Была се зима.

Снег одеялом покрыл всё, к чему могут дотянуться глаза. Куда бы ни упал взгляд, повсюду было видно сугроб или снежинку. Будь то глубоко зарыта в белое изгородь, или лысые верхушки дубов, стоящих стражей вокруг деревни.

И было се утро.

По правде, утро условное, скорее обед. Но пока часы не пробьют двенадцать, то официально будет утро, и этим, не стыдясь, пользовались лентяи всех времён.

Вот о такой и пойдет речь.

На краю деревни дверь одной из избушек тяжело открывалась. Возможно, то снег мешал, который надо бы почаще сметать или просто не хватало силы. Но мало-помалу, дверь таки поддалась этому детскому упорству.

*вжуууууух*

Первой из дверей вылетела какая-то большая птица. Что она там делала?

*хрусь-хрусь*

Следующими же на снег наступили красные черевички. А их владелица, укутанная в толстенный кожух и шерстяную шапку, ярко улыбалась миру.

Не теряя времени, она побежала по заснеженной тропе, не забыв прихватить пруткового веника.

*рып-рып-рып*

Ритмическое звучание притаптывания снега. Один ботинок обгонял второй и другой тут же возвращал позиции. А вместе они создавали достаточную силу, чтобы маленькая фигура оставляла за собой ветер, двигаясь по дороге.

*рыыыыыыыыып*

По дороге, извилистой и полной поворотов, в которые так легко не вписаться на скорости. Что только, что и произошло.

Маленькое лицо на всей скорости влетело в сугроб, а потом еще и провалилось в сами его недра. Сверху виднелись только кончик шапки и пара длинных золотых локонов.

*хопа*

Как крот из норы золотоволосая девушка вырылась из сугроба. И, помахав ему кулаком, продолжила свой путь. Теперь аккуратнее, не бежа, а только в веселую подпрыжку.

На горизонте, из-за сугробов стали виднеться избушки. Один, два, три – соломенные крыши обильно рассыпались перед глазами, как сено в конюшне.

И только стоило выйти на "главную" тропу села, делившую село на так называемых леваков и праваков, как отовсюду послышалось:

- Эй, дай Бог здоровья!

– Добрый день!

- Вам дай Бог, пани мольфарка!

– Славайсу!

– Слава во веки Богу!

Все эти приветствия лицо в кожухе слушало, здоровалось и отвечало. Имела она определенную славу в деревне за работу свою – мольфаркой служила. Служила честно, помогала, когда могла, за святыней смотрела, а в свободную или не слишком занятую минуту и ​​вздремнуть не стыдилась. В двух словах – работала на совесть.

Но и не то, чтобы ее все прям любили. Бывает иногда, как в любом хорошем селе сядут себе женщины уже в летах, а возле них по младше на лавочках у идолов, и начнут языками чесать:

"О та опять встает, когда обедать пора", "Да она черной магией себе красоту приводит к полуночи, вот и отсыпает!", "О да то правда, что магия у нее черная?!", "А ты что, не видишь сама? Да я помню ее еще когда она грудь сосала - малое как малое, даже немного гадкое. А как на мольфарке научилась - всёёёё! " " Да опять что-то привераешь" , "Да чесслово!" и так далее, и тому подобное.

А особенно в общении экспертов области личной жизни всех в деревне, от жителей до скота, отличались прозвища, которыми называли госпожу мольфарку. Ибо как ее только не называли: фалчи, гадалка, ведьма, волхва, ксёндза, шаманка и даже сюгьюрчи, хотя, что это значит на самом деле – знать не знали.

Говор о ней, как и о других пользующихся спросом вещах по типу завтрашней погоды, когда отелятится брамин, кто к кому ходит на вечерницы, имел непостоянный характер. И на прямую зависел от настроения сплетников, их половой принадлежности, недавних событий, погоды и стадии месяца. И конечно к таким важным и объективным мыслям у девушки было такое же большое внимание и уважение. Все как всюду.

Так вот – вот она уже остановилась на краю села. И до места назначения остался только один контрольный, и потенциально самый время затратный пункт. Точка сбора всех охотников перед охотой – домик охотников.

Фигура остановилась перед ней в решительной тишине. Секунда, две, между ними прокатилось поле. Три, четыре, где-то сверху крикнула птица. Решительные шаги красных черевичков заскрипели по снегу.

Дверь распахнулась. Порыв ветра прошелся к противоположной стене, извещая о госте. Эффектный вход.

Но эффектность моментально стала неудобством. А потраченную решимости стало жалко. Комната пустовала.

- Охотятся верно.

С определенной ноткой сожаления, но почти так же энергично ее дорога продолжилась. До цели не так далеко, если смотреть горизонтально.

А можно смотреть и вертикально. Правда, придется чуть голову задрать... чуть больше, чем чуть-чуть. А что, горы - это вам не хухры-мухры!

Полностью белая возвышенность, казалось, собранная только из снега, была самим символом могущества природы. Интересно, что и называется это – Гора в Рубашке.

"Чего же в рубашке, гора как гора!" - вот с такими мыслями девушка с детства надоедала всем взрослым, но так и не нашла исчерпывающего ответа. В принципе, как и на большинство из ее пруда подобных вопросов.

Но вот пани в кожухе стоит перед Горой в Рубашке. Почти вертикальная возвышенность пять раз по десять саженей вверх перед лицом, не дотягивающим и до одного сажени. А теперь вопрос, кто кого здесь покорит?

Нет, чисто теоретически подняться не то, что невозможно. Особенно, если не учитывать погодные условия, снег по пояс и ветер. Не то, что невозможно.

