— Не могу поверить, что ты проиграл.

Я стоял на палубе и рассеянно смотрел на море. А рядом со мной кое-кто ругался на меня тоном, который обычно был бы немыслим.

Шарли прислонилась к перилам, спиной ко мне.

— И что это было? Ты входишь и говоришь: "Я такой классный, у меня талант к покеру", а потом просто проигрываешь?

Она сидела на палубе, обняв руками колени, и смотрела на меня дразнящим взглядом.

— Заткнись. Я думал, что смогу это провернуть...

Короче говоря, в казино я был разбит в пух и прах.

У людей есть склонность смотреть на свое прошлое через розовые очки.

Оглядываясь назад, я вспомнил, что во всех казино именно Сиеста, а не я срывала крупные выигрыши, со своим умением играть в покер. Мне доставались только объедки... Это чертова ловушка.

— Это даже жалости не заслуживает. Ты был еще более зависим, чем я и спустил все деньги в игру. Ты что, идиот? Ты с ума сошел?

— Я и так чувствую себя ужасно, прошу, не сыпь соль на раны...

Хаа, может быть, мне стоит занять немного денег у Нацунаги после того, как они вернутся из бассейна. Придется пережить это смущение.

Ах, нет, лучше спросить у Сайкавы, всем нужен богатый друг.

—Хе-хе, но ты был прав — сказала Шарли, — Это довольно забавно.

Неужто с самого начала это была шутка?

И Шарли сказала это с нарочитым хихиканьем.

Кстати говоря, прошел год с тех пор, как я видел эту улыбку

Некоторое время мы тихо смеялись вместе

— Ну и что? О чем ты хотел поговорить?

Подул ветер, изменив мирную атмосферу.

— Насчет Сиесты.

Я положил руки на перила и уставился на море.

— ...Мы уже говорили об этом. Разговор окончен.

— Только для тебя. Основа общения заключается в том, что обе стороны должны играть в мяч.

До сих пор наши разговоры с Шарли походили на игру в вышибалы.

— О чем я могу говорить с ассистентом Мэм, который не собирается выполнять ее последнее желание?

Голос Шарли стал ледяным.

Неудивительно, что в этом вопросе она не могла пойти на компромисс. Меня выбрали ассистентом Сиесты, а после ее смерти я не выполнил ее последнее желание. Я отвел глаза от существ, с которыми должен был сражаться и жил своей тихой и теплой жизнью.

И я был тем, кто винил себя больше всех.

Да. Поэтому бьюсь об заклад, вот почему Шарли…

— Прости. Я не хотел заставлять тебя беспокоиться.

Она беспокоилась обо мне, своем заклятом враге, своем товарище все это время.

— ...Пожалуйста, не строй догадки о моих мотивах.

— Ты даже читала новости обо мне.

— ...Я-я просто случайно заметила их, вот и все.

— И ты проделала весь этот путь, просто чтобы увидеть меня.

— ...Я же сказала, что это просто совпадение!

— Ой!

Кулак Шарли вонзился мне в ногу…  Наверное, я слишком сильно ее дразнил.

Но в любом случае, я заставил Шарли беспокоиться.

Мне действительно жаль.

— Но раз уж ты извинился. - сказала Шарли, — Я дам тебе еще один шанс.

— Шанс?

Шарли поднялась на ноги, встала рядом со мной и сказала:

— Почему ты не попытался стать детективом вместо Мэм?

В ее глазах появился изумрудный блеск, и я не мог отвести взгляд.

Я больше не мог отмахнуться от вопроса ложью или шуткой.

— ...Она... Сиеста сказала мне кое-что.

Я вспомнил, что произошло в тот день четыре года назад. В небе, на высоте десяти тысяч метров.

В самолете, который угнал Коумори, Сиеста сказала мне —

— Ты,  будь моим ассистентом.

Да, именно это она и сказала.

— Вот почему я не могу быть детективом. Четыре года назад я не мог. Не смогу и когда она умерла. Не смогу и сейчас. Я уверен, я всегда буду принадлежать ей, буду ассистентом знаменитого детектива.

Я не могу стать ею. Но я могу продолжать жить ради нее.

— ...Дурак.

Уголки губ Шарли грустно приподнялись.

— Это ты связан с прошлым Мэм, а не я.

Действительно? Может быть, так оно и было.

Даже сейчас, я уверен, Сиеста моя…

— Ну, неважно.

Шарли рассмеялась, повернулась вперед и посмотрела на далекое море.

— Иди и поищи наследие Мэм по-своему... найди свой ответ и свой путь. В конце концов, у меня есть свой собственный путь.

Шарли плотно сжала губы.

Я проглотил "Спасибо", вырвавшееся у меня и вместо этого произнес благодарное "Прости".

— Ее наследие, да...?

Вместо этого я начал размышлять о наследии, оставленном Сиестой на этом корабле.

— Шарли, если твоя команда получила эту информацию, то она может быть и у врага, верно?

— Ты имеешь в виду «SPES» ?

— Да.

Когда дело доходило до информационной войны, они никому не уступят. Вдобавок ко всему, Сиеста была их сильнейшим врагом, и если бы они узнали, что она посеяла семена для чего-то, то они непременно попытались бы...

— Это вполне вероятно. На самом деле у меня есть идея, но...

— ...Есть... идея? У тебя... есть идея, Шарли?

— ...Ты, кажется, хочешь отчаянно сразиться со мной? — сказала Шарли, продемонстрировав кобуру, которую носила на поясе.

И почему же у всех девушек, которых я встречаю, при себе оружие?

— Я уже сказала это, помнишь? Я уже не та, какой была год назад.

Однако то, как она задирала нос не изменилось.

— О, кстати об этом, Кимидзука, с сегодняшнего дня, одолжи мне свою каюту.

— Хм? Зачем? Если ты в этом круизе, то у тебя есть своя каюта.

— Ничего подобного.

Шарли наклонила голову набок, с серьезным выражением лица.

— В конце концов, я безбилетник.

— Не хвастайся, что ты незаконно поднялась на борт этого корабля!

Если подумать, то она довольно хороша в скрытых маневрах, но что ей мешало купить билет на те деньги, что она потратила в казино?

— Дай мне ключ от своей каюты.

— Безрассудно. В любом случае, как ты поднялась на борт этого корабля? Использовала какой-то оптический камуфляж?

— Хе-хе, это коммерческая тайна.

По какой-то причине Шарли, казалось, чрезвычайно гордится этим. Она так выпятила грудь, что казалось, что ее рубашка вот-вот разорвется, поэтому мне не хотелось, чтобы она останавливалась.

— Оптический камуфляж, хм..?

Затем она положила ладонь на подбородок и тихо пробормотала. Благодаря взрослой внешности, задумчивое выражение шло ей. Хотя, сколько я себя помню, каждый раз, когда она показывала такое выражение лица, она задавала вопрос: "Что у нас сегодня на ужин?" или что-то в этом роде, так что это не очень хорошая отсылка.

— Послушай, Кимидзука.

Затем Шарли подняла глаза и спросила:

— Как думаешь, есть ли способ сойти с этого корабля посреди океана?