Еще минус несколько этажей, и вот мы внизу, на нулевом этаже. Это был не менее огромный зал с арочными стенами и несколькими колонами, украшенными надписями и рисункам. Гладкие окружности колон были сделаны кропотливыми руками горных народов, которые теперь, в силу исчерпания всевозможных горных ресурсов, подались кто куда.

Кто-то отправился на плантации пшениц в далекие южные земли, кто-то в города, где подрабатывают в кузнях и ювелирных.

Но не колоны являлись высоким искусством дварфов.

Где-то в их середине я разглядел еле заметное красное свечение. Пока мы шли к столовой, оно не переставало за мной смотреть, буквально пожирая меня взглядом.

Это были горгульи.

Огромные, толстые, абсолютно не похожие на людей, имеющие несколько дополнительных рук и ног, голов, глаз или ушей… Они следили за всеми нами, и за мной в частности смотрело как минимум две горгульи.

Они сидели у меня под камерой, буквально держа ее своими массивными ручищами, а в их животах, словно в ножнах, были огромные орудья, ни то булавы, ни то мечи, а может и все сразу!

Взгляд одной из них поглотил меня. В голове зазвучали колокола и грохот человеческих и нечеловеческих криков. Они вонзались в мой разум, как иголки…

И тут БАЦ!

Передо мной была жуткая морда ящеролюда. Она зашипела, высунула свой огромный, змееподобный язык. От ужаса я отпрыгнул назад, но невидимая сила потянула меня обратно к ящерице.

Магические кандалы, позволяющие, а точнее не позволяющие преступнику сбежать от своего надзирателя. Они будут причинять своей жертве столько страданий, сколько оно заслужило. Понятное дело, что у них нет своей воли, и слушаются они надзирателя.

Куски металла раскалились и въелись мне в кожу. Я закричал, упал на колени и стал вертеться по пыльной плитке, в которой отражалось мое агонизирующее лицо.

Пока я катался, то слышал грубый, мерзкий смех. Зорг во весь голос хохотал, плевался слюной и задыхался.

Ииги разделял свою радость, но по своей воли или нет - загадкой так и осталось.

Но мне было плевать на какие-то загадки…

Я остановился, стиснул зубы, да так сильно, что из десен пошла кровь. А затем боль ушла. Кандалы перестали накаливаться, вернувшись в обычное состояние. И ожоги на моих запястьях тоже испарились.

Зорг тут же потерял интерес. Он плюнул на меня (буквально) и зашагал к столовой.

Я же последовал за ним, пытаясь отдышаться от фантомной боли от фантомных ожогов.

Все-таки эльфийская кровь дает о себе знать. Но лишь подумав об этом в голове тут же возник надменный образ с золотистыми волосами, но с размазанным лицом.

Я посмотрел вниз, и на отражении увидел свое лицо - мои глаза буквально горели зеленым, вперемешку с карими оттенками глаза. Злоба все сильнее скапливалось внутри меня.

И затем я кинул взор на Зорга. На нем не было волос, он не был образцом интеллигентности, но его жестокость ярко подходила под образ моей ненависти.

Убить, убить, убить…