Она даже раньше такое проворачивала. Но, если она что-то и подчеркнула из всех подобных достижений, так это то, что они все – очень энергозатратны. И, используя эту мудрость, собранную с годами, сегодня она решила подниматься не так. Другими словами – сегодня ей в падаль.

– Эээй, Сирин! Ты где?! - громкий крик эхом прошёлся по горе.

И почти моментально, под грохот снега, который почему-то, ну совсем непонятно почему, начал скатываться вниз, из-за горы вылетело что-то. Это птица? Да. Это самол... а, ну, птица так птица.

Ее белые перья почти сливались с блестящим снегом и спасало только то, что по краям они чернели. А ещё, насыщенно-оранжевые ноги и клюв тоже отличались. Это была птица, хорошо известная всем в летнее время - аист. К ней прилетел самый натуральный лелека. Ему не холодно вообще?

– Подбросишь?

На вопрос мольфарки птица вальяжно кивнула и предложила присесть на спину.

– Ну сейчас точно запрыгну с первого раза! Считай до трех!

*грох-грох*

А лавина все приближалась, пока пани пыталась запрыгнуть на спину птицы.

Первая попытка прыжка – лицом в снег. Лавина еще далеко.

*грооооох*

При второй – поскользнулась и упала на задницу. Лавину уже можно было четко видеть, а слышно и давно.

*ГРООООООООО*

Попытка третья, подход со стороны. Маленькая фигура наконец запрыгнула животом на спину. Лавина уже почти под ногами.

Красные черевички ярко дрожали, пытаясь найти равновесие и нормально сесть, пока снежная лавина дышала почти в затылок.

И в последний момент:

*рииииип*

Девушка снова упала спиной на землю.

– Вот западло.

И полуметровая лавина снега покрыла ее с головой... а птица аккуратно подлетела, избегая этого.

Прошла секунда, другая...

– В следующий раз я точно успею! Слышишь, Сырник?

Крикнула мольфарка, снова как крот, выкапываясь из снега.

*щелк*

Но в ответ, недовольная Сирин только дала ей клевой по голове.

– Аййй! Злой Сырник!

*бам*

- Аууу, очень злой Сырник...

Еще немного поспорив с птицей, пани в кожушке так и не отборола кличку на свое использование. Но в конце концов, переговоры отложили до исчезновения головной боли.

- Хорошо хорошо! Давай уж двигаться Сыр-ни... - птица замахнулась, - ин! Сирин!

На этот раз, с горем по полам, но влезть на спину птицы удалось.

– Поехали!

С таким криком они начали свой полет.

Без разбега, без скорости и высоты, просто махнув крыльями, аист с лёгкостью взлетел. Ну почти... на самом деле это было немного тяжело, но гордая птица решила этого не показывать.

С попутным ветром они рассекали воздух. Пронеслись между охотничьей хижины и постройкой сзади. Чуть не врезались в дерево и пришлось резко свернуть вверх. Набрали высоту.

Ледяной воздух бил в лицо. Дышать было тяжело и из-за холодного воздуха и из-за перехваченного духа. Пейзажи замыливались и менялись на скорости. Сотый полет чувствовался как первый.

Снизу виднелось село. Кто-то справляется по хозяйке, кто-то обедает и их не видно, какая-то свекровь снова недовольна невесткой. Мирное село завораживало.

Но всего через мгновение они пролетели по не разбавленно-синему небу над всеми крышами и были уже низко над дубами. Равномерный слой снега на ее кронах, идеально ровный до самого горизонта, выглядел как спокойное море.

Сирин опустила правую лапу, тихо рассекающую снежную гладь. Девушка вдохнула, выпрямилась и с улыбкой раскинула руки:

– Юхуууууу! Ю-юхуууууу! Юхуууу!

Крик полон восторга потряс весь лес.

Сейчас она чувствовала себя королем мира. Только она с Сирин над бесконечным морем на огромной скорости. Может лететь куда хочет, может делать что хочет!

И пока девушка упивалась полетом, Сирин втихую приподняла уже болевшую от холода лапу, сохраняя грациозность.

*вжууууууууууух*

*вжууууууууууууу*

*вжууууууууууу*

Сколько они так летали? По ощущениям, даже не десять минут. Но любая яркая секунда в голове, как всем известно, может быть и часом в реальности. Прошло, очевидно, гораздо больше. Да не важно.

После последнего круга они пробили маленькое облако и живописно приземлились прямо на гору.

– Фуууух!

Довольный дуэт разъединился. Перед их глазами был выровнен рукой или природой верх горы. На самом деле, он был довольно просторным, и на нем даже росли деревья.

Но большинство площади было занято совсем другими вещами. То тут, то там высились каменные идолы. Вырезанные из камня лица были посвящены разным персонажам и Богам для поклонения. Ветви деревьев были густо увешаны оберегами из перьев и костей, которые защищали от непогоды и бурь. В центре было место для большого костра, через которое ритуально прыгали на праздники.

И над всем этим возвышалась одна статуя. Лучше ли сказать дерево? Оно росло почти на самом краю горы, и было так крепко и так объёмно, что само по себе напоминало деревянную гору на горе.

И прямо из него, полностью живого организма, вырезали образ. Не страшный, но величественный, не добрый, но милосердный. Образ большой птицы, хранящей всех с неба, Бога Хранителя – Симурга.

Но прямо сейчас две подруги смотрели совсем не на это. Перед всем этим добром стоял один разъяренный зверь.

*ГРАААААААА*

Огромный волк, грозно смотрел, рычал на них и пылал недоброй энергией. Было очевидно, что с секунды на секунду он набросится на летающее дуо.

- Ну, Сырник, мы попали...