовсе.

Но спасти его было некому. Я, которая должна была помочь ему в этом... В итоге предала его.

Меня просто запугали. Я не говорила, что он надо мной издевался, люди вокруг меня говорили за меня. В той ситуации мне просто нужно было сказать: “Нет”. И тогда бы вся правда вылезла бы наружу.

Я должна была эта сделать.

Но я не смогла. Я не смогла ничего сказать.

И это было воспринято как молчаливое согласие, и все начали этим злоупотреблять.

Да, я оправдываюсь перед собой и понимаю, что я хуже всех.

Мне было страшно… Я боялась, что надо мной опять начнут издеваться.

Это те дни, к которым я ни за что не хочу возвращаться.

И я никому не рассказывала об этом… Боясь, что все начнется заново.

Знаю, это просто еще одна отговорка.

Я просто делала из себя жертву, потому что так было удобнее для меня.

Похоже, он хочет притворяться, что этого инцидента не было. И я уверена, что он не винит меня.

Если это так, то почему бы и нет. В конце концов, я и есть “жертва”.

Я понимаю лучше, чем кто-либо другой, что такая логика не сработает.