Марсия медленно открывала глаза, ощущая холодную тяжесть на руках и шее. Когда зрение наконец прояснилось, она осознала, что проснулась в клетке, а ее горло и запястья обвивали ошейник и тяжелые кандалы. Рядом, прислонившись к ее плечу, крепко спала Доротея.

Стоило Марсии поднять голову, она тут же вскрикнула и отпрянула от неожиданности, ударившись спиной о твердые прутья решетки. Ее окатило волной жара от могущественной ауры, что испускало жуткое существо, с упоением наблюдавшее за ее реакцией.

Облик создания быстро мерцал и искажал свои черты, будто его тело состояло из водоворота магических потоков. Сначала на Марсию глядела девочка-подросток с веснушками, затем бородатый мужчина, а после — чудовище с гладкой бледно-голубой кожей. Лицо его походило на карнавальную маску с широким ртом, заполненным острыми зубами, и прищуренными оранжевыми глазами.

— Ты проснулось, аппетитное дитя, — полушепотом произнесло существо, облизывая губы.

Пытаясь побороть страх и унять дрожь, Марсия начала пробуждать в себе магию, но у нее ничего не получилось. Что-то блокировало ток маны в ее теле. Она покрылась липким потом от осознания собственной беспомощности и в панике окинула себя взором. На удивление, ничего из ее одежды и вещей не пропало.

Когда она с трудом подняла закованные в кандалы руки и коснулась черного ошейника, раздался протяжный шепот, будто бы пронзавший ее до глубины души.

— Можешь не стараться, это тенеритовый сплав. Хотя, нет, продолжай, не сдерживай себя, — существо издевательски рассмеялось. — Сотри руки в кровь, придумай что-нибудь. Еще немного усилий и у тебя обязательно все получится. Люди верят, что у них всегда есть шанс на успех, возможность спастись. Поэтому за вами так интересно наблюдать.

Марсия начала догадываться, с кем имеет дело. Создание перед ней носило человеческое тело, словно костюм. Некогда плоть и кровь явно принадлежали девочке подросткового возраста, но теперь вместо ее души поселилась иная сущность.

— О-о, этот полный осознания взгляд! Восхитительно, твой разум ослабил оковы страха! — существо подскочило к клетке и схватилось руками за металлические прутья, обнажив свое истинное лицо.

Доротея проснулась от громкого шума и закричала при виде ужасного чудовища. Марсия прижала к себе ошеломленную девочку и вместе с ней отодвинулась к противоположному концу клетки от одержимого.

Оранжевые глаза взирали с озорным огоньком. От существа исходил невероятный поток маны, сравнимый с сильнейшими магами, Хранителями Империи.

— Ты уже поняла, кто я?

В фамильной библиотеке Марсия приобрела знания, что считались табу для абсолютного большинства жителей Империи, но были необходимы провидцам, которые постоянно имели дело с коварными течениями Эфира. Несколько лет назад она узнала о запрещенном ритуале, позволявшем призвать демона из Эфира и связать его с человеческой душой.

Так появлялся одержимый, создание, что, в отличие от демонов в своей естественной форме, могло годами бродить по Миру Смертных, защищенному светом Маяков. Однако в качестве сосудов для вселения были пригодны лишь незрелые души детей и подростков, наделенных сильным магическим даром.

Марсия видела демонов лишь во время обрядов прорицания, но существо перед ней не могло быть ни кем другим. Голос ее не слушался. Ей понадобилось собрать всю волю в кулак, чтобы произнести следующие слова.

— Одержимый. Демон...

— Демон?! Всего лишь?! — одержимый сжал прутья решетки, оставив на них вмятины.

Сердце Марсии затрепетало в груди от страха, но уже в следующий миг ее отвлек испуганный визг, раздавшийся сбоку. Она бросила взгляд в сторону и увидела телегу, на которой стояла еще одна клетка. В ней сидели женщина и девочка в богатых нарядах. Кто они такие и как сюда попали?

— До чего же обидно… — разочарованным тоном заговорил одержимый. — Между прочим, я высший эфириал. Хотя грязные животные, которые именуют себя людьми, называют таких возвышенных существ, как я, высшими демонами.

Марсия не удивилась этому откровению, ощущая исходившую от одержимого головокружительную мощь.

Даже имей она возможность использовать единственное боевое заклинание высшего уровня в своем арсенале, сражаться с ним было сродни самоубийству. Возможно, она справилась бы с обычным демоном, но с высшим ей тягаться точно не по плечу.

Марсия до сих пор не понимала, как оказалась за решеткой. Красная Госпожа явно обманула ее и каким-то образом усыпила, заперев в клетке с Доротеей.

Первое, что пришло ей на ум — она вдохнула снотворный газ. Марсия до сих пор ощущала на одежде и волосах стойкий лавандовый аромат, которым наполнилась выделенная ей комната в момент, когда она погружалась в сладкое забвение сна.

— Что в-вам нужно? П-почему вы заперли нас в клетке? — дрожащим голосом спросила она.

Одержимый отпустил прутья решетки и хищно улыбнулся. Его лица жутко менялись одно за другим.

— Хотелось бы поиграть с вами, а затем как следует насладиться вашим вкусом. Знаете ли, я гурман, а души смертных, особенно магов, крайне изысканное и питательное блюдо. Раньше о том, чтобы прорвать защиту Маяков и попасть в охотничьи угодья в Мире Смертных, можно было лишь грезить, но теперь все изменилось. Апостол Авестары Набинтха-Отшельник постарался на славу и сделал мне весьма заманчивое предложение. Мы служим разным Владыкам, но я просто не мог отказаться от искушения одним из первых поучаствовать в шикарном пире, получить новые владения и обрести больше силы. Прискорбно лишь то, что мне приходится носить этот отвратительный мясной костюм, но ничего не поделаешь. Будем надеяться, он выдержит до тех пор, пока Эфир не поглотит ваш мир.

Одержимый указал рукой на изуродованное трещинами и кровоподтеками тело подростка. Марсии стало жаль девочку, которую сделали сосудом для высшего демона, использовав, словно какой-то поношенный наряд, что скоро выкинут на свалку.

В ее жилах закипала злоба к одержимому и культистам, придавая ей храбрости.

Вдруг она осознала, что в клетках нет других детей, носивших черные маски на фестивале Перерождения. Почему они не вместе с Доротеей?

— Где двое других Благословленных? — спросила Марсия, вспомнив, как местные жители называли одаренных магией детей.

— Они слишком слабы, чтобы исполнить свое предназначение, поэтому я нашел им более подходящее применение — они стали моим утешительным призом, — одержимый погладил живот, вызывающе ухмыляясь.

Марсия приподнялась, выплюнув полным ярости и презрения голосом:

— Мерзкая тварь.

Издевательская улыбка на лице высшего демона стала еще шире:

— Отдай мне девочку, и я пощажу тебя.

Доротея подняла голову и испуганно посмотрела на Марсию, но та даже не шелохнулась. Она буравила оскалившегося одержимого гневным взглядом. Марсия могла бояться за себя, но была готова до последнего защищать других.

— Нет. Ты никого здесь не тронешь. Вы посадили нас в клетки не для того, чтобы убить. Вы собираетесь перевезти нас в другое место.

Марсия окинула взором запряженные взволнованными лошадьми телеги, на которых были закреплены клетки с пленниками.

— Красная Госпожа явно ценит наши жизни, а ты ее слуга, — ее голос прозвучал уверенно, но на самом деле она могла только надеяться, что попала в точку.

Одержимый громко рассмеялся, но уже в следующий миг уставился на Марсию угрожающим взглядом, отчего ее сердце пропустило удар. Его бездонные глаза пылали извращенной жестокостью.

— Ты умеешь показывать зубы, провидица, — прошипел высший демон. — Однако не стоит переступать за границы дозволенного, иначе я оторву тебе руки и ноги и посмотрю, как быстро ты умеешь ползать.

Холодок пробежал вдоль ее позвоночника.

— Смертные из Триумвирата не смеют мне приказывать. Я сотрудничаю с ними только потому, что подписал договор с апостолом. Но кто знает сколько он продлится... — облизнулся одержимый.

— Где Красная Госпожа? Что будет с нами? — стараясь не терять самообладания, спросила Марсия.

— Вам повезло. В отличие от бесполезных смертных в этом захолустье, вы не станете кормом для избранника Эфирного Владыки Марбала, — одержимый покачал головой. — Хотел бы я поучаствовать в веселье возле императорской резиденции вместе с Красной Госпожой и ее безмозглыми фанатиками… Ничего, скоро я устрою собственное развлечение.

Марсия лишь отчасти улавливала смысл сказанного. Тем не менее ее охватило дурное предчувствие, что вскоре мир поразит новое бедствие. И разразится оно в летней резиденции императора.

В пещеру, где стояли телеги с клетками, вошли двое человек в бордовых плащах. Кожа и глаза мужчин покраснели, а мышцы раздулись, будто их переполняла кровь. Марсия с трудом узнала в них охранников, что приветствовали ее странными взглядами у ворот в Священную Обитель.

Движения стражников казались дергаными, словно простая ходьба давалась им с необыкновенной тяжестью. Судя по всему, они находились по действием каких-то чар или усиливающего физические способности эликсира.

— Благословленная Либена, — неловко поклонившись, обратился к одержимому один из стражников, — Благословленный Томаш просит вашего присутствия у Великого Древа…

Резкий звук пощечины эхом пронесся по пещере. Марсия и Доротея вздрогнули, когда стражник упал после того, как одержимый ударил его по лицу.

— Идиот! Сколько раз я тебе говорил не называть меня Либеной! Я не твоя сестра!

Марсия запоздало осознала страшную истину. Дети с магическим даром, Благословленные, что носили черные маски на фестивале, должны были стать сосудами для демонов. Она не знала, поняла ли это Доротея, но девочка пребывала в шоке, молча смотря в пустоту.

— Как этот жалкий эфириал смеет звать меня куда-то… — прорычал одержимый.

Внезапно его облик изменился, а устрашающая магическая аура исчезла. Теперь он выглядел, как молодой аристократ с золотыми кудрями в бежевом дублете. Уходя, он помахал Марсии рукой и отдал приказ стражникам уже вежливым тоном благородного сына Империи.

— Охраняйте наших гостей до моего возвращения.

Марсия пораженно следила за тем, как одержимый покидал пещеру через арочный проем в скале.

Согласно трактатам по демонологии из библиотеки дома Видентис, никто не мог сравниться в скрытности с демонами Юквиаса, Владыки Эфира предательства и безумия. Исходя из его способностей к маскировке, одержимый мог быть одним из них.

Человечество сталкивалось с демонами Юквиаса чрезвычайно редко, поскольку они предпочитали плести интриги в тени, укрытой от взора смертных. Мысль, что существовали чудовища, способные ускользать даже от всевидящего взора провидцев и притворяться кем угодно, пробирала Марсию до дрожи.

Пока стражники бродили от одного конца пещеры к другому с пустыми выражениями лиц, связки ключей позвякивали у них на поясах. Однако без возможности пользоваться магией Марсия не могла до них дотянуться.

Она угодила в эту западню по своей глупости, самонадеянно полагая, что сможет сбежать из логова Триумвирата, если что-то пойдет не так, и сейчас ей предстояло найти из нее выход. Марсия окинула пещеру взглядом.

Только в отсутствие одержимого она заметила, что каменные стены, пол и потолок обвивали белые корни. На них, будто в такт сердцебиению, пульсировали набухшие красные жилы. От взгляда на корни у Марсии начала кружиться голова, словно они вытягивали из окружающих жизненную энергию.

Это было видно и по двум стражникам, что еле волочили ноги, и по Доротее, которая почти не двигалась. На лбу девочки проступили капельки пота, точно она лихорадила.

— Где мама и папа? Где Ян? Почему меня все бросили... — вяло шевелила губами Доротея.

Марсия ощущала, что тоже медленно слабеет.

От белоснежных корней, исчерченных багровыми прожилками, исходила та же магия, что и от рощи септемов. Неужели их корневая система простиралась так далеко? Или все дело в Великом Древе, о котором упомянул стражник?

С одного края пещера заканчивалась проемом в скале, куда ушел одержимый, а с другой она переходила в ущелье с узкой дорогой. Похоже, именно этим путем культисты собирались вывезти пленников из Священной Обители.

— Юная леди, вы в порядке? — Марсия обернулась к соседней клетке, услышав тихий голос. — Я подслушала разговор еретиков. Вы ведь Марсия, дочь Натаниэля Видентиса?

К ней обратилась женщина в изысканном темно-зеленом платье с рубиновым ожерельем. На вид ей было около сорока лет. Она прижимала к себе девочку чуть старше Доротеи. Судя по их чистым и дорогим одеяниям, обе принадлежали к аристократическому сословию и явно содержались комфортных условиях.

— Да, — с озадаченным выражением лица прошептала Марсия. — Могу я узнать ваше имя?

— Я училась вместе с вашим отцом в столичном университете. Меня зовут Доминика Флориано. Со мной моя дочь. Нас похитили и привезли в это ужасное место две недели назад. Я жена губернатора провинции Ривус.

Марсия удивленно вздернула брови. Она не ожидала встретить здесь семью губернатора зажиточной имперской провинции. По влиянию ее правитель был сравним с членами Совета Старейшин.

— У вас есть идеи, как можно выбраться отсюда? — спросила Марсия.

Леди Доминика удрученно покачала головой.

— Я уже все перепробовала, но без ключей ничего не поделаешь…

Вдруг Доротея вскочила и руками потянулась к прутьям решетки. Марсия проследила за взглядом девочки и увидела, как из прохода в скале показались трое мужчин с оружием. Они осторожно крались к клеткам. Один из них был ей знаком.

Марсия быстро зажала рот Доротеи ладонью, дабы удержать ее от радостного выкрика, и подумала, что надо срочно отвлечь охрану.

— Значит, Благословленная Либена ваша сестра? — привлекла внимание обоих стражников Марсия, а затем соврала. — Я знаю, как вернуть ее.

Один охранник остановился, глядя на клетку, где сидела Марсия, пока второй, получивший пощечину от одержимого, направился прямиком к ней. В его залитых кровью глазах загорелась надежда на спасение сестры.

Произнесенная ложь была жестокой, но действенной.

Когда клинок разрезал воздух, стоявший дальше от клетки стражник резко развернулся. Лезвие рассекло его шею. Фонтан крови брызнул на каменный пол, но культист с разбухшими мышцами и не собирался умирать.

Он повалил тощего мужчину с мечом на землю и размозжил его затылок о булыжник, а затем выбил из рук оружие второго нападавшего и принялся его душить.

В тот же миг топор расколол череп подошедшего к Марсии стражника. Струйка крови потекла по алому лицу, точно одинокая слеза. Культист рухнул на колени. Искра жизни раз и навсегда угасла в его глазах.

Петер резкими движениями пытался выдернуть топор из черепа охранника. К тому моменту, как он наконец высвободил оружие, было уже слишком поздно. Второй стражник свернул шею его товарищу, а после и сам обмяк на полу в луже собственной крови.

Корни септемов хищно подползали к свежим трупам, извиваясь, словно змеи.

Петер тяжело вздохнул и забрал связку ключей у мертвого стражника. Пока он открывал клетку трясущимися руками, Марсия обратила внимание на то, что глава семейства Гайзек настолько исхудал всего за одни сутки, что превратился в иссушенный скелет. Его тощее тело пронзали красные жилы, похожие на ветви септемов.

Пленники выбрались из открытых клеток, после чего Петер подобрал ключи для тенеритовых ошейников и кандалов. Марсия почувствовала себя намного легче и увереннее, когда ее вновь окутали магические течения.

Петер опустился на колени и крепко обнял плачущую Доротею.

— Прости меня за все, дочь. Я согласился пожертвовать ради всеобщего блага не только собственной жизнью, но и самым дорогим, что у меня есть. Я… нет, мы все страшно ошибались. Стоит допустить одну жертву и за ней последует другая, а потом еще и еще, пока не останется никого... Я просто хотел верить, что в этом жестоком мире мы небезразличны еще кому-то, кроме нас самих, что существует высшее добро… Но все это ложь. Высшее добро никогда не попросит запятнать себя грехом.

Петер с трудом встал с колен, прижимая к себе дочь. По его впавшим щекам текли алые слезы.

— Леди Марсия, я обещал всегда быть на вашей стороне, но, сам того не зная, завел вас в ловушку. Я не смею просить прощения…

— Это уже не важно, — оборвала его Марсия, опасавшаяся возвращения одержимого. — Петер, что происходит?

В дрожащем взгляде мужчине все еще читался шок от произошедшего. Петер тяжело дышал, а его речь казалась спутанной, будто он пребывал в бреду.

— Когда от нас отвернулся весь мир, Триумвират спас нас от голодной смерти... Мы шли на жертвы ради будущего, но не могли и предположить, что они поступят с нами так жестоко… Великое Древо, первый септем, начало поглощать жизни людей в Священной Обители. Я боюсь, что жители окрестных деревень тоже могут оказаться в опасности. Септемы не тронули меня и еще шестерых человек, кто принял отвар из их лепестков. Мы должны были стать даром для рощи септемов, чтобы она и дальше жила и питала наши земли.

Марсия поняла, что Петер говорил про семерых участников фестиваля Перерождения в красных масках, символизирующих приносимую в дар жизнь. Вероятно, септемы уже расценивали их частью самих себя, поэтому никак им не навредили.

Петер продолжил.

— Мы были единственными, кто пробудился посреди этого кошмара... Все остальные не приходили в себя, как бы мы ни пытались привести их в чувства. Трое из нас, у кого еще оставались силы двигаться, решили действовать, чтобы спасти наших людей. Похоже, члены Триумвирата не ожидали, что мы способны стать для них помехой, и потому оставили нас без присмотра. Притворившись спящим, я услышал слова Красной Госпожи, когда она покидала Обитель вместе со своими последователями. Они намерены провести какой-то ритуал в городе Сразен, неподалеку отсюда. Но их настоящая цель — летняя резиденция самого императора, которая находится рядом с городом. Если бы мы только могли предупредить жителей Сразена о грядущей беде, возможно они избежали бы нашей участи…

Марсия знала один способ передачи информации на дальние расстояния, но сначала ей нужно было выбраться из этой проклятой обители.

— Мы должны уходить, пока это существо не вернулось, — заявила жена губернатора, разворачиваясь с дочерью в сторону запряженной лошадьми телеги.

Петер обратил умоляющий взор к Марсии.

— Прошу вас, заберите Доротею и уходите. Телеги слишком медлительные. На них вас быстро догонят. Я распрягу для вас лошадей.

Петер высвободил лошадей из упряжи, и подвел к дамам двух самых крепких скакунов, наиболее пригодных для побега.

Марсия замерла, глядя на путь к спасению. Ее терзали сомнения.

— Мы можем как-то помочь людям в Обители и деревнях? — спросила она у Петера.

Увядающий на глазах мужчина потупил взор и со вздохом произнес.

— Причина всего — Великое Древо в глубине Обители… — Петер поднял голову, но тут же замотал ей. — Нет, забудьте об этом, госпожа. Мы сами должны отвечать за свои грехи. Это не ваша проблема. Вы не можете для нас ничего сделать.

Марсия нахмурилась, опустив голову. Она говорила себе подобные слова не единожды и каждый раз, когда оказывалась перед лицом смертельной угрозы, оставляла борьбу другим.

Марсия дрожала от страха в свой день рождения, наблюдая за тем, как ее старший брат и мать мучительно погибают от ядовитых тенеритовых стрел и клинков ассасинов в астрономической обсерватории, куда они пришли по ее же просьбе. Она могла позвать кого-то на помощь, но вместо этого просто спряталась и сказала себе, что ничего не может сделать.

Несколько дней назад отец убедил ее, что ей остается только спасаться бегством, пока он отвлекает на себя внимание врагов дома Видентис. И она согласилась, что ничего не может сделать, даже не пытаясь сражаться или сбежать вместе с отцом.

У нее всегда был выбор и каждый раз, оказываясь перед лицом смертельной угрозы, Марсия убегала, оставляя близких ей людей и частичку самой себя позади.

Но теперь впервые в жизни пришло время поступить иначе. Она решила, что лучше быть сильной для других, чем оставаться слабой только ради себя.

— Уходите без меня, — слова Марсии ошарашили жену губернатора и Петера. Прежде чем они успели возразить, Марсия без колебаний добавила: — Я чувствую главный источник магии, Великое Древо. Я сожгу его, а потом сбегу из Обители вместе с остальными.

Видя пламя решимости в глазах Марсии, жена губернатора не стала ее переубеждать.

— Да защитят вас Боги. Я буду молится за ваше благополучие, — сказала она, помогая своей дочери забраться на загривок лошади.

Петер в последний раз обнял Доротею.

— Я хочу быть вместе с тобой, мамой и братьями. Не оставляйте меня одну, — дрожащим голосом произнесла девочка.

— Живи. Надеюсь, однажды ты простишь меня за все, дочь. Ступай, я обо всем позабочусь. Семья обязательно найдет тебя, — Петер поцеловал девочку в лоб.

Марсия не могла сдержать слез, глядя на прощание отца и дочери. Вдруг ее осенила одна идея.

Она взяла Доротею за руку, накладывая на нее нужное заклинание. На ладони Доротеи вспыхнула и тут же погасла желтая печать.

— Это магическая метка, — пояснила Марсия, переводя взгляд с Петера и Доротеи на леди Доминику и ее дочь. — Так мы сможем найти друг друга в будущем.

Петер усадил Доротею на спину лошади к жене губернатора и ее дочери, после чего они ускакали по дороге, проходившей по ущелью.

Петер пошатнулся и, скривившись от боли, откашлялся кровью, а затем подобрал с земли тенеритовый ошейник.

— Великое Древо должен охранять один из Благословленных. Я использую оставшиеся на складе залежи фрагорита, чтобы отвлечь внимание наших врагов, а потом открою главный вход, чтобы люди могли сбежать из Обители. Прошу, берегите себя, леди Марсия, и спасибо вам за все.

Она кивнула ему.

— Вы не плохой человек, Петер. Выживите и вернитесь к семье.

Они покинули пещеру через арочный проем и оказались в длинном коридоре. Марсия повернула налево, следуя к эпицентру мощной магии, а Петер устремился в противоположном направлении.

По пути на глаза ей попадались лежащие без сознания люди. Она испытывала смесь отвращения и жалости, видя, как их высыхающие тела, точно удавы, обвивали мясистые корни септемов.

Несчастных постепенно оставляла жизнь, корни же, напротив, с каждой секундой становились лишь толще и наполнялись силой, которую несли вглубь Обители.

Впереди раздался звук торопливых шагов. Марсия почувствовала приближение сильного источника маны, отчего ее проняла дрожь. Она применила заклинание невидимости, подавила свою магическую энергию и быстро спряталась за корнями септемов, оплетавшими двух женщин.

Марсия вжалась в стену и затаила дыхание, молясь, что одержимый не услышит ее бешеного сердцебиения. Проходя мимо нее, высший демон в обличье кудрявого аристократа замедлил шаг и повел головой, словно что-то почуял, а затем с молниеносной скоростью рванул прямо.

Он остановился у входа в опустевшую пещеру, а затем безудержно засмеялся.

— АХАХАХА!

Марсия вздрогнула от голоса, переполненного безумным восторгом. Высший демон запрокинул голову, будто охваченный экстазом, а затем резко скрылся в пещере, бросившись в погоню за беглецами.

«Надеюсь, одержимый их не нагонит», — с беспокойством подумала она о судьбе Доротеи и губернаторской семьи. Марсия решила, что сбегать тем же путем будет слишком опасно.

Она пробиралась вглубь Обители под действием заклинания невидимости, пока один из коридоров не привел ее ко входу в помещение, залитое багровым светом. Наряду с более мощным источником магии внутри ощущалось демоническое присутствие.

«Еще один одержимый», — тяжело сглотнув, предположила Марсия. Ее утешало лишь то, что аура нового противника гораздо слабее той, что испускал высший демон.

Прежде чем она успела заглянуть в помещение, логово культа содрогнулось от взрыва, а изнутри яркой комнаты раздались раздраженный крик и топот. Демоническая аура стремительно ослабевала, пока наконец не исчезла в недрах Обители.

Судя по всему, отвлекающий маневр Петера удался. Глава семейства Гайзек сумел подорвать склад, где хранился запас легко воспламеняющегося фрагорита. Теперь настал ее черед действовать.

Она сняла с себя заклинание невидимости, чтобы не тратить ману впустую, и шагнула вперед